Ее улыбка

— Успокойся — Нет — Успокойся сейчас же! — Как я могу быть спокойна? Меня, сука, выгонят! — Не выгонят тебя, я уверена — Нахер ты пытаешься сделать вид, что все нормально? Я напилась больше всех, когда был бранч, сбежала из этого гребанного зоопарка. Я вела себя отвратительно. Хочешь сказать, что после всего этого я останусь здесь? — Хватит истерить, Маш. Отделаешься черной лентой и все будет нормально — Так еще никто не косячил, как я. Тихая, сама пойми, что я в жопе. Посмотри правде в глаза. Это полнейший пиздец       «Я не хочу уходить, я не могу уйти. Не прощу себе. Как можно было проебать этот единственный шанс, который мне выпал? Я просто дура». — Так, Мах, слушай. Я тебе отвечаю, ты останешься с нами. Я, ты, Танк, мы все будем вместе. Нас никто не разделит. Готова даже поспорить, что из нашей тройки первой уйду я — Ой, блять, это полный бред. Я знаю, что я, поэтому спорим. Но ты совсем блять дура? Ответь мне, что ты такого натворить должна, чтобы тебя из школы убрали? — Не надо тут, ты все мои косяки знаешь — Они не настолько ужасны, чтобы тебя выгнали — Тогда я сама уйду — Ты ебанулась? Нет! Мы так не договаривались — Мы никак не договаривались — Тихая, блять! — Да ладно, ладно, всё. Спокойно. Закрыли тему. И да, еще раз повторяю: ты не вылетишь, все нормально будет, понятно? — …ладно       «Блять, надо сейчас же извиниться перед Поляковой, постараться ей все объяснить. Дело не только в моем исправлении, Тихая правильно сказала: наше трио не разделить. Я обязана сделать все, что в моих силах».       Разговор с Татьяной Алексеевной дался мне очень тяжело. Страшно говорить о том, что сидит внутри, страшно дать себе раскрыться, страшно разрешить себе стать девушкой и понять, что ты можешь быть лучшей. Это было некой исповедью для меня, и я ясно поняла — начало положено, путь проложен, нужно лишь только идти по нему и никуда не сворачивать. Конечно, трудно, но куда деваться.

***

— Танк, я точно смогу? Мне страшно — Братан, все будет хорошо — Мне кажется, еще немного и я упаду в пропасть, у меня руки опустятся — уже с отчаянием и полным недоверием к самой себе, еле выдаю я. — Я верю в тебя, ты все сможешь. Покажи всем, какая ты пиздатая, что можешь идти к своей цели верно и метко. Мария Лебедева все-таки ты, блять, или кто?       В её словах я нуждалась на тот момент больше всего, они были для меня всем. Танк, Тихая — люди, в ком я не сомневаюсь, не предадут никогда. Я точно их должник, они сделали для меня слишком много. — Мах, Танк всё верно говорит. Всё, давай, собираемся и идем покорять мир! — как обычно, мотивируя, выкрикнула Тихая из коридора, пока мы сидели в комнате.       С этих слов Тихой началось наше празднование «Нового года». Для меня оно было особенно важным, ведь именно в тот момент я должна была начать новую жизнь. В этот вечер я решила не повторять ошибок и не пить, это было ни к чему, я прекрасно понимала, что еще один косяк и я могу попрощаться со всем.       Вечеринка была ниче такая на самом деле. Не для меня конечно, мне было немножечко грустно, осадок всё-таки после всей этой недели большой остался, зато девки классно потусили, отжигали там, даже сильно не напился никто, это радует. Особенно радует, конечно, что не нажралась я. Для меня это был ебать какой подвиг. Скучно без алкашки мне было конечно, но это куда лучше, чем обычная пьянка, где Мария Лебедева как всегда в центре внимания.       Мне было так приятно смотреть на девочек, каждая осознавала, что у нее новая жизнь начинается. У них так горели глаза, когда они читали эти желания, я чуть не заревела. Очень хочется, чтобы у всех все получилось. Конец вечера оставил после себя очень светлые эмоции.              -Короче, я хотела вам сказать, что, ребят, мы сможем этот год оставить старый, говенский и пойти нахуй к новой жизни, делать новые шаги, всё — говорила, пусть и выпившая, но ясно понимающая, что ей нужно измениться, Таня. А я смотрела на неё, смотрела и вспоминала её поддержку, её слова, её помощь (одно испытание с этими мешками чего стоит, ко мне никогда никто заботу не проявлял такую). Я поняла, она то, что держит меня здесь, то, без чего я не смогу, то, что стало мне слишком дорого. — Тань, подожди — остановила я её, когда она вместе с Тихой направились за следующим бокалом. — Чего, Мах? — Спасибо, что ты рядом, без тебя было бы совсем тяжко — стараясь не наговорить лишнего, сказала я то, что долго хотела — просто, блять, спасибо, братан — Я всегда рядом буду. Да и тебе спасибо, думаешь я бы без тебя могла тут существовать нормально? — Ахаха, всё, нахуй, друг без друга никуда, идёт? — Ясен хуй идёт, иди сюда — со всей своей нежностью и добротой обнимает меня она. — Танк, блять, ты идешь или нет? — кричит Тихая, стоящая возле стола — Да, иду, иду! Ладно, Мах, я пошла. Ты в комнату? — Да, я пиздец устала, да и пить я не пью, так что пойду лучше на боковую. Удачи вам «Ахуеть, я сказала это? Я уверена, для нее эти слова тоже были значимыми, правда не совсем в этом контексте, наверное, но всё же. Оказывается я не только, когда в жопу бухая смелая, но и по трезвому могу важные вещи говорить. Вообще сегодняшний вечер удался походу, как-то всё вообще гладко прошло. Пиздец непривычно, когда всё хорошо, особенно после такой недельки, лучше я вообще это, блять, вспоминать не буду. Пусть на выгоне всё выскажут и забуду нахуй, как будто ничего не было. Главное, что этот вечер не забуду, как я рада, что всё так пиздато прошло».       Пока я поднималась в комнату и была загружена своими мыслями, мне встретилась Крис: — Маш, наконец-то я тебя встретила. Поговорить надо Я уже привыкла в любой неподходящий момент натыкаться на неё, так что это не было удивлением и неожиданностью для меня «Блять, главное не засри мне этот чудесный вечер, я знаю, ты можешь» — с огромным желанием сказать это вслух подумала я. — Что нужно? — Что происходит, Маш? Всё же было хорошо, потом мы общаться реже стали, теперь ты вообще избегаешь меня, как будто — Я не избегаю, мне всё ещё неприятна та ситуация в психбольнице, вот и все. Ты напридумывала себе слишком много — Извини, я понимаю, что Танк для тебя близкий человек, мне, наверное, правда не стоило так говорить, но там с Громовой отдельная история, мне нужно было вступиться за неё… — Не обязательно посвящать меня в это. Всё норм, я тоже не могла допустить, чтобы на Таню гнали — И да, я не считаю ни её, ни тебя животными, ты меня не так поняла — Ладно, ладно. Крис, я всё понимаю, но мне сейчас реально не до этого, я очень хочу спать. Ты же знаешь, я еще та соня, поэтому давай остановимся на том, что никто ни на кого не злится и все заебись — Да, ахах, спасибо «Пиздец, мне это снится? Я уже сплю или что нахуй? Крис первая подошла и извинилась? Это что-то новое, кому расскажу никто не поверит. И всё же, не могу я до конца ей поверить, для меня она неискренний человек. Вот что значит обидно, её красивая внешность никак не похожа на внутренний мир. Ну ладно, это не моё дело. Блять, а интересно теперь, что у них там с Громовой, я ведь перебила её только для того, чтобы наш диалог сократить. Пиздец, дура, не подумав, сократила не в том месте, хотя, ладно, похуй, их дело, всё равно Крис мне не такой близкий человек здесь, чтобы мне быть посвящённой во все её дела».       Всё еще с позитивным настроем, стараясь не вспоминать прошедшую уже неделю и надвигающийся теперь выгон, я благополучно легла спать.