Наркотик

            Хенджин молча перешагнул порог, пока Феликс, шокированный внезапным визитом полицейского, виновато на него смотрел. Ли мгновенно стало невероятно стыдно за то, что он так неоправданно игнорировал Хвана, будто ему совершенно насрать на его и свои чувства. Решил исчезнуть из его жизни, будто Хенджин и не заметит. Ли закрыл дверь после того, как Хенджин проследовал в центр квартиры и остановился, осматриваясь вокруг, обдумывая, что сказать. Пока Хван сюда добирался, то хотел высказать Феликсу многое и задать кучу вопросов: «Почему ты не отвечал? Я сделал что-то не так? Чего ты боишься?». Список вопросов был длинный, Хенджин половину уже забыл, однако считал, что в процессе разговора все само как-то выяснится. Но сейчас полицейский находился в ступоре. Когда Хван увидел парня, который выглядел, как загнанный в угол котенок, он забыл абсолютно все, что хотел ему сказать. Он лишь думал о том, как Феликс ему нравится, и что он не хочет больше его терять из-за недопонимания между ними. В комнате повисла гнетущая и давящая на все нервные окончания тишина. Феликс прислонился спиной к двери, по-прежнему укутанный в плед с головой, словно прячется от кого-то. Возможно, ему сейчас и хотелось спрятаться от Хенджина, да некуда. Ли смотрел на фигуру полицейского сзади — тот выглядел, словно статуя в музее, вообще не двигался. Хенджин, видимо, прибежал с работы, на нем по-прежнему были знакомые Феликсу черные брюки и белая рубашка. Ли не отрывал взгляда от широких плеч полицейского и ждал, когда же тот повернется. Сердце дрожало в страхе, потому что Феликс был уверен, что Хенджин на него злится. С каждой пройденной минутой парню становилось все сложнее находиться в своей же квартире. — Вот, значит, как ты живешь, — у Феликса дрогнуло сердце, услышав голос Хвана, так же он по нему скучал. И тон полицейского не говорил о том, что Хенджин рассержен, может быть, слегка обижен, но Хван точно не собирался разыгрывать сцену с выяснением отношений. Хенджин медленно развернулся, на его лице не было ни злости, ни ненависти, а даже некая безмятежность. Чего не скажешь о Феликсе, который стал магнитом для металлической входной двери, его глаза были широко распахнуты в удивлении. У парня уже в горле пересохло, так много раз он сглатывал и облизывал нервно губы. — Я так рад тебя видеть. Но, кажется, ты…нет, — взгляд полицейского вмиг стал печальным, он сам же разочаровался в своих завышенных ожиданиях. Феликс сейчас снова не мог поверить своим ушам и глазам, считая, что ему это все снится, потому что к нему пришел Хенджин и говорил, что рад его видеть. Это точно не может быть реальностью. Может, Хван — лишь плод его воображения? Несколько минут они стояли и неловко смотрели друг на друга, словно незнакомцы. — Мне уйти? Хенджин вгляделся в глаза Феликса, который не стремился отлипать от входной двери. Ли едва заметно помотал головой. Ему хоть и было страшно становиться ближе с Хенджином, но полицейский ему очень нравится, так что это неизбежно. И все нутро парня не хотело, чтобы Хван уходил и оставлял его одного. Каждая клеточка тела желала прижаться к полицейскому и утонуть в его объятиях. — Как ты нашел меня? — Это было несложно. Все было в твоем личном деле. Но только спустя эти жуткие три дня, когда я себе места не находил от волнения, что с тобой могло что-то случиться, я подумал открыть папку с твоим делом…снова. И вуаля! Там был твой домашний адрес, который ты сам же и продиктовал, когда тебя задержали в первый раз. Почему я раньше не обратил внимания? — Хван слегка усмехнулся себе под нос, уводя взгляд в сторону. Он смущенно тер шею, ему внезапно стало жарко. Феликс, наконец, отлип от двери, сделав пару шагов навстречу Хенджину, но, пока не подходя ближе. — Ты…беспокоился? — Ли просто еще раз убеждался в том, что он Хвану небезразличен. — Да, очень. Разве ты не получил мои сообщения? — Хенджин вопросительно вскинул брови. — Получил… — Феликс с сожалением посмотрел на выключенный смартфон на краю тумбочки. — Так почему не отвечал? — Не все так просто, — Феликс прошел мимо Хвана, скинул с себя плед и устало лег на матрас. Хенджин находился в недоумении. Что такого сложного просто хотя бы прочитать SMS, чтобы он себя не накручивал, жив Феликс или нет? Хван развернулся и встал напротив парня, который пялился в потолок, сложив руки на груди. Ли тяжело вздыхал, понимая, что настал тот момент, когда он откроется перед Хенджином. Тянуть больше невозможно, иначе все тревожные мысли в голове сожрут Феликса. Срывать пластырь нужно резко, чтобы было менее больно, хотя без последствий все равно не обойдется. — Как ты себя чувствуешь после случившегося? — в каждом слове слышалась забота. Тембр Хенджина был такой мягкий и так приятно обволакивал слух. — Лучше. Так как я мало что помню, то не вижу перед глазами никаких пугающих картин, и кошмары по ночам мне не снятся. Тот вечер как в тумане, — у Ли замерзли ладони, так что он сжал их в кулаки, пытаясь согреть, но это не сильно помогло. В квартире Феликса будто затишье перед бурей стояло, потому что тишина между репликами была невыносимой, и, казалось, кто-то вот-вот взорвется и начнет изливать все, что у него на душе. Кто будет первым? Феликс, который должен сказать, что он не тот, каким Хенджин его представлял? Или Хенджин, который хочет признаться парню в своих чувствах? — Я не отвечал, потому что… Что ты там встал? Ложись рядом. Я не могу говорить, когда ты сверлишь меня взглядом, — Феликс похлопал по свободному месту рядом с собой. Хенджин неуверенно сел на матрас, а потом лег, также сложив руки на груди и уставившись на белый потолок, но ему так хотелось смотреть на лицо парня, которое теперь находилось еще ближе, так что он мог пересчитать все его веснушки. — Да, я слушаю, — Хван пытался зацепиться взглядом хоть за что-то, чтобы не смотреть на Феликса, как парень его попросил. Одинокая пыльная люстра в центре потолка была единственным предметом, на который можно было направить свой взор. — Я не отвечал, потому что боялся. Боялся твоего осуждения, когда ты узнаешь меня ближе. Я чувствовал, что наши отношения куда-то движутся. Мне ведь не показалось? — Нет. Я тоже это чувствую. Люстра на потолке притягивала взоры обоих парней. — А чего ты боишься? — Что ты…бросишь меня, узнав правду о моем прошлом, — Феликс сжал губы, казалось, что он не сможет произнести ни слова больше, пусть Хенджин сам догадывается, о чем он говорит. — Что же это должно быть такое, что я брошу тебя? Мне пока сложно представить. Ты кого-то убил? — Хван хотел разрядить обстановку шуткой, потому что знал ответ на свой вопрос и думал, что Феликс слегка посмеется, но Ли только сильнее напрягся, сжимая свою футболку. — Извини. — Да нет, все нормально. Я просто, видимо, сейчас не в веселом настроении. Хенджин не смог противостоять своему желанию посмотреть на парня и повернул голову. Ли не переставал кусать кожицу на своих губах, а его взгляд нервно бегал в разные стороны, уже не в силах сконцентрироваться на чем-то одном. Хван, как завороженный, смотрел на хлопающие длинные ресницы парня, маленький аккуратный носик и слегка приоткрытые губы, которые хотелось накрыть в поцелуе, но этот разговор был важен для них обоих, и поцелуи, к сожалению, не могут решить всех проблем. Так что Хван просто тяжело вздохнул, а потом поймал на себе косой взгляд, Феликс заметил, что тот пялится, поэтому Хенджин вновь направил свой взор в потолок. — Послушай, это твое прошлое, и ты не обязан мне о нем говорить. Важно то, что происходит в настоящем. Хенджин пытался обнадежить Феликса, что его не так сильно беспокоит то, кем парень был до их знакомства. Но Феликс не особо успокоился. Ли ощущал необходимость быть честным с Хенджином, тогда ему будет проще быть самим собой. — Помнишь, ты увидел меня в клубе? — Феликс заламывал себе пальцы один за другим. — Угу, — Хенджин краем глаза поглядывал на руки парня, замечая, как тот нервничает. — Так вот…я там был не просто так… Феликсу было так трудно проговаривать слова, будто он забывал родной язык и то, как работает речевой аппарат, а голова стала слегка кружиться. — Те двое парней, с которыми я был, ты их, наверное, тоже заметил? — Ли аккуратно задавал наводящие вопросы, чтобы подвести свою мысль к финальной точке. — Да. Вот и все, Феликсу осталось лишь сказать то, что он так долго скрывал от Хенджина. Парень начал прерывисто дышать и закрыл глаза, будто готовился к удару. — Они связаны с торговлей…наркотиками, — у Феликса сперло дыхание. Хенджину уже было плевать на то, что Ли не хотел, чтобы он на него смотрел, поэтому повернулся набок и взял дрожащие ладони Феликса в свои, почувствовав, насколько они ледяные. — Я знаю, — на выдохе произнес Хенджин, продолжая растирать ладони парня между своими. — Ты…что? — Феликс резко повернул голову, пытаясь проанализировать услышанное. — Тот мужик, который тебя…ты понял, он всех сдал, включая тебя, не считая, что ты, вообще-то, жертва обстоятельств, — Хван взглянул в растерянный взгляд, который бегал по лицу полицейского, а потом уставился на их соединенные руки. — Почему ты сразу не сказал? Я тут чуть не обосрался, готовясь к тому, что ты уйдешь, громко хлопнув дверью. — Я чувствовал, что ты хочешь что-то мне рассказать. И за кого ты меня вообще принимаешь? Я не… — Хван вспомнил, как после их первого секса он просто отвернулся от Феликса, проигнорировав чувства парня, но Хенджин изменился. — Ты сам говорил, что мы люди разной масти. Ты полицейский, а я…ну просто я. И я не придумал ничего лучше, чем продавать наркотики, — Феликс выдернул свои руки из ладоней полицейского и закрыл ими лицо, пытаясь спрятаться. — Ты — не просто ты. Ты попал в плохую компанию. Обстоятельства заставили тебя это сделать, — Хенджин говорил так понимающе, и Феликса это пугало. Хван что, читает его мысли? Почему он так добр к нему? — Тебе не нужно бояться меня и того, что я уйду, — Хенджин убрал руки парня с лица, открывая вид на глаза Феликса, которые залились слезами. Сердце Феликса безбожно дрожало, но не от страха, а оттого что все обошлось, а Ли не готовил себя к такому повороту событий. Он копил свои слезы, чтобы горько плакать, оставшись в одиночестве, а теперь они вытекают, потому что он больше не один. Хенджин вытирал большим пальцем стекающие по щеке капельки, пока Феликс хлюпал носом. В каждом прикосновении полицейского была забота и тепло. — Ты…не считаешь меня…мерзавцем? — Феликс тоже лег набок, чтобы смотреть в карие глаза Хенджина. — Конечно, нет. С чего ты такого мнения о себе? Мерзавцы те, кто подставил тебя, но точно не ты. Ты мне нравишься, Ликс, — Хенджин зачесал упавшие на лоб светлые прядки парню за ухо, оставив свою руку на его мягкой щеке. Феликса будто молния пронзила, услышав признание. Он смотрел в глаза Хенджина, полные чистой искренности, и все былое волнение, которое являлось непомерной глупостью, ушло на второй план. Душа была готова выпрыгнуть в объятия полицейского, обвиться вокруг него и не отпускать. А Хенджин был заворожен губами Феликса, к которым дико хотелось прикоснуться и забрать все те переживания, которые мучили парня так долго. Рука Феликса невольно потянулась к лицу Хвана, а большой палец провел по мягким и слегка влажным розовым губам, на что Хенджин прикрыл глаза, отдаваясь этому мелкому, нежному прикосновению. Феликс придвинулся чуть ближе, так что они теперь чувствовали дыхание друг друга на своей коже, немного касаясь носами. Казалось, что это была их первая близость, потому что вели они себя уж больно неловко, как подростки, но даже те будут смелее. Тело накрывали легкий мандраж и приятное волнение, скручивающее внутренние органы. Один вдох и движение вперед — и губы Феликса уже накрывали губы Хенджина в легком протяжном поцелуе, который начался очень медленно. Но с каждым новым движением их губ, Феликс пододвигался ближе, наконец, соприкоснувшись своим телом с торсом полицейского и запрокинув на него одну ногу. Феликс изредка успевал облизывать свои высохшие губы, продолжая затягивать Хенджина в страстный поцелуй, которым говорил «ты мне тоже очень-очень-очень нравишься». Хван игриво запускал свой язык, отчего Феликс прижимался еще сильнее и испускал томные стоны прямо в поцелуй. Хенджин сместил свою ладонь со щеки парня и, проведя ей по плечу, остановился на тонкой талии, сжав крепче. На обоих парней стало накатывать возбуждение, которое никто не думал испытать так скоро. Феликс жадно мял губы Хенджина и хотел прильнуть еще ближе, насколько это возможно. — Ликси, — Хенджин разорвал поцелуй, чтобы сделать небольшую передышку. Сердце бешено колотилось у обоих. Им было мало этих прикосновений губами. — Ты мне тоже нравишься, Хенджин, — голова Феликса была забита только мыслями о близости. — Чего ты хочешь? — Хенджин притянул Ли за поясницу ближе, почувствовав возбуждение парня, касающееся его. — Тебя…и чтобы ты не покидал меня. Феликс накинулся на Хенджина с новой порцией влажных поцелуев, которые теперь были резкими и со звонким причмокиванием. Парень зарывался рукой в смольные волосы полицейского, забирая его всего себе. — Ты уверен? Ну, после всего… — Хван был слегка встревожен. Готов ли Феликс к сексу после случившегося? — Уверен, — проговорил Феликс во время поцелуя. Он хотел утонуть в Хенджине целиком и полностью, только так ему казалось, что он в безопасности. Хван перевернулся, не разрывая поцелуй, и теперь нависал над Ли, который стал резво вынимать рубашку Хенджина из брюк, а после Феликс ухватился за голую кожу на его талии, цепляясь за полицейского, как за что-то жизненно необходимое, и если он отпустит, то не выживет. Хенджин переместил поцелуи с губ на нежную светлую кожу шеи, затем ключицы, оставляя влажные следы на открытых участках тела. Феликсу было мало, он принялся снимать свою футболку, и Хван ему в этом помог. Светлые волосы вмиг взъерошились, и Хенджин их немного пригладил, заглядывая Феликсу в глаза, которые так и просили «забери меня в себя, спрячь от всего». Теплые прикосновения губ полицейского приводили в экстаз каждую нервную клеточку Феликса. Когда Хван игриво вел языком от ложбинки между шеей и ключицей до груди, Ли еще крепче сжал талию Хенджина, впиваясь короткими ногтями в его мягкую кожу. Хенджин сейчас думал лишь об одном — как доставить Феликсу максимальное удовольствие, окутывая заботой. Если Хван и любил по-настоящему, то только так. Он исследовал каждый кусочек тела Ли, не упуская возможности покрыть его поцелуями. Остановившись у чувствительной кожи возле соска, Хенджин сначала посмотрел на Феликса, заметил, как глаза парня слегка закатывались в наслаждении, а после продолжил нежно причмокивать кожу, заставляя Феликса прерывисто дышать. Хван поднялся и стал расстегивать рубашку, ловя на себе заплывший от возбуждения взгляд. Феликсу открылся прекрасный вид на твердое подкаченное тело полицейского, которое парень мог видеть только на картинках в Интернете. Но нет. Вот оно прямо перед ним, а точнее — на нем. Ли казалось, что время течет неимоверно медленно, и парню не терпелось вновь ухватиться за Хенджина, но теперь еще и прижать к себе его голый торс, почувствовать чужое сердцебиение рядом со своим. — Я не против быть снизу. Тебе еще может быть больно, — Хенджин держался за резинку штанов парня, готовясь стянуть их вместе с бельем. — Я…как-то не думал о таком. Может, в другой раз? Я хочу тебя…внутри, — Феликс надеялся, что ему не будет больно, что все уже зажило. И он точно знал, что Хенджин ни в коем случае не будет делать ему неприятно. — Говори в любой момент, если тебе станет больно, Ликси, — Хенджин нагнулся и поцеловал его губы, так что Феликс еле смог оторваться, когда Хван вновь поднялся и стал медленно снимать с него штаны. Феликса поражала та необъятная забота полицейского, которой не было во время их первого и пока что единственного секса. Но и тогда Хван не сделал ничего, что могло бы причинить парню боль. Пара движений — и Ли, полностью обнаженный, сгорал от возбуждения, которое нельзя было скрыть ничем. Хенджину самому уже становилось тесно в брюках, поэтому он тоже разделся догола и вновь навис над хрупким телом Феликса. Хван мял губами тонкую чувствительную кожу на выпирающей тазовой кости, отчего парень ерзал на покрывале. Хенджин слегка поглаживал внутреннюю сторону бедер Феликса, накаляя и без того заметное возбуждение. — У тебя есть смазка? Феликс с трудом показал рукой на тумбочку, не в силах игнорировать те нежные поглаживания. Хенджин будто мучил его, но на самом деле он не планировал терзать парня. Просто Феликс был нетерпелив и, казалось, мог кончить, так и не дождавшись, когда Хван притронется к его члену. Один взгляд на невероятно красивое тело полицейского, и у Феликса внизу живота воцарялась буря. Хенджин достал смазку и презервативы, которые нашел там же. Раскрыв один презерватив, он натянул его на два своих тонких пальца и выдавил немного смазки на ладонь. — А это еще зачем? В прошлый раз ты так не делал, — Феликс удивился некой осторожности со стороны полицейского. — Так нужно, расслабься, — Хенджин ухмыльнулся, облизав свои губы. Феликс уставился в потолок, почему-то былая смелость вновь его покинула. Он дико боялся, что ему будет неприятно, и на этом все закончится. Парень сжимал в руках покрывало, готовясь ко всему, но только не к приятным ощущениям. Хенджин нагнулся над причинным местом возбуждения и обвел его рукой с лубрикантом. У Ли дыхание сперло, как приятно Хван массировал его член, давая наслаждению вновь пройтись ударной волной по его телу. Пара движений — и Хенджин уже накрыл своим ртом подрагивающую головку. Этого Феликс не ожидал. — Бля…Хенджи-и-ин, — руки Феликса резко прекратили сминать покрывало и сместились на голову Хенджина, жадно хватаясь за пряди волос. Хван не опускался ниже, а лишь увлажнял верхушку, пока его рука медленно поглаживала у основания. — Теперь постарайся расслабиться. Говори, если будет больно, — Феликс кивнул ему, насколько смог, потому что сейчас изо всех сил держался, чтобы не кончить раньше времени, хотя его член выпускал уже немало предэякулята. Два длинных пальца осторожно начали входить в Феликса, и Хенджин не отрывал взгляда от лица парня, считывая его эмоции. С приоткрытых губ Ли слетали только томные глухие стоны. Феликс не был сильно тугим, особенно после того происшествия, так что два пальца ходили довольно-таки свободно, не доставляя Феликсу дискомфорта. Удостоверившись, что парню, скорее, приятно, чем больно, Хенджин прильнул к головке, наконец, вбирая в себя всю длину, не переставая двигать внутри пальцы. — Хенджин…я могу кончить, — еле выпалил Феликс. — Так кончай, — ехидно сказал Хенджин, а после снова вобрал член до основания. Феликс понять не мог, почему Хенджин ему разрешает это, ведь тогда Хван не получит никакого удовольствия. Или это был его хитрый план по обману Феликса? Убедить, что у них будет секс, а на самом деле Хенджин даст ему божественный минет, от которого сейчас у Феликса дрожали все конечности. Рот Хвана был настолько горячий и влажный, разум Ли улетал далеко, а тело пребывало в экстазе, двигаясь бедрами навстречу Хенджину. Ловкие пальцы полицейского нащупали чувствительную точку внутри, Феликс не смог больше держать все в себе и кончил ровно в тот момент, когда Хван отпрял от его члена, потому что ощутил приближающуюся разрядку. — Черт… — Феликс издал громкий стон, вновь цепляясь за ткань покрывала. Хенджин еще доводил оргазм до конца, водя рукой по длине. Он был доволен, что доставил парню такое удовольствие, хотя сам нехило возбудился и теперь не знал, что с этим делать. — Хенджин, — Феликс глубоко дышал, на вздымающейся груди был тонкий слой липкого пота. Хван отбросил в сторону презерватив, который был на его пальцах, и лег на парня, наконец, прижавшись своим телом к его. Их губы слились в страстном поцелуе, Феликс хотел буквально засосать Хенджина, благодаря его за невероятно проявленную любовь. — Хенджин, — Феликс слегка оттолкнул полицейского и положил свои руки на крепкие плечи. — М? Тебе понравилось? — Не то слово, — Ли не переставал облизывать свои губы. — Но…я думал, что мы…что ты…господи, я потерял дар речи, — Феликс прижал парня обратно и уткнулся носом в его плечо. — Ликси, я просто хотел доставить тебе удовольствие, — проговорил Хенджин прямо у парня над ухом, прикусив легонько мочку. — У тебя это получилось, — Ли дышал Хенджину куда-то в плечо, пока Хван покрывал шею Феликса легкими поцелуями. Так как Хенджин все еще пребывал в диком возбуждении, он не хотел прекращать, но и не думал давить на Феликса. Парни сейчас просто нежились в объятиях друг друга. Но это ощущение Хвана на теле Ли, упирающееся в его живот возбуждение Хенджина, а также множественные поцелуи вновь разжигали в парне страстное желание. — Можем продолжить, как было задумано, — Феликс стал оставлять мелкие поцелуи на шее Хенджина. — Ты этого хочешь? — Хенджин глубоко дышал, принимая нежность. — Очень, — прошептал Феликс Хвану на ухо, а потом повернул его лицо к себе и вцепился в раскрасневшиеся губы. Ощущения от горячего поцелуя приятно расходились по всему телу. Хенджин нащупал рядом на матрасе коробочку и вытащил новый презерватив. Одним ловким движением он натянул его на свой налившийся и сгорающий от возбуждения член. — Говори, если что-то не так. — Все так, все очень даже так, Хенджин, — Феликс провел руками по темным волосам полицейского, убирая их со лба. Феликс едва успел вздохнуть, как Хван уже в него вошел, и с уст Ли слетел один томный стон. Было совершенно не больно, а наоборот — безумно приятно ощущать Хенджина внутри. Феликс обвел ногами бедра полицейского, тем самым сближая их тела. — Ликси, — Хенджин выдохнул парню в плечо, а Феликс прижал его макушку ближе к себе. Хенджин двигался свободно, но медленно, потому что у самого от каждого движения подрагивал член. Внутри было влажно и тепло, тело Хвана пребывало в напряжении, о чем говорили рельефные, двигающиеся волнами, мышцы спины. Комнату заполнили откровенные и ничем нескрываемые стоны парней, которые слились воедино. Руки Феликса обвили шею Хенджина, а ногами он заталкивал его глубже, так сильно хотел ощутить каждый его сантиметр. Возбуждение не заставило себя долго ждать, твердый орган Феликса упирался Хенджину в живот. Это трение его члена между их телами заставляло Ли вновь утонуть в волне наслаждения. — Хенджин, можешь ускориться? — сквозь стон проговорил Феликс. — Уверен? — Более чем, — их губы вновь сцепились в поцелуе, они, словно магниты, притягивались друг к другу. Бедра Хенджина стали двигаться энергичнее, заполняя себя и Феликса до краев диким наслаждением. Если бы они занимались сексом на кровати, то она бы сейчас безбожно скрипела и качалась, ударяясь спинкой о стену. Оба парня взмокли, по спине Хенджина стекали капельки пота. Несмотря на то, что Феликс уже один раз кончил, второй раз не заставил его долго ждать. Это быстрое трение его члена о живот Хенджина вмиг привело его к разрядке, только заставляя Хвана ускориться. — Ликси… Феликс ощутил внутри жар, а потом Хенджин весь напрягся, простонав парню рядом с ухом. Хван вяло поднялся на предплечья и заглянул Феликсу в глаза. После того как Ли кончил дважды, сил у него заметно поубавилось. Он расфокусировано смотрел на лицо полицейского в блаженном удовольствии. Хенджин оставил на губах Феликса робкий поцелуй, после чего аккуратно из него вышел, завязал презерватив и нащупал в той же тумбочке пачку салфеток. Все было очень предусмотрительно. Но, видимо, у многих парней есть такой набор для самоудовлетворения. Хенджин заботливо вытер и себя, и Феликса, убирая остатки спермы. В комнате было ужасно жарко, так что пот никак не спешил сходить. Феликс тяжело дышал, не в силах сейчас связать и двух слов. Этого божественного секса ему хватит дня на два, но только если Хенджин снова не соблазнит его, потому что, скорее всего, Ли возбудится с новыми силами. — Ликси? — Хенджин лег рядом и принялся выводить у парня на груди незамысловатые узоры. — М? — Ты в порядке? Тебе понравилось? «Он еще спрашивает.» — думает Феликс. — Я уже говорил, что ты мне нравишься? — усмехнулся Ли, насколько хватило сил. — Говорил, — Хван рассмеялся. Его тонкие пальцы гладили живот Феликса, который на удивление оказался крепким. Где-то там точно прячется пресс. — Где у тебя ванная комната? — В прихожей. — Спасибо, — Хенджин чмокнул Феликса в уголок его раскрасневшихся губ. Хван слегка издевался, потому что в квартире Ли была лишь одна дверь, ведущая в ванную комнату, которая была соединена с туалетом вместе. Просто он вспомнил, как парень растерянно пытался найти у него дома дверь в ванную комнату. Феликс, правда, не обратил внимания на эту отсылку, потому что сейчас пытался собрать себя по кусочкам. Он размяк и откровенно превратился в лужу после всей той невероятной заботы со стороны Хенджина. Феликс еще раз прокрутил в голове их разговор. «Я знаю…» Хенджин уже все знал, когда к нему пришел. Полицейский не собирается его арестовывать или что-то в этом роде? А что с Уджином и остальными? Тот мужик мог сдать только их четверых: Феликса, Уджина, Чонина и Чанбина. Сынмин всегда оставался в стороне, и никто вне их группировки не знал о его существовании. В принципе, Ли думал, что Сынмин и не заслужил наказания, он был самым мирным из всех. Но также и не хотел, чтобы Чанбин оказался за решеткой. Возможно, парень начнет жизнь с чистого листа, может, старший уже успел покинуть город, уехать далеко на поиски своего пути. Ли медленно приподнялся, в теле стояла легкая истома. Феликсу бы тоже не помешало сходить в душ после такого горячего секса, только вот в его ванной двоим будет тесновато. А вот в душевой Хенджина они спокойно могли бы помыться вместе. Феликс натянул на себя штаны, чтобы совсем голым не сидеть, да и прохладно как-то стало после того, как тело остыло. Ли потянулся к телефону и включил его, игнорировать уже было некого и незачем. Парень пролистал все непрочитанные сообщения от Хенджина, виновато поджимая губы. Но ведь все обошлось. Они теперь вместе? Помимо сообщений от Хвана, там были еще SMS от…Уджина? Какого черта он еще смеет ему писать? Совести у этого психопата совсем нет.   [Уджин]: Все-таки решил нас сдать. Ну что, добился своего? Тебе, видимо, мало того, что произошло? Если не хочешь, чтобы я нагрянул к тебе домой (да, я знаю, где ты живешь), то приходи к знакомым тебе гаражам. Один. А то кое-кто, кто так тепло к тебе относится, одними синяками не отделается. Я тебя так просто не отпущу, мразь. И его тоже. Один, запомни.  — Может, сходим поужинать? Я угощаю, конечно, — Хенджин вышел из душа, вытирая волосы полотенцем Феликса, там другого не было, и застал парня напуганным до смерти. — Что случилось? — Хван тут же подлетел к парню и встал рядом, разглядывая Феликса обеспокоенным взглядом. — У меня встречный вопрос. Что случилось? — Феликс показал Хенджину присланные сообщения, тот их внимательно прочитал. — Мы устроили облаву на клуб, расспросили владельца о том, какие дела там велись. Он тоже всех сдал, защищая себя, но все равно получил срок, хоть и смягченный, за проведение нелегальных сделок на территории клуба. — Кому он планирует навредить? — Хенджин положил телефон на тумбочку и сел рядом с Феликсом, поглаживая бедро парня, тем самым говоря «я здесь, бояться нечего». — Чанбину, — Ли понуро свесил голову и закрыл лицо руками. — Почему он все еще преследует меня? Почему не может просто съебаться куда-нибудь и оставить всех в покое? — Мы его остановим. Когда он назначил встречу? — Не написал, но сообщение прислано сегодня утром, так что… — Феликс не успел договорить, как пришло новое уведомление.   [Уджин]: Я вижу, ты прочитал. Приходи прямо сейчас, мне плевать, есть ли у тебя дела. Если тебе дорог Чанбин, то мы ждем тебя в гараже. — Мы? — Хенджин уставился на сообщение. — С ним, наверное, Чонин. — Как-то нечестно двое на одного. — С Уджином все нечестно. Он делает все так, чтобы выгодно было только ему. Хван продолжал поддерживающе сминать подрагивающее бедро Феликса, которого вновь одолела тревога. Но теперь было чуть проще, потому что он все мог рассказать Хенджину и, возможно, ожидать от него некой помощи, о которой сам все еще боялся попросить. — Мы что-нибудь придумаем. Собирайся. — Но я должен пойти один, иначе кто знает, что он сделает с Чанбином, увидев меня с тобой, — Феликс встревоженно смотрел на Хенджина, который стал одеваться. — Черта с два я тебя одного туда отпущу! — Хван кинул на парня грозный взгляд, но не для того чтобы напугать, а чтобы показать, что он о нем беспокоится. — Это все может перерасти в кровавую резню, я не хочу собирать тебя по частям. Хенджин подошел к Феликсу, нагнулся и, взяв его лицо в свои ладони, мягко поцеловал. — Мы все решим вместе и вытащим тебя из этого дерьма, — Хван чмокнул парня еще раз. Феликс снова был готов заплакать от всеобъемлющей любви к полицейскому. Можно было подумать, что в прошлой жизни Ли спас планету, чтобы заполучить в текущей жизни такого невероятного человека, как Хван Хенджин. Феликс втянул в себя слезы и принялся натягивать толстовку. Нельзя было терять ни минуты. — По дороге заедем в участок, мне нужно кое-что взять, — и под этим кое-что Хенджин имел в виду свой служебный пистолет.