Предпринимательство (ведьмины штучки)

      В этом странном каком-то незавершенном диалоге, мы двинулись на парковку, где стояла моя ласточка и красоточка, девятка. Я купила её на свои кровные заработанные за лето деньги, пришлось конечно себе во многом отказывать, но я не жалею об этом нисколько. Как только я съехала от родителя на съёмную квартиру, мама часто переживала и втихую рассовывала деньги по углам моей небольшой комнаты. Когда я находила их, случался скандал, где я пыталась доказать свою самостоятельность и именно, поэтому я решила покинуть отеческое гнездо. После я конечно, остывала, благодарила, извинялась за свою эмоциональную несдержанность и просила впредь такого не делать, но это же мама. На права я сдала ещё два года назад, пока училась в технаре. Помнится, эти самые права я окунала во все возможные разгорячительные напитки, которые употребляла в тот день. Наутро было плохо не только мне, но и правам, потому что везение не мой конёк. Пришлось делать заново и долго объяснять инспектору, куда я дела предыдущие. Хорошо у Антона были знакомые и он вкратце обрисовал им, что произошло. Они долго ржали над его рассказом, потом надо мной, но свои права я все-таки восстановила. Так вот и появился повод приобретения автомобиля. Выбор пал на синюю крутую пацанскую девяточку с заниженной посадкой, тонированными стёклами и музыкой, которая меня заманила. Я ощущала себя в ней дерзкой девчонкой, которая порой позволяла себе пощеголять на дорогах, но вот только исключительно в безопасных местах, где я не смогу навредить никому. Мама постоянно переживала за меня, особенно, когда я получила права. Сказала однажды, что полихачить это у нас в крови. Не могла я сказать, что это не так, но часто успокаивала ее тем, что я не такая, как он. Отец бросил нас с мамой ещё лет пять назад, когда решил с товарищами покататься за городом на трассе. Не справился с управлением, вылетел в кювет, травмы не совместимые с жизнью. Мама тяжело переживала этот момент, а я старалась быть рядом, опорой двоим. У меня ещё есть младшая сестра, которая на тот момент ещё училась в младшем классе. Тяжело ли я переживала в тот момент, не особо, потому что давно с ним потеряли ту близость. Он разочаровал меня однажды, я смогла простить, но забыть не получалось. Как так получилось, когда в близком человеке заключалась вселенная, а потом раз и все рухнуло, вся вера в доверие и чистоту души исчезло. Он изменял, я узнала об этом, случайно, он был не осторожен. А я в тот день не смогла промолчать, делая вид, что ничего не понимаю. Он умолял, просил, чтобы я не говорила маме, сказал, что покончит с этим. А не смогла ей разбить сердце грустной жестокой правдой, которая сломала бы маму. По сей день я храню обет молчания, да и смысла в этой правде уже нет. Она любила его и любит до сих пор, сильнее и мудрее женщины я ещё не встречала. Я не идеализирую её, она порой ворчлива и довольно дотошна, но она Мама с большой буквы. Это по умолчанию любовь к ней, где сколько не сбивай заводские настройки, остаётся неизменным. Да и покупка машины была в первую очередь желанием показать маме, что я смогу сама. Да пусть и будет не легко, но сама своей гордостью, своим упорством, доказать непоколебимость. Зато теперь могла спокойно сесть и поехать, отвезти маму или ещё кого-то и это было моё, честно заработанные. Доказать, что смогла.       Приехав в Мак, я заказала два Биг Тейсти, картошку по-деревенски и колу, скажите разве я могу это все съесть. Могу и не потому что голодная, просто у всех есть слабость и это одна из моих, гребаный фастфуд. Раньше я пренебрегала завтраком, на скорую руку варила себе кофе и убегала на учёбу. Потом появилась Лера и эта ещё одна причина, почему я съехала. Мама знала обо мне, не сказать, что одобрила, но бороться и вставать против не собиралась. Поэтому вопрос в отдельном жилье не было точкой преткновения.       Это было обоюдное решение. Хотя Лера с мамой были в хороших отношениях. И доверить меня и моё воспитание было поручено ей. А та в свою очередь решила воплотить данный факт в реальность. Завтраки были неотъемлемой частью утренней процедуры. Она часто готовила их, вставая раньше меня, бывало и приносила в постель свои шедевры, за которые я очень хорошо благодарила её. Да, она стала основателем утренней дисциплины у меня. Но не сложилось у нас, потому что она посчитала минутную слабость не изменой. А я бы не смогла с этим смириться, когда любишь- прощаешь многое. Вот здесь и загвоздка, когда любишь… Но, я не любила её так сильно, но я ценила и уважала, мы были близки. Пока мне этого было достаточно.       Два последующих дня все происходило в нормальном и штатном режиме, я не опоздала ни на одну пару, чем Анька меня постоянно поддевала. Хотя я также бегала на работу, отпрашивалась, ехала в институт и все было в норме. После нашего «коленного» знакомства с Марией Александровной, все шло так как обычно. Никаких эксцессов, никаких проблем. За это время мы ни разу не столкнулись с ней, хотя часто проходили по тому этажу, где её кабинет. Думала может на парковке столкнёмся, но и там меня ждал провал. Хотя зачем мне все это, зачем искать встреч и пересечения с ней, но я не могла это объяснить самой себе. Порой Аня с Антоном странно на меня смотрели, когда я взглядом блуждала по лицам в толпе и не находя искомое, разочаровывалась. Думаю, они понимали все, что у меня на душе. Но ни один из них не пытался завести разговор на эту тему. Скоро наступит «пятница-развратница» ничего необычного, просто конец недели и возможность отдохнуть в каком-нибудь пабе. Позволить выкинуть все мысли из головы, выпить несколько бокалов пива, пофлиртовать с какой-то девчонкой и возможно провести приятно время. Все пятничные вечера не всегда заканчивались постелью, да и до недавнего времени там была одна единственная девушка. Странно было одно, что так быстро ещё меня ни разу никто не цеплял.       Осталось все пару часов и прощай Альма-матер на выходные, но осталось только пережить предпринимательство. К нему я как ни странно подготовилась и даже лекцию переписала, на всякий случай, а случаи бывают разные. После второй пары был большой перерыв и мне нужно было срочно отлучится по делам, поэтому недолго думая, прыгнула в девяточку и помчала. С большой уверенностью успеть до начала следующей, но все не так просто. На обратном пути, когда оставалось всего 100 метров до института, как меня тормозят гаишники и выписывают штраф за превышение скорости. Как я только не просила их и «понять — простить и отпустить», договориться (но мне попались из разряда честных), поэтому штраф выписывали долго и тщательно при этом читая нотации об опасности вождения на повышенных скоростях. Приходилось вздыхать и закатывать глаза, но как ни странно это не помогало. А потом я смирилась с участью невезунчика, что снова те-же грабли.       Когда я подъехала на парковку, прошло 15 минут от начала пары, все это время мой телефон издавал звуки оповещений в вайбере. Я знала кто это мог быть и этих людей как минимум двое. Поднимаясь по лестнице в ускоренном режиме, я открыла приложение и ахуела от количества присланных сообщений, а их было 50. Мне на день рождения столько не присылают, сколько сегодня за последние 20 минут. Сперва это были смс типа «ты где?», «ты скоро?», «у тебя все нормально?», потом были смайлики паники, ржачные, матерные, а в конце просто два слова «ты труп» и смайлик ангелок. И тут я подумала, а зачем я решила открыть этот чат, если понимала, что ничего хорошего там не увижу. Но меня заинтересовало еще одно сообщение, пришедшее с неизвестного номера, где были четыре слова «снежная королева в гневе». Если в самом начале я ощутила панику, то теперь меня окутывало раздражение и гнев. Черти в моей голове кричали: " Какого лешего и откуда у этой малышки мой номер!!!?».       Перед самой дверью в аудиторию, я пыталась отдышаться и успокоиться. Но очередное смс с этого же номера не помогло ситуации «попробуйте постучать, вдруг вам откроют " и в конце злорадствующий смайл.       Со словами я разберусь в этом позже, вошла в аудиторию без стука. В это время вся моя группа записывала что-то под диктовку этой прекрасной ведьмы. Но ведь и правда я считала, что она и есть эта женщина, что летает на метле и в шляпе. Сегодня она снова была ослепительно красива, весь её внешний вид и макияж, так и приковывал взгляд. Чёрное платье чуть выше колена с белым воротом, выглядело довольно соблазнительно на ней. Оно обтягивало все её изгибы, эту осиную талию, грудь третьего размера и бедра, но долго я не смогла это все наблюдать, потому что этот голос. Боже, из-за него можно совершить преступление, пойти на край света и вершить судьбы. — Ну, здравствуйте, Евгения! — с какой-то злой иронией произнесла она. — З-здрасьте! Ой! Здравствуйте, — исправилась я, но было поздно, я уже проиграла в этой битве. — Что же вы молчите? Может поделитесь с нами причиной очередного вашего опоздания? — спросила Мария Александровна. — Так получилось, — ответила я, пожав при этом плечами. Оправдываться и извиняться я не планировала, сама виновата. Если эта женщина решила свести меня с ума, то так просто у неё не получится. — Может, хотя бы стоит извиниться перед одногруппниками и мной? — невинно спросила она, бросая мне вызов. — Может, но не сегодня, — сказав это, с улыбкой прошла к своему месту. — Хотя, знаете, мы ведь сможем решить наш вопрос без куратора? Мы же взрослые люди, — с издевкой произнесла я.       Я чувствовала злой взгляд на своей спине, меня, как будто жгло раскаленным железом. Она как дементор из Гарри Поттера пыталась высосать все мои жизненные силы. Но стоило мне сесть и обратить на неё взгляд, как моё тело отпустило и увидела этот странный не добрый оскал на её губах. Шрам над верхней губой проявился сильнее, хотя его не видно, если не присматриваться или как я не оказаться на коленях перед ней. Я подозревала, чем это мне грозит, поэтому на её не высказанную фразу, я просто кивнула. Она продолжила лекцию, а я отступила от предыдущей темы место для пропущенных записей. Принялась записывать все, что она говорила, но что-то пошло не так. У Меня вообще ощущение, что только на её парах у меня все идёт не так. Ручка обещала долго жить, пока искала другую, но так и не шла пропустила ещё кучу диктовки. В итоге, когда попросила у Ани, меня чуть не убили эти карие глаза ведьмы, а подруга, не поднимая взгляда, сунула мне ручку. И тут я подумала, что она тоже чувствует от неё эту ауру, поэтому и даже не отвлеклась толком от писанины. Надо поговорить позже об этом, после пары, а может за бокалом пива. Пока я опять летала в своих мыслях, снова пропустила кусок лекции. Что в итоге, ничего, бросила это гиблое дело и решила, потом переписать у кого-нибудь. Повернувшись к Антону, удивилась, что он тоже весь во внимании. Хотя насколько я знаю, он любитель сделать копии с лекций или потом сидеть переписывать всю эту хрень, которая в принципе, как в институте нам не особо поможет. Помните эти напутственные слова забудь все, что чему тебя учили в школе, потом в техникуме, потом в институте и вот она работа и ты начинаешь с азов. Потому что теория и практика отличаются в действии. Но… Всегда есть, но и многие фирмы просто кичится высшим образованием, каким бы ты специалистом не был. А ещё часто убедительно просят, что необходимо два и второе с другим уклоном. Всю пару я размышляла о бренности бытия и погоде за окном, сегодня было очень тепло и красиво, прям вот по-осеннему красиво. Желто- красные деревья, солнце яркое такое прям жёлтое греет и вместо того, чтобы сидеть где-то в этом унылом и сером месте, хотелось в парк на лавочку. Но при всей этой заманчивости, я как мазохист, хотела быть здесь, упиваясь властью и надменностью этой женщины. Нет, я не люблю боль и причинение боли, хотя Лера иногда любила в постели всякие там штучки, но все это было по отношению к ней, не ко мне. Не скажу, что мне не нравилось, что-то в этом было.       И сейчас мне казалось, что именно такой, как Мария Александровна подошло бы все это. Пятьдесят оттенков в свое время сделало из женщин отнюдь не скромных домохозяек, а так сказать раскрыло горизонт для фантазии. Каждый думает в меру своей испорченности о правилах и возможностях своего сексуального партнёра. Я, будучи скромной в начале так сказать своей карьеры даже не знала, как подступиться к девушке, не то, чтобы с ней заговорить. А флирт — это совсем не обо мне. Все меняется, и я не исключение.       Прозвенел спасительный звонок с пары, но то было для всех, не для меня. Я как раз сейчас собиралась на эшафот к этой малышке, поэтому делать что-то на скоростях не видела смысла. Аня молча собирала сумку и как-то странно на меня посматривала, а я лишь подняла брови, как бы спрашивая в чем дело. — Тебя ждать? Хотя кого я спрашиваю, конечно подождём. Антон пошли, — как-то слишком весело произнесла она. — Что тебя так радует? И скажу сразу, не вздумай, придумать какой-нибудь странный сюжет из любовного романа! — простонала я. — Поздно, слишком поздно, — пропела она, а я лишь закатила глаза на её вот эту ребяческую непосредственность.       Перевела взгляд на Антона, а он как странно начал двигать бровями. Короче, вся эта игра и дружелюбные подмигивания не для него, он слишком странно это исполняет. Как будто у него замыкает где-то и выглядит это довольно убого. Сколько бы раз не говорила ему об этом, все равно продолжает, видимо не верит. Надо как-нибудь заснять его, может тогда перестанет, но это не точно. Я вообще сомневаюсь, что есть вещи, которые могут остановить моих друзей от странных поступков. — И так, Евгения, я жду вас. Поближе пересядьте и тетрадь мне покажите, — сказав это, она знала, что это очередной мой провал. — Хорошо, — спокойно ответила я.       Подойдя к первой парте, я запрыгнула сверху и положила на край стола заветный приговор. Мы обе знали и понимали, что там снова та же самая история, может чуть иная, но та же. Она не взяла её в руки, все также сканируя меня взглядом-рентгеном. Между нами повисла молчаливая битва, но совсем ненадолго, потому что её взгляд скользнул ниже по мне. А потом поднялся до уровня глаз, но этого я уже не узнала бы, если бы она как-то странно не фыркнула. И тут же мои глаза медленно от её груди, скрытой чёрной материей поднялись до шеи тонкой бледной, где я увидела маленькие синие линии вен, если не присматриваться, то вряд ли заметишь, потом до губ и шрама над ними. Хотелось протянуть руку и сомкнуть на ней, но не для того, чтобы задушить, а хотелось воспользоваться своим преимуществом в росте и весе, приложить эту ведьму к стене. Фантазии. Эти губы растянулись в соблазнительную лисью улыбку и наконец я поняла, что меня поймали с поличным. Было ощущение, что она все знала и даже больше. — Раз извиняться при всех вы отказались. Может наедине у вас получится лучше. Что скажите? — хитро спросила Мария Александровна. — Знаете, а ничего не изменилось. Я не хочу, а может не могу. Кто знает, — пожав плечами, дерзко произнесла я. — Мне кажется, Евгения, что есть по крайней мере два способа извинений в вашей копилке, — произнесла она этим самым голосом с хрипотцой.       А я невольно посмотрела в её глаза, которые сейчас сверкали озорством. Когда она говорила это, то её взгляд упал на мои губы, а потом руки, которыми я держалась за парту. Держалась, потому что боялась, что сомкну эти самые руки на её тонкой шее, поэтому мотнув головой я вышла из оцепенения. Умеет же эта ведьма изменить моё видение ситуации. А её тонкий намёк, я приняла, как вызов. Но, все её дальнейшие действия выбили меня из колеи, она встала пошла на выход и пока она не произнесла моё имя, я так и смотрела ей вслед. — Евгения! Ау! Пойдёмте, у меня для вас небольшое задание, — с насмешкой в голосе сказала она.       Когда мы спустились в библиотеку, я поняла, что меня просто только, что поимели. Вышла я оттуда спустя два часа, а не раньше как хотелось бы, так как расставляла книги по их местам. Антонина Ивановна так благодарила Марию Александровну за меня, что оставалось только пасть на колени и бить челом об пол и уходя эта маленькая стерва, сжала моё плечо и прошептала удачи.