Поймать монстра

      Глава рода Тера выглядел обречённым. Словно на него обрушилось осознание всего происходящего, и он не мог признать этого. Возможно, он хотел бы отрицать всё, но факты говорили сами за себя.              — Почему Вы так в этом уверены? — не сдержался я, и старший Тера поднял на меня обречённый взгляд.              — В Изабели есть пещеры, соединённые тоннелями. После одного... инцидента, — нахмурился глава рода. — Я склонен предполагать, что Ирн Ситула вместе с главой Изабель заставляют усомниться в их преданности Совету.              В кабинете повисла тишина, и среди неё я различил треск пламени. Было тихо и громко одновременно.              — Ирн Ситула — это... — протянул я с вопросительной интонацией и автоматически повернулся к Элли.              — Глава Шеата, — Она сидела, закинув одну ногу на диван и упираясь в неё подбородком. Лью держал Элли за руку. — Помнишь, старик, который оправдывал Изабель? Это он.              Теперь всё встало на свои места. Они могли сотрудничать друг с другом и защищать Бога монстров или как там его вообще. Пещеры Изабели славятся тем, что там много драгоценных металлов, но они глубоки, и в них иногда теряются рабочие. Многие охотники шутили о том, что работать в пещерах Изабели сейчас так же опасно, как убивать монстров. Теперь это имело смысл и уже не звучало просто как шутка. И всё же что-то здесь не складывалось.              — Нет, зачем? — спросил я, смотря на старшего Теру. — Какая им с того выгода? Не заставляют же они монстров работать в шахтах? Если они захватят материк, никто не выживет.              — А вы, мистер... Тью, кажется. — Тера не сумел скрыть издевательской улыбки. — Откуда такая уверенность? Не полагаете ли вы, что о сотрудничестве не может идти речи? Что, если им сохранят жизнь?              Мне вспомнилась встреча на Совете. Абаддон отогнал того монстра, и он ушёл, пощадив меня. Но зачем тогда нападать на Совет, если не хочешь всех поубивать?              — Что-то не так. — Меня не слушали. Тера погрузился в себя и слышал только себя, а все остальные как будто бы не обращали внимания на несостыковки. Только Даниэль сидел, смотря на меня и ожидая аргументов. — Что именно Вы слышали? — уточнил я.              — Что-то о пещерах и смертях. Они боялись чего-то.              Лишь очередное подтверждение. Если предатель не Тера, и он говорит правду, то всё складывается как никогда ровно. Как будто бы одна деталь к другой ложилась как влитая. И единственное, что смущало — мотив. Тени от огня играли на стенах.              — Я собрал Вас, чтобы оказать поддержку. Мы вместе с родом Э Ир давно разрабатываем более эффективное оружие против монстров. — Старший Тера не сводил взгляд с Лью. — Оно работает иначе.              — На магии, — продолжил Лью. — Да, я уже всё знаю. — Вдохнув поглубже, он выдержал этот взгляд. — Предупредите нас, когда оно будет готово. Если что-то осталось после нападения.              Тера кивнул и переместился за свой рабочий стол. Наш диалог был закончен, и мы поднялись со своих мест. Только если мы с Элли пошли к выходу, Даниэль и Лью остались стоять посреди кабинета.              — Я хочу ещё кое-что обсудить, — сказал Лью.              Старший Тера поднял на него взгляд.              — Мне бы тоже хотелось поговорить, — поддакнул Даниэль. Он обернулся и махнул нам рукой, как будто бы отпуская. Не тратя ни секунды, мы с Элли вышли в коридор.              После произошедшего разговора всё казалось каким-то странным. Сквозь окна пробивались лучи закатного солнца, окрашивая дерево в тёмно-оранжевый цвет. Мы стояли и молча смотрели на двор, усыпанный цветами и обстроенный дорожками. Было неловко.              — Я пройдусь с тобой, — сказала Элли, и я кивнул. Мы двинулись вдоль окон.              В животе неожиданно защекотало. Было странно видеть Элли такой. Она шла, накручивая прядь волос на палец и старательно избегая взглядов на меня. Между нами как будто бы повисло тяжёлое и гнетущее молчание, которое было уже никогда не нарушить. Я решился сломать невидимую преграду.              — Я на тебя злюсь. Ты не имела права от меня такое скрывать, какая бы у тебя не была причина. Меня бесит то, как ты после всего можешь пытаться мной управлять. Меня бесит твоё фальшивое спокойствие. — Я сжал кулаки и обречённо выдохнул. — Ты не имела права.              — Прости, — послышался слабый голос Элли.              — Ты скучаешь по ней?              Перед глазами предстал образ Сары. Всё это время я хотел стереть её из памяти, позабыть об этой улыбке раз и навсегда. Сара напоминала мне о том, что я был слаб. Она как будто бы пожертвовала собой, чтобы обнажить проблемы приюта. Но её потеря стала для нас общей. Теперь, когда я это вспомнил, мне было тяжело смотреть на Элли.              — Почему ты взяла её имя?              — Ты мне нравился, — начала Элли. — Мы были всегда втроём, и я всегда вами восхищалась. Вы были смелыми: ты боролся со своими приходами, она шла против правил. Вы меня вдохновляли, и постепенно восхищение к тебе переросло в чувства. Не знаю, почему, но ты всегда мне был дорог, особенно после её смерти. Но ты начал забывать нас, и мы отдалились. Я подумала, что так даже лучше. Может быть, твоя психика бы не выдержала такого удара, и я не хотела наносить тебе новые раны. — Я услышал, как Элли всхлипнула. Сердце сковала боль. — Когда ушла из приюта, я начала думать, что монстров можно приручить. Они когда-то ведь были домашними? Поменяла имя, чтобы чувствовать себя увереннее, нашла Лью, которого бросили. И всё время помнила вас. — Элли плакала. — Прости, что так и не сказала.              — Она была хорошей, — только и смог что выговорить. — Твоя сестра сияла даже тогда, когда было темно.              Мы остановились у окна напротив моей комнаты. Солнце начинало заходить за горизонт, и мир погружался постепенно во тьму.              — Вы с Лью, — прошептал я. — Как у вас с ним?              Элли стояла рядом и смотрела на небо.              — Я ему нравлюсь, — произнесла она как-то совершено равнодушно. — Не знаю, что с этим делать.              — Он от тебя без ума, и ты можешь ему помочь с семьёй.              Элли кивнула.              — А у тебя как? — Лицо покраснело из-за неожиданного вопроса. — Да, знаю, у тебя никого нет, но, может быть... Ладно, прости, я не знаю, что сказать. Ещё не привыкла, что ты…              Так она ничего не знала? Мне показалось, что наша утренняя встреча с Элли и Лью должна была им на многое открыть глаза. Но то ли их больше волновала обстановка внутри собственных взаимоотношений, то ли они просто были слепыми как кроты. Наверное, можно было бы рассказать Элли о нас, но я и сам не совсем понимал, что происходит с Даниэлем. Сегодня мы подрались, и между нами как будто бы что-то есть, но уже несколько дней мы ведём себя как просто знакомые или друзья. Ничего, что бы намекало на... отношения?              — На меня очевидно запал кузен Лью, — сквозь улыбку ответил я, и Элли повернулась ко мне с немым вопросом. — Он так смотрел, сама видела. Точно запал.              Элли улыбнулась, но промолчала. Становилось всё темнее, и на меня накатывала усталость.              — Как думаешь, можно верить этому интеллигенту?              Элли пожала плечами и, слегка коснувшись моей руки, ушла. Я постоял ещё немного и, вместо того чтобы зайти к себе, решил подождать Даниэля в его комнате. Мне кажется, нам надо будет обсудить сегодняшнюю встречу.              В комнате Даниэля всегда было странно. Не в том плане, что шкафы стояли перевёрнутыми или солнце заходило на востоке, просто я ощущал себя в пределах этого пространства странно. В голову лезли всякие воспоминания, которые заставляли смущённо отвести взгляд. Я сел на стул, который кто-то отодвинул и поставил лицом к кровати. Словно для разговора. И кто бы мог прийти к Даниэлю для какого-то разговора? Да кто угодно.              Я сел на стул, повернувшись к столу. Поверхность была чиста, словно никто не желала пользоваться мебелью. На дерево падали лучи, окрашивая его в оранжевые тона, и я лёг на стол, проводя пальцем по гладкой поверхности. И всё-таки что так обидело сегодня Даниэля? Не мог же он разозлиться на то, что обыграл меня?              Дверь открылась, и я подскочил, смотря на вошедшего Даниэля. В ответ она моё пристальное внимание он застыл, точно также не сводя взгляда с меня.              — Ты тут…? — проговорил Даниэль, всё-таки закрывая дверь.              Я сел обратно на стул.              — Хотел просто поговорить.              Даниэль отчего-то устало вздохнул.              — Я остался, чтобы поговорить с главой Тера о Габи. — Даниэль подошёл к комоду, открывая ящик и что-то выискивая, пока я растерянно за этим наблюдал. — Ты же за этим пришёл?              — Нет, вообще-то. — Даниэль поднял на меня удивлённый взгляд. — Но это тоже любопытно. Всё ещё пытаешься что-то доказать?              — Я видел своими глазами, — раздражённо ответил Даниэль. — Или и ты мне не веришь?              Укол совести оказался больнее, чем ожидалось.              — Наверное? — пожал я плечами. — Честно говоря, я сам ничего не понимаю, хотя и хочу тебе верить. Я имею в виду не то, что я тебе не доверяю, — поспешил я исправиться. — Просто ты тоже мог поспешить с выводами.              — Это чертовски раздражает. — Плечи Даниэля напряглись. Я отвёл взгляд, когда он поднялся и направился ко мне. Что ж, пусть ругает или ещё что-то такое. Хотя мне бы не хотелось окончательно поссориться.              Теперь мне обидно. Кажется, всё стало слишком сложно. А начиналось-то красиво. Даниэль подошёл ближе, и я виновато опустил взгляд.              Вместо каких-либо слов Даниэль что-то положил на стол. Я мгновенно посмотрел на вещь, и обнаружил собственный перстень. Волна облегчения прокатилась от сердца до пяток, и я поднял кольцо, надевая себе на палец.              — Спасибо, — искренне улыбнулся я Даниэлю, но он оставался в своей хмурой задумчивости. Да что такое творится у него в голове?              — Так что хотел обсудить?              — Ты на меня обижен, — начал я, не желая больше задерживать этот разговор. Чем дальше, тем хуже будет.              — Нет.              — Да я же вижу...              — Я на себя обижен. Но обсуждать это сейчас не хочу. Я устал.              Мне оставалось только раздражённо вздохнуть. Даниэль отошёл от стола, собирая какие-то вещи, чтобы, видимо, пойти помыться. Ну и Бог с ним, с этим Даниэлем. Не хочет говорить, так зачем заставлять?              — Ты к себе или у меня останешься? — Последний вопрос выбил весь воздух из лёгких, так что я откашлялся, ошеломлённо смотря на Даниэля. — Я имею в виду, где ты собираешься ночевать?              Неожиданный выбор.              — Я не собираюсь отвечать, — как-то резко ответил я, снова смущаясь. Да когда это всё перестанет меня смущать?              — Можешь не отвечать. — Даниэль резко выпрямился и подошёл к шкафу с одеждой, что-то там быстро перебирая. — Можешь даже не решать. Хочешь, так вообще сиди на стуле всю ночь.              Даниэль зашёл в ванную, и я остался один. Уже через полчаса, сходив в свою комнату и вернувшись, я стоял чистый и переодетый снова у Даниэля. Сам хозяин комнаты лежал на кровати под одеялом, сверля меня взглядом.              — Я решил вернуться. — Смущение опять меня заставило отвести взгляд, но я услышал шорох, после которого опять посмотрел на кровать и увидел, как Даниэль перемещается ближе к дальнему краю, оставляя мне место рядом.              Почему-то именно в этот момент я почувствовал себя деревом, которое даже двинуться не может. Вдох. Выдох. Я подошёл к кровати, лёг рядом и накрыл себя одеялом. Теперь можно было расслабиться. И хотя щёки всё ещё смущённо горели, я повернулся лицом к Даниэлю, и он тоже развернулся ко мне.              Несколько секунд мы не разрывали зрительный контакт, пока наконец-то оба не закрыли глаза, постепенно засыпая.