Омут кубка огня

... — Давненько такого дождя не было, — произнёс Сириус, наблюдая как ученики бегут к воротам замка, облепленные вымокшими мантиями. Гарри с друзьями тоже неслись вверх по ступеням, не позволяя себе лишний раз сделать вдох, и сбавили шаг только оказавшись в холле. С их волос и одежды просто текло. — Чтоб его! — Рон потряс волосами на манер собаки, — Если так продолжится, озеро может выйти из берегов. Я просто до нитки вы...АЙ! Тяжёлый красный шар свалился прямо ему на голову и лопнул, обдав водой. А вскоре последовала и вторая бомба, которая едва не зацепила Гермиону. — Пивз! — хором воскликнули Джеймс, Питер и Римус. Сириус же только откинул голову и наблюдал за проделками школьного полтергейста. А потом наконец заметил: "Теряет хватку, что ни говори. Они же и так мокрые. В чём соль веселья?" Джеймс развёл руками: "Ну, всё-таки не первое столетие в замке. Может, фантазии немного поубавилось?" Римус не мог не улыбнуться: он не сомневался, что уж у его-то друзей фантазия не истощится никогда. Они могли бы дать фору любому Пивзу. — Хей, это же Макгонагалл! — воскликнул Сириус. Его взгляд переместился на быстро спускающуюся по лестнице женщину. Миг! И та вдруг подскользнулась на мокром полу и едва не упала. — Пивз! Спускайся сюда! Сейчас же! — закричала Макгонагалл, от смущения ставшая ещё свирепее. — Наша декан верна себе, — ухмыльнулся Джеймс, — Что же, теперь можно спать спокойно: будущие поколения в надёжных руках! — Разве кому-то мешает? — протарахтел Пивз, кидая новую бомбу, — Они уже мокрые, разве нет?! Всего лишь парочка брызг! Вуииии! — и он пульнул ещё один шар во второкурсников. — Да это же многоходовка! — одобрительно заметил Сириус, — Тогда беру свои слова назад! Друзья заулыбались, почувствовав себя на своём месте: всё-таки стены школы действовали по-настоящему волшебно. И даже Пивз вызывал до странного тёплые чувства. — Я позову директора! — пустила в ход последний козырь Макгонагалл, и полтергейст всё же прислушался. Высунув напоследок язык, он бросил оставшуюся бомбочку и улетел по лестнице вверх. Гарри с компанией тоже отправились дальше, то и дело скользя на лужах. Рон периодически ругался, скидывая с глаз мокрые волосы. Гермиона шагала молча. Но наконец они ступили в Большой зал, встретивший своих гостей ярким светом. Повсюду, словно живое солнце, сияли золотистые тарелки и кубки. Тысячи свечей висели в воздухе, паря над четырьмя столами. От зала веяло теплом и уютом: как от родного дома. Но всё же влажные ботинки и облепившее тело мантия немного отравляли радость. Джеймс невольно провёл рукой по волосам: но те по-прежнему не ощущались. Однако было чувство, словно они намокли. Наверняка ему передавалась частица ощущений Гарри. Мимо стола проплыл Почти-Безголовый Ник, с улыбкой встречая учеников: "Добрый вечер!" — Кто сказал, что добрый? — пробурчал Гарри, выжимая свои брюки, — Надеюсь, они поспешат с сортировкой. Я помираю с голоду! Рядом раздался восхищённый голос: невысокий паренёк, едва дыша, позвал Гарри по имени. А тот лишь бросил на него хмурый взгляд: "Привет, Колин!" — Гарри, представляешь?! Можешь представить, что мой брат поступает в Хогвартс! Мой брат — Деннис! — Эм... Хорошо. — Не слышу восторга, — хмыкнул Сириус, — Фанатская любовь — она такая давящая, верно, Сохатый? Тот просиял улыбкой: "Достойный продолжатель рода! Ты посмотри — на него косятся со всех сторон!" На место, где сидел Гарри и правда смотрели со всех столов. Кто-то — бросал взгляд укладкой и перешёптывался с соседом, кто-то — разглядывал без всякой скромности. Кто-то — периодически поглядывал и, насмотревшись, вновь возвращался к своим делам. Наверняка все эти пересуды и взгляды не слишком приятны, — подумал Римус, — но Гарри, судя по всему, уже привык. Сам он тоже привык быть в центре внимания: мародёры часто оказывалась в гуще событий. И всё-таки обычно Джеймс с Сириусом перетягивали большую часть взглядов на себя. Сложно было представить, каково это — оказаться в одиночестве против такой толпы. С другой стороны, — Римус не мог не признавать, — Были в этом и свои плюсы. Разве не так выковывается стальной характер? И так — ты учишься сопротивляться воздействию со стороны и не даёшь никому на тебя повлиять. — А где новый преподаватель по Защите от тёмных искусств? — вдруг спросила Гермиона, заставив вспомнить об учителях. — Так, кто же смог продержаться эти... сколько там, тридцать лет? — с ноткой драматизма воскликнул Джеймс, — Из тех кого мы уже встретили: наш старый-добрый Хагрид, не сомневался в нём! Макгонагалл, примите мой поклон, миледи!..." — Нюниус, — внезапно пробормотал Сириус. А потом громче произнёс, — Что Нюниус там делает? Джеймс перестал дурачиться и всё же присмотрелся к столу преподавателей. За ним, у самого края сидел Флитвик, беседующий с незнакомой дамой, рядом — ещё одно лицо, которое Джеймс не смог припомнить (похоже, кто-то из новых учителей)... а рядом... Рядом, с деланно отрешённым видом, торчал Снейп собственной персоной! — Ну и дела! — воскликнул Джеймс, — Кому вообще взбрендило в голову взять Снейпа в преподаватели? — Должно быть — Дамблдору, — улыбнулся Римус, — Или считаешь, можно пролезть за этот стол без его ведома? Друзья замолчали, пытаясь переварить новую информацию. Питер внезапно заметил, как Гарри и Снейп обмениваются злобными взглядами. Похоже, ненависть между ними могла вполне сравниться с той, которую питали друг к другу Нюниус и старший Поттер. Как же вообще можно учиться в таких условиях? Сириус со злостью сжал палочку: сейчас он жалел только о двух вещах: о том, что они не до сих пор не выяснили, как выбраться из книги. А также — о том, что в этом мире они — всего лишь призраки. — Давайте же, поторопитесь! — простонал Рон, — Я готов съесть Гиппогрифа! Стоило словам вылететь из его рта, раздался грохот открываемых дверей... а потом воцарилась тишина. В зал зашла вереница первокурсников, мокрых до самых кончиков волос. Казалось, они плыли в замок прямо по озеру, оставив за ненадобностью лодки на берегу. Дрожа и скользя по полу, ребята наконец выстроились в линию. Их лица были бледными от страха. — Неудивительно! — прокомментировал Сириус, — После такой-то встречи они, наверное, теперь гадают, что же ждёт дальше: прыжок в огонь или, может быть, битва с троллем? — А я бы не отказался сразиться с троллем при поступлении! — мечтательно протянул Джеймс. Он до сих пор помнил, как было скучно наблюдать за первой сортировкой. Единственное, что грело душу: момент, когда он сможет сесть за свой стол рядом с Бродягой. Один из мальчишек-первокурсников был даже укутан в громадную шубу, которая волочилась за ним по полу. Поравнявшись с гриффиндорцами, он ухмыльнулся Колину и вскинул два больших пальца вверх: "Я упал в озеро!" — Его... — ...Его определённо распределят к нам, — опередил Джеймса Римус, — Ты ведь это собирался сказать? Тот хмыкнул: "Один:ноль в твою пользу, Лунатик." Сириус с Питером засмеялись. И сразу же их заглушила громкая песня Шляпы. Слушая новые слова, друзья на пару минут даже замолчали. Что-то томительно отозвалось внутри. — ... Они делили стремления, надежды и мечты, — процитировал Джеймс, — Прямо как мы с вами, а? У них родился дерзкий план... Почти как наша карта... — Чур роль Годрика моя, — прервал его мечтания Сириус, — А ты, так и быть, можешь быть Ровеной. — Да разбежался! — Питер у нас явный Хаффлпафф, — продолжил тот распределение, — а Римус, несомненно, — наш Тёмный властелин, — Сириус насмешливо поклонился, — Ваше злодейшество, Салазар! Не в силах сдерживаться, они дружно расхохотались. Всё-таки было весело примерить на себя роли основателей. Смогут ли они тоже оставить подобный след в истории школы? — Давайте мы все подпишемся, когда закончим карту? — предложил Джеймс. Его глаза сияли от предвкушения, — Скорей бы её уже закончить. — Не очень-то мы продвинемся, пока торчим тут, — пробурчал Питер. Хотя, сказать по правде, в создании карты он принимал участие только в роли разведчика. В облике крысы было удобно бегать по территории замка и вне его: никто не мог тебя заметить! И пусть он не владел заклинаниями на должном уровне и не был так подкован в трансфигурации, как остальные мародёры, но в том, что касалось скрытности, Питеру равных было найти сложно! Почувствовав, приятное тепло от ощущения собственной значимости, он снова присмотрелся к происходящему. Распределение потихоньку подходило к концу. И наконец Дениса, как ожидалось, распределили в Гриффиндор. — Я выпал! — сразу же стал делиться впечатлениями мальчик, — Это было великолепно! А потом что-то в воде подцепило меня за ногу и забросило обратно в лодку! — Небось, гигантский кальмар, — предположил Сириус. — Или — русалки, — подхватил Римус, — В озере много обитателей. Я уверен, что они следят, чтобы никто из первокурсников не пострадал. Иначе Дамблдор не стал бы отправлять детей по озеру. — Ты о нашем директоре сейчас? — хмыкнул Джеймс, — Порой я думаю, что он специально отсеевает самых слабых уже на входе. И озеро — просто хитрый приём. Питер сомневался, что это правда, но всё же на всякий случай закивал. Спорить с Джеймсом было себе дороже.

***

После распределения ученики наконец приступили к ужину. И пока они жадно уминали пюре с бифштексом, Почти-Безголовый Ник решил поделиться новостями: "Вам повезло, что банкет так поздно. Днём на кухне были сложности". — Што за шлошности? — с набитым ртом произнёс Рон, — Што проишошло? — Конечно, это вина Пивза, — Ник покачал головой, почти уронив её набок, а потом передвинул воротник немного выше и продолжил: Обычное дело, ничего нового. Пивз выразил желание присутствовать на банкете... Его голос продолжал литься, рассказывая о всем знакомых вещах: о беспределе, который сеял повсюду полтергейст. И наконец он дошёл до самого главного: "Напугал домашних эльфов до самых поджилок..." — И Гермиона выронила кубок. Сок сразу же растёкся по скатерти. — А ведь она, похоже, была не в курсе! — ухмыльнулся Джеймс, — Что теперь буууудет! — Но им ведь платят? — завела Гермиона любимую песню, — У них есть отпуска и пенсии? Ник аж фыркнул от изумления, таки лишившись головы, но потом сразу нахлобучил её обратно: "О чём ты? Домовики вовсе не желают получать отпуска с пенсиями!" Эти слова стали последней каплей. Гермиона резко отодвинула тарелку с едой, словно её вдруг затошнило. — Рабы. Вот кто сделал этот ужин — рабы! — Нехило её зацепило! — заметил Сириус, — Решила теперь вообще не есть? Как будто от этого эльфы перестанут готовить! Дождь по-прежнему барабанил в тёмные широкие окна. Очередной удар грома заставил стёкла задребежжать; на потолке Большого зала вспыхнула молния, озарившая золотые тарелки. А стоило молнии погаснуть, первое исчезло с глаз, и перед учениками возникли сладости. Под завывания ветра и разговоры ребята начали жевать пироги с патокой и шоколадное печенье. Но Гермиона так же стойко игнорировала всё, что лежало на столе. — Пожалуй, это даже достойно уважения, — прокомментировал Джеймс, — На сколько, интересно, её хватит? — Вряд ли больше, чем на пару дней, — ответил Питер. Ему представить было сложно, что можно сесть на диету по такой глупой причине. Ну, эльфы, вот ерунда! Как будто они только сейчас появились! Банкет подошёл к концу, и Дамблдор поднялся со своего кресла. В зале сразу вновь стало тихо. — Итак, теперь, когда мы все наелись и напились, — начал он. Гермиона с сомнением хмыкнула, — Я попрошу ещё немного вашего внимания, чтобы сделать несколько объявлений... Наш завхоз, Мистер Филч... — О, старый знакомый Филч! — не выдержал Джеймс, — Только молчаливые стены знают, сколько времени мы провели вместе, — он пафосно поднёс руку к сердцу, — Наверняка до сих пор помнит нас, хранит все папки с нарушениями. Читает перед сном и тихо плачет. — Не сомневаюсь, — хмыкнул Римус, — Вашим списком нарушений можно зачитываться как романом. Сириус и Джеймс одновременно улыбнулись: поспорить было сложно. Вряд ли кто-то в будущем сумел побить их рекорд по количеству папок и по разнообразию проделок. Питер и Римус, безусловно, тоже порой участвовали и попадались, но отставали от их парочки с большим отрывом. — ...межфакультетного соревнования по квиддичу в этом году не будет..., — продолжал директор. — Что?! — хором воскликнули Гарри и Джеймс. Лица многих других гриффиндорцев тоже были шокированными. Однако кое-кто всё-таки сохранял спокойствие (возможно, знал больше чем остальные). — Турнир же! — напомнил Римус. — ... в этом году в Хогвартсе..., — наконец дошёл до главной темы Дамблдор. Но не успел он закончить, как грянул невероятный раскат грома, и двери Большого зала с шумом распахнулись. На пороге оказался человек, опирающийся на длинную трость и закутанный в чёрный плащ. Все головы повернулись в его сторону, а незнакомец как ни в чём ни бывало, проследовал к столу преподавателей. — Кто-то любит эффектные появления, — усмехнулся Джеймс. — Грюм, — присмотрелся к внезапному гостю Сириус, — Неужели собрался преподавать? Кого-то ждёт невероятный год! И правда. Год ознаменовался немалым количеством ярких событий. Кубок по Квиддичу, Турнир трёх волшебников, а теперь ещё и — Грюм в роли преподавателя. Мог ли другой год похвастаться подобным списком? Тем временем, Грозный глаз прошагал к столу и поздоровался с директором. Казалось, он не замечает потрясения, которое вызвал его приход. Придвинув к себе тарелку с сосисками, он поднял одну из них к своему изрубленному носу и принюхался, а затем достал из кармана нож и начал есть. — Нехило его потрепало, — пробормотал Сириус, — В прошлый раз он выглядел куда... целее. Римус кивнул. Он знал, что работа мракобойца не из простых. И всё же, видя сейчас такие травмы, он осознал, что даже близко не мог представить то, с чем этим людям приходится сталкиваться. В груди поднялось восхищение: Грюм явно повидал многое, но всё-таки он нашёл в себе силы прийти сюда и поделиться своими навыками и знаниями с учениками. Хотя мог и спокойно почивать на пенсии. Дамблдор вновь прокашлялся, чтобы привлечь внимание: "Как я упомянул ранее, в ближайшие месяцы наша школа возьмёт на себя честь провести в своих стенах очень волнующее мероприятие, равных которому ещё не было в этом столетии. С огромным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится ТУРНИР ТРЁХ ВОЛШЕБНИКОВ!" — Ну наконец-то! — воскликнул Питер. Но его слов никто не услышал за шумом и криками других учеников. Это Большой зал пытался принять горячую новость.