Тот, кто любил страдания

Удрученный школьными буднями, я бездумно листал тетрадку по английскому. Не самый любимый мой предмет, но терпимый. Учительница, правда, помешана на своём уроке. Прозвенел звонок и одноклассники начали заходить в кабинет. Как же я этого не хотел. - Эй, тупица, - "ласково'' поприветствовал меня Род, - сегодня я здесь сижу. Усёк? Я поднял глаза на одноклассника, но ничего не сделал. Потому получил кулаком в челюсть, упав вместе со стулом. Подскакиваю, намереваясь ударить Рода в отместку. И вот я замахиваюсь... В класс заходит учитель, ровно тогда, когда прогремел звук падения. Я вытер рукой нос, который почти не чувствовал, и понял, что он пострадал сильнее, чем я думал, лишь когда на губах появился металлический вкус. Я скинул все что было на парте в рюкзак и выбежал из кабинета. Учительница что-то кричала вслед, но я её не слушал. Я встал за школой и закурил сигарету. Раз досталось Роду, значит сегодня невредимым я не уйду, а если сбегу сейчас - завтра же лягу в больницу. Я услышал стук приближающихся шагов, и, из-за волнения, начал сильнее втягивать дым, отчего закашлялся. - Привет, Кевин. Прогуливаешь? Или прогуливаешься? Джордж протянул мне сигарету, и я её зажёг. - Два в одном. Джордж не был мне другом или приятелем, но был тем, кто меньше всех задирал меня. Может потому, что у него единственного не было для этого повода, или он просто не видел смысла. Парень был около двух метров ростом, слегка худощав, и имел крашеную белую шевелюру, из-за которой его родителей уже ни раз вызывали к директору - мол, сильно выделяется. Школа хочет, чтобы все были равны, но при этом забирает всю свободу - в одежде, в поведении, в мыслях и чувствах - во всём. Если ты не мыслишь как все, ты изгой. Джорджу, однако, удавалось избежать этого звания, потому как, несмотря на всю свою пафосность, он был общительным человеком. Я докурил сигарету и направился в сторону входа. - Стой, - остановил меня холодный тон Джорджа. Я послушно остановился, и парень подошёл ко мне, взяв за левое запястье. - Ты знаешь, Кевин, что для меня сейчас важно, - сказал он, туша свою сигарету о мою руку, - иметь хороший статус. Я безэмоционально посмотрел на оставленный след, больно прожигавший кожу, промолчал и всё-таки дошёл до школы. На урок учитель меня не пустил, поэтому до самого звонка я бездумно шастал по всему учебному заведению. Как только прозвенел звонок, я увидел надвигающегося на меня Шакала. На самом деле его звали Лукас, но кличка Шакал подходила ему куда больше как по внешности, так и по поведению и характеру. Не удивлюсь, если Род уже успел с ним списаться, и Шакал идёт ко мне не просто так. - В два у школы. Внял? Или повторить? - парень толкнул меня в плечо и я пошатнулся. - Внял,- отвечаю сквозь зубы и получаю смачный плевок в лицо, который я тут же брезгливо вытер рукавом толстовки. Проходящие мимо девчонки хихикают глядя на меня и ловят презрительный взгляд. Сзади подходит кто-то и обнимает меня за плечи. - Тупи-ица, - Род одной рукой натягивает рукав рубашки и взъерошивает мне волосы, чего я очень не люблю, - ты у нас любишь, когда тебе делают больно? - парень резко хватает меня волосы и отводит мою голову назад так, что наши лица оказываются друг напротив друга, - Любишь унижения? Открой рот. Я отрицательно помотал головой, и вторая рука Рода с силой разжала мне челюсть. Он плюнул мне в рот, проводя пальцем по горлу и нажимая на него, заставляя проглотить эту гадость, но я с силой харкнул и попал прямо в глаз Рода, который тут же меня отпустил, заорав что-то на великом русском матерном. Забегаю в кабинет и быстро сажусь за последнюю парту. Звонок на урок, учитель в классе, я облегчённо вздохнул. Намеренно при учителе Род не нанесёт мне особого вреда. Главное, выжить сегодня, а что будет потом уже не так важно. Не впервой же мне оказываться в такой ситуации. - Кевин. - Что? - из-за мыслей не услышал я от учителя ничего, кроме своего имени - Иди к доске и пересказывай, - начиная раздражаться, сказал учитель. - Я не готов, - честно признался я. - У тебя ужасная успеваемость. Ты говоришь, что не готов, даже когда это не так. Поэтому, иди к доске. Сегодня я действительно не готов, но был вынужден обреченно плестись к доске. Приятелей особо у меня не было, и только то, что я и мои одноклассники - это одно общество, могло помочь мне пересказать этот чёртов парграф, который я даже не открывал. Я споткнулся о ногу кого-то, по кабинету прошёлся смешок, но, игнорируя это, я продолжил свой путь и наконец оказался у доски. - Отрасли машиностроения бывают... эм... - Давай сначала факторы размещения производства, - перебила меня учитель, хотя там нечего было перебивать. - Факторы... - Это условия, - шепнула девчонка с первой парты. -... размещения производства - это условия... - Определяющие возможность... -... определяющие возможность... - Возникновения... - Вотерн! Я тебе сейчас двойку поставлю за подсказ... - разозлился учитель. - Я правда не готов, - перебил я учителя, которая жестом меня посадила на место и нарисовала в своём журнале красивого синего лебедя. Весь дальнейший урок шёл мучительно долго и скучно. Но и звонка мне особо не хотелось, хотелось только пойти домой. После уроков, в два за школой, меня уже ждала вся Шайка Рода и зрители, среди которых, держа сигарету между пальцами, был и Джордж. Я был один, их - пятеро. Пятеро самых влиятельных подростков нашей школы - Род, Шакал, Оливер, Джейн и Конти. Джейн была единственной девочкой среди них, но, пожалуй, самой сильной. Она любительски занималась футболом, ходила в тренажёрку три раза в неделю, а в школьный спортзал, где от её ударов страдала несчастная школьная груша, каждый день. Оливер, или, как все его называли, Оля, был тощим, но очень юрким пацаном с острым языком, внутри которого часто вспыхивало чувство справедливости, но он намеренно отгонял его на задний план. Русоволосый был жутким задирой и, когда ему удавалось убежать, парень тут же жаловался кому-нибудь из шайки, и обидчикам Оли тут же доставалось. Он был своеобразным шпионом и вором для их "банды" - именно его юркость и умение тихо красться сделали его приближённым Родиона. Конти был главным защитником Рода и относился к нему, как к брату. На его лице "красовалась" мелкая щетина первой бороды и усиков, которой он очень гордился. Его любили девчонки и ненавидели все пацаны, за исключением парней шайки. И вот вся эта разношерстная свара скалилась на меня, и не потому, что я каким-то образом унизил Рода, а потому, что у каждого из них чесались кулаки. Каждый хочет драки, каждому нужна груша для битья. На моей стороне не было никого, хотя среди зрителей были те, кто хотел, чтобы я вышел победителем в этом неравном бою. Однако, это физически невозможно. Род выплюнул жвачку на землю, Оливер бросил окурок сигареты, и игра началась.