Наркотик

            Хенджин сидел за барной стойкой, осматривая полупустое помещение. Он отказался заказывать какой-либо алкоголь и попросил лишь банку колы, все-таки день еще не подошел к концу, и полицейский хотел оставаться трезвым. Подозрительных кадров Хенджин не заметил. Зачем вообще тогда приехал? Одной из причин было желание сменить обстановку, а то ему безумно осточертели эти блеклые стены полицейского участка. Хван поглядывал на экран смартфона, ответа от Феликса так и не было. Хенджин даже хотел написать парню еще, но как только заметил за собой это навязчивое желание, сразу же себя пресек. Ли ответит, когда освободится от дел, которые, по всей видимости, были важнее, чем договориться о встрече с Хенджином, о которой тот сам же и попросил. Затея приехать в клуб средь бела дня была глупой. Что Хенджин мог здесь обнаружить? Ничего. Танцпол был пустым, и только несколько столиков были заняты людьми, которые спокойно потягивали коктейли. Ничего сверхъестественного. Этот застой в деле действовал Хвану на нервы. «Почему так сложно поймать наркоторговцев?» Неужели все, чем может Хенджин заниматься на работе, это разбирать мелкие скучные дела? Он иногда думал о том, чтобы перевестись в более крупный отдел, где интересной работы будет больше. Но на новом рабочем месте, скорее всего, он потеряет свою позицию начальника. Хотя имел ли этот статус хоть какие-то плюсы, кроме свободы выбора часов работы? Хенджин и так приходил в участок ни свет ни заря и уходил очень поздно, потому что старался сделать все то, что запланировал. Может, все же перевестись? Над этим Хенджину еще стоит подумать и взвесить все «за» и «против», а пока он надеялся, что ему удастся в одиночку раскрыть личность наркодилера. Спустя минут пятнадцать Хенджину надоело сидеть на одном месте, он пошел осмотреться, проходил мимо сидящих людей и окидывал их прищуренным взглядом. Вроде на столах ничего нет — никаких следов порошка или пустых пакетиков. Хван на самом деле был единственным, кто выглядел подозрительно, заглядывая каждому отдыхающему в глаза, будто пытался прочитать их мысли. В здании был второй этаж, и Хван туда еще ни разу не поднимался. Снизу было видно только балкон с черными перилами, казалось, там даже свет не горел. Хенджин стал подниматься наверх по металлической лестнице. Ему навстречу шли двое молодых парней, которые спускались на первый этаж, Хван и их бегло оглядел. Проходя мимо, тот, что постарше, недоверчиво посмотрел на Хенджина, и полицейский узнал этот взгляд и кучерявую макушку парня рядом, что был помладше. Это были именно те двое молодых людей, которых он видел ранее в клубе. Они ему тогда уже показались подозрительными, а сейчас тем более, так как видит их тут второй раз, да и в такое время суток, когда все люди их возраста либо учатся, либо работают. А по этим двоим не скажешь, что они сотрудники этого клуба. Хенджин поднялся на второй этаж, где не было ни столиков, ни диванчиков, а только узкий балкон и один коридор. Розовые неоновые лампы едва освещали холл. Там было много одинаковых черных дверей, все это было похоже на приватные комнаты. Хван и не думал, что, помимо танцев и выпивки, люди приходят сюда заниматься сексом. Кто в здравом уме захочет трахаться на постели, где уже побывала куча народу? Там кто-то убирается? Что-то слабо в это верится. Хван осторожно шагал по коридору, вслушиваясь в звуки, которые могли исходить из-за дверей. Он понятия не имел, что искал, будто бы просто играл в детектива. Хенджин, возможно, хотел заглянуть в одну из комнат, но застать кого-то в очень компрометирующей позе не желал. За одной дверью, которая находилась в самом конце коридора, слышались чужие громкие стоны. Туда Хенджин точно не хочет заходить, его лицо исказилось в легком отвращении. Хван тяжело вздохнул, понимая, что снова не нашел ни единой зацепки. Но он по собственной инициативе приехал сюда, пытаясь самостоятельно что-то выяснить. Неудивительно, что ничего не вышло. Полицейский будто гонялся за призраком, потому что этих наркоторговцев было невозможно поймать. Хенджин развернулся и уже стал возвращаться. Но в одном из громких стонов за той последней дверью он услышал знакомое имя, которое до этого слышал только от себя самого. — Какой же ты хороший, Ликси-и. Хенджина переклинило. Он не знает больше никакого Ликси, кроме одного — того самого, к которому с каждым днем стал все сильнее привязываться. Нежелание застать кого-то трахающимся вмиг ушло, поскольку если там Феликс, то у Хвана есть несколько вопросов по поводу их еще не определенных отношений. Неужели Ли теперь решил втоптать чувства полицейского в грязь? Зачем тогда хотел встретиться? Хвана одолевала жгучая ревность ровно до тех пор, пока он с ноги не выбил дверь той самой комнаты и не обнаружил обездвиженного Феликса, а над ним пыхтящего жирного мужика, которого Хенджин тоже раньше уже видел. Полицейский мечтал набить ему ебало. Слова в этой ситуации были излишни, внутри Хвана все закипело, он за шкирку оттянул насильника от Феликса и припечатал к стене одним мощным ударом в челюсть. Мужик не мог понять, что происходит, пребывая еще в возбужденном состоянии и, скорее всего, под каким-то веществом. Хенджин держал его за воротник и выбивал из него все, что только возможно, разбивая ему сначала нос, потом губу. На лице Хенджина было откровенное выражение всепоглощающей ненависти. Казалось, он мог забить его до смерти. По телу полицейского с дикой скоростью бежала кровь, подпитывая бушующую ярость, а в мозг каждую секунду в огромном количестве вбрасывался адреналин. Полицейский как с цепи сорвался и отбросил все принципы, защищая человека, который стал ему дорог. Хван повалил тяжелую тушу на пол, но тот каким-то образом еще пытался стянуть с себя руки полицейского или ухватиться за его лицо, чтобы перекрыть Хенджину обзор. Но Хван крепко держал его на полу, одной рукой надавливая где-то в районе грудной клетки, хотя, возможно, хотел бы и задушить, а другой — набивая морду, не оставляя на лице отморозка ни единого живого места.  Когда мужик отключился, и его голова обессиленно повернулась набок, а глаза закрылись, Хенджин еле поднялся на ноги и попытался отдышаться. Его распирало от гнева, смотря на это похотливое существо. Кулаки и ткань рубашки полицейского были забрызганы кровью, но не его. Хенджин подошел к Феликсу, который не спешил подниматься, да он и не мог, потому что сам был без сознания. Хван мельком осмотрел парня и заметил, что ему сделали ужасно больно, небольшая струйка вытекающей крови говорила сама за себя. Хенджин натянул на Ли штаны. Тело парня казалось безжизненным. Хвана всего трясло изнутри, обнаружив Феликса в таком состоянии. Полицейский утопал в ярости, которая сменялась ненадолго сожалением, когда он вглядывался в лицо Феликса. Что Хенджину теперь делать, никуда не отпускать парня одного? — Да, Господин Хван? — Хенджин тут же набрал в участок, чтобы сообщить об этом происшествии. — Сонхун! Срочно приезжайте в клуб «Lust», здесь произошло изнасилование. Второй этаж, комната №6. Быстро! — Хенджин говорил четко и не запинался, но тон у него был грубый и приказной. Даже в такой чудовищной ситуации он умел сохранять спокойствие, но ненадолго. — Произошло что? — Сонхун все прекрасно расслышал, просто решил выразить удивление. — Быстрее, пока насильник без сознания! — Без сознания? — Вы там что, отупели все без работы? Я вроде на одном языке с тобой разговариваю. Приезжайте на служебках, делайте все по протоколу. Я везу пострадавшего парня в больницу, — Хенджин уже был готов повесить трубку, терпение лопалось, как мыльные пузыри. — А кто жертва? — Неважно, — отрезал Хван и завершил разговор. Не мог он сказать, что это Феликс. В лучшем случае последует вопрос «а кто такой Феликс?», либо его вспомнят, и Хенджин уже никак не сможет скрыть свою явную привязанность к парню. По-хорошему, он даже не может быть вовлечен в это дело, так как имеет личные связи с пострадавшим. Хенджин нес Феликса на руках через весь клуб, ловя на себе удивленные и тревожные взгляды тех двоих парней, которые до этого спокойно сидели у барной стойки. Хван даже не посмотрел на них, потому что если он увидит эти мерзкие лица, то захочет избить их до потери пульса, кулаки жутко чесались, чтобы совершить самосуд. Полицейский был почти на сто процентов уверен, что это они все подстроили, но сейчас задача была другая — как можно скорее отвезти Феликса в больницу. Хенджин аккуратно уложил парня на заднее сиденье своей машины, сел за руль и рванул в ближайшую больницу. В голове не укладывалось, как Ли попал в эту ситуацию. Хван был весь на нервах и рассерженно бил ладонями по рулю. Он все еще находился в подвешенном состоянии, на лбу проступил пот, через который капля за каплей выходила злость. В каких неприятностях Феликс еще мог погрязнуть? И в каких отношениях он с этими парнями? Те ли это люди, которые тогда его избили? У Хенджина было море вопросов, но пока что он не мог получить на них ответы, Феликс был без сознания. Хван сильнее давил на газ, превышая разрешенный лимит скорости и обгоняя все машины. Заехав на парковку прямо перед больницей, Хенджин быстрым шагом устремился к входу с Ли на руках. Он старался сохранять спокойствие хотя бы внешне, а внутри сердце щемило, оттого что он сильно переживал за Феликса. Хван боялся представить, как почувствовал бы себя, если бы потерял его. Они не состоят официально в отношениях, но разве это имело значение, когда Хенджин уже начинает осознавать, что он дорожит парнем. — Врача! — крикнул Хенджин, когда ворвался в холл, словно ураган, несясь к стойке регистрации. Администратор тут же встрепенулась, набирая кому-то по телефону, скорее всего, врачу. Из коридора к Хвану выбежали две медсестры, указывая в сторону палаты, куда можно отнести Феликса. Хенджин немедля влетел туда и уложил Ли на кровать. Медсестры тут же стали виться вокруг парня — проверяли пульс и дыхание, слушали сердце, смотрели на реакцию зрачков, которые были слегка увеличены. — Здравствуйте, — в палату вошел врач, Хенджин лишь кивнул в знак приветствия, не в силах оторвать свой взволнованный взгляд от Феликса. — Что тут у нас? — Хван Хенджин, оперативный отдел Итхэвон. Хван показал врачу свой значок полицейского, который лежал у него в кармане брюк. Это было совершенно необязательно, но врач, увидев, что Хенджин не просто какой-то парень, подобравший где-то Феликса, а полицейский, будет выдавать ему более подробную информацию о состоянии пациента. Да и если бы Хван не показал значок, то, скорее всего, его бы выпроводили из палаты, потому что он являлся откровенно никем для Ли. Они между собой даже не успели определить статус их отношений. Но Хенджин не терял надежды, что они еще обо всем поговорят. — Изнасилование. И, скорее всего, парня накачали наркотиками. Так что хотелось бы узнать, какими именно? Мы за этими…кхм…наркоторговцами давно уже гоняемся и вот напали на след, — Хенджин так и хотел назвать их ублюдками, но не в стенах больницы. — Сейчас сделаем анализ крови и поставим капельницу. Но нужно для начала осмотреть парня на признаки насилия. Можете, пожалуйста, пока в коридоре подождать? Хенджин понимающе кивнул, вышел из палаты и сел на лавочку напротив. Он не мог успокоить свои мысли, видя перед глазами ту ужасную картину — какой-то мужик сует свой член в Феликса, который совершенно не мог за себя постоять, находясь без сознания. Как же это мерзко. Почему такие выродки еще не вымерли? Пока Хван нервно дергал ногой и заламывал себе пальцы, раздался телефонный звонок. — Да? — грубо ответил Хенджин. — Это Сонхун. В общем, мы приехали минут через десять и застали этого мужика без сознания. Сейчас собираем улики на экспертизу. Можно спросить, это Вы его так…избили? — в трубке повисло недолгое молчание. — Угу. — Нехило. Он вроде еще и под наркотой, зрачки расширены. Как тот парень, кстати? Пришел в себя? — Пока нет, — Хенджин смотрел на дверь палаты, из которой никто еще не вышел. — Ему очень повезло, что Вы там оказались. А зачем Вы вообще сюда поехали? — вопросы Сонхуна начинали действовать Хенджину на нервы, но с другой стороны, разговор его отвлекал. — Хотел найти какие-нибудь зацепки. Возможно, я теперь знаю, кто дилер, но это всего лишь догадки. — Ого, кто же? — мужчина не прекращал с расспросом. — В участке поговорим. Мне пора. Пока, — Хенджин даже не стал дожидаться ответа, а просто закончил разговор. Казалось, время текло чертовски медленно, хотя Хенджин успел уже раза три сходить к автомату за кофе. Медсестры то выходили из палаты, то входили обратно, врач тоже пару раз мелькал перед глазами, но Хван не спрашивал каждый раз «ну что, как он там?», а прилежно ждал, хотя это ожидание было выматывающим. Но если честно, Хенджин был готов просидеть в больнице столько, сколько потребуется Феликсу для того, чтобы прийти в себя. Полицейский не мог оставить его здесь одного. Ли, наверное, было так страшно, что ему просто необходимо увидеть хоть одно приятное лицо — лицо Хенджина. Хван за прошедшие два часа уже даже сбегал в магазин, купил Феликсу еды и фруктовый сок. Ведь когда Ли очнется, он наверняка будет голодный и захочет чего-нибудь вкусного, а в больнице ему дадут либо кашу, либо один кислый йогурт. Прошел еще час, Хенджин попробовал почти все виды кофе в автомате у входа, и ни один ему не понравился. Самым вкусным напитком оказался горячий шоколад. — Мы провели тесты, можем сказать, что вещество в крови не что иное, как метамфетамин. Доза явно не была подобрана с умом, да и, кажется, пациент раньше не принимал ничего подобного, поэтому организм сейчас очень слабый. По результатам кардиограммы, с сердцем все в порядке, поставим пару капельниц, чтобы вывести вещество из крови, и парень должен пойти на поправку. Хенджин слушал врача, задержав дыхание. Но как же было приятно услышать хоть какие-то хорошие новости. Хван выдохнул с облегчением. — Мы взяли анализ спермы, которая не принадлежит пациенту, зафиксировали повреждения и синяки на теле, так что можно смело утверждать, что это было изнасилование. Врач говорил совершенно спокойно, он уже привык доносить до людей различного рода информацию, но мужчина изредка нервно поджимал губы. На такой работе хоть и нужно сохранять дистанцию с пациентами и стараться не испытывать эмоций, но иногда это бывало очень трудно. У врача явно имелась хорошо развитая эмпатия, потому что было видно, как ему было жаль пострадавшего парня. — Кстати, я так и не спросил. Вы знаете имя этого молодого человека, чтобы в карту внести? — Ли Енбок, — Хенджин печально смотрел на дверь палаты. Как сильно он хотел зайти туда и, наконец, увидеть Феликса. — Вы можете зайти, но он еще не пришел в себя. Хенджин тут же вскочил и вошел в палату. Он тихонько сел на стул рядом с кроватью Феликса, осматривая его печальным взглядом с ног до головы. Как же он хотел разъебать всех тех, кто так поступил с парнем. Хенджину казалось, что мало он избил того отморозка, и нужно было его вообще кастрировать. Полицейский испытывал некую жалость к Ли, парень не заслужил такого, да в принципе никто не заслуживает такого насилия. Невзирая на мрачное прошлое, Феликс был приятным и милым, и Хван заметил, что вокруг парня всегда присутствовала какая-то светлая энергетика. Ли ведь смог двигаться по жизни дальше и не утонуть в ненависти к людям и окружающему миру, совершая жестокое беззаконие. Так почему же он так страдает? Феликс выглядел неважно, побои после вчерашней драки проходили, отеки спали еще этой ночью, но на лице, которое было бледным, все еще виднелись мелкие ранки, которые заживали, но очень медленно. Хенджин осторожно потянулся к руке Ли и взял ее в свои ладони. Хван как-то не обращал ранее внимания на то, что пальцы Феликса были такими крохотными по сравнению с его. Он сжал ладошку крепче, слегка массируя между своими ладонями, тем самым согревая. Хенджин залип, переплетая пальцы Феликса со своими, и ощутил, что рука Ли начала сама сжимать его ладонь. Когда Хван поднял взгляд на лицо парня, то увидел, как тот смотрит на него из-под уставших век. — Привет. Что ты тут делаешь? — тихо произнес Феликс. Ли не мог понять, Хенджин настоящий или Феликс сейчас в рай попал, и его встречает Хван. Хотя парень, скорее, верил в то, что отправится в ад за все свои проступки, и вряд ли Хенджин составит ему там компанию. Тело Феликса было очень слабым, да еще и эти капельницы его расслабили, так что хотелось только лежать. В голове было пусто — никакой тревоги. — Ликси, — рука Хенджина переместилась на макушку Феликса. Полицейский убирал светлые прядки волос с лица парня, открывая вид на большие уставшие глаза. Хенджин полностью проигнорировал вопрос. Парни некоторое время молчали, Феликс просто позволял Хенджину гладить себя по голове и переплетать с ним пальцы в замок. Присутствие полицейского было каким-то лечащим, душе Феликса больше ничего не было нужно — только это, только Хенджин и его бережная любовь. Они оба нуждались друг в друге, как в кислороде. Будучи рядом, один чувствовал себя в безопасности, а другой становился спокойнее, и все накопившееся напряжение вмиг покидало его тело. — Как ты? — начал Хенджин. Он пытался не показывать, как сильно переживает, но его челюсть, которая то напрягалась, то расслаблялась, говорила об обратном. — Я ничего не помню, — Феликс захотел приподняться и сесть, но последствия насилия, видимо, не дадут ему спокойно сидеть еще как минимум дня два. Ему не было больно, но чувство жжения ощущалось неприятно. — Тебе лучше полежать, — Хенджин помог парню лечь обратно. — Что случилось? Я не помню ничего после того, как...выпил, — взгляд Феликса был просящим, как у щеночка. У Хенджина вновь сердце пропустило удар, смотря на беспомощного парня. — Тебя изнасиловали, Ликс, — Хенджин опустил голову. — И в том напитке был мет, так что…неудивительно, что ты ничего не помнишь, — Хван с трудом доносил до него эту информацию. Феликс отвернулся к окну, ничего не ответив. Его нервная система сейчас была сильно пошатана, он вот-вот готов был расплакаться, парень сдерживался, кусая губы. Но слезы на глазах все-таки появились, и Ли не хотел их показывать. Хенджин отвлекал себя перебиранием пальцев Феликса между своими. — Я, кажется, догадываюсь, кто это устроил, — парень все еще смотрел в окно, за которым давно уже было темно. — Хочешь сейчас это обсудить? Ты же знаешь, что я помогу тебе во всем разобраться. — Не знаю, хочу ли я. Я думал, что уже оставил прошлое позади, но, видимо, оно меня не отпускает, — Феликс нервно усмехнулся. Внутри него отчаяние сменилось злостью, и парень знал, на кого стоит злиться. — Ты можешь рассказать все мне, когда будешь готов, или официально в участке, как пострадавший, потому что насильника задержали, — Феликс резко повернул голову на Хенджина и широко распахнул глаза. — Как? Кто это был? — Какой-то мужик, который тоже был под наркотой. Прежде чем привезти тебя в больницу, я хорошенько его избил, — Хенджин оскалился, вспоминая то мерзкое существо. Феликс таращился на Хенджина, вновь не веря своим ушам. Хван его привез сюда? Как он узнал, что Феликс был в клубе? Или это такое счастливое стечение обстоятельств? Потому что если бы не Хенджин, то страшно представить, в каком состоянии бы сейчас находился Ли. Был бы он еще жив? Феликсу было ясно одно — Чонин подсыпал ему наркоту, а Уджин, скорее всего, был тем, кто все подстроил. Но при чем здесь Чанбин? Старшего он так и не увидел, и Ли не верил, что тот мог его гнусно подставить. Чанбин всегда был с ним очень дружелюбным. Неужели что-то поменялось? Феликсу стало как-то неловко, оттого что Хван увидел его в таком состоянии, но он был бесконечно благодарен, что Хенджин его спас, хотя он так и не высказал этого. Ли было страшно, что рано или поздно ему придется раскрыть все секреты своего прошлого, либо они вскроются сами, когда Хенджин, наконец, поймает Уджина и всех его «подопечных». Феликс уже хотел забыть все, что было до Хенджина, и начать жизнь с чистого листа, но это было просто нереально. Судьба Ли была тесно переплетена с преступным миром, с которым безудержно боролся Хван. — Я принес тебе поесть. Ты голоден? Хенджин указал на пакет с едой на тумбочке возле кровати. Феликс отрицательно помотал головой, ему сейчас в горло и куска не лезло. — Спать хочется, — Феликс потер глаза. От капельниц действительно сильно клонило в сон, и организму сейчас как раз не хватало отдыха. — Хорошо, тебе стоит отдыхать, — Хенджин подоткнул парню одеяло, как это обычно делают родители своим маленьким детям. — Я буду здесь, если тебе что-то понадобится. Хенджин наклонился и мягко поцеловал Феликса в лоб, отчего парень зажмурился, и у него закрутило живот, это было не от нервов, а от пьянящего аромата, исходящего от полицейского, и проявления заботы, которой Феликс не получал очень давно. Но как бы сильно Ли ни хотел, чтобы Хенджин остался рядом, ему было неприятно каждый раз представать перед ним в таком разбитом и беспомощном состоянии. — У тебя, наверное, много работы, — с грустью произнес Ли. — Работа может подождать, а ты — нет, — в последний раз Хенджин погладил Феликса по голове перед тем, как парень устало закрыл глаза и повернулся набок. Хенджин выключил в палате свет и сел в кресло, откинув голову назад. Он и сам начинал уже проваливаться в дрему, ему стало намного спокойнее, что с Феликсом относительно все в порядке. Спать в сидячем положении, конечно, неудобно, но полицейскому больше ничего не оставалось, он не хотел оставлять Ли одного. Утром, если Феликсу станет лучше, его могут выписать, и Хван отвезет его домой — к себе или к нему — это как Ли захочет. Но Хенджину хотелось привезти парня к себе, ему было приятно делить с ним кровать, да и вообще, присутствие Феликса наполняло помещение жизнью. Хван тоже мечтал засыпать с ним в обнимку и просыпаться, видя перед собой его веснушчатое личико. И он, наконец, хотел признаться Феликсу в том, что парень ему нравится, а сказать Хенджин это мог только в непринужденной обстановке.                 Феликс проспал всю ночь в одном положении и на удивление хорошо выспался. Он чувствовал себя гораздо лучше, чем вчера вечером. Тело было таким приятно легким — отдохнувшим. Ли встал с кровати, чтобы сходить в туалет, и заметил в кресле Хенджина. Парень еще не видел его с утра спящим. Во сне Хван был таким умиротворенным — голова полицейского лежала на боку, рот был слегка приоткрыт, а руки сложены на груди. И он так проспал всю ночь? У него наверняка должно ныть все тело после такой неудобной позы. Ли не хотел будить полицейского, он догадывался, что у Хенджина, возможно, будут к нему вопросы, на которые он не сможет ответить. Этот разговор в любом случае был неизбежен. Но Феликс боялся сдавать Уджина, потому что тот тогда точно убедится в том, что Ли — стукач, а он ведь им не являлся. Парень также хотел для начала выяснить, действительно ли Чанбин подставил его? Слишком низко с его стороны, если старший так тепло относился к Феликсу. В то время как Хенджин спал, изредка шевелясь, пытаясь во сне найти комфортное положение, Феликс быстренько оделся и пошел на выход, пока не пришел его лечащий врач. По дороге парень захватил тот пакет с едой, который так заботливо купил ему Хенджин. Ли убегал, как пугливый котенок, хотя полицейский не сделал ничего, чтобы спугнуть его. Но он бежал не от Хвана, а от своего прошлого, которое не хотел переплетать с будущим, в которое входил Хенджин. И пока Феликс не решит все свои проблемы, то не сможет быть полностью откровенным с человеком, к которому у него стали образовываться теплые чувства. Феликс выбежал на улицу совершенно незамеченным и направился к себе домой, больше ему делать было нечего. Пока он добирался до квартиры, то прокручивал в голове различные мысли. Что же о нем подумает Хенджин, заметив, что Ли сбежал, будто не хочет иметь с ним никакого дела? Все ведь не так просто. Для Феликса эти отношения были в новинку, и он хотел бы быть искренним, потому что действительно желал их продолжения. Но как сказать полицейскому, который был его любовным интересом, что Феликс торговал наркотиками с теми самыми людьми, которых Хенджин так отчаянно пытается поймать уже который год? Такого руководства пока не написали, поэтому Ли будет первым, кто путем проб и ошибок найдет самый подходящий способ сказать правду и не разрушить отношения. Придя домой, Феликс устало завалился на матрас и тут же решил позвонить Чанбину. Его мысли не могли успокоиться, пока Ли не услышит от старшего хоть какие-то объяснения, потому что парень не верил, что тот был двуличной мразотой, как Уджин. Он набрал один раз, но ответа не было. Позвонил еще раз, звонок сбросили. Феликс недовольно уставился на контакт Чанбина. Что происходит? Но Ли был настойчив, так что набрал еще раз. — Алло? — кто-то взял трубку, но там стояла тишина. — Алло-о-о? Чанбин? — Ты в порядке… — голос парня был слегка взволнованный. — Можно так сказать. Не считая того, что меня, блять, выебал какой-то хрен. Можешь пояснить, что произошло? И почему вместо тебя я встретил Чонина? — Феликс был рассержен, но он хотел услышать правду от Чанбина, поэтому старался не слишком гневно орать на собеседника. — Ох…это…мне так жаль, — голос Чанбина надломился. — Надеюсь, ты не играешь со мной? — Нет, мне, правда, жаль. Начну с того, что мне нет оправданий, потому что я мог постараться поступить так, чтобы этого не произошло, но я струсил. Господи, какое же я дерьмо, — на другом конце разговора послышались легкие всхлипы. Чанбин…плачет? — Уджин…он прекрасно знал, что ты мне нравишься. Блять. Вот я и признался, а ведь момент для этого совсем неподходящий. Феликс не удивился, он и сам это знал, Чанбин был слишком очевидным, постоянно заводя разговоры только с Ли и приглашая его к себе в гости. — В общем, как он мне сказал, он хотел с тобой просто поговорить. Ему было неприятно, что все закончилось так плохо. Я, как болван, поверил. Уджин сказал, что если напишу я, то ты с легкостью согласишься встретиться. Видимо, это правда. Чанбин ненадолго замолчал, будто анализируя, почему же Феликс в самом деле мог без проблем согласиться с ним увидеться? Старший, возможно, еще надеялся на взаимность. Феликс все это время просто выслушивал его. — Но я не хотел тебя обманывать и писать от своего имени, хотя о встрече просил Уджин. Тогда-то он и закипел. Видимо, после того как я тогда смог его сдержать, чтобы он тебя не забил до смерти, он стал качаться, потому что он со всей силы прижал меня к стене, так что я с трудом мог пошевелиться, по-другому это не объяснить. А Чонин — его стопроцентное протеже. Он-то тебе это все и писал. В итоге Уджин и меня избил, потому что я там только какими словами его не покрывал. Господи, я не знал, что ради денег они зайдут так далеко. — Откуда ты узнал, что со мной произошло? — Феликс снова подал голос. Услышав всю историю с другой стороны, ему стало как-то спокойнее. Чанбин его не подставлял. — Мне написал Чонин, чтобы позлить, — содержание тех SMS Чанбин решил оставить втайне, потому что они несли в себе лишь оскорбления в сторону Феликса. — А ты-то чем им не угодил? — Не знаю. Наверное, Уджин понял, что я не на одной с ним волне, как Чонин, и что я в любой момент могу стать мятежником, как ты, — в голосе Чанбина слышалось принятие. — Так ты больше не с ними? — Нет, — парень тяжело вздохнул. — А Сынмин? Разве он на одной с ними волне? Он не кажется таким же чокнутым. — Не знаю, но я думаю, что Сынмин Уджину дорог до тех пор, пока тот не найдет кого-то нового. Хотя Сынмин и не вызывает в нем гнев, как это делали мы с тобой. — Понятно, — Феликс выяснил все, что хотел знать. Может, сейчас он сможет оставить прошлое позади? — Как ты? — спустя недолгое молчание послышался тревожный голос. — Лучше. Как-то хочется забыть это все и начать жить с чистого листа. — Понимаю... В разговоре присутствовало много неловкого молчания. — Феликс… — М? — Надеюсь, ты сможешь двигаться дальше. Ты этого заслуживаешь. Грустно осознавать, что наши пути вряд ли уже пересекутся, но если когда-нибудь это случится, я буду рад тебя увидеть, — это определенно звучало как некое расставание. — И тебе того же. Выберись из этого дерьма целым. Парни больше не сказали друг другу ни слова, и так было понятно, что разговор окончен. Феликс одиноко лежал на матрасе и смотрел в потолок. С одной проблемой он разобрался, но Ли все еще боялся того момента, когда Хенджин узнает о его прошлой жизни. Наверное, было бы проще, если бы полицейский узнал обо всем от самого Феликса, но парень не в состоянии раскрыть рот и заговорить с Хенджином на эту тему, потому что Ли не хотел чувствовать на себе взгляд отвращения и недовольства. Но разве Феликс сделал что-то чрезвычайно плохое? Он никого не убил и не изнасиловал, а просто пытался выжить в этом мире, хоть и таким грязным способом. Феликс перевернулся на живот и зарылся лицом в подушку. Эти мысли готовы были его окончательно доконать. Он просто боялся, что Хенджин не примет его, узнав правду. Страх настоящей близости был невероятно огромен. Феликсу казалось, что он не заслуживает такого человека, как Хван Хенджин. И полицейский легко забудет его, если парень с этого дня начнет его игнорировать. Теперь Феликс был самым настоящим трусом, боявшимся быть отвергнутым. Пока парень боролся со своими тревожными мыслями, на телефон одно за другим поступали уведомления. Смартфон не переставал пиликать.   [Хван Хенджин]: Ты где? Почему ты ушел? Что-то случилось? Я не понимаю. Как твое самочувствие? Пожалуйста, скажи, где ты, я волнуюсь.   Феликс даже не читал эти SMS, а только видел висящие сообщения в уведомлениях. Он смотрел на них, и на глаза наворачивались слезы. Почему Ли стал таким слабым и жалким? Или на него так влияет любовь? Но разве его отношения с Хенджином уже можно назвать любовью? Феликс окончательно запутался, и лучшим, хотя и ужасно глупым, решением было сделать вид, что Ли больше не существует. Отключиться от всего, остаться сидеть в одиночестве и страдать, потому что он был уверен, что Хенджину не нужен такой парень, как Ли Феликс.   [Хван Хенджин]: Почему ты меня игноришь? Ликси, прочитай хотя бы сообщения, чтобы я понял, что с тобой все в порядке. Пожалуйста.   Было неимоверно тяжело игнорировать сообщения Хенджина, поэтому Феликс отключил телефон окончательно. Он заталкивал свои чувства к полицейскому глубоко внутрь, так что сердце начинало трескаться. Но Ли держал лишь одну мысль у себя в голове «ему будет лучше без меня».                 Прошло уже два дня, и Феликс занимался ничем, кроме того, что питался лапшой быстрого приготовления и пересматривал уже давно просмотренное аниме, просто он боялся начать смотреть что-то новое точно так же, как боялся этих перемен в своей жизни. Неужели после того, как он влюбился в Хенджина и не мог больше думать ни о чем, кроме того всепоглощающего чувства любви, когда он находился рядом с полицейским, внутри Феликса этот твердый стержень, который закалился сталью из-за трагичного прошлого, стал постепенно плавиться? И теперь Ли целиком и полностью размяк, не в состоянии собрать себя по кусочкам, когда дело доходило до приятных воспоминаний о Хенджине. В очередной раз Феликс, закутанный в плед с головой, заваривает себе лапшу, чтобы приступить к финальной серии своего любимого аниме, которое заставляло его чувствовать себя спокойнее, потому что парень знал весь сюжет наизусть, и ничто не могло его удивить. Но его застал врасплох внезапный звонок в дверь. Ли насторожился. Кто это мог быть? Феликс был, словно затворник, который уже лет десять не выходил на улицу и не видел других людей, хотя прошло всего дня три. Ли неуверенно подошел к двери, чтобы посмотреть, кто мог к нему пожаловать. Звонок раздался вновь — и парень нервно подскочил. Ли посмотрел в глазок, и у него сперло дыхание, а сердце опустилось в пятки. Феликс стал медленно поворачивать замок, надавил на ручку и распахнул дверь. Перед ним стоял не кто иной, как Хван Хенджин — встревоженный, с понурым взглядом и готовый расплакаться от облегчения, что видит перед собой Феликса живым.