Омут кубка огня

Ночь пролетела как миг. Когда же время возвратило правильный темп, четвёрка друзей сразу окунулась в суету сборов: по дому всюду сновали люди, с одной стороны — стараясь отыскать нужные вещи, с другой — силясь проснуться. Гарри же, похоже, всё собрал заранее (ну, или отложил это на последний момент), поэтому сейчас неторопливо жевал кашу, наблюдая за сценой у камина. А наблюдать было за чем: Артур Уизли, в мантии на левую сторону, одной рукой пытался нащупать что-то в ящике, а второй — надевал очки, спросоня едва не тыкнув дужкой в глаз. Напротив же — из огня торчала голова Амоса Дигорри, гладко причёсанного и явно давно вставшего. Тот поторапливал: "Артур, ты должен отправиться туда как можно скорее..." Несколько ярких искр едва не запутались в его бороде, но он даже не обратил внимания. Мистер Уизли отчаялся обнаружить искомое и кинул быстрый взгляд на жену. Та применила одной ей ведомую магию и вскоре уже в её руках был и свёрнутый в трубочку пергамент, и слегка помятое перо, и небольшой флакон чернил. Протянув всё мужу, миссис Уизли вернулась к привычным бытовым делам. А Амос, тем временем, продолжил: "Нам просто невероятно повезло, что я там оказался... Зашёл в офис пораньше, чтобы отправить пару сов: смотрю — кругом народ из Отдела по злоупотреблению магией. Если слушок долетит до Риты Скитер,..." — Что там произошло, по словам Грозного Глаза? — мистер Уизли занёс перо над пергаментом, готовясь не упустить ни слова. Голова Амоса закатила глаза: "Говорит, что к нему во двор пробрались злоумышленники... вроде бы собирались залезть во двор, но угодили в мусорные баки". История всё набирала обороты, но пока мало что было ясно. Джеймс громко зевнул, едва заставив себя не отвлекаться: в воздухе словно витала дремота. Возможно, тому причиной был сильный дождь, который поливал без остановки и барабанил в стёкла. Или — сонливость исходила от самого Гарри, частично касаясь и их четвёрки. В любом случае, взбодриться пока было нечем, а происшествие с каким-то Грозным Глазом, судя по описанию, казалось фейком. — Артур, ты же знаешь Грозного Глаза, — произнесла голова Амоса, как будто подтверждая его мысли, — Кто-то залез к нему во двор посреди ночи? Да больше похоже, что какая-нибудь уличная кошка искала чем поживиться и забралась в очистки. Но если Комиссия по злоупотреблению магией начнёт в этом копаться, Грозному Глазу придётся несладко — вспомни его прошлое — нам нужно провести его по мелкому делу, например, что-нибудь по твоей части... Может, стоит использовать эти взорвавшиеся баки? Питер тоскливо осмотрелся: казалось, все остальные были увлечены беседой. Или, по крайней мере — делали вид. И пусть сам он не мог похвастаться любовью к исследованиям да и карьерно-семейные сцены не вызывали в нём глубоких чувств... однако Римус слушал разговор с вниманием на лице, Джеймс с лёгкой улыбкой наблюдал за будущим сыном, а Сириус явно витал в облаках. Поэтому приходилось смириться и ждать нужного момента. — Грозный глаз ведь не применял волшебную палочку? Он в итоге так ни на кого и не напал, так? — продолжал свой допрос Артур, пытаясь сварганить легенду посимпатичнее. Правда, подзащитный явно оказался не из лёгких, да и Дигорри лишь подливал масла в огонь: "Держу пари, едва он вылез из постели, как начал пулять заклинаниями во всё, что движется! Но им ещё придётся это доказать: свидетелей пока не найдено". Мистер Уизли продолжал кивать, без конца что-то записывая, а остальные, тем временем жевали завтрак. Но наконец вся информация была получена, и наступил момент прощания. — Ладно, я побежал. Удачного семестра, мальчики!, — Артур наскоро всех обнял и повернулся к жене, — Молли, ты ведь не против отвезти ребят на вокзал? Та кивнула: "Конечно, я отвезу. Занимайся Грозным Глазом, а мы тут справимся". Её глаза взволнованно следили за сборами мужа, как будто не желая упустить ни единой детали. Когда же тот накинул на плечи дорожный плащ, она едва слышно вздохнула, но этот звук затерялся среди других. К столу протиснулся Билл, только сейчас спустившийся к завтраку. В конце концов: ему-то собираться было не нужно. Школьные годы для этого парня давно остались позади. Услышав обрывок фразы, он произнёс: "Кто-то упомянул Грозного Глаза? Чем он сейчас занят?" — Он говорит, вчера ночью кто-то пытался к нему забраться, — сообщила миссис Уизли, держа в руках шерстяной шарф: похоже, один из членов семьи оставил одежду на стуле и теперь нужно было найти хозяина. Близнецы переглянулись. Тот, что намазывал на тост варенье, хмыкнул: "Грозный глаз Грюм? Псих, который..." — Твой отец очень высокого мнения об этом человеке, — сурово оборвала сына миссис Уизли. Теперь её глаза метали молнии: за мужа и его друзей она явно была готова порвать кого угодно. — Молли, красотка!— оценил Сириус, — Держит в ежовых рукавицах такую громадную семью. И при этом, всё равно видно, что любит каждого, — не произнёс он вслух. — Какие уж тут рукавицы, — Римус явно не считал такое воспитание хоть каплю суровым, — Похоже, тут каждый говорит, что думает. Словно в ответ на его слова второй близнец поддержал первого: "Ну да, конечно, а ещё отец собирает штекеры... Рыбак рыбака..." Впрочем, сказал он это очень тихо и только когда мать вышла из комнаты. Сириус вынырнул из своих мыслей: "О, а речь ведь про старину Грюма! Как он там, интересно?" — его глаза увлечённо вспыхнули: происходящее наконец стало любопытным. К тому же тут упоминались "штекеры" — вещицы, явно далёкие от мира магии. — Знаешь его? — спросил Питер, поведя носом на манер крысы. Было приятно наконец переключить внимание друзей на разговоры между собой. — Пересекались пару раз. Только вот прозвище у него, похоже, новое. Джеймс кивнул: он тоже краем уха слышал об Аласторе Грюме, известном мракоборце со сложным характером. Если уже сейчас тот был признан одним из самых подозрительных людей волшебного сообщества, можно было не сомневаться, что дальше станет ещё веселее. В ответ на насмешку брата, Билл слегка нахмурился: "Грюм был великим чародеем в своё время". Он явно собирался продолжить спор, но возражать никто не стал, поэтому пришлось отпить сок и снова вернуться к завтраку. Но вскоре остальные, уже успевшие поесть, решили тоже подключиться. Они неторопливо обсудили насыщенное прошлое старины Грюма, а потом и его работу на Министерство, и даже — дружбу с Дамблдором... — Но Дамблдор ведь тоже не из тех, кого можно назвать нормальным, разве не так? — протянул тот же близнец. Джеймс не смог сдержать улыбки: похоже, кто-то сегодня встал не с той ноги. Разговор постепенно сходил на нет, и в головах явно стали крутиться другие мысли. А когда завтрак закончился, все стали медленно стекаться к выходу. А значит: впереди ждал Хогвартс! — Как думаете, сильно изменилась школа за эти годы? — спросил Сириус, изучая обстановку за окном: дождь всё никак не прекращался. Римус усмехнулся: "Не сомневаюсь, что кое-что осталось прежним. Наши секретные проходы, например". Друзья обменялись понимающими взглядами: сложно было поверить, что кому-то удалось проникнуть в тайны Хогвартса так глубоко, как мародёрам. — Они поедут на магловском транспорте? — удивился Сириус, когда вся толпа вывалилась на улицу и побрела к автомобилям. "Всегда мечтал попробовать", — мелькнуло в мыслях. Хотя такой компанией они могут влезть разве что... с помощью магии. Эта мысль посетила не только его. — Как мы поедем? — почти испуганно произнёс Питер, — Нам ведь придётся... сесть на остальных? Здесь и правда была загвоздка. Места для них четверых в машинах не было: Гарри с друзьями и сами-то едва смогли вместиться: и даже коту с совами пришлось расположиться почти впритык друг к другу. Казалось, здесь не проскочит даже мышь. — Перемотаем немного? — предложил Джеймс. Он ещё помнил свою попытку объединиться с Гарри... до сих пор был мороз по коже. А значит — других шансов тут ловить не приходилось. С чем согласились и остальные.

***

Перемотка и правда принесла свои плоды и перекинула их прямиком в Хогвартс-экспресс. Поезд ещё только-только набирал ход, поэтому в коридоре было полно народу, и пару раз пришлось соприкоснуться с идущими (точнее — они просто прошли насквозь). Поморщившись, Питер заметил: "В целом, здесь всё по-прежнему". Кругом царила радостная суета. Знакомая атмосфера встречи друзей после каникул невольно захватывала. Из всех купе звучали разговоры и громкий смех, и на губах тоже невольно возникала улыбка. Гарри с компанией тоже долго протискивался сквозь толпу учеников и замер только, когда нашёл свободные места. Пихнув чемодан под сиденье, он наконец позволил себе откинуться на спинку и прикрыть глаза (похоже, поездка на машине выдалась не из приятных). В купе было уютно и тепло, в то время как снаружи всё так же поливал дождь. Казалось, эти струи стеной отгораживали поезд от внешнего мира. И создавали мирный... почти волшебный уголок. Рон приоткрыл свой чемодан и вытащил наружу парадную мантию. Миг — и он накинул её на клетку с совой. Должно быть, ему мешало уханье. — Однако, смелая идея! — хмыкнул Джеймс. Ему сразу захотелось составить список вещей, которые можно соорудить из этого роскошного наряда. Первое место, конечно, занимал набор носовых платков для Нюнчика. Второе: походный мешок (хотя, скорее, — мешок полётный). Третее: занавеска для спальни девочек... Но не успели мысли развернуться на полную, как их прервал звук: "Шш!", который издала Гермиона. Девушка с мрачным видом указала на соседнее купе, как будто говоря прислушаться. И вскоре, последовав её совету, друзья поняли, в чём дело: эта знакомая речь с растянутыми гласными наверняка принадлежала сыну Малфоев. — Вот повезло с соседством, — выразил общую мысль Сириус, — Не удивлюсь, если на выходе они столкнутся. — За Гарри можно не переживать, — уверенно улыбнулся Римус. Он не сомневался, что тот сможет дать отпор кому угодно. Да и его спутники явно прошли вместе довольно многое, судя по их сплочённости на Кубке по квиддичу. — ... Знаете, отец сначала хотел отправить меня в Дурмстранг, а не в Хогвартс. Он хорошо знаком с их директором, как вы понимаете. Ну, вы в курсе его мнения о Дамблдоре... Его ленивый и высокомерный тон заставил друзей поморщиться. Но вскоре на лице Джеймса возникла усмешка: "Не ожидал, что Люциус станет подкаблучником", — прокомментировал он, узнав, что именно жена Малфоя повлияла на выбор школы. — Однако, окажись он более упорным, Хогвартс стал бы намного чище, — поддержал его Сириус. И вся четвёрка переглянулась, единодушно жалея об этом большом упущении. После чего друзья снова прислушались. — ... Подход к Тёмным искусствам в Дурмстранге куда умнее, чем у нас: там их и правда изучают, а не погружаются в эту чепуху по защите..., — продолжал Малфой. Но для Гермионы его разглагольствования стали последней каплей: она вдруг встала и прикрыла дверь купе. Голос сразу же затерялся среди шума дождя. — Дурмстранг — это ещё одна волшебная школа? — поинтересовался Гарри. Разговор, судя по всему, не вызвал у него эмоций, и зацепило только незнакомое название. Гермиона с видом всезнайки хмыкнула: "Именно так. И репутация у неё ужасная. Если верить "Обзору магического образования в Европе", основной упор там — на изучение Тёмных искусств". — И откуда ты такая умная? — усмехнулся Джеймс. Римус же пометил себе в памяти, что стоит проверить, есть ли подобная книга в их времени. Он и до этого слышал краем уха про другие школы, но теперь просто должен был узнать о них побольше. Особенно его заинтриговало, что школы предпочитают скрываться, чтобы никто так и не смог узнать, где именно они находятся. — Да больно надо! — воскликнул Сириус, — У Хогвартса и своих тайн навалом, зачем ему ещё чужие? — Может быть — просто набивают цену, — ухмыльнулся Питер. Сам он бы точно не променял свою школу ни на какую другую: здесь у него было всё.. Кто знает, как сложилось бы на новом месте? — А ведь в Дурмстранге учился сам Грин-де-Вальд! — внезапно вспомнил Джеймс, — Тот самый, который проиграл Дамблдору. Кто после этого не скажет, что Хогвартс — лучший? Никто и не подумал с ним спорить. И они вновь вернулись к наблюдению за Гарри и его друзьями. — Пусть Дурмстранг и нельзя найти на карте, я думаю, что он должен быть где-то далеко на севере, — задумчиво предположила Гермиона, — У них в комплекте формы указан меховой плащ. Наверняка там очень холодно. Римус снова признал, что подруга Гарри и правда оказалась очень начитанной. Жаль, что нельзя было поговорить с ней напрямую. Зато мысли Рона явно витали далеко от знаний: "Представляю, сколько там можно было бы сделать! Например: столкнуть Малфоя с ледника и представить всё как несчастный случай..." Питер пронзительно захихикал, а Джеймс с Сириусом вместе рассмеялись. А потом переглянулись: идея казалась интересной, ну а ледник всегда можно заметить утёсом, верно? Дождь за окном хлестал всё сильнее и сильнее. Стёкла запотели, и постепенно становилось всё темнее, хотя обеденное время только наступило. Часы текли довольно медленно, и только разговор о квиддиче немного развеял скуку. Пара друзей Гарри заглянули на огонёк, чтобы обсудить Кубок и поделиться новостями, и вскоре по купе раздавался бесконечный крик розетки: "Трой! Маллет! Малой!" Кричалку притащил светловолосый мальчик. — О, мы же видели этого парня в лагере! — воскликнул Джеймс, вспомнив суровый взгляд рыжеволосой женщины, которая спрашивала о том, кто за кого будет болеть. Неудивительно, что её сын поддерживал Ирландию (мало кто устоял бы под таким напором). Другим гостем оказался круглолицый мальчик, жаба которого так и норовила выскользнуть из рук. Он постоянно неловко наклонялся, чтобы её поднять и с явной завистью слушал обсуждение чемпионата. Сам он не смог поехать. — Знакомое лицо, — задумчиво подметил Сириус. Римус кивнул: и правда, что-то в чертах казалось очень привычным. Возможно, это был родственник кого-то из их однокурсников? Чтобы утешить гостя, Рон дал ему понаблюдать за фигуркой ловца Болгарии. И вот теперь Крам медленно выхаживал по мягкой ладони, с привычно хмурым видом осматривая купе. — Я видел его на таком же расстоянии как и тебя, — немного приврал Рон, — Мы же сидели в верхней ложе... — В первый и последний раз, Уизли, — раздался насмешливый голос. И атмосфера сразу накалилась, как будто в костёр подбросили дров. — Всё-таки вылез! — процедил Сириус. Питер с опаской осмотрел пришедших: их было трое: знакомый по встрече на Кубке светловолосый парень и за его спиной — двое бугаев. С такими точно не хотелось бы встретиться на узкой дорожке... Впрочем, о чём он? Здесь ему точно нечего бояться! Почувствовав себя уверенней, Питер продолжил наблюдения. — Что-то не припомню, чтобы тебя приглашали, Малфой, — ледяным тоном ответил Гарри, чем вызвал одобрительные взгляды Джеймса с Сириусом. Римусу же было не до тёплых чувств: казалось, что купе такими темпами может и треснуть! Его колени уже давно сливались со столиком, а рука уходила за пределы стены, благо призрачная форма позволяла любые парадоксы. Но всё же это положение причиняло определённый... дискомфорт. Однако, стоило напрячь внимание, и Римус смог переключиться на диалог и отрешиться от странных чувств. Малфой как раз заметил мантию с рюшами и начал разливаться как соловей. Только оваций не хватало. — Вот же подлюга, — протянул Джеймс, — Стоил бы он хоть чего-то без золота своих родителей? И... — Постой-ка... он, кажется, говорит о Турнире! — воскликнул Римус, когда Малфой перешёл от шуток к провокациям, спросив, будут ли остальные принимать участие в том-что-никто-пока-не-произносил-вслух? — О, думаю, ты хочешь, Поттер? Уж ты-то никогда не упустишь свой шанс покрасоваться, да? — Не знаю даже, оскорбиться или принять это как комплимент, — внезапно ухмыльнулся Джеймс, — Да он же просто места от зависти не находит. — Все локти сгрыз, — с похожей ухмылкой ответил Сириус, — Жалкое зрелище. Питер же совершенно утратил интерес к этому мальчишке. Он ощущал ликование! Сколько бы он ни сравнивал, ни у кого больше не было таких друзей. Они совершенно ничего не боялись, учёба им давалась без проблем, чего уж говорить о множестве талантов... Казалось, для них просто нет границ и рамок! И он бы ни на что не променял свою компанию. Тем временем, Малфой всё распалялся. Узнав, что остальные не в курсе про Турнир, он словно стал выше ростом. Счастливая улыбка озарила его лицо: "Только не говорите мне, что вы не знаете! У тебя же отец и брат в Министерстве, и при этом ты не в курсе?! Да мой отец всё рассказал мне ещё сто лет назад!" Римус нахмурился: странное дело: злиться на этого парня не получалось! Конечно, юный Малфой вёл себя просто ужасно, был эгоистом и наглецом... Но делал он это просто, чтобы привлечь внимание, которым явно оказался обделён. Может, его родители были слишком увлечены делами, не находя на сына времени? Или — слишком давили, пытаясь привить определённую манеру поведения, которая совсем не помогала общению? Как бы то ни было — в итоге парень получил одинокое существование. Пусть за спиной и возвышались два мощных защитника, Малфою явно недоставало друга. Закончив насмехаться, незваный гость всё же ушёл, оставив Рона кипеть от ярости. — Ну, конечно... Строит из себя, словно всё знает, а мы типа нет, — возмущался тот, -Отец общается с высокопоставленными лицами-... Да мой папа может получить повышение в любое время! Он просто любит свой отдел! — Разумеется, — спокойно произнесла Гермиона, — Не позволяй Малфою на тебя влиять. — Это он-то! Сможет на меня повлиять! Вот ещё — переживать из-за него! — Рон взял один из оставшихся кексов и расплющил в лепёшку. Похоже, после этого ему стало полегче. — Нашёл из-за чего запариваться, — пожал плечами Джеймс. И всё же ему сложно было представить: каково это, когда родные интригуют прямо под твоим носом. Ну разве сложно сказать про Турнир? К чему все эти тайны? После ухода Малфоя атмосфера в купе изменилась: тут даже словно стало холоднее. Никто не говорил ни слова, и тишину нарушал только стук колёс да шум дождя. Даже вид из окна являл собой темноту: на землю опустился вечер. К тому же, судя по мельканию молний: гроза тоже была недалеко. На станции их встретила погода ничуть не лучше. Как только двери отворились, в небе сверкнула молния, которой вскоре вторил гром. — Кареты, боюсь, тоже будут слишком тесными, — заметил Джеймс, наблюдая, как ученики торопятся скорее залезть в тепло. Дождь так и не желал заканчиваться. Кругом было сыро и мрачно. — Тогда перемотаем снова, — сказал Римус, касаясь его плеча. В животе что-то дёрнуло, словно подбрасывая друзей наверх. И мокрая улица пропала из виду.