Грешная ложь

- Знаешь, я всё-таки подумал... Я не хочу отказываться от тебя. Я как-то привык... "И меня что-то манит в тебе" - как же он хотел произнести последнюю фразу вслух. Джои лежал на своей кровати, смотрел в потолок и думал. Фразы вылетали у него из подсознания и произносились : какие-то вслух, какие-то оставались и превращались в объект бесконечных размышлений. Непонятно с кем он говорил и к кому обращался : к самому себе или к своему таинственному знакомому. Раз он не отвечает, значит этот посыл был направлен к самому Джои. Все эти мысли внезапно сменились другими. В одну из ночей, вместо переговоров, с одной стороны бессмысленных, он мог прийти к Джозефу... Или нет. Поздно вечером, после очередного тяжёлого дня в студии он мог получить столько приятных ощущений, задохнувшись в собственных слезах счастья, эмоциях и нескончаемом наслаждении. И как от этих постыдных, позорных и неуместных слёз и истерики будет спасать Джозеф. Но будет ли он это делать? Будет ли целовать каждый сантиметр горячего, беззащитного тела? Будет ли стараться успокоить, нежно покрывая поцелуями? Или же будет добивать, насилуя, как последнюю суку? Требуя молить о пощаде несчастную жертву. Может Джои будет казаться таким омерзительным, что Джозеф решит поскорее избавиться от него. Раздавить. Убить. А потом снова беспощадно измываться и жёстко трахать бренное тело. А потом просто избавится. Сбросит в реку или закопает где-нибудь подальше.. А может просто уйдёт, не станет ничего делать и никогда больше не посмотрит в его сторону. Уйдёт, взглянув, как на жалкого насекомого ; жука, перевернувшегося на спину и тщетно пытающегося встать на лапки.. Джои не понимал, как поведёт себя в такой ситуации его объект обожания, а самое главное - как поведёт себя он сам. Ему хотелось это узнать и в любом случае испытать на себе все его прикосновения, проявленные в любой форме.. Нет! - Он не жалкая омежка и не станет терпеть унижение, он не позволит себе нытье и скулёж за просто так, уж тем более не позволит трахать себя. Он будет взаимодействовать с Джозефом на равных. Роль властного Джои нравилась больше. Но этим он вовсе не хочет сделать больно, наоборот - его порой излишняя грубость в определённые и уместные моменты сыграет лишь на руку, заставляя дрожать от удовольствия. Джои сделает всё в наилучшем виде, только вопрос получится ли... Он присвоит себе то, что ему принадлежит - присвоит себе его. "Если не мне, - то никому!" - Джои уверял себя в этом. Хоть чьи-нибудь пальцы посмеют касаться его пленительного искусителя.. Джои ни за что никому не позволит. Если бы он только знал... Знал об этих мыслях. И о том, как Джои хочется заполучить его полностью, наслаждаться им и не делить ни с кем, разделяя небольшой островок их совместного порыва чувств.

***

- Я не чувствую дискомфорта, когда знаю, что ты рядом. Я лишь хочу узнать тебя получше. Позволишь? - На этот раз Джои сидел в парке. Скамейку, на которой он устроился, освещал тусклый и холодный свет одинокого фонаря. Рядом были трава, деревья и кустарники. От этого всего веяло свежестью и сыростью. Было не очень комфортно и прохладно. - Я рад. - уже совсем ожидаемо он стоял позади. Джои уже привык, что он появляется со спины. Куда большее удивление ему доставило бы то, что если бы он не последовал уже прижившийся привычке. - Что именно Вы бы хотели узнать подробнее? Ступор. Действительно, что... До этого у него было ещё немало вопросов, так почему сейчас... - Кстати, Господин, "цвет" Вашего греха стал более ярким. - не дождавшись ответа на свой вопрос и приглашения Aon решил сесть рядом. Джои приметил чёрную рясу с еле заметной красной окантовкой. - В общем, я хотел узнать тебя получше, как уже и говорил. Начнём с того, наверное, сколько тебе лет? - решил всё-таки продолжить начатое Джордисон. - У нас особые вычисления : будь то месяц, день или год. Скорее всего мне около двадцати шести. Да, думаю так. Ещё что-нибудь? Джои замялся. Двадцать шесть лет... - А от чего зависит цвет рясы? - Интересный вопрос. Вы наверняка видели белую. Так вот, на момент всех девяти дней очищения член общины носит именно белую, после - ещё ровно девять часов. Чёрная - повседневная и на общее очищение. Та, что на мне сейчас - особая. В ней мы восхваляем нашего Спасителя при помощи музыки. - Вы пишете музыку? - Песнопения - неотъемлемая часть жизни общины. - А почему вы не снимаете капюшоны? - Естественно, чтобы не было видно наших лиц. Не только. Наши рясы позволяют скрыть каждый сантиметр тела, ведь оно подлежит очищению постоянно. А видеть "грязное" тело - грех. - А если увижу я? Я так хочу посмотреть в твои глаза. - Джои сам не совсем понял что сказал и зачем. Сдались ему эти долбаные глаза сейчас. - Нельзя, Господин Джои. Что? Что он сейчас сказал? Разве Джои упоминал своё имя? : "Откуда ты знаешь?" - Я знаю о Вас всё и больше. Больше, чем Вы сами знаете о себе. - Так почему я не могу узнать о тебе больше, чем имею? На пару мгновений Aon повернулся к Джои. Из-за огромного капюшона, благодаря тусклому свету фонаря, Джордисон всё-таки заметил глаза. Красивые. Вроде тёмно-зелёные. Они блеснули, как у хищника. Джои почувствовал себя жертвой. Как никак сидит рядом не с очень обычным человеком. Где-то внутри что-то подсказывало ему бежать. Быстро и безоглядно. Но интерес, конечно, брал верх. - Все мы грешны..... Честность есть порок. Ложь - дар Божий. Но оба мы несём самый порочный грех. Мы с Вами, Господин Джои, обременены навсегда. Вы же не поняли, как это произошло. Ваше подсознание до последнего это старательно отвергало. Скажите же мне. "К чему он это?" - подумал Джои и ощутил едва заметное прикосновение ледяной ладони на своей руке. Чёрт, чёрт, чёрт. Почему так быстро? Почему всё происходит так? Под словосочетанием "узнать получше" Джои имел ввиду совершенно не...ЭТО. Господи, почему. У него есть Джозеф, точнее... - Нам нельзя касаться кого-либо, тем более - разрешать касаться себя. Но если уж этому суждено быть "Чему суждено быть? Какого хрена сейчас происходит?" - ..... - снова непонятные слова. Как же Джои хотел их понимать. В них не может быть ничего лишнего, наоборот - он думал, что упускает самые важные кусочки, которых так не хватает до полного пазла. - Влечение есть грех, любая близость есть грех. Так пусть я лучше, - .... чем останусь в общине и буду существовать в этом бренном мире, не зная всех людских блаженствий. "Он умирать собрался? Или прям здесь меня поимеет?"