Unspoken

Закат. Оттенки красного, пурпурного и розового смешивались и перетекали друг в друга, струясь по небу, как краска на холсте. Всё живое затаилось на ночь, и лес погрузился в тишину, по крайней мере, до тех пор пока не проснутся ночные существа. Вокруг мир и покой. Тропинка через лес была извилистой и заросшей. Разумеется, это не был один из популярных маршрутов, но именно такие тропы и приличествовали им как разыскиваемым преступникам. Дорога была неровной, с торчащими тут и там корнями деревьев, что делало путь ещё более утомительным. "Сколько нам ещё идти до следующей дерев-?" Хидан споткнулся о корень и издал недовольный рык. Всё шло не так хорошо, как хотелось бы. На них напала небольшая группа ниндзя, внезапно свалившаяся на их головы. Конечно, это были всего лишь мелкие неудобства... и отличный материал для жертвоприношения. Но теперь он был весь липкий от крови и хотел как можно скорее принять горячий душ. "Несколько часов." - ответил Какузу. "Пф. Значит, мы доберёмся туда около полуночи?" "Примерно." "Пф." Какузу остановился и повернулся к нему. "Мы можем разбить лагерь здесь, если хочешь". Вообще-то сон на открытом воздухе был не лучшим вариантом. За каждого из них давали большую награду, из-за этого за их головами шла охота. Гостиница давала им крышу над головой и четыре стены, обеспечивающие убежище и безопасность. Лес не давал им ничего, кроме теней, в которых могли прятаться враги. Но они шли весь день, позади была сложная миссия, а до ближайшей гостиницы всё ещё было довольно далеко. Выбор был невелик. Хидан посмотрел по сторонам и вздохнул. "Я действительно устал..." Фактически, он был измучен. Хрен с ним с душем, он просто хотел спать. "Пойдём." Какузу свернул с проторённой тропинки, продираясь сквозь густые заросли. Хидан следовал за ним, пока выбранный путь не вывел их к мелкой речушке. "Как ты узнал, что здесь есть река?" - спросил Хидан, стоя на берегу. "Ориентировался на звук текущей воды. А ты разве его не слышал?" Он приподнял бровь, глядя на него. Хидан пожал плечами: "Я не прислушиваюсь так сильно, чувак. Это твоя работа." "Однажды это приведёт к тому..." "...что меня убьют. Знаю-знаю." - сказал Хидан, закатив глаза. Как будто он не слышал это всё уже сотни раз. Какузу проигнорировал его раздражённый тон. "Иди мойся. Я не хочу утром слушать твои жалобы." Он сел на траву и устроился поудобнее, опираясь спиной на дерево. Ночь была довольно тёплая, поэтому он решил не возиться с разжиганием костра. Огонь только привлечёт ненужное внимание. "Мм, конечно." - усмехнулся Хидан, скидывая обувь. "Ты просто хочешь увидеть меня голым, да?" Старший мужчина сверлил его взглядом. "Ведёшь себя не по возрасту." "Может быть, как раз в соответствии с ним! Ты не знаешь мой возраст!" - рассмеялся Хидан. Он положил косу на землю, скинул плащ и взялся за штаны. Какузу молча наблюдал. Он не был удивлен, что Хидан готов был раздеться прямо перед ним. У этого человека действительно не было стыда. Хотя он был не против, учитывая, что его тело было настолько безупречным. Несмотря на многочисленные ранения, на его коже не было ни единого шрама благодаря его впечатляющей регенерации. Его кожа была бледной и гладкой. Какузу хотелось провести по ней руками, чтобы узнать, на что это будет похоже. Его собственная кожа была совсем не такой. Она была смуглой и грубой. Ему нравилось как контрастируют между собой оттенки их кожи. Хидан чувствовал на себе взгляд Какузу. Его флирт не был просто шуткой. Прошёл примерно год, с тех пор как они стали напарниками, и он чувствовал, что напряжение между ними растёт с каждым днём. Он хотел сломать это напряжение, хотел, чтобы Какузу сломал его, хотел знать, каково это быть взятым кем-то, кто больше и сильнее него. Будет ли Какузу груб с ним, или он нежен в постели? Хидан надеялся, что первое. Время от времени он задавался вопросом, на что на самом деле похожи эти швы. С тех пор, как он увидел своего партнёра без верхней части одежды, увидел множество линий, пересекающих его тело, он хотел знать, каково это - провести по ним руками, скользнуть между ними пальцами, прижаться всем телом и чувствовать их кожей. Почувствовал бы он их на своих губах, если бы они поцеловались? На обратной стороне бёдер, если бы они трахались? На члене швы тоже есть? На что бы это было похоже? Так много вопросов, которые у него не хватало смелости задать... Но он пытался намекать. Небольшой флирт время от времени, который можно было бы принять за шутку, но который ей не являлся. Пока Какузу не поддавался на это. Но Хидана было нелегко остановить. Он повернулся к нему, открывая прекрасный обзор. "Ты тоже пойдёшь?" "Нет." - тут же ответил Какузу. "Я бы предпочёл, чтобы хотя бы один из нас был готов к возможному нападению. У меня нет желания драться обнажённым." Он был не тупым. Он прекрасно осознавал, что делал Хидан. Однако он не собирался поддаваться этому искушению. Их отношения должны были оставаться профессиональными, не более того. Даже если он и хотел сделать что-то с бессмертным - проверить его пределы, найти, где проходит грань между болью и удовольствием, раздвинуть столько границ, сколько сможет, просто чтобы посмотреть, сможет ли он сломать его, - он не стал бы этого делать и его не смущал откровенный флирт Хидана. "Будешь просто смотреть на меня? Ты ещё больший извращенец, чем я думал." - ухмыльнулся Хидан. Какузу ущипнул себя за переносицу: "Просто вымойся уже." Хидан засмеялся: "Ты такой..." - шагнув в воду, он запнулся и тут же выскочил обратно. "Холодно!!" "Как тебе не повезло." Какузу не смог сдержать ухмылку. "Пошёл ты!" - проворчал Хидан и, зайдя обратно в воду, сделал несколько шагов. Вода была не ледяной, но всё же достаточно холодной, чтобы заходить в неё было не особо приятно. Боже, "горячий душ" снова звучало так хорошо... Со стоном он опустился на колени, погрузившись в воду по бёдра. Вода смывала кровь за счёт течения. Глаза Какузу всё ещё следили за ним. Набрав воду в ладони, Хидан начал смывать остатки крови с груди, шеи и лица. В душе сделать это было бы легче, но он и так справится. Какузу молча наблюдал, как Хидан смывает кровь. Он плеснул на себя воды и потёр кожу ладонью. Вода текла по его спине и груди и течение реки уносило подкрашенную красным воду. Хидан плеснул воды себе на голову и промыл волосы. Сейчас они не были так аккуратно уложены, как обычно. Они рассыпались в беспорядке, отдельные пряди упали Хидану на лицо и он откинул их машинальным движением. Какузу почувствовал жар, поднимающийся по его телу. Убедившись в том, что он полностью смыл все пятна крови, Хидан вышел из реки и шагнул обратно на берег. "Что? Нет огня?" - сказал он Какузу с усмешкой и встал рядом с ним. "Высушишься самостоятельно." "Ты придурок." - проворчал Хидан. Он упал на колени в траву и плюхнулся на бок. Затем перевернулся, лёг на спину и посмотрел на небо. Было прохладно, но он снова согреется, когда высохнет и оденется. Было тихо. Солнце находилось уже совсем близко к горизонту. Небо отражалось в мерцающей воде: множество облаков нежных пастельных тонов на фоне тёмно-синего неба. Облака двигались по небу медленно, подгоняемые ветром, который дул слишком высоко для того, чтобы его можно было почувствовать на земле. "Был похожий закат, когда... когда я впервые убил." - нарушил молчание Хидан Какузу внимательно посмотрел на него. "Ты помнишь своё первое убийство?" "А ты разве нет?" "Уже не так ярко. Я старше, чем выгляжу." Хидан хмыкнул и сцепил пальцы на груди. "Да, я помню. Мне было пятнадцать. Я тогда только пришёл в храм. Сказал им, что мне восемнадцать. Никто в этом не усомнился. Был один парень, Мицуо, лет двадцати, который был в храме уже несколько лет. Он был большим парнем и казался довольно крутым. Оказывается, просто мой типаж. Думаю, мне всегда нравились парни постарше. Кто знает. Мы вроде как поладили. Оба были довольно набожными и преданными своей вере. Мы с ним не встречались, но... я был влюблён в него. Он в меня тоже. Некоторые из старейшин это заметили, и им это не очень понравилось. Джашин хочет смерти и разрушения, а не романтики. Я всегда думал, что это глупо, но в любом случае тогда я не хотел подвергать их слова сомнению. Они наделали много дерьма, но мне пришлось смириться с этим. Теперь, когда я ушёл оттуда, я практикуюсь, основываясь на текстах, а не на том, чему они учили. А они пусть сосут. Как бы то ни было, так старейшина Такеши однажды вечером вывел нас двоих 'поговорить'. Он привёл нас в лес недалеко от церкви и сказал, что другие старейшины недовольны нами и мы должны быть наказаны, а затем дал нам обоим по кунаю. Мы могли убить друг друга или себя, но если мы оба уйдём живыми, мы не сможем вернуться в храм. Я думаю, что Мицуо пришлось тяжелее, чем мне, - я видел это по его лицу. Он находился в храме по собственному выбору, и полагаю, что его чувства ко мне были довольно сильными. Он был старше, так что, наверное, чувствовал больше. Мне было пятнадцать. Это была просто влюбленность. Мои родители выгнали меня из-за того, что со мной было слишком трудно справиться, поэтому идти мне было некуда. Я принял решение, как только кунай оказался у меня в руке. Я перерезал Мицуо горло. Я видел, как он задыхался от собственной крови. Старейшина Такеши отвёл меня обратно в храм, и меня похвалили за этот поступок." Воцарилась тяжёлая тишина. "...Почему ты рассказал мне об этом?" - наконец спросил Какузу. Хидан пожал плечами. "Не знаю. Это ты сказал, что мы должны сблизиться, верно? Что ж, у меня нет в запасе хороших историй, так что ты получишь только то дерьмо, которое я помню." Какузу хмыкнул. "Сожалею о твоей утрате." "Иногда я вижу его в кошмарах. Иногда мне интересно, на что была бы похожа моя жизнь, если бы я не убил его. Но не думаю, что мне было бы лучше. Я не был бы бессмертным, я бы не встретил тебя, и скорее всего, в любом случае даже не был бы с ним. Я не жалею о том, что сделал." "Ты никогда не выглядел как кто-то, кто будет о чём-то сожалеть." "Я очень стараюсь этого не делать. Прошлое в любом случае не изменить." Он сел. Чувствуя себя сухим, он решил, что пора бы уже одеться. "Ты когда-нибудь был в кого-то влюблён?" - спросил он, натягивая штаны. Какузу наблюдал за ним, размышляя. "Пару раз в молодости. Это было очень давно." "Расскажешь?" "Я мало что помню. Была Эмико, она была самой красивой девушкой в ​​моём потоке, но это всё, что я помню о ней. Она была в другом отряде, поэтому мы нечасто разговаривали. Тоши учился в более младшем классе, но потом его перевели к нам. Он был тихим, но очень умным. Мы даже не общались, я просто восхищался его техникой." Хидан с ухмылкой застегнул штаны. "Мальчик и девочка, м? Бисексуал?" "Называй, как хочешь." "Классно, классно." Он снова плюхнулся на траву, чтобы надеть ботинки. "Мне всегда нравились только парни. Но я ни с одним из них не был." "Джашин не допускает секса?" "Допускает, я просто был слишком занят. К тому же боялся, что если займусь сексом с кем-нибудь, старейшины заставят меня убить этого человека. Большая часть прихожан мне нравилась, поэтому я не хотел их убивать. Я хотел убить только неверующих." "А, то есть секс, но без романтики. Полагаю, добрачный секс - это не грех." Хидан ухмыльнулся: "Нет. Секс - это просто секс. А что? Ты заинтересован?" "Я ничего подобного не говорил. Просто задаю вопросы." Хидан закончил с ботинками и снова упал на спину. "Одно другому не мешает." Какузу не ответил. Он сбросил плащ и аккуратно сложил его, а затем опустился на траву, используя плащ как подушку. Хидан повторил за ним, но вместо того чтобы сложить плащ, просто сгрёб его в кучу, подтащил под голову и перекатился на бок. Последние лучи солнца исчезли за горизонтом. Лес, освещаемый лишь тусклым лунным светом, погрузился во тьму. Кожа Хидана казалась светящейся в лунном свете. Несколько долгих мгновений Какузу смотрел ему в спину. Когда дыхание Хидана, наконец, выровнялось и стало ясно, что он уснул, Какузу повернулся к звёздам и закрыл глаза. *** "Почему ты убил меня?!" Мицуо зарычал, его лицо исказилось от ярости и боли. На его шее виднелась чёткая красная линия, а рубашка была пропитана кровью. "У меня не было выбора," - сказал Хидан дрожащим голосом, - "Мне некуда было идти. Меня могли выгнать" "Я любил тебя! У нас могли бы быть отношения!" "Нет, не могли! Я никогда не любил тебя! Это была просто влюблённость!" Он зажал уши руками, пытаясь заглушить ужасные завывания ветра, которые, казалось, становились всё громче и громче. "Мы могли бы прожить жизнь вместе!" Мицуо резко подался вперёд и схватил его за запястья, отрывая руки от ушей. "Мне было пятнадцать!" выплюнул Хидан. Он ударил его ногой в живот и попытался вырвать свои запястья из его хватки, но у него ничего не вышло. Ему снова было пятнадцать, и он столкнулся с человеком, который был намного сильнее его. Его повалили на землю, а запястья прижали к траве по обе стороны от головы. Поднялся ветер, сильно сотрясая деревья. "Я ЛЮБИЛ ТЕБЯ!" Голос Мицуо был демоническим, его глаза остекленели: "ТЫ УБИЛ МЕНЯ!" "УЙДИ ПРОЧЬ!" Хидан пнул его, сопротивляясь. Он зажмурился, его сердце колотилось от страха. "Хидан. Это просто сон." Хидан распахнул глаза. Ветер стих. Был солнечный день. Мицуо нигде не было, а рядом с ним стоял Какузу. Он протянул руку: "Вставай. Нам пора. Твои глупые ритуалы вечно нас задерживают." Глаза Хидана открылись. Было темно и холодно. Он почувствовал, как на него опускается какая-то ткань, но не двигался, пока не услышал, как его напарник отвернулся. Он посмотрел на накинутый на него плащ. Это был не его плащ, его собственный всё ещё был у него под головой. Этот принадлежал Какузу. Хидан вдохнул запах Какузу, исходящий от плаща, и почувствовал, что успокаивается. Как можно тише он повернулся на бок. Его взгляд упёрся в спину Какузу. Тот не был укрыт, а в качестве подушки сложил руки под головой. Его дыхание было глубоким, словно он снова заснул. Хидан молча смотрел и думал. Ему очень хотелось прикоснуться, и он не сумел справиться с этим желанием. Он медленно протянул руку и его пальцы скользнули между двумя масками. Кончики пальцев едва касались кожи и ниток, он снова замер. Всё ещё тишина. Какузу не пошевелился. Хидан позволил пальцам медленно и осторожно скользнуть по шву. Он проследил линию шва между масками, пробегая по каждой нити, каждой неровности, каждому участку кожи. Нити были тёплыми и гладкими под его пальцами. Как они бы ощущались его телом? Губами? Языком? Бёдрами? "Спи, Хидан." Внезапный рокот низкого голоса Какузу заставил Хидана отдёрнуть руку. Он быстро отвернулся и свернулся калачиком под плащом. Поймали с поличным. Как унизительно. *** Солнечный свет, бьющий прямо в лицо, заставил Хидана поморщиться и открыть глаза. Было утро, около девяти часов, насколько можно было судить по солнцу. Более поздно, чем он ожидал. Со стоном он сел. Плащ Какузу соскользнул с него, его самого рядом не было. Какузу сидел в нескольких футах от него на берегу реки. Его рубашка, маска и капюшон лежали рядом. Волосы рассыпались по спине, он согнулся над водой, умывая лицо. Хидан некоторое время наблюдал за ним, восхищаясь тем, как его мышцы, по которым он так хотел провести рукой, перекатываются под кожей. Вздохнув, он потёр глаза, прогоняя сон. "Спасибо, что одолжил мне свой плащ." - мягко сказал он. "Ты выглядел замёрзшим." - пояснил Какузу, не оборачиваясь. Он окунул руки в воду и, набрав в ладони воды, плеснул на лицо. "Спасибо, что позволил мне немного поспать." "Я подумал, что ты нуждаешься в отдыхе. Тебе снился Мицуо?" Хидан запнулся. "Эээ, да. Как ты это понял?" Какузу проговорил, стряхивая воду с рук: "Я никогда не любил тебя. Мне было пятнадцать." Хидан покраснел и прикрыл глаза рукой. "Боже, это так неловко. Мне стоит начать заклеивать себе рот, прежде чем лечь спать." Какузу негромко рассмеялся и встал. Глаза Хидана расширились. "Ты что, смеёшься?" "Твое смущение забавно." - заявил он, подходя и усаживаясь рядом с ним. "Тч. Придурок." - усмехнулся Хидан. Их глаза встретились. Зелёные и малиновые, взгляды мягкие, но непоколебимые. Мир вокруг них исчез, и время, казалось, остановилось. Хидан первым отвёл глаза. Он ухмыльнулся и подпёр щеку рукой: "Это тот момент, когда ты меня целуешь." Какузу поморщился, и его лицо покраснело. "Эй, ты покраснел??" Какузу с рычанием схватил рубашку и натянул её. "Поднимайся. Пора идти. И верни мне мой чёртов плащ." Хидан засмеялся и кинул ему его плащ: "Ты такой забавный, чувак." "Пошёл ты на хуй." Какузу надел капюшон и маску, а затем встал. Хидан тоже поднялся. Они почти синхронно натянули плащи. "Позавтракаем, когда доберёмся до деревни?" - поинтересовался Хидан, - "Я подумываю о чём-нибудь со свининой." Он схватил косу и устроил её на плече. "Звучит здорово. Мы всё равно будем голодны после прогулки." Какузу направился обратно к тропе, и они продолжили свой путь.