obstacle.

      Сколько Дествил себя помнил, он никогда не поддавался на колкие комментарии, всегда хранил молчание, всегда держался прямо и даже оптика никогда не выдавала его состояние. Он был примером сдержанности, и добился он этого не сам. Сказать бы спасибо Лоубу и его прихвостням, да все разбежались по темным углам или попрятались за спинами сенаторов, словно это могло их спасти от приближающего конца.       Сегодня, видимо, был особенный орн, ведь, не успев начаться, он принес в актив Дествила начало пути, с которого теперь будет сложно сойти. Он до последнего старался не замечать изменения в поведении своего Лорда, продолжая видеть в его поступках лишь чистые помыслы: борьба за свободу, борьба против узурпаторов и тиранов, обещание лучшего будущего. Но пелене свойственно спадать, и все, что он пытался не замечать, обрушилось на него невосстановимым потоком. Как мех, познавший все «прелести» рабства, он не мог допустить того, чтобы десептиконы из революционеров превратились в угнетателей. Только что он мог сделать с теми, кто уже познал вкус власти? С теми, кому сам военачальник дал добро на свободу действий? Ничего. Дествил не будет лицемерить, ведь он сам пользуется данной свободой, но все-таки он пытается себя контролировать, хоть и не всегда получается — лишние дезактивы случаются, и совесть его не тревожит.       Он научился быть хорошим разведчиком, прекрасно сработался с Саундвейвом и его кассетами, и даже не боялся, что телепат может увидеть что-то лишнее в его мыслях. Дествил сам добровольно не закрывался от него, не ставил предложенные Хуком защиты, ведь понимал, что только так между ними может сложиться доверие и уверенность друг в друге. Конечно, когда Дествила начинали одолевать сомнения в действиях Мегатрона, Саундвейв был рядом и телепатически касался его, уверяя, что так нужно, что так надо — нет другого пути.       Доносил ли связист Лорду? Нет. Возможно, он считал, что в будущем сможет надавить на разведчика, имея такие данные, а может быть, он считал, что его сомнения оправданы и поэтому не мог судить за них. Во всяком случае, Саундвейв был уверен, что разведчик не примкнет к автоботам, его ненависть к ним иногда так ошеломляла связиста, что тому приходилось закрываться от чужих эмоций. Что касается кассет, то тут он сам удивлялся их поведению. Они видели в Дествиле меха, хоть и не имеющего кассетной деки, равного Саундвейву, и при возможности пытались заползти тому под броню, и если не получалось, то радовали себя тем, что заползали к нему во время перезарядки и устраивались рядом на платформе. Просыпаться облепленным кассетами сначала казалось Дествилу странным, и он пытался менять коды на замках, менял даже дверь, просил Сауда лучше следить за своими, но ничего из этого не сработало, и он просто сдался, а, со временем, нашел в их поведении нечто положительное — в их компании его оффлайн проходил без кошмаров. К такому было опасно привыкать.       Что касается отношения разведчика к другим членам командной ставки, то к Старскриму он относился с осторожностью, не позволял тому вовлекать себя в свои «игры», но уважал его мастерство в небе и часто говорил тому об этом. Нехарактерная для него лесть, но ему нравилось выражение фейсплейта летуна в такие моменты, его высоко поднятые крылья и дрожавшие от словесной ласки поля. Его же сикеры… Тандеркрэкер относился к Дествилу, как ко всем колесным и выражал своё недовольство, когда его со-триадник, Скайварп, начинал прыгать вокруг разведчика, пытаясь не то полапать, не то прощупать его границы терпения. Дествил не отвечал таким же отношением Тандеру, лишь старался держаться подальше и не нарушал чужие границы, но вот что касается прыгуна, тут все было забавно. У Разведчика с фиолетовым летуном сначала образовались платонические отношения, границы которых Скайварп стал перелетать, но так как ему за это по крылу не цапали, они быстро перетекли в плотские. До коннекта они не доходили, обоим хватало простых прикосновений и поглаживаний — такие непринужденные спарковские ласки.       К Шоквейву он не знал, как относиться из-за прошлого. Для Дествила кон делился на двух разных меха: сенатор Шоквейв, изуродованный и «убитый» сенатом и десептиконский учёный Шоквейв, движимый чистой логикой. Если воспоминания о первом вызывали у него любовь и боль в Искре, то второй кроме недоверия и подозрительности ничего не вызывал. Шоквейв, как и раньше, следил за ним, помогал с усовершенствованием корпуса и вооружения, только теперь его действия преследовали цель не помочь другу, а возможность создать очередную машину для войны. Дествил не поворачивался к нему спиной, не позволял класть себя в офлайн во время операций — недоверие и страх преследовали его. Ему казалось, что этот Шоквейв мог быть страшнее Лоуба.       Новый приказ главнокомандующего вызвал у него такое сильное раздражение, что смолчать он не мог. «…захватите сектор С-21 любой ценой» — так сказал Лорд. Неправильная постановка приказа могла повести за собой никому не нужные дезактивы мирного населения, но он видел лишь возможность захвата стратегически важной точки и позволял многое своим подчиненным. Дествил выразил недовольство и рассказал свой план по захвату сектора, уверяя, что обходными путями с помощью разведки они добьются лучшего результата. Да, по времени реализации он был дольше, но зато с меньшим количеством дезактивов. Но Мегатрон, ведомый гладиаторскими эмоциями и возможностью выплеснуть пар, вызвал разведчика на поединок, чтобы урегулировать данный спор. Благо их база находилась на арене Каона, где можно было этим заняться. Дествил согласился, хоть и понимал, что это все было показушно и имело под собой двойное дно, но неконтролируемое чувство толкало его вперёд.       Многие мехи пришли посмотреть на то, как «зазнавшегося» по их мнению разведчика поставят на место или же убьют в назидание тем, кто только посмеет подумать о том, как перечить Лорду. Толпа ликовала, поднимая слишком много шума для такого события, и Дествил лишь поводил плечами на такое, поднимаясь на арену и вставая в боевую стойку.       Бесславного лидера десептиконов это все забавляло и будоражило, он предвкушал хороший бой. Его ухмылка, ярко-горящая оптика, сжатая в кулаке секира — хищник, готовый разорвать свою жертву, не иначе. Бывших гладиаторов не бывает, но Дествил не собирался вставать на колени и подставлять свою шею. Нет, он намерен драться, как никогда раньше. Кто он такой, чтобы сдаваться без боя? Может он и не опытный воин, как Мегатрон или другие десептиконы, бывшие гладиаторы, и дрался на арене лишь раз, но он боец по жизни и привык хвататься за актив.       Неважно, чем кончится этот бой. Дествил считал, что даже если и проиграет, то это будет по-своему победой, и если не для него, то для остальных. Своеобразный показатель, что иногда стоит сражаться за свои слова не только пустословием, даже если перед тобой Лорд. Конечно, это не обозначало, что стоит перечить на каждое слово или пытаться сместить Мегатрона. Нет, вовсе нет. Дествил лишь хотел показать, что иногда стоит напоминать Мегатрону о границах, чтобы он не опускался до уровня Сената или Зеты Прайм.       Кликовое замешательство и обвод арены взглядом, на что получил смешок от оппонента.       — Что такое? Мой храбрый разведчик испугался? Пыл неподчинения иссяк и теперь тебе хочется сбежать на свой корабль, да убраться в самую дальнюю систему? — никакой злобы, только спарковские издёвки, от которых Дествилу хочется улыбаться. Жаль, что под маской Мегатрон не увидит его ухмылки, зато по оптике он явно заметил развеселый настрой своего противника, раз ухмыльнулся в ответ. — Хорошо, раз ты настроен серьёзно, то я не буду милосерден.       Дествил обнажил клинки, встроенные в его манипуляторы — эффективные и для защиты, и для атаки. Новое дополнение в его корпусе, которое уже доказало, что было сделано не зря. Все или ничего, разведчик.       Смена стойки, броский взгляд и отмашка Старскрима о начале боя. Они ринулись к друг другу одновременно, металл лязгнул об металл. Шаг назад, шаг в сторону, снова шаг назад и уворот. Мегатрон для своего громоздкого корпуса был быстр, а чего стоил один его взмах секиры. Он продавливал Дествила, не давая ему ни шанса на передышку. Ворны, проведённые на арене, давали своё. Это было большое преимущество перед тем, кто провёл почти весь свой функционал в Институте, пристёгнутый к платформе. Но это не делало его слабым, он тоже был хищником, тоже умел кусаться. И Мегатрон это знал, посему воспринимал противника со всей серьёзностью. Расслабившись хоть на клик, он рисковал лишиться искры. О, угроза активу делала его ещё более яростным бойцом.       Стоявшие подле арены мехи делали ставки, громко шушукаясь, сравнивая двух воинов. Большинство из них ставили на дезактив разведчика, не веря, что он сможет выползти живым с арены, прекрасно зная характер своего Лорда и статистику оканчивающихся его боев. Радовать публику он умел оторванными головами, вырванными искрами и стекающим по корпусу энергоном соперника, смешанным с его своим собственным.       Но эти беспроцессорные, как любил называть их Старскрим, совершенно не понимали значения этого боя. Для них это было лишь очередное шоу, устроенное лидером. Только все было намного глубже, чем кажется. Был бы это обычный мех, а не командор разведки — другой разговор, но тут же… Шлак. Стоя на верхних ярусах арены со своей триадой, Скример слишком явно наслаждался этим шоу, постукивая сервом по перилам. Хоть кто-то кроме него теперь получал от Мегатрона, что не могло не радовать.       Отвлекшись на Тандера и Варпа, которые, как юные спарки, поддерживали криками и первого и второго бойца, он задумался о своих собственных ставках на этот бой. Если так подумать, то в открытую он поставил бы на Мегатрона, показывая таким образом свою преданность лидеру, но зная также свою натуру, в процессоре он сделал бы ставку на Дествила. Такой союзник в будущем ему явно пригодится для выполнения своих планов, да и в случае чего его всегда можно было бы предать и сдать Мегатрону. И минус проблема и плюс к благословению лидера.       — О чем задумался, Скример? — рядом стоявший Тандеркрэкер ткнул его локтем в бок, вырывая из процесса раздумий. — О прогорающей ставке или... ?       — Оставь его, ТиСи, — вставил свое слово Скайварп, откидывая пустой губ энергона и закидывая манипулятор на плечевой сегмент синего сикера. — Если он что-то и задумал, то узнаем мы это только когда раздастся «звёздный крик».       Старскрим лишь махнул манипулятором в их сторону, не желая вдаваться в очередной спор с со-триадниками. Сейчас его интересовал только этот бой и не столько его результат, сколько сам процесс. Кроме того, он случайно заметил ещё одного заинтересованного наблюдателя там в темном углу арены и усмехнулся. Ему даже с трибун была видна ярко-горящая оптика, неотрывно наблюдающая за боем, подходящим к логическому концу.       Дествил уходил от ударов, зная, что не сможет без последствий принять их или отразить, но и о собственных атаках он не забывал. Он пытался наносить точечные удары по слабым стыкам брони, что не нравилось Мегатрону. Лорд рычал, пытаясь отогнать от себя разведчика. Меньший мех был шустрым, но и он не мог уходить от ударов вечно.       Уворот вправо. Ошибка.       Серый мех схватил за манипулятор противника, разрубая его в районе локтевых стыков и отбрасывая меха от себя ударом термоядерной пушки, словно надоевшего юнглинга. Чёрный корпус пробил собой стену, от такого удара хрустнула спинная панель и по ощущениям пострадали некоторые внутренние системы. Он свалился на пол, и его тут же придавил сверху стенной блок, лишая возможности подняться и продолжить поединок. Ко всему чужое серво придавило его шлем к полу, не давая возможности лишним и ненужным трепыханиям. Шлаков гладиатор.       — Подчинись, — без рыков, без превосходства в голосе, лишь с нотками, показывающими своё положение и требующими повторить присягу.       Дествил оставил попытки поднять голову и позволил до конца вдавить шлем в пол. Одна оптика под давлением треснула. Системы тяжело стравили пар, а процессор словно замедлил свою работу, направляя все мощности на решение. Откажись — его сразу дезактивируют, а если согласится… Тупая ржа, раздражающая его до боли в процессоре. Нет, его не устраивало такое положение дел, но пока он мог лишь одно:       — Я подчиняюсь, Лорд Мегатрон.       Лорд удовлетворительно кивнул.       — Действуем по твоему плану, и командуешь операцией ты. Я жду результатов и не смей меня разочаровывать, — он присел на одно колено, приподнимая голову разведчика за подбородок и усмехнулся про себя на эту удивленную оптику. — Со стороны ты выглядел как бомба замедленного действия, впрочем как и я. Выпускай иногда пар, иначе перегоришь.       — Да, мой Лорд, — покорно наклонив голову, облегченно сказал Дествил, признавая правоту.       Кивнув ещё раз, Мегатрон оставил его в покое и поспешил покинуть арену, давая кому-то приказ вызвать доктора. Остальные мехи тоже начали расходиться, их не особо радовал такой конец, от чего их поля вспыхивали от негодования. И, конечно же, никто не стал помогать разведчику вызволять себя из-под обломков. Коны такие коны. Ему мог бы помочь его лейтенант, но тот видимо тоже умотал со всеми. Далеко пойдёт, ничего не скажешь. Что же до действий Мегатрона, то тут стоило все тщательно обдумать. Лорд не убил его, что несомненно радовало, но и факт того, что по итогу операцию возглавляет он — тревожило. И все это лишнее внимание, что он привлёк к себе… Как досадно, он ведь любил оставаться в тени. Да и так из конов мало кто его знал, а если и знали, то не догадывались чем он может заниматься у десептиконов.       Его раздумья прервала пропажа тяжелого веса на корпусе и резкое переворачивание на спину. Дествил с трудом настроил видеозахват на уцелевшей оптике, и, тяжело вентилируя, даже нашёл в себе силы усмехнуться над нависшей тенью.       — А ты еще кто такой?       Сверху раздался смех, и чужой фейсплейт наклонился ниже, обдавая горячим паром:       — Я Оверлорд. Приветик!       Офлайн накрыл неожиданно, и системы защиты даже не активировались на незнакомого меха. Необычно.

***

      Системы, одна за другой, нехотя, но включались. По поступающим данным от первичной диагностики корпус был восстановлен полностью, да и до рецепторов доносился запах какой-то дорогой полироли, восианской что ли. И это было весьма подозрительно. Хоть Хук и был педантичен в ремонте, но обычно он не занимался косметической красотой разведчика. Если его ещё и перекрасили во что-то яркое, точно застрелится. Не хватало ему ещё походить на какого-то дорогого интербота. В своё время с ним уже так повеселились, так что к краске он относился ревностно.       По шлему ударили чем-то маленьким, но весомым, вынуждая активировать оптику и поймать в ракурсе недовольную рожу, из приемника которой полилась привычная ворчливость.       — Не скулить, не просить энергона — по данным вижу, что ты как новенький. Моя работа всё-таки, ржа ты надоевшая, — съязвить на такое хотелось очень сильно, но Дествил смолчал и попытался принять горизонтальное положение, пока Хук упёрся в датапад, что-то сортируя в нем. Отчёт по ремонту отсылает? Кому нужен-то.       Ремонт-то вышел на уровне, впрочем, как обычно, но правый манипулятор все же подрагивал, вынуждая опереться на левый, и, с усилием, всё-таки сесть. Нет бы полностью ему руку оторвать, желательно сразу от плеча, так Мегатрон специально разрезал ее на локтевом сгибе. Теперь эти фантомные ощущения будут долго проходить, да и смазывать придётся некоторое время. Кстати, насчёт фантомных ощущений — кое-что напрягало.       — Я спрошу прямо, потому что кое-что тронутое в моих соединительных системах меня тревожит, — Дествил положил ладонь сверху на экран датапада, не давая отвлечься конструктикону на лишнее, затем заглянул тому в оптику и серьезно спросил. — Ты меня сконнектил?       Хук смотрел на него кликов пять со всей своей вшитой безразличностью и недовольством, вынуждая Дествила нервно поерзывать на бампере, а потом резко согнулся и заржал на весь кабинет. Разведчик попытался пнуть его, но промахнулся и упал с платформы, теперь смотря на ржущего снизу вверх.       От трепыханий между ног зеленый мех разразился новой волной хохота и, смахнув проступивший омыватель, пнул ногой разведчика в бок. О, как он насупился, словно спарк.       — Я всякий бред слышал, но чтобы такой, да от тебя а-ха-ха, — уперевшись об платформу, он глянул на все ещё валявшийся на полу корпус. Он на всякий случай сохранил выражение этой лицевой в памяти — всегда можно будет потом поржать. — После такого ремонта нельзя полноценный коннект, беспроцессорный, системы ещё толком в себя не пришли, а вот полизать порт и довести до легкой перезагрузки — пожалуйста. Но лично я тебе ничего там не лизал и не собирался.       — Ну почему ты не ответил положительно? Значит Оверлорд не плод моих симуляций, — свернувшись в клубок под ногами конструктикона, простонал он.       Недовольно скривив губы, Хук попытался ещё раз его пнуть.       — Сказал же: не скулить.       Его серво перехватили и резко потянули вниз, скидывая громоздкий корпус с платформы. Чужой бампер тут же занял позицию на фиолетовом капоте, весело похлопывая по нему под возмущенное ворчание.       — Я не скулю, а смеюсь, потому что ситуация очень ироничная: я его ни разу не встречал и не планировал, а тут первое знакомство с коннекта началось.       — Не благодари, — устроившись кое-как в неудобное позе, выплюнул док и нашёл место рукам на серых бёдрах. Плюс быть медиком в том, что ты можешь лапать понравившийся корпус сколько угодно, пока пациент тебе не вмажет. А Дествил никогда не возражал. До чего же тактильный был шлак. — Или благодари? Судя по стонам, которые я успел уловить, тебе все понравилось. Чем не временный партнёр? Тебе разгружаться полезно, а ваши системы идеально подходят друг другу. Заметь, не только я тебе про первое говорю. Так что вбей себе это уже в систему.       — Разгружаться мне полезно… посмотрите какой заботливый Хук, — разведчик прилёг боком на его грудной панели и игривостно улыбнулся, проведя острыми кончиками пальцев вдоль чужих магистралей, щекоча безобидной статикой. — Кому скажи, не поверят.       — Лучше бы закрыл приёмник, — он заранее прикрыл чужой рот манипулятором. — Тебя Саундвейв искал.       А вот тебе и конец играм.