Другой взгляд

Нам принесли очередную порцию еды и вывалили все на пол. Тусклый свет факелов не давал четко рассмотреть все происходящее вокруг, но его было достаточно, чтобы видеть соперника. Еда доставалась лишь самым сильным, остальные просто умирали с голода. Мы, выращенные в стенах пещер впервые видели внешний мир лишь выходя на бой, который всегда происходил ночью. Говорят, снаружи было намного больше света и намного интереснее. Про дневной свет и солнце среди нас ходили лишь слухи, если их таковыми можно назвать. Мы жили, словно загнанные звери, подозревающие в каждом «соседе» соперника, который может лишить пропитания. Кто-то случайно услышал, что нас лишь до четырнадцати лет держат в «детской» пещере, где каждому, хоть и не очень много, но выделяется порция. Здесь же все было иначе. С того момента, как сюда кого-то переводят, его начинают обучать владению различным оружием, а обед мы должны выиграть друг у друга. Каждого, кто плохо справлялся с обучением «наказывали», а это было близко к тому, чтобы умереть голодной смертью. «Провинившемуся» просто не хватало сил, чтобы драться за еду, что тоже его ослабляло. В отличие от остальных, в «детской» пещере у меня был еще наставник, который, возможно чтобы поразвлечься, научил меня считать, объяснил, как выглядят какие животные и где их слабое место, рассказал о том, сколько дней в году и как они исчисляются. В то время я просто все схватывал налету, поэтому все эти и некоторые другие знания я мгновенно впитал в себя. Еду нам приносили дважды в день. Судя по моим подсчетам, прошло девять лун с тех пор, как меня перевели в эту пещеру. Из моих «соседей» не находилось ни одного человека, кто хотя бы на вид выглядел, как «хозяин». Лишь «хозяева» были взрослыми. Они без особого труда могли прикончить любого из нас. Только вот я не понимал, зачем нас всех здесь держат, если они такие сильные? Четыре луны назад я впервые увидел «внешний мир». Наверху мерцали тысячи маленьких огоньков, а сред них светил большое белоснежный шар. Сколько бы я ни тянул руки к нему, мне не удавалось его достать. Лишь толчок в спину вывел меня из этого завороженного состояния. Впервые я увидел перед собой то, что наставник называл «деревья». От них шел ни с чем не сравнимый аромат. Именно это наставник и называл «хвойным запахом». Я с наслаждением вдыхал его в себя. Я пытался впитать в себя все ощущения, который раскрыл для меня внешний мир. Чувство неописуемого восторга охватило меня. Мы шли минут пятнадцать, не больше, но все это время я провел в эйфории от мира вокруг. Впереди начали виднеется факелы, воткнутые на шесты, которые были врыты в землю. То там то тут были установлены странные сооружения, которые хозяин назвал «палатками». В лагере сновали люди. Похоже, они не заметили нашего прибытия. Нам приказали атаковать. Шокированные от внешнего мира чувства, снова вернулись в прежнее русло. Нарушение приказа означало смерть. Мы знали, как она выглядит. Нерасторопный «ученик» вполне мог получить мечом в живот. Я видел, как в глазах моих «соседей» загорелся алый огонь ярости, задора и жажды крови. Неужели я такой же? Я не хочу никого убивать, но и не могу нарушить приказ. Неподалеку замечаю такой же потерянный взгляд. Мы еще никогда не убивали, но жажда жизни берет свое и мы вытаскиваем клинки из ножен. У меня дрожат руки, дыхание сбивается, но ярость окружающих частично передается и мне. Меня несет поток «одичавших» прямо на этот лагерь. Заметив нас «местные жители» подняли тревогу и приготовились отразить атаку. Только вот, я сомневаюсь что кто-то может остановить нас. Безумная волна накатывает лагерь, смывая всех на своем пути. Против меня выступает человек, я уворачиваюсь от его клинка и отработанным ударом убиваю его. Ярость и жажда крови не дает задуматься. Бешенный поток тащит меня обратно. Лишь когда безумная пелена спадает с глаз, я начинаю соображать, что произошло. Сердце замирает и сжимается от боли. Хочется кричать во весь голос, но горло свело. Чувствую, что задыхаюсь. Остальные куда-то идут. Нужно тоже идти, иначе от меня избавятся. Сколько людей сегодня погибло? Это была бойня. Вряд ли я когда-нибудь её забуду. Каждому из нас «в награду» выдали по порции еды и погнали обратно в пещеру. Лишь где-то вдалеке, я увидел, как невероятный огонь своим светом задел краешек неба. Что это такое? Как только мы вошли в пещеру, каждый ушел в свой угол отдыхать. Все мы здесь были врагами. Каждый думал лишь о том, чтобы прожить еще один день. Так и тянулись наши дни. Обучение, битва за еду, отдых. Иногда еще добавлялись бои, в которые нас отправляли. «Хозяева» их называли «рейды». С каждым днем мы становились все сильнее и опытнее. Те, кто был старше нас постепенно в том или ином бою погибал, а в пещеру приходили новенькие, которым исполнилось четырнадцать. Лишь три луны назад я стал обращать внимание на то, что еды было не так уж и мало. Если бы мы делились друг с другом, то хватило бы всем, пусть и не досыта наелись бы, но продержаться было возможно. Каждый просто стремился набить свой желудок, чтобы быть в силах противостоять другим, об ином никто и не думал. Недавно я заметил, что в нашей пещере живут не только парни, среди всех затесались и сумели выжить три девушки. К одной из них я бы не посмел подходить, она кидалась на всех, кто приближался на расстояние ближе трех метров. Вторая ничем не отличалась от прочих, только вот в глазах я не видел жажды убийства. Девушка просто выживала. А вот третья сильно выделялась среди всех. Она стояла в стороне с мечом наперевес. Я все еще помню её первый бой. Она была на четыре месяца младше меня, но на мы попали в одну рейдовую группу. Я помню как она после рейда уселась у стены и с ужасом смотрела на свои руки. После этого мы еще дважды вместе ходили в рейды. Перед выходом девушка всегда завязывала глаза, чтобы не видеть творившегося вокруг ужаса, но это не мешало ей быть лучшим бойцом среди всех. Два месяца назад произошел случай, который перевернул мою, вошедшую в свою колею, жизнь. Парень, с которым мы часто попадали на совместные рейды был ранен, но ему хватило сил доплестись до пещеры. Вот только все прекрасно знали, что он не жилец. При виде него вся моя сущность взбунтовалась. Он был отличным парнем, несколько раз прикрывавшим мне спину, я никогда не видел в его глазах и капли того безумия, что плескалась в душах остальных. Нет, я не позволю ему умереть! В тот день я бился с небывалой яростью, но и осторожностью, чтобы никого смертельно не ранить. Я не хотел победы ценой чужой жизни, только вот мои желания мало кто учитывал. Дикие «соседи» просто бросались, видя у меня в руках заветную еду. Но я её добывал не для себя. Я не хотел потерять «друга», если его можно было так назвать. Мне удалось стащить буханку хлеба и кусок мяса. Я осторожно промыл их в проточной воде речушки, которая текла сквозь пещеру. Мясо было поджарено на огне, но уже остыло. Когда я подошел к другу, тот едва держался в сознании. Я не представляю сколько времени он не ел. Никто не захотел тратить «еду в награду» на того, кто умрет. Похоже у парня был жар, но я не смел к нему прикоснуться. Каждое прикосновение для нас было все равно, что попытка подчинить. Наши «хозяева» спокойно могли схватить кого-то за подбородок, ударить или еще что-то, на что мы всегда оставались покорными. В пещере же действовал закон, что никто никого не касается, поэтому мне оставалось лишь смотреть со стороны и догадываться, что происходит с другом. Заметив, что парень пришел в сознание, я протянул ему треть куска мяса и часть буханки. Тот удивленно посмотрел на меня качнул головой, отказываясь. Я нахмурился и положил еду ему на колени. Я прекрасно знал, что он голоден. Усевшись рядом я с наслаждением вгрызся в мясо. Как вкусно. Сидя рядом, мы выглядели довольно странно, но только так я мог защитить этого человека. Через некоторое время, я заметил, что с другой стороны подсела та самая девушка с завязанными глазами. Она никогда не отпускала из своих рук меч, что вызывало у меня опасения, но, как ни странно, меч выглядел так, словно он был её частью. Я уже не мог себе представить, чтобы она была без этого клинка. Я протянул девушке часть хлеба, она с благодарностью кивнула и начала медленно его поедать. Сейчас на ней не было повязки, её она надевала лишь когда выходила в рейд. Спустя луну рана на ноге парня, которого я охранял зажила. Я все это время все также продолжал его охранять и приносить еду, поэтому ему удалось выжить. Девушка тоже всегда садилась рядом с нами и задумчиво глядела на «толпу бешенных хищников», которые так и норовили отбить у нас еду. Вот только наши репутации не девали им этого сделать. Так мы провели вместе целую луну. Именно так и появились первые люди в нашей компании. Теперь наша группа состоит из семи довольно сильных бойцов, среди которых те самые две девушки. Остальные «одичавшие» просто не смогла понять смысла в таком союзе. Если я видел достаточно разумного человека, то он приглашался в нашу группу. Вот только мало было среди них разумных, и еще меньше, кто согласится быть с нами, поэтому некоторым я помогал выжить, снабжая едой. Лишь немного позже они стали достаточно сильны, чтобы постоять за себя, но их благодарность всегда яла со мной. Каждый из них видел, чего мне стоило каждый день добывать на всех еду, особенно когда наша группа только появлялась. Видя нашу сформировавшуюся «семерку», «хозяева» ничего не сказали против, но очень подозрительно на нас посмотрели. Мы всегда атаковали клином, на острие которого находился я. Увидев наши результаты, «хозяева» успокоились и предпочли закрыть на все глаза, хотя не одобряли наше стремление поддерживать друг друга. PS: Что-то в последнее время не получается писать....