"Нужён"

У Димы сегодня выходной, он занят Савиной и беременной Катей, которым катастрофически не хватает его внимания, заботы и помощи. Впереди техничка и концерт в Москве, а потом они снова уедут почти на неделю. Это единственный день в ближайшую неделю, когда без Поза можно обойтись, и он посвящает его семье. Шаст это прекрасно понимает, поэтому торчит в офисе безвылазно и вместе со Стасом и остальными ребятами-креативщиками работает над концепцией номеров Команд и их форматом, который подошел бы для телека по всем параметрам. Они вспоминают и свои воронежские выступления, и выступления западных импровизаторов, и даже залезают в конкурсы КВНа, потому что, как ни крути, а это игра, основанная на соперничестве команд. Шаст играл в КВН, поэтому он понимает, что можно взять и адаптировать под их нужды, и они даже делятся на две команды и пробуют отыграть пару идей, одну из которых оставляют для дальнейшего обсуждения и развития. Антон занят делами, но он не может не думать про Арса. Точнее, даже не про него, а про то, что он сейчас находится в Питере и решает деловые вопросы со своим Игорем. И Шасту от этих мыслей, когда он не занят другими, порядком не по себе, потому что уже завтра ему станет понятно, что будет дальше с ними и их отношениями. Он не хочет думать о том, что Арс приедет и расскажет очередную историю, в которой его снова что-то будет связывать с Игорем, но именно эти мысли лезут в голову. Шаст знает, что он не сможет этого принять, но он не представляет, как ему придется справляться с пониманием, что это на самом деле конец. И он в какой-то степени уже и не желает известности и определенности. Ему точно не будет лучше, чем сейчас, хоть и сейчас ему хреново, если он будет знать, что для Арса он все-таки оказался исполненной хотелкой и запасным аэродромом. Шаст снова зачем-то начинает сравнивать себя и этого ебучего Игоря, но уже в контексте хотя бы чего-то общего между ними. Он не находит абсолютно ничего общего и начинает задаваться вопросом, что в нем может быть интересно и нужно Арсу. Они же с Игорем совершенно разные, и в Шасте нет ничего, что могло бы быть хотя бы на уровне с ним, не говоря уже про лучше. Все это давит на него и вызывает усталость как моральную, так и физическую. И когда Стас предлагает расслабиться и немного выпить, Шаст однозначно соглашается. Чтобы никуда не ходить, они достают привезенную из Грузии чачу – нз, хранящийся вот для таких случаев и пополняемый по мере необходимости, и выпивают по паре рюмок. Потом снова садятся за мозговой штурм, а через часа три решают, что пора уже отдыхать, допивают оставшуюся чачу и разъезжаются по домам. Шасту домой не хочется, ему не хочется быть одному и снова погружаться в мысли об Арсе и Игоре и о том, что ждет его завтра, когда Арс приедет в Москву. Почему-то Шастов мозг, затуманенный алкоголем, уже даже совершенно не думает о том, что Арсений может хотя бы позвонить. Он уверен, что сегодня тот будет молчать и не выходить на связь. И чтобы дождаться завтра и не мучить себя мыслями о дальнейшей жизни, Шаст решает зайти в бар и выпить еще. Он не собирается напиваться, но в состоянии где-то среднего опьянения он хотя бы сможет лечь и уснуть. Его всегда клонит в сон в этом состоянии. Он может его перебороть и продолжать пить и веселиться, но сейчас точно не будет этого делать. Арс знает, что Шаст в офисе занят Командами вместе со Стасом и остальными. Вроде бы с ними не должно быть Димы, поэтому все внимание Шеминова точно сосредоточено на Шасте. Арс не звонит ему, чтобы не привлекать внимание Стаса к их общению, ведь неизвестно, какая там сейчас обстановка, и не пишет, потому что ну вот что он может написать сейчас Шасту? Спросить, могут ли они поговорить? А если нет? Что там будет думать Шаст? И в переписке они никогда ничего лишнего не пишут друг другу, соблюдая всю ту же конспирацию. Так что Арс решает приехать и дождаться Антона дома, если он не окажется там раньше. Арс успевает приехать домой, поесть, вымыться, отдохнуть, но Шаста все нет, и он никак не дает понять, что может быть на связи. Он не объявляется в ватсапе, сам не пишет и не звонит Арсу, и тот начинает нервничать, а особенно уже тогда, когда ему звонит Стас и уточняет, во сколько он завтра будет, а на заднем фоне слышны голоса Дарины и Демида. То есть, Стас уже точно дома. И Арс все-таки решает позвонить Шасту сам. В конце концов, он сейчас точно не с теми, у кого могут возникнуть вопросы по поводу звонка Арса ему. Шаст долго не отвечает, но потом все-таки берет трубку. - Да, - говорит, явно что-то жуя. - Шаст, ты занят? – спрашивает Арс на всякий случай, чтобы понимать, как разговаривать и разговаривать ли вообще. Он не понимает, где тот находится, потому что слышит и гул голосов, и музыку, и вроде как звуки улицы. - Нет, - отвечает Шаст не очень внятно. – А ты? - Я - нет, - Арс прислушивается к шуму в трубке. – Шаст, ты где? - А ты? – вместо ответа спрашивает тот. - Я дома, - до Арса начинает доходить, что Шаст явно не очень трезв и наверняка сейчас находится в каком-нибудь баре. - Где дома? – задает уточняющий вопрос Антон. - Здесь. В Москве. Шаст, ты точно можешь говорить? Ты там с кем-то нашими? – Арс тоже решает уточнить, насколько ему сейчас удобно разговаривать с ним. Возможно, он сейчас на какой-нибудь тусовке кого-то с ТНТ. - Я один, - отвечает Антон заплетающимся слегка языком. – Я один в баре. - Шаст, что-то случилось? – Арс после этих слов начинает уже беспокоиться. – Что произошло, Шаст? - Ничего, - тот делает глоток чего-то и снова что-то жует. – Ничего, Арс, - говорит шепотом. – Все нормально. Или нет? - Шастик, - Арс тоже понижает голос до шепота, - за тобой приехать? - Угу. - Куда? Скажи, где ты? Шаст говорит название клуба, и Арс понимает, что это совсем недалеко от дома. - Я буду минут через десять-пятнадцать, - он уже натягивает на себя носки и штаны. – Подожди, хорошо? Никуда не уходи. Слышишь, Шаст? - Угу, - подтверждает Антон. – Слышу. - Вот и хорошо. Я сейчас отключусь, ладно? Просто подожди меня немного. Ладно? - Угу. Арс отключается от разговора, накидывает куртку, берет ключи от Шастовой машины и, даже не дожидаясь лифта, бегом спускается вниз, перепрыгивая через две ступеньки. Его беспокоит настроение и состояние Шаста, но он догадывается, чем оно вызвано. Его сегодняшней встречей с Игорем и той самой неизвестностью, что же будет дальше в их отношениях. Арс прекрасно знает это состояние и желание расслабиться и забыть хотя бы ненадолго о мучающих тебя вопросах. Он подъезжает к клубу действительно минут через десять, на пути у него нет пробок, а все светофоры как по команде переключались на зеленый, стоило ему только подъехать к ним. На улице Арс Шаста не видит, поэтому идет внутрь. Он замечает его стоящим у приоткрытого окна и уткнувшимся лбом в сцепленные в замок руки. Вот почему были слышны звуки улицы. А на улице, между прочим, не жарко, и Антон стоит на сквозняке, судя по всему, уже достаточно продолжительное время. - Пошли домой, - Арс мягко касается его плеча пальцами. Шаст вздрагивает от этого неожиданного прикосновения и поднимает на него взгляд. Он молчит, и Арс просто берет его за рукав кофты и ведет к выходу. По пути захватывает куртку, и они вместе выходят на улицу. Арс помогает Шасту одеться и слегка подталкивает его к машине. - Шастик, поехали уже домой? – говорит тихо, чтобы только Антон мог его услышать. – Там картошка с грибами только что пожаренная. Поехали? - Угу, - кивает Шаст и забирается на переднее пассажирское сиденье. Арс садится за руль и едет домой тем же маршрутом, что ехал в клуб. Шаст молчит. Он сидит, откинув голову на спинку сиденья и закрыв глаза. Арс тоже молчит. Но это не какое-то тяжелое молчание или незнание, что сказать друг другу. Просто Шасту нужно время, чтобы его отпустило то напряжение, в котором он находился весь сегодняшний день, и Арс его не дергает, ни в чем не убеждает, давая самому спокойно понять, что все это было абсолютно лишним, но было и было, и сейчас остается лишь отпустить ситуацию и забыть о ней. Когда они заходят в лифт, Шасту звонит Оксана и напоминает, что перед техничкой он должен заехать на примерку вещей, скоро же съемки очередного сезона. И пока Шаст с ней разговаривает, они успевают приехать на свой этаж и зайти в квартиру. Шаст прощается с Оксаной, отключается от разговора и поднимает на Арса взгляд. - Дурень ты, - не выдерживает тот, обнимает его за плечи и сильно прижимает к себе. – Шаст, ты мой любимый дурень, - говорит шепотом ему на ухо. - Угу, - в который уже раз мычит тот вместо хоть какого-то словесного ответа, утыкается носом в его шею и делает несколько глубоких вдохов и выдохов. Арс не может сдержать улыбку. Естественно, от него пахнет гелем для душа, запах которого Шаст обожает. И Арс ждал и безумно хотел вот этой реакции Шаста, которую обожает он сам. Ему нравится чувствовать прикосновение его сейчас слегка обветренных губ к коже и ощущать его теплое дыхание, от которого становится немного щекотно. Арс слегка ежится, и Шаст приподнимает голову, чтобы понять, что происходит. Арс тут же приникает к его губам поцелуем, не давая ему снова опустить голову и лишить себя этого удовольствия, которого ему тоже безумно не хватало. Он ощущает на его губах все еще оставшийся кисло-сладкий привкус лимона с сахарной пудрой, смешанный с нотками кофе и алкоголя и понимает, что Шаст, сидя в баре, закусывал той самой закуской, о которой рассказывал ему Арс. Если вспомнить обстоятельства, при которых была рассказана история о ней, то становится понятно, что Шаст выбрал то, что ассоциировалось у него с возможностью пусть и временного, но все-таки облегчения. Наверное, даже непроизвольно. Он сейчас хоть и не настолько пьян, чтобы ничего не соображать, но и вряд ли уже в состоянии досконально продумывать свои действия. Он и сейчас ни о чем не думает, а полностью отдается действиям Арса. Но это точно не пьяная покорность. Просто Шаст хочет, чтобы Арс целовал его. Ему это нужно. Он тоже соскучился и по нему, и по его поцелуям, и по близости с ним. Наверняка и по сексу, но речь сейчас точно не об этом. И ни в поцелуе Арса, ни в ответном Шаста нет сейчас даже намека на страсть и желание. Все это будет позже. Однозначно будет. Но сейчас им нужно наконец-то снова быть вместе и принадлежать друг другу безраздельно. Сейчас этому уже ничто и никто не мешает, и Арс понимает, что до Шаста это наконец-то дошло. Они долго целуются, наслаждаясь наконец-то абсолютной близостью, как физической, так и моральной, а потом, когда начинает не хватать воздуха от жары, ведь они даже еще не разделись, стоят молча, так и не разрывая контакта и просто обнимая друг друга. - Шастик, - прерывает молчание Арс, - давай разденемся? - Угу, - тот отстраняется от него и начинает стаскивать с него куртку. - С тобой все нормально? – Арс бросает на него обеспокоенный взгляд. - Угу, - Шаст стаскивает и свою куртку и обе роняет на пол. - Меня немного пугает это твое «угу», - Арс поднимает куртки и вешает их на вешалку. – Ты как себя чувствуешь? - Хорошо, - Шаст обнимает его за плечи и повисает на нем. – Очень хорошо, - шепчет ему в самое ухо. – Просто я немножко пьяный. - Немножко? – улыбается Арс, ласково поглаживая его ладонями по спине. Он понимает, что с Шастом на самом деле все нормально. И пьяный он не то чтобы немножко, но точно не до состояния нестояния и непонимания происходящего. У него немного заплетается язык и наверняка слегка тормозит мозг, вот он и отделывается односложным «угу», для которого не нужно много усилий. Впрочем, ему сейчас вряд ли в принципе хочется разговаривать. Когда тебя отпускает сильное напряжение, не хочется нарушать собственное спокойствие лишними звуками. Арс и не собирается его нарушать, но сделать так, чтобы Шаст чувствовал себя нормально и сейчас, и, главное, утром, очень даже собирается. И он знает, что тот сам будет не против его действий. Ничего особенного, просто немного заботы и помощи в том, что самому ему сейчас делать точно лень. - Угу, - прерывает его мысли Шаст. - Ладно, - Арс вместе с ним двигается к ванной. – Пошли мыться? - Угу. - Ну, ладно, - уже смеется Арс. – Пусть пока так. - Угу. Арс чувствует, что Шаст тоже улыбается, и ему сейчас достаточно этого его «угу», чтобы быть спокойным и за его состояние, и за их общение. Он помогает ему раздеться, забраться в ванну и устроиться в ней сидя, включает теплую воду и начинает лить сверху на голову и спину. Шаст сначала просто сидит, прижав колени к животу, а потом начинает возмущенно что-то бубнить и брызгать водой в Арса. - Ожил? – тот выключает воду и наливает ему на голову шампунь. - Угу, - кивает Шаст, наклоняет его к себе и целует в губы. Естественно, Арс отвечает, и он совершенно забывает про шампунь на его голове. Тот растекается по волосам и капает с них на лоб и лицо. Одна капля попадает Шасту в глаз, он матерится, жмурится, пытается стереть ее и размазывает еще сильнее, попадая и во второй глаз. Арс убирает его руки от лица, включает воду и сам начинает умывать его. Шаст смешно отфыркивается от мыльной воды, и Арс, глядя на него, не может сдержать улыбку. Он понимает, как же сильно ему всего этого не хватало. И вот такого Шаста ему очень не хватало. И только сейчас Арс осознает, что все становится на свои места, и он наконец-то находится на своем месте. И это место рядом с Шастом. - Все? – Арс перестает лить воду ему на лицо. – Перестало щипать? - Угу, - Шаст трет глаза тыльной стороной ладони. - Не надо, - снова убирая его руку от глаз, говорит Арс, и сам аккуратно промакивает его лицо полотенцем. – Не растирай, а то еще не хватает какого-нибудь воспаления. Сейчас само пройдет. Потерпи немного. - Угу. Секунд тридцать Шаст просто сидит с закрытыми глазами, а Арс в это время поливает его теплой водой со всех сторон, правда, пока не затрагивая голову. Но потом Антон открывает глаза и поднимает на него взгляд. Он едва заметно улыбается и продолжает молчать. Не то чтобы ему нечего сказать, но просто говорить ничего не хочется. У Шаста сейчас состояние самого настоящего отходняка. Но не от алкоголя, его действие он почти уже не чувствует, а от событий последних месяцев. Вот теперь его действительно по-настоящему отпустило. Он не то что не ждал приезда Арса сегодня, а в принципе уже не ждал его. Нет, понятно, что и на техничку, и на концерт он приедет, дело не в этом. Шаст уже не ждал, что он приедет к нему, потому что чем больше думал, тем больше сомневался в себе. По сути, он уже принял за Арса все решения и почему-то совершенно не сомневался, что он прав. Оказалось – абсолютно не прав. Все-таки постоянное напряжение последних месяцев не прошло даром, и он чересчур погрузился в рефлексию, которая свойственна ему и в обычной жизни, но в ней есть кому сказать «стоп» и отвлечь от копания в себе, а сейчас это сделать было просто некому. Сейчас Шаст чувствует себя очень уставшим и очень счастливым. И он рад, что Арс не задает ему лишних вопросов. Шасту нечего на них ответить. Ему нужно, чтобы Арс был с ним рядом. И тот то ли понимает, то ли сам не хочет оставлять его одного ни на минуту, скорее всего, опасаясь за его состояние и помня о его носовых кровотечениях, но он на самом деле находится рядом, и его внимание принадлежит Шасту целиком и полностью. - Шастик, - Арс мягко целует его в губы, - скажи что-нибудь, кроме «угу». - Я хочу жареной картошки с грибами, - говорит тот тихо, удерживая его рукой за шею и не давая отстраниться. – Ты же не наврал про нее? – спрашивает, отвечая на поцелуй. - Нет, - улыбается Арс. – Не наврал. Давай тогда уже ополаскиваться и на кухню? Тебя ждет жареная картошка с грибами и чай с пирожными. - А ты? – Шаст продолжает целовать его. - И я, - говорит Арс, не отрываясь от его губ. С минуту они целуются, но потом все-таки Арс разрывает поцелуй и снова начинает поливать Шаста водой, смывая с него мыльную пену. Потом укутывает его в теплый махровый халат и вместе с ним перемещается на кухню. Пока Антон ест картошку, Арсений просто сидит с ним рядом, а потом они вместе пьют чай и после перебираются в спальню. Шаст сбрасывает с себя халат, стаскивает с Арса майку, заключает его в объятия и вместе с ним аккуратно опускается на кровать. Он укладывает его на себя и приникает к губам мягким, но весьма настойчивым поцелуем.