"Нужён"

Арс просыпается за пару минут до звонка будильника, отключает сигнал, чтобы не разбудить Шаста, и решает еще пять минут полежать в постели. Можно и больше, если не идти заниматься, а просто потом пораньше выйти из номера и сделать вид, что вернулся с пробежки, но Арсений решает себе такого не позволять. Конечно, сопящий под боком Шаст, такой теплый и уютный, еще тот антистимулятор любого вида деятельности, кроме валяния рядом с ним и ощущения счастья от понимания, что вот это все происходит на самом деле, и что у Арса есть все, что он когда-то мог лишь представить в своих мыслях, без какой-либо надежды на то, что они станут реальностью. Но даже при наличии такой мощной антистимуляции Арс все равно встанет и пойдет бегать. Хотя, все-таки пять минут позволит себе еще полежать и понаслаждаться чувством удовлетворения и счастья, ну и да, спящим Шастом у себя под боком. Шаст продолжает спать, а у Арса просыпается какое-то просто дикое желание прикоснуться к нему, зарыться рукой в волосы, мягко коснуться пальцами макушки, а губ поцелуем и при всем этом еще и не разбудить его. Желание невыполнимое, потому что от подобных действий Шаст точно проснется. И чтобы даже каким-то случайным действием не прервать его сон, Арс все-таки встает с постели, действуя осторожно, словно он выбирается из ловушки, в которой каждое неверное движение может привести к ее срабатыванию. Все так же осторожно он берет вещи и идет в ванную. Умывается, включив воду совсем тоненькой струйкой, опять же, чтобы не шумела, одевается и выходит из номера, без щелчка закрыв за собой дверь. Он минут двадцать фоткает себя для истории, а потом минут сорок занимается интервальным бегом, который не так длителен по времени и расстоянию, при этом весьма эффективен для поддержания формы, но выматывает похлеще полумарафонской дистанции. Наконец-то остановившись, Арс берет телефон и набирает Шаста. Тот снимает трубку гудка после десятого и что-то сонно неразборчиво бурчит в нее. - Шастик, просыпайся, - Арс не может сдержать улыбку, представив толком еще не проснувшегося Антона и его недовольную физиономию. - Пора вставать. - За тобой гнались? – продолжает бурчать Шаст. - Или ты за кем-то гнался? - Я бегал, - Арс делает глубокий вдох и медленно выдыхает воздух из легких, пытаясь побыстрее восстановить дыхание. - Это заметно. Я и спрашиваю – от кого ты бегал? - Не от кого, а для чего. - Для чего? – зевая, интересуется Шаст. - Чтобы твоя охуенная тушка была еще охуеннее? - Угу, - усмехается Арс, переводя дыхание. – Именно. - Для кого? - Для тебя и для себя. - А мне она и без бега твоего нравится. Я не заметил, как ты ушел, - продолжает выражать Шаст свое недовольство. – Иначе хрен бы я тебя отпустил. - Я старался, - Арс снова усмехается. – Будить тебя я не собирался. - А зачем разбудил? Вот вернулся бы незаметно, как и ушел, и дальше бы спали. - Потому что сейчас уже пора вставать. Посмотри на часы и давай поднимайся, Шастик. Я возле отеля, наши все уже точно встали. Подожди десять минут и иди к себе. - Угу, ладно, - вздыхает Шаст и опять зевает. – Чот ночь быстро закончилась. - Шаст, вставай. - Сейчас. - Вот прям сейчас вставай и иди в ванную, - говорит Арс с улыбкой и делает очередной глубокий вдох. – И воду включи, чтобы я слышал. Я ж знаю, ты сейчас снова спать завалишься. - Не завалюсь, - подавляя зевок, бурчит Шаст. – Сейчас встану. - Шаст, - голос Арса звучит весьма скептически, - вставай и иди в ванную. Мы же оба знаем, как ты «сейчас встанешь». Включи воду, чтобы я слышал и знал, что ты на самом деле встал. - Вот ты зануда, - кряхтит Шаст, ворочаясь в постели. - Шастик, - говорит Арс уже мягко, - мы в Сыктывкаре и нам скоро ехать в Киров. Если ты сейчас опять уснешь, тебя пойдут будить все кому не лень… - Бля-я-дь, - стонет Шаст, поднимаясь с кровати, - я вообще забыл, что нам же нужно ехать в Киров. Все, Арс, я в ванной, - он действительно заходит в ванную и включает воду. – Я встал и больше не лягу. Честно. - Я верю, - улыбается тот. – Через десять минут иди к себе. - А ты? - А я сделаю так, чтобы через десять минут ты никому не был интересен. - Как? - Потом узнаешь. Умывайся, одевайся и в нужное время выходи. Я скину тебе что-нибудь, когда точно будет можно. Все, пока, - Арс отключается от разговора, кладет телефон в карман и заходит в отель. Шаст действительно умывается, выходит из ванной, одевается и садится на кровать ждать время, когда он сможет спокойно вернуться из номера Арса в свой. Похоже, что этой ночью он совершенно выпал из реальности. Ну, или этим утром. Что правильнее. Ночью было охренительно, засыпал он в состоянии пусть и приятной, но все-таки усталости, и спал все это время абсолютно безмятежным и крепким сном. Он совершенно забыл, что они с Арсом находятся на гастролях в номере отеля, а не в своей кровати дома. Просто для Шаста эта ночь вместе – это что-то само собой разумеющееся, а не из ряда вон выходящее. Хотя, на самом деле, как раз наоборот. Но лишь потому, что это риск, и в их планы не входит раскрытие их отношений. И если он будет забывать об этом, то именно это и произойдет. Хорошо, что Арс об этом точно не забудет и не даст забыть ему. А если вдруг… На этой мысли Шаст себя обрывает. Он не хочет думать, что будет, а если вдруг… Он знает, что ему никогда не было так хорошо, как сейчас. И ни с кем ему не было так хорошо, как с Арсом. И его полностью устраивают отношения с остальными, но они не останутся прежними, если станет известно про его отношения не с какой-то другой девушкой вместо Иры, а с мужиком и уж тем более с Арсом. Он не хочет проходить еще и этот ад. Поэтому, как бы ни было хорошо и правильно то, что они проводят ночи вместе, забывать, где это происходит, все-таки не стоит. Арсений направляется прямиком в номер Стаса, и когда тот несколько удивляется его визиту, достает из кармана и показывает ему Сережин паспорт. Стас матерится на Матвиенко и собирается ему тут же звонить, но Арс его останавливает и предлагает немного разыграть Сережу. Он точно знает, что Стас, который является любителем так называемых дружеских приколов, поведется на это предложение. Наверное, со стороны Арса это не совсем по-дружески по отношению к Сереже, но все-таки уже как-то надо приучать его хотя бы не похеривать свои документы в поездках, раз не получается приучить не опаздывать. Его паспорт и кофту Арс на самом деле забрал у администратора, который нашел их валяющимися в каком-то там углу в баре. А если бы не нашел? Матвиенко добирался бы до дома автостопом? Ведь ни в самолет, ни в поезд его бы никто не посадил. Или искать машину, которая довезет его до Москвы и потом вернется обратно, как было уже однажды? Но это не какая-нибудь Тула или Калуга, которые находятся в паре часов езды от Москвы. Здесь расстояние измеряется тысячей с лишним километров и сутками времени в пути. Не так-то просто будет найти того, кто согласится на подобную поездку. В общем, буквально через пять минут все собираются в номере Стаса со своими документами. Нет только Матвиенко и Шаста, которому Арс отсылает пустое сообщение, давая понять, что он может идти к себе. Оксана ему уже позвонила и сказала, чтобы он пришел к Шеминову в номер с паспортом, так что он хоть и с опозданием, которое никого не удивляет, ведь все знают, что он до последнего валяется в постели и ни за что не встанет хотя бы на пять минут пораньше, но все-таки приходит к Стасу. А вот Матвиенко как не было так и нет. В итоге, раз, как говорится, гора не идет к Магомету, Магомет, то есть, они все, идут к Матвиенко и застают его за поисками паспорта. Количество язвительных комментариев по поводу того, что ничего не меняется, просто зашкаливает, но Матвиенко не обращает на них внимания, продолжая методично обыскивать карманы своих вещей. Лишь потом интересуется, а нахера вообще Шеминову его паспорт. Тот говорит, что для полиции, она сейчас работает в отеле и кого-то здесь ищет, так что, скорее всего, найдет как раз Сережу, это ведь он оказался с вдруг потерянным паспортом. А им, вообще-то, совсем скоро нужно ехать в Киров. Матвиенко совершенно невозмутимо пожимает плечами и спокойно говорит, чтобы они ехали без него, а он тут все порешает и к концерту приедет. Ну а если чуть-чуть опоздает, то можно немного задержать или начать без него. Арс искренне завидует вот такому здоровому похуизму Сережи и его нервной системе, сам бы он уже весь испсиховался, если бы не знал, где и в чьих руках могут быть его документы, и, вероятно, Стас испытывает точно такую же зависть и плюсом понимание, что все бесполезно. Сережа непробиваем как танк, и даже если бы сейчас реально что-то происходило, он просто пошел решать проблему, оставив их заниматься своими делами. Полностью провалив попытку воспитания в Матвиенко ответственности, Стас просто отдает ему кофту и паспорт и говорит, что введет штрафы для всех за подобные косяки. Окс и Шаст начинают возмущаться, потому что – «А при чем здесь мы?», Макс не обращает внимания, потому что его паспорт всегда при нем или лежит вместе с его техникой, до которой нет никому дела, а Арс улыбается, понимая, что Сережа своим спокойствием вывел Стаса из себя. Матвиенко забирает кофту и паспорт и со словами: «Ну вы и придурки» - выпроваживает их из своего номера. - Ты что, специально спиздил у него паспорт? – спрашивает Шаст шепотом, когда вместе с Арсом оказывается подальше от всех. - Конечно же нет! – возмущается Арс, бросая на Шаста взгляд, явно дающий понять, что тот сморозил херню. – Он реально в баре потерял кофту, а в ней был и паспорт. - И ты решил этим воспользоваться? – Шаст весело усмехается. – Арс, ты отличный друг. А если бы Матвиенко не потерял кофту? - Что-нибудь придумал бы. Или отправил тебя в твой номер ночью, - Арс чуть подталкивает его вперед. - Надо было так и сделать и просто отдать Сереге кофту. По-дружески. - Не надо, - улыбается Шаст, останавливаясь возле своего номера. – Сереге реально нужно что-то делать со своей рассеянностью. Помнишь Саратов? - Шаст, ты думаешь, я когда-нибудь смогу его забыть? - Арс тоже улыбается. – Я люблю этот город. Там мы вместе, несмотря ни на что. - Ну нахуй эти все «несмотря ни на что», - Шаст оглядывается по сторонам и понимая, что уже все зашли в свои номера и закрыли двери, затаскивает Арса к себе, целует коротким поцелуем, выставляет его обратно за дверь и закрывает ее на замок. - Вот дурень, - бурчит Арс себе под нос, идя в свой номер. – Шаст, ну какой же ты охуенный дурень. И как же я тебя люблю, такого охуенного дурня. Он не может сдержать улыбку, хоть и прекрасно понимает, как выглядит со стороны. Благо, его никто не видит. Ведь Шаст сделал то же самое, что и тогда в Саратове после поисков Сережиного паспорта. Буквально на секунду затащил его в свой номер и поцеловал. Арс помнит каждую самую мелкую деталь той ночи, но вот то, что эти мелочи помнит Шаст… Для него на самом деле немного неожиданно и очень много значит. Все началось в Саратове, все не так давно продолжилось в Саратове, когда казалось, что вот-вот наступит конец, и этот город для Арса на самом деле играет важную роль в их отношениях. Для Шаста, получается, тоже. Если уж совсем точно, то даже дело не в городе. Дело в том, что там происходило. Тогда вот такие действия Шаста нужны были Арсу как воздух, ему было просто необходимо понимать, что то, что началось с пьяного признания в его номере, не закончится за его пределами трезвым пониманием, что это очередная ошибка. Сейчас… Арс заходит к себе и уже свободно продолжает улыбаться просто какой-то идиотской, но невероятно довольной улыбкой. Сейчас ему уже не нужны постоянные доказательства выбора Шаста и убеждения в том, что этот выбор – он. Но каким же счастливым он себя чувствует от этой выходки Антона. Потому что сейчас это точно не просто дурачество. Это то, что тот хранит в своей памяти, и что для него важно так же, как и для Арса. Казалось бы, он взрослый мужик, который не живет в стране розовых пони и достаточно трезво смотрит на жизнь. Почему его задевают (в хорошем смысле) вот эти мелочи? Почему они для него важны, имеют большое значение и делают его счастливым? Ведь есть и более важные вещи в их отношениях. На этот вопрос Арс может сам себе дать ответ, хоть он ему самому не нравится, потому что это опять сравнение Шаста и Игоря. Потому что с Шастом он ощущает все то, чего не было с Игорем, и с ним он может позволить себе любые чувства и эмоции. Наверное, если бы все это было в его жизни раньше, сейчас он на многое бы уже не обращал внимания и не придавал какого-то особого значения пусть и приятным, но мелочам. Но он будет и придавать им значение, и радоваться, как подросток, несмотря на свои тридцать шесть и достаточный жизненный опыт, и чувствовать себя счастливым от всего этого. Лучше поздно, чем никогда. Да и сейчас еще не поздно. С Шастом, для которого все эти мелочи тоже имеют значение, точно не поздно. И с Шастом можно позволить себе все. Арс быстро моется и идет завтракать. Настроение у него прекрасное, что отмечает Матвиенко, настроение которого такое себе. Арс пару минут чувствует вину за историю с паспортом, но когда выясняет, что Сережа просто хочет спать и про паспорт уже вообще забыл, мысленно выдыхает. На самом деле не хотелось, чтобы именно из-за него и их с Шастом желаний Сережа прям заморачивался и так надолго. - Арс, а ты, я смотрю, бодр и весел, да? – гудит недовольно Матвиенко. – И настроение прекрасное. С чего бы? - Просто, - Арсений пожимает плечами и улыбается. – Серег, не начинай. Не порть настроение. - Ну ты-то мое попытался испортить, - Матвиенко отвешивает ему довольно ощутимый подзатыльник. – А мог бы просто попросить постоять на шухере, пока этот хренов Ромео будет покидать твои покои. - Серег, ну извини, - Арс останавливается и приобнимает его за плечи. – Но я не пиздил твою кофту с паспортом. Ты ее реально потерял, мне администратор ее отдал. - Да знаю я, - хмыкает Матвиенко. – Я забыл ее в баре, а идти за ней было лень, решил, что с утра заберу. Куда она делась бы? Денег там не было, только паспорт. Вряд ли тут живут маргиналы, которым нужна поношенная кофта. - Матвиенко, - Арс закатывает глаза к потолку, - ну ты и актер! - Да уж получше некоторых, - подъебывает его тот. – И фантазия у меня побогаче будет. Так что в следующий раз, когда приспичит с Шастом потрахаться, обращайся… А вообще, пошел ты нахуй. Дома ебитесь, от греха подальше. Вот нахуя я ваши жопы прикрываю? Говорил же, что больше не буду этого делать. - Потому что ты настоящий и самый лучший друг, - шепчет Арс ему на ухо. - Потому что сейчас только у вас двух придурков проблемы, а то будут у вас, и у всех с вами, - тот отпихивает его от себя, видя, как из своего номера выходит Стас. - Если бы не этот хрен, глядишь, у Шаста была бы нормальная девка, и он был бы счастлив и доволен жизнью с ней, а не с тобой-долбоебом, - говорит едва слышно. - Так что, пока он не начал совать свой длинный нос туда, куда собачка свой хрен не совала, заткнулись и пошли жрать. - Угу, - кивает Арс и соглашаясь, и еще раз благодаря Сережу за его помощь и действительно настоящую дружбу. Их окликает Стас, и они все вместе идут завтракать. Все вместе – это действительно все вместе. Поз, Макс и Оксана уже сидят за столиком и едят свои завтраки. Не хватает только Шаста. Сережа бросает взгляд на Арса и ехидно усмехается, как бы говоря – ну разыгрывай теперь тут свои возмущения, мы же все прекрасно знаем, что Шаст добрался до кровати в своем номере, решил полежать пять минут и уснул. Ну да, Арс не то чтобы возмущается, но бухтит, что даже Сережа сегодня пришел вовремя, а Шаста нужно ждать, на что Шеминов отвечает, тоже, впрочем, бухтя, что его для начала вообще надо разбудить и желательно проконтролировать, чтобы он встал с кровати и снова не лег в нее через пять минут. Он сам лично идет будить Шаста, а Арс с Сережей усаживаются вдвоем за пустой столик. - Кстати, про сон, - Матвиенко толкает Арса локтем в бок. – Помнишь про задние сиденья? Они сейчас для Шаста. Хоть там от тебя отдохнет. Ладно, шучу. Не на аркане ж ты его к себе притащил. Сам пришел. Но у него сколько температуры нет и ухо не болит? Второй день? А вчера, вообще-то, ухо-то и бошка болели. Не дай бог от всех этих болячек и нагрузок снова кровотечения начнутся. - Серег, не нагнетай, - Арс смотрит время на телефоне. – Он либо не успеет пожрать, либо собраться. Ну, если он сейчас как раз не собирается, а не спит. Опять мы его будем ждать, а потом мчать в Киров на всех парах. - И что? Ты что-то можешь сейчас изменить? Ну иди собери его вещи, пока он жрать будет, - предлагает Сережа довольно язвительно. – Вчера ж вечером и сегодня утром вам не до этого было. Покидает все в сумку, потом раз… Прерывает его звонок телефона Димы, которого Стас срочно зовет к Антону. Естественно, к нему идут все, ведь явно же что-то случилось. Арс внешне спокоен, но внутри у него просто паника. Что могло произойти с Антоном за то недолгое время, что они не виделись? Почему Стас ничего не сказал, а просто позвал Диму? Неужели Сережа прав, и все начинается по новой с этими кровотечениями? Ответ на все вопросы становится понятен, как только он видит заспанного Шаста с опухшим лицом. Аллергия, мать ее! Несильный приступ, от которого появилась отечность, а от нее и сонливость. Не смертельно, но и небезопасно. И хорошо, что Стас пошел его будить, но хочется прибить обоих. Стаса за его идиотский звонок без объяснений и Шаста за то, что тащит в рот все, что плохо лежит. Шаст на Димины вопросы, что он ел, упорно утверждает, что ничего, у него в номере вообще нет никакой еды, только вода, и это правда. Но Арс прекрасно знает, где тот взял источник аллергена. У него в номере. Это у него на столике лежат недоеденные крекеры, которые содержат рисовую муку. Но никто из них об этом, естественно, не скажет. Дима, впрочем, не очень-то и настаивает на ответе. По сути, какая уже разница? Он просто выпроваживает всех из номера, делает Шасту укол в вену и оставляет его полежать пятнадцать минут. За это время они загружают вещи в автобус, Оксана заказывает в дорогу еды, потому что не все даже толком позавтракали, а Шаст вообще голодный, Дима контролирует его состояние, и как только видит, что отек начинает спадать, разрешает ехать. - Ты ел крекеры, которые лежали у меня на столе? – тихо спрашивает Арс, когда они с Шастом стоят возле автобуса и ждут Стаса, который задержался на ресепшене. - Ну да. Штук пять съел, - подтверждает его догадку Антон. – А это от них, да? - От них. В них есть рисовая мука. Шаст, блядь, ну что ты как маленький ребенок все в рот тащишь? - начинает выговаривать ему Арс. – Ну вот если ты не знаешь состав, нахера ты их ешь? - А нахера ты не предупредил, что они с рисовой мукой? – возмущается Шаст. – Откуда я мог это знать? - Может, мне еще розетки заглушками закрывать, чтобы ты пальцы туда случайно не сунул? – огрызается Арс. – Шаст, ну если ты не знаешь состав чего-то, ну нахера это есть? - Потому что жрать хотелось, - бурчит тот то ли обиженно, то ли раздраженно. - Завтрак был… Договорить Арс не успевает, Стас наконец-то выходит, и они все быстро загружаются в автобус. Арс садится с Оксаной, а Дима говорит Шасту лечь сзади и пока поспать. Тот не противится и укладывается на задние сиденья. Через пару часов он просыпается с почти уже отсутствующими признаками аллергии, пьет чай с бутербродами и упорно делает вид, что не замечает вопросительный взгляд Арса – как он. Арсений понимает, что Шаст дуется на него из-за их разговора на улице, и ему становится даже смешно. Ну чем не маленький капризный ребенок? Только этого он ему точно не скажет. Ведь в других ситуациях, сложных и казалось бы неразрешимых, именно Шастово взрослое поведение спасало их и их отношения. Но Арс скажет ему то, что на самом деле чувствовал, когда Стас позвонил. Впереди их ждет небольшая остановка на заправке, вот там они и поговорят. - Ты не представляешь, как я пересрал, когда Стас позвонил и ничего не объяснил, - говорит Арс серьезно и встречается взглядом с Антоном. – Шастик, я, правда, испугался, - он тяжело вздыхает и едва заметно улыбается. – И я тебя не воспитывал. Ты ж об этом подумал, да? - А что ты делал? – тот все еще продолжает дуться. – Я ж, по-твоему, глупый маленький ребенок, который не понимает элементарного. - Нет, - Арс отводит его подальше от автобуса. – Нет, Шаст. Я не представляю, как бы сейчас жил, если бы не твои взрослые поступки. Я реально испугался, а потом меня отпустило. - Ты прям как моя мама, - усмехается Шаст. – Орет на меня, а сама плачет от облегчения, - он наконец-то смотрит на Арса и улыбается. - Ну, примерно так, да, - Арс тоже улыбается. - Шастик, я обещаю, теперь все, что будет у меня для перекуса, для тебя будет точно безопасно. - Арс, ешь что хочешь и что любишь, просто предупреждай, если там будет что-то, что мне нельзя. Так будет проще, - Шаст смотрит на него скептическим взглядом. – Я ж вроде не маленький и понимаю слова? Или нет? – спрашивает с усмешкой. - Или да, - Арс тоже усмехается. – Не маленький. - Большой? - Нормальный. Для меня идеальный. - Звучит так, как будто это неточно и нужно проверить, - шепчет Шаст чуть слышно, потому что к ним приближаются Сережа с Оксаной. - Это точно, - заявляет Арс категорично и обращает все свое внимание на Оксану. - Но проверить все равно нужно, - Шаст забирает у Сережи стаканчик с чаем, который тот ему принес, и делает пару глотков. – Спасибо, Серег. - Не за что, - тот тоже пьет чай из стаканчика. – Так что тут у вас точно и что нужно все-таки проверить? - Если это что-то интересненькое, мы можем помочь с проверкой, - Оксана улыбается и отдает Арсу стаканчик с кофе. - Спасибо, солнце мое, - тот приобнимает ее за плечи и целует в щеку. – Для тебя тут точно нет ничего интересненького. - Для меня тоже? - язвительно интересуется Сережа. - Для тебя тоже, - кивает Арс. – Мы с Шастом про его аллергию. Я говорю, что это он точно что-то сожрал, а он утверждает, что нет, и нужно проверить, не появились ли у него какие-то новые аллергены. - Ну, с этим вы и без нас справитесь, - снова язвит Сережа. – В Москве. Шаст, ты ж не будешь это выяснять в Кирове или Ижевске? Да? До Москвы потерпишь? - Угу, потерплю, - бурчит тот себе под нос, слегка смущаясь и чувствуя себя неловко от понимания, что Сережа явно догадывается, что речь шла точно не об аллергии. - Так, все, загружаемся, - прерывает Арс их беседу, видя смущение и неловкость Шаста. – Пора ехать. И так опаздываем. Тут же из автобуса высовывается Стас и начинает всех поторапливать. Они рассаживаются по местам, Шаст снова занимает задние сиденья и остаток пути проводит в полудреме и доедании оставшихся бутербродов. С Арсом они почти не общаются, но им сейчас и не нужно это общение на глазах у всех. У них все нормально, они оба это прекрасно знают, никто ни на кого не обижается, и это главное. А пообщаться, не привлекая лишнего к себе внимания, они успеют и на концерте.