Дурацкие вопросы

— Профессор Снейп! — крикнул мне вслед знакомый до боли, до зубного скрежета голос. Опять Поттер. Уже четвёртый день подряд достаёт меня какими-то вопросами, совершенно не касающимися наших уроков. Поттер едва ли не в первый день учёбы завалил меня различными вопросами, как на допросе в Министерстве. Разумеется, я и не думал отвечать, однако был вынужден сделать это уже на второй день, лишь бы только он отстал. Это была огромнейшая ошибка. Признаться, его компания давно перестала быть такой невыносимой, как на его четвёртом и пятом курсах. Но Поттер начал проявлять подозрительный интерес ко мне, и это не могло не настораживать, пусть и после войны наши отношения перестали быть враждебными. В том, что Поттер пытается наладить отношения, не было сомнений. Хочу ли я этого? Спорный вопрос. Он всегда вызывал у меня много эмоций, и далеко не всегда они были негативными, что бы я ни демонстрировал ему и окружающим. На третий же день мне стало любопытно, чего этот мальчишка добивается, и я нехотя ответил на тупейший в моей жизни вопрос: «Кто вы по типу личности?». Стратег, вероятно. — Профессор, ну подождите! — не унимался Поттер. Я резко затормозил перед входом в кабинет ЗоТИ. Нашёл же место для своих глупостей! Хотя бы не в Большом зале, как вчера, и на том спасибо. — Что ещё, Поттер? Какой у меня любимый цвет? Какое любимое число? Сколько раз в неделю мою голову? Какая моя натальная карта? Что? — вспылил я. За четыре дня этого издевательства стоило бы всерьёз обеспокоиться своим ментальным здоровьем. Поттер оживлённо закивал и залепетал: — О, я как раз хотел… — Нет, — перебил я. — С меня хватит! — Пожалуйста! — взмолился Поттер и подошёл ближе. — Всего один вопрос, сэр! Я шумно вздохнул и сделал шаг назад, всем своим видом показывая отвращение, и буквально впихнул Поттера в класс, чуть не проехавшись его лицом по дубовой двери. — Задавайте уже ваш идиотский вопрос, — проворчал я, захлопнув двери. — Он не идиотский, сэр, — быстро вставил Поттер. Не идиотский, как же! — Вы когда-нибудь гадали на Таро? — спросил он и уставился на меня своими огромными глазами. Не раздумывая, я процедил сквозь зубы: — Нет. Я этими вещами не интересуюсь. — А на рунах? — с неподдельным интересом спросил он. — Я вам гадалка что ли? Если вам нужен расклад, то обратитесь с этим к профессору Трелони, вам она точно не откажет, — прошипел я ему в лицо. — И это уже второй вопрос. Я согласился всего на один, а теперь убирайтесь! Поттер уже привык к тому, что сразу после ответа на вопрос я выставляю его вон, поэтому послушно закрыл двери с другой стороны.

* * *

С каждым днём наглость Поттера нарастала как снежный ком, а вопросы становились всё более абсурдными. — Сэр! — обратился ко мне Поттер после Зелий, как только бо́льшая часть студентов вышла в коридор. Не дожидаясь моего согласия на очередную бессмыслицу, он продолжил: — Вы спите на двуспальной кровати? — Да, — медленно произнёс я. Зачем Поттеру эта информация? Тем не менее, я продолжал отвечать на эти странные вопросы, ведь всё ещё было интересно, чего он добивается. — А вы предпочитаете спать на левой или правой стороне? — На левой, — ответил наугад, сложив руки на груди. Можно подумать, я задумываюсь об этом перед сном. Его взгляд забегал по всему кабинету, словно он искал подсказку в окружающих предметах. Поняв, что ждать помощи от чернильниц и перьев не стоит, он набрался храбрости и спросил: — Тогда кто спит на правой? Я удивлённо вскинул брови и нечитаемо посмотрел на него. — Не вашего ума дело, мистер Поттер, — бесстрастно ответил я, закутавшись в мантию. Стремительным шагом покидая кабинет, услышал тихое бурчание Поттера. Видимо, он решил закончить диалог с самим собой. Поборов желание обернуться, одарить мальчишку самым гневным взглядом и снять баллы, я громко хлопнул дверью, направляясь в подземелья и распугивая всех привидений по пути.

* * *

Дойти до своих покоев мне не дали. Поттер настиг даже в подземельях, где я ощущал хотя бы каплю защищённости от назойливого юнца. Стыдно признаться, но в последнее время начал сомневаться, так ли мне всё это не нравится? Не жду ли я очередной нелепости от него? Не привык ли, в конце концов? Поттера слишком много в моей жизни, в мыслях, и, возможно, в… — Сэр! Профессор Снейп, постойте! — Что ещё, Поттер? — обернулся и нахмурился. Я невероятно, чертовски устал… — Кто вы по знаку зодиака? Когда закончится этот бред? — Идите, Мерлина ради, пока я не прикончил вас прямо здесь! — злобно прошипел я. Он смерил меня оценивающим взглядом, будто имел на это право. Самонадеянный прилипала. — Точно Козерог… — попятившись, пробубнил Поттер. — Вы ещё здесь?! — взревел я так, что его как ветром сдуло.

* * *

Думал о Поттере всю ночь. Себя я никогда не обманывал, поэтому вскоре пришёл к выводу, что действительно жду любого столкновения с ним. После данного вывода я не смог заснуть. Пытался думать о другом, даже о зельях, даже о почившем Лорде (всеми силами отвлекался), и всё равно мысли возвращались к Поттеру. Это знание только усложнило мою жизнь: теперь я как угодно старался избегать его. Несколько дней мне это удавалось. Нельзя было допустить, чтобы Гарри догадался… Он не настолько идиот и всё поймёт. Сегодня на завтраке не спускал с него глаз и могу с уверенностью сказать, что Поттер с меня тоже. Мальчишка смотрел на меня открыто, без стеснения. Я мог только догадываться о его мыслях. С такого расстояния не получилось бы применить легиллименцию. Я проверял. Возможно, он думал о Джиневре, которая только и строила ему глазки, кокетливо щебетала на ухо и демонстративно облизывала губы. Мне стало противно от этой картины. Встав с места за преподавательским столом, боковым зрением заметил, что Поттер тоже поднялся. Уизли что-то раздражённо крикнула ему, и я победно усмехнулся. Объект её воздыхания предпочёл компанию престарелого профессора. Как это забавно. — Профессор, — позвал он сзади, как только я вышел из Большого зала. — Поттер, — отстранённо произнёс я, встретившись с ним взглядом. Он выдавал в нём какую-то неясную тоску, и я решил спросить: — Опять хотите задать вопрос? Он на секунду задумался, а затем утвердительно кивнул и проницательно посмотрел на меня. — Хочу спросить, почему вы избегаете меня? А вот это ему знать не обязательно. Вот же проныра. — Я не избегаю вас, — умело соврал я, ни вздохом, ни взглядом не выдав свою ложь. — Разве на уроках я обделяю вас вниманием? — Но дело не в уроках, сэр, — настойчиво продолжал Поттер и сложил руки на груди в свойственном мне жесте. — Тогда в чём, позвольте узнать? — холодно спросил я и вопросительно поднял брови. Сейчас он снова сморозит глупость, а я поддержу её, словно мне нечем заняться. — Нет, уже ни в чём, сэр, — разочаровал он. — Получается, я могу спросить? — спросил он, улыбнувшись. Впервые мне кто-то так безмятежно улыбался. Вообще улыбался. Я ответил не сразу, засмотревшись на… его губы. Нет. Нет-нет-нет… — Получается, — бездумно повторил я. — Вы любите чёрный кофе? — тут же выдал он. — С чего вы взяли, что я его пью? — я не ожидал, что Поттер вдруг так густо покраснеет. Это ещё что?.. Он слегка опустил голову, видимо, стараясь скрыть стеснение. — Я почувствовал запах кофе, когда вы, м-м… проходили между рядами. Ещё и нюхает меня. Прелестно. — Приносить мне кофе станет вашей прямой обязанностью, если сию минуту вы не оставите меня в покое, — чётко проговорил я. Поттер вновь удивил, мило улыбнувшись. — Оставлю, если ответите, сэр. Ультиматум, значит? — Да, — сухо произнёс я, внимательно наблюдая за Поттером, и зачем-то (наверное, под впечатлением) добавил: — Без сахара и молока. — Спасибо, профессор! Я насторожился. — Раньше вы не благодарили. Что изменилось? — Ничего не изменилось, просто раньше вы меня сразу прогоняли, а сейчас ответили даже на два вопроса. До встречи, сэр! — весело сказал он и побежал прочь. Прозвучал школьный колокол, и я отправился на урок к пятому курсу Слизерина, неудачно пытаясь выкинуть из головы образ лучезарно улыбающегося Поттера, который, кажется, скоро всё поймёт.

* * *

На следующий день, проснувшись, я сразу пошёл в ванную. Контрастный душ помог взбодриться. Спустя десять минут вышел и почувствовал резкий, но приятный запах кофе. Кофе не заваривается самостоятельно, да и я бы банально не успел, так как время оставалось лишь на принятие душа и выбор одежды. Допросив почти каждого школьного домовика, убедился в том, что это, несомненно, дело рук Поттера. Я был уверен, что он бы ничего не подсыпал в напиток, но на всякий случай проверил. Пробормотав заклинание, я покружил палочкой над чашкой — ничего. Поразмыслив, что ничего плохого не случится, выпил кофе и отправился на завтрак. И, разумеется, по пути встретил Поттера. Он целенаправленно шёл мне навстречу, поэтому я с готовностью остановился, воинственно сложив руки на груди. — Доброе утро, сэр! — бодро поздоровался он. Я скривился и притворно слюбезничал: — Благодаря вам, мистер Поттер. Он дёрнул уголком губ и привычно спросил: — Ответите на вопрос, сэр? — Не издевайтесь, делая вид, что даёте мне выбор. Это бесчеловечно. — Как скажете. Вы женаты? От услышанного я выпал в осадок. Как это нагло, учитывая то, что он видел в моих воспоминаниях. Как в голову пришло спросить такое у меня? Да как только посмел?! Я почувствовал непреодолимое желание стукнуть его пустую голову чем-то тяжёлым. Сдержав этот порыв, я подошёл ближе и навис над мальчишкой чёрной тучей. Он либо совершенно не боялся меня, либо лишь делал вид. Классический гриффиндорец без инстинкта самосохранения. — Нет, — угрожающе тихо начал я, с каждым словом повышая голос, — но теперь мне кажется, что вы, Поттер, и есть моя жена! — мой голос сочился ядом: — Кофе в постель я оценил, что дальше? Цветы мне под дверь подбросите или, может, в любви признаетесь? Говоря это, я ожидал, что Поттер оскорбится и уйдёт, решив для себя больше никогда не заговаривать с таким мерзавцем, как я. — Может, и признаюсь, сэр, — буркнул он, гордо вздёрнув подбородок. Из-за небольшого расстояния между нашими лицами я отлично видел, как заалели его щёки. В этот момент захотелось в голос застонать, но, увы, не от удовольствия. Что он вообще себе позволяет? — Только попробуйте, и я назначу вам отработки до конца семестра, — сквозь зубы прошептал я. С Поттером, очевидно, не всё в порядке, потому что он улыбнулся, вводя в ступор. — Судя по вашей блаженной улыбке, вы и не против, верно? — злорадно усмехнувшись, я продолжил не дожидаясь ответа: — Превосходно. Тогда первая отработка завтра в шесть вечера. Вот теперь он не казался таким счастливым. Густые брови тут же приподнялись от возмущения. — Но, сэр, завтра же квиддич! Завтра мне надо… — Я обязательно скажу вам счёт, Поттер, — я с наслаждением прервал его лепет и развернулся, эффектно взмахнув полы мантии.

* * *

Ровно в шесть вечера, без опоздания, Поттер появился на пороге класса. Он поздоровался, а я же молча указал на гору котлов на одном из столов. Увидев, что я занят эссе, Гарри без лишних слов приступил к работе. Только через пятнадцать минут он напомнил, хитро посматривая на меня из-под очков: — Ну что, профессор, какой счёт? Я хмыкнул так самодовольно, будто не я вышел якобы в лабораторию, а на самом деле спрашивал у всего педагогического состава результаты матча. Надо будет сказать что-нибудь в оправдание, иначе надумают себе невесть что. — 170:90 в пользу Гриффиндора, — торжественно и с долей сарказма объявил я. — Ваш факультет победил только благодаря мисс Уизли. Наблюдая за реакцией на свою последнюю фразу, сделал вид, что пишу замечание под эссе. От предвкушения сжал перо так сильно, что оно могло сломаться. Поттер не смотрел на меня, поэтому я успел различить его эмоции. Вернее их отсутствие. Он только фыркнул, доставая очередной немытый котёл. — С райвенкловцами всегда было легко играть, — просто ответил Поттер, начиная отмывать дно с неприятным звуком скольжения по гладкой поверхности. — Мне кажется, им нужно сменить вратаря, и дела пойдут куда лучше. — Возможно, — коротко сказал я, тайно радуясь, что он не начал восхвалять девчонку Уизли. Ровно десять минут каждый занимался своим делом. Я не засекал время. Конечно, нет. — Сэр? — он перестал натирать котёл и поднял голову. Ну что он натворил за это время? — Что такое, Поттер? — Вы одинаково любите Защиту от Тёмных Искусств и Зелья? Теперь ясно. Я отложил перо и откинулся на спинку стула. Вкрадчиво спросил: — Вы устроились в «Ежедневный Пророк»? Если это так, то давать вам интервью я не собираюсь. Точно не бесплатно. Поттер усмехнулся, из-под очков задорно глядя на меня. Я улыбнулся одними уголками губ, почти незаметно, но он столь пристально, заворожённо смотрел на меня, что не оставалось сомнений — Поттер увидел мою ухмылку. — Зелья, пожалуй, мне нравятся больше, — милосердно ответил я. — Так и знал, — быстро откликнулся он, кивнув самому себе. Однако потом выдал то, от чего я невольно содрогнулся. — Сэр, а кого вы предпочитаете больше: блондинок или брюнеток? Я оглядел его с ног до головы и как-то растерянно поморгал. Убедившись, что он правда это спросил, равнодушно произнёс: — Вы решили составить на меня досье? — Нет, с чего вы взяли? Действительно. Совсем параноиком стал. — Да ни с чего, Поттер, — выдохнул я и с места оценил результат его трудов. — Полагаю, вы закончили? Свободны. Он встал со стула, подошёл прямо к моему письменному столу и почти обиженно сказал: — Но, сэр, вы же так и не ответили! — И не собираюсь, — безапелляционно заявил я, подавшись вперёд и сложив руки в замок. Два ответа подряд было бы слишком жирно для него. Гарри уже было состроил кислую мину, но быстро смирился, когда понял, что я действительно не отвечу. — И не забудьте, Поттер, что завтра отработка. Время то же, — любезно напомнил я. Он отнёс чистые котлы в кладовку, после чего попрощался и вышел. Что ж, вероятно, я предпочитаю брюнетов. Обязательное условие: ярко-зелёные глаза и нелепые круглые очки.

* * *

На всю следующую неделю погряз в работе. На моём рабочем столе было столько бумаг, сколько не собрать со всех магазинов канцелярии в Косом переулке. Настроение в течение недели сменялось с «очень плохо» на «критично плохо», и Поттер, который приходил на отработки, прекрасно видел это и ощущал на себе, страшась лишний раз меня побеспокоить. Летящий прямо в него котёл он всё же запомнил. Впрочем, хорошо, что вообще запомнил. На следующей отработке он даже посмел пошутить, что мне необходимо стать охотником в его любимом квиддиче. «Хорошая попытка, мистер Поттер. Натирайте тщательнее и меньше чешите языком», — ответил я тогда. Сегодня я не пришёл на обед, вместо этого заполняя несколько отчётов. Может, пропущу один приём пищи, но зато смогу лечь спать не за час до будильника. Помнится, мне не было так тяжело ещё со времён Лорда, когда он вызывал на собрания раз в несколько дней. Тогда Альбус хотя бы как-то щадил, освобождая от пары уроков в день. Правда, вместо уроков мне приходилось заниматься делами Ордена. Теперь же нет ни Лорда, ни Альбуса, а легче не стало. Возможно, обоих заменил Поттер со своими глупостями. Глупостями, которые мне нравятся; которые я не пресекаю, а одобряю; которых жду, даже погрязнув по горло в работе. И с уверенностью могу сказать, что мне не сдались эти вопросы без настырного мальчишки, что их задаёт. Примерно через час я встал из-за стола, размяв спину, и посмотрел на часы. Пять минут назад начался урок с восьмым курсом Гриффиндора и Хаффлпаффа, поэтому я стремительным шагом вышел из покоев, чтобы… лицом к лицу столкнуться с Поттером прямо на пороге. — Поттер, — едва выдавил из себя. — Что вы здесь забыли? Посторонитесь, — сказал я и только заметил, что он выглядит крайне обеспокоенно. Это насторожило. Я запер покои заклинанием и развернулся к Поттеру. Он изучающе рассматривал меня, чем почти возмутил. Наконец, промямлил: — Вас не было в Большом зале на обеде… И… — Поразительная наблюдательность, — безэмоционально ответил я и выжидающе уставился на него. Поттер почему-то избегал моего взгляда, поэтому быстро пробурчал глядя в пол: — Ну и на урок вы опоздали. Я просто волновался, вдруг с вами что-то… Я резко поднял ладонь вверх, призывая замолчать. Под конец его лепет стал совсем неразборчивым. — Вы, очевидно, считаете, что только ваша высокомерная персона может опоздать? Странно слышать подобное замечание от вас, Поттер. На последние слова он поднял голову и с протестом в глазах взглянул на меня. — Это не замечание, сэр. И вы знаете, что я не опаздываю ни на ваши уроки, ни на отработки! — Гордитесь этим и дальше, — отчеканил я. Поттер хотел сказать что-то ещё, но я опередил: — Идите в класс, пока не снял баллы. После слов о снятии баллов он побежал туда, куда я его послал. Уже через несколько минут мы встретились в классе Зелий.

* * *

Больше половины урока я злился на неизмеримую тупость хаффлпаффцев и в один момент засомневался, не было ли ошибкой допустить их к Продвинутым зельям. Гриффиндорцы же не слишком удивили. Их факультет потерял восемьдесят баллов за урок. Минерва будет в ярости. Периодически бросая короткие взгляды на Поттера, я с каждым разом узнавал игривый блеск в его глазах. Только это, пожалуй, и отвлекало от гнева, хотя раньше только усилило бы. Головная боль снова дала о себе знать, когда прозвенел долгожданный для всех звон колокола. Кабинет моментально опустел, и я с долей разочарования осознал, что Поттера в нём не оказалось. Я быстро усмирил непонятное чувство и вышел в коридор. Мысли о том, что надо проверить контрольные сразу, как только зайду в свои покои, прервал голос, который я бы узнал из миллиона похожих. — Профессор! На секунду прикрыв глаза, я сделал глубокий вдох. Обернулся. Выдохнул. — Я. Поттер, держа в руках учебник по Истории магии, приблизился. То, как неторопливо он это сделал, взбесило. У меня нет ни одной свободной минуты, а он едва шевелится! — Сэр, а чем пахнет ваша Амортенция? — выпалил он, немигающе глядя ангельскими глазами. Увы, эти глаза не смогли успокоить мои, взглядом которых можно было страшно пытать. Едва ли не дрожа от раздражения, сквозь сжатые зубы я ответил раньше, чем успел подумать: — Дурацкими вопросами. Ответом стали полные неподдельного изумления глаза. В следующий момент я развернулся и намеревался уйти прочь, но неожиданно Поттер дотронулся до моего плеча. В ступоре я остановился, не решаясь обернуться, и когда понял, что стою так секунд тридцать, немедленно сбросил с плеча его руку и направился в сторону своих покоев. — Сэр! — отчаянно крикнул Поттер. Я на ходу гаркнул: — Я занят! Войдя в кабинет, первым делом выпил зелье от головной боли, после чего достал из ящика незаконченный отчёт и контрольные по ЗоТИ шестого курса Слизерина и Гриффиндора. Когда я покончил с работой, часы пробили двенадцать.

* * *

— Сэр! Я не могу не обернуться — таким отчаянным звучит его голос. Наши взгляды встречаются, и исчезает абсолютно всё, кроме его сияющих, невероятно зелёных глаз. Таких я не видел никогда. Застываю с улыбкой на лице. Впервые. Кажется, я не улыбался лет сто. Гарри не отрывает от меня взгляда. Он до безумия красив, пусть я вижу только глаза: яркие, как солнце; чистые, как небо, как источник жизни; и красивые, как полная луна, как настоящее волшебство. Вся Магическая Британия, весь наш магический мир не настолько волшебный, как одни лишь его глаза. Вдруг чувствую касание. Божественное, нежное и невинное. На моём плече его рука. Почти невесомая. Мне хочется целовать её. Такая горячая, словно я сделан изо льда, а его ладонь из раскалённых углей. Становится страшно, но я слепо верю ему, хотя кожа уже шипит от прикосновения. Гарри обхватывает руками мою талию и неожиданно крепко прижимает к себе. Огненные губы касаются моих, и я таю, как снеговик на солнце. Всё меркнет в темноте, не оставив ни изумрудных глаз, ни призрачных касаний, ни гладких губ, чей поцелуй погубил меня. Я вздрогнул всем телом и схватился за палочку под подушкой. Открыв глаза, с облегчением понял, что это был всего лишь сон. Уже светало, на часах шесть утра. Мог поспать ещё, но что-то подсказывало, что уснуть не получится несмотря на смертельную усталость, которая осталась даже после более продолжительного сна. Я встал с постели, неспешно поплёлся в ванную и… вспомнил, что вчера ответил Поттеру. Осознание обрушилось снежной лавиной на мою голову. Не мог же я правда такое сказать? Может, он и не понял? Нет, он точно всё понял. Поттер всегда понимает то, что не следует! Лучше бы проклял его. Теперь он надумает себе всякого бреда, примет на свой счёт… Окажется прав и расскажет всему Хогвартсу, что профессор Снейп влюбился в него. Спустя час, когда привёл себя в порядок и собрался перед завтраком проверить часть вчерашних эссе, я всё же пришёл к выводу, что вряд ли Поттер разболтает о моём ответе. Порой забываю, что он вовсе не похож на своего отца. Он не рассказал о том, что увидел в думосборе на пятом курсе, так с чего вдруг расскажет об этом? Пусть я не могу знать наверняка, но так хочу верить ему. Я сел за стол и обратил внимание на неподписанный конверт. Вчера я не получал никаких писем, значит, пришло сегодня. Заклинанием проверив его на наличие проклятий, достал пергамент. Почерк показался очень знакомым, и внезапная догадка испугала меня. Мои пальцы подрагивали и, казалось, вот-вот уронят письмо. Сглотнув, начал читать. «Доброе утро, профессор Снейп. Надеюсь, у вас есть время, чтобы прочитать это. Сейчас у вас совсем нет времени на отдых, как я заметил. И нет, я не следил. Просто вы давно не швыряли в меня котлы. Профессор, я не буду тянуть, да и достало переписывать заново. То, что вы ответили мне, ну, про Амортенцию… Я подумал, что… Я не ожидал, что вы такое скажете и… В общем, все эти вопросы, которые я задаю вам… всё это потому, что я люблю вас. Некоторые из них были немного странными (поразительная наблюдательность, сэр?), но я всего лишь хотел узнать о вас больше и есть ли у вас кто-то… Вы понимаете. Так вот, то, что вы сказали вчера. Мне показалось, что вы тоже… нам стоит обсудить это. Если вы не против, сэр. Я понимаю, что вряд ли вы станете отвечать на это письмо, но если… Если вы всё-таки не против поговорить, я предлагаю встретиться на Астрономической башне в восемь вечера. Ваш идиот, Г. П.» Дочитав, я понял, что срочно надо сесть, иначе непременно упаду. Однажды Поттер сведёт меня в могилу своими выходками или же заразит безумием. Я призвал флакон успокоительного и залпом осушил. Чего от него ожидать на этот раз? Всё стало гораздо серьёзнее. Астрономическая башня… Надеюсь, он не спрыгнет с неё от горя. Да что там, не спрыгнуть бы самому. Моё состояние давно близится к этому.

* * *

*So please hurry leave me, I can't breathe. Please don't say you love me, Mune ga hachikire-sōde. — Думал, вы не придёте… — пробубнил Гарри, стоило мне только показаться из-за тёмного угла. На самом деле, я наблюдал за ним под чарами невидимости целых… пять минут? Мерлин всемогущий, я схожу с ума. Гарри сидел прямо на холодном полу, но при виде меня сразу поднялся. Было темно, поэтому не сразу я заметил, что Поттер довольно легко одет. Желание отругать его за это было сильным, но я сдержался. Встав напротив него, я с приятным удивлением отметил, что он догадался поставить Заглушающее. — Были основания так думать? — я с сарказмом добавил: — Или я опоздал? — Нет, — он отряхнул джинсы и подошёл чуть ближе ко мне. — Сейчас ровно восемь. Вы в очередной раз вовремя. — Поттер, — деловито начал я, — мы будем хвалить меня за пунктуальность или обсудим ваше письмо? Он быстро облизнул губы. Судя по их виду, Поттер делал это не впервые за вечер. — Письмо. Обсудим, — отрывисто проговорил он. Гарри чересчур переживал — это было очевидно. Хотя я сам волновался не меньше, удачно скрывая это под маской равнодушия. Не хотелось признавать, но впервые за лет десять вспотели ладони. Снова оглядев Поттера, я невербально наложил на него Согревающие чары. Не хватало ему заболеть. Мне же не было холодно, только изредка ветер заставлял поёжиться. Гарри сделал глубокий вдох, решаясь, и неуверенно начал: — В общем, сэр… Почуяв неладное, я профессорским тоном прервал: — Поттер, надеюсь, вы не признаетесь мне в… — я осёкся, не зная, какое слово подобрать, — симпатии ещё раз? Поверьте, письма достаточно, — посмотрев на Гарри, я понял, что он явно не в курсе, почему я остановил его. — Не забывайтесь. Я всё ещё ваш преподаватель, а вы мой бестолковый студент. — Что-то наш последний разговор не слишком похож на… Я скептически приподнял бровь, прервав его на полуслове. Насладившись его смущением (как вампир наслаждается кровью), я беспристрастно проговорил: — Вы считаете нормальным написать любовную записку своему преподавателю? Гарри нахмурился и, неожиданно повысив голос, дерзко выдал: — Да мне плевать! Вы нужны мне, вы мне нравитесь и, как мне показалось, это взаимно! Почему мы не можем просто… — Что «просто», Поттер? — гневно прошипел я. — Заняться сексом, после чего обо всём забыть? В моей жизни произошло немало вещей, которые лучшим вариантом было забыть навсегда, но Гарри я не смог бы забыть даже после Обливэйта. — Нет, я совсем не это имел в виду… Просто почему мы не можем быть вместе? Назовите хотя бы одну причину! Мальчик-который-выжил-из-ума и приспешник Волдеморта. Это абсурд. Неужели он не осознаёт ситуацию? — Вы совершенно ничего не понимаете, Поттер. С вами бесполезно говорить на эту тему. Как и на любую другую, — сухо сказал я и поджал губы. — Ну тогда объясните мне! — отчаянно крикнул Гарри, и я потерял контроль — грубо толкнул его к каменной стене. — Ты не представляешь, с кем хочешь связаться! Ты не знаешь, какое у меня прошлое. Я бывший Пожиратель, я пытал и убивал простых людей, — заорал я так, что Поттер весь сжался, но смотрел смело мне в глаза. — Я твой преподаватель, я старше тебя на двадцать лет, я ровесник твоих родителей. Я любил твою мать, в конце концов! Какие ещё причины тебе нужны? Поттер молчал, понуро опустив взгляд вниз. Его лицо не выражало ни омерзение ко мне, ни жалость, которой он снабжал всех нуждающихся и не нуждающихся. Я ожидал бурной реакции, но просчитался. Наконец, он решительно заговорил: — Всё это в прошлом. И Волдеморт, и мама, — после упоминания о Лили Гарри печально улыбнулся. — А возраст и статус — мелочи, не причина. Я могу хоть сейчас прекратить обучение, это не повлияет ни на что. Я понимал, что абсолютно всё в его словах — правда. Беги, милый Гарри. Беги от такого, как я, если не хочешь сломать себе жизнь. Я уже не смотрел на него. — Ты не понимаешь, — прохрипел я, спиной прислонившись к ледяной стене. Гарри вдруг встал совсем близко и ненавязчиво дотронулся до моей руки. Тепло его ладони горячим маслом разлилось по моему телу, хотя он коснулся еле ощутимо. — Я всё понимаю, — упрямо твердил он. Устало вздохнув, я тихо, но отчётливо сказал, не глядя на Поттера: — Иди к себе. Он хотел возразить, но, видимо, передумал, поняв, что я не в состоянии принять его очередной протест и доводы о том, что нам можно быть вместе. Мельком подумав, что спрыгнуть с башни было бы очень кстати, я подождал несколько минут, после чего ушёл вслед за Поттером и свернул в подземелья. За сегодняшний день я закончил с горой отчётов и эссе, поэтому мог позволить себе ни о чём не думать остаток вечера. Кроме Гарри, который готов разрушить свою жизнь ради того, чтобы быть со мной.

* * *

Следующие два дня прошли для меня как сквозь сон. По привычке я просыпался за час до будильника; по привычке механическими движениями снимал напряжение в душе, представляя непременно Гарри и по привычке стыдил себя за это; по привычке снимал баллы с Гриффиндора, если честно, ни за что; по привычке вполуха слушал Минерву на педсовете; по привычке подначивал Гарри на уроках, в ответ получая не бурную реакцию, а только тоскливые взгляды, кажется, не связанные с обидой на мои едкие комментарии. Он просто ждал моего решения, которое было принято мною ещё два дня назад, в тот самый вечер. Почему тогда я не озвучил своё решение хотя бы на следующий день? Я был растерян. Я был подавлен. Я боялся изменений, боялся привязаться ещё сильнее. Но сегодня я взял себя в руки и вновь напомнил себе, что я не трус. «Приходите ко мне в покои сегодня в 20:00. С. С.»

* * *

Ровно в назначенное время и ни минутой позже Гарри появился на пороге моего кабинета. Видимо, я так задумался, что не услышал стук в дверь и вздрогнул, увидев застывшего Поттера, который так и не дождался разрешения войти. — Тебя кто-нибудь видел? — чуть хрипло спросил я, сидя за рабочим столом. — Нет, — моментально ответил он. — Вы хотели что-то мне сказать? Ну, насчёт… — Для начала сядь, — приказал я и указал рукой на стул напротив себя. Гарри послушно сел. Пару минут я не решался заговорить. Поттер нервно кусал губы, изредка бросая на меня взгляды исподлобья. Почему-то я был уверен: сейчас он думает, что я собираюсь ему жёстко отказать, сказать, что между нами ничего и быть не может. Глупый. Он не знает, что я уже не смогу отпустить его, вступив в эти отношения. — Послушай, Поттер, я скажу это всего один раз, — он с готовностью кивнул, и я продолжил: — Я вовсе не такой, каким ты меня представляешь. Считаешь меня героем, храбрецом, но это не так. Я такой же, как и все. На твоём месте я бы нашёл кого-то получше, поверь, такие есть, — Поттер нахмурился, явно не соглашаясь с моими словами. Глупый. — Не разрушай свою жизнь. Связавшись со мной, ты сделаешь именно это. Подумай, нужны ли тебе эти отношения. Он резко поднялся, и стул опасно пошатнулся. Я предвидел и такую реакцию, поэтому тоже встал. — О чём ты, чёрт возьми, говоришь? — воскликнул Гарри. Я понял, что не зря наложил Заглушающее. Он выглядел рассерженным и крайне возмущённым. — Чем я разрушу себе жизнь? Ты… И это я ещё ничего не понимаю?! — Успокойся, Гарри, — я сделал ему навстречу осторожный шаг. — Ты сказал какой-то бред! Я вообще не понимаю, из-за чего ты… — он так странно уставился на меня, что я задумался, не появились ли у меня рога. — В чём дело? — Ты назвал меня по имени. Впервые, — пробубнил он себе под нос. — Я хотел сказать, что не разрушу себе жизнь. Я хочу отношений с тобой. Это… Это осознанное решение. Гарри подошёл ко мне совсем близко. Во время нашей небольшой перепалки мы не заметили, что стоим почти вплотную. Теперь же Гарри решил этим воспользоваться. Он перевёл взгляд с моих губ на глаза и зарделся. Я не сдержал ухмылки. Смотреть на то, как Гарри краснеет, давно стало моим любимым развлечением. Но не успел я вдоволь насладиться его стеснением, как он приник к моим губам, кажется, смутив уже меня. Это была своеобразная месть. Его трепетные, искусанные от волнения губы начали несмело сминать мои. Я поддался искушению и всего через несколько секунд поцелуй из нерешительного и медленного превратился в страстный и глубокий. Когда я почувствовал его эрекцию, я чуть отстранился, но он продолжал настойчиво целовать меня. Нет, ещё не время. — Гарри… — между поцелуями хрипло позвал я. — Гарри, ты не готов. — Разве? — он перевёл многозначительный взгляд на натянувшиеся в области паха джинсы и бесстыдно выдал: — По-моему, наоборот, Северус. — Я не об этом, — объяснил я, чуть ли не закатывая глаза. Потом я утешительно погладил его по щеке. — Ты слишком торопишь события. — Неправда! — возразил он и подался навстречу моей незамысловатой ласке. Я приподнял брови, не сводя с Гарри внимательного взгляда. — Я просто… Просто очень хочу тебя. О, если бы он только знал, как хочу его я. — Нет. Не сейчас, Гарри. — А когда? Я довольно хмыкнул. — Когда перестанешь задавать свои дурацкие вопросы, — быстро нашёлся я. Надо же иметь выгоду. — Вообще-то я и так не задавал их, когда ты был сильно занят! — капризно произнёс Гарри. — Какой ты милосердный, — съязвил я, нежно проводя большим пальцем по его подбородку. Приподняв бровь, я вкрадчиво произнёс: — Несомненно, мне стоит похвалить тебя.

* * *

— Мистер Поттер, — привычным профессорским тоном позвал я, когда Гарри сдал своё эссе. Для вида я прочёл его работу. Гарри подошёл и остановился напротив моего стола. Я смерил его высокомерным взглядом. — Да, сэр? — вежливо сказал он. — Вы считаете, что имеете право сдать мне пустой пергамент? — презрительно произнёс я. — Разумеется, я не сомневался в вашем абсолютном тупизме, но вы могли написать хотя бы дату, — не дав ему опомниться, я продолжил с насмешкой: — Однако, насколько мне известно, это ваш последний урок, а потому вы и шагу не ступите из моего кабинета, пока не напишете эссе. Лицо Гарри в этот момент выражало искреннее недоумение. Это ожидаемо, ведь он не только написал эссе, но и сделал это весьма неплохо. Перед тем как подозвать его, я поставил отметку Выше Ожидаемого. — Но, сэр, вы уверены, что это моя работа? — он перевёл взгляд с пергамента, лежащего чистой страницей вверх, на меня и скороговоркой пробубнил: — Я хоть сейчас могу устно ответить! — Минус десять баллов с Гриффиндора за ответ без разрешения, мистер Поттер. Можете садиться. До меня донёсся раздражённый вздох перед тем, как он сел за парту. Также послышались неодобрительные перешёптывания, но я сразу же их пресёк. Грейнджер активно пыталась что-то спросить у Гарри с соседнего ряда, но он лениво отмахнулся. Вскоре прозвучал школьный колокол и все, кроме Поттера, поспешили выйти. Я быстрым шагом направился к двери и как бы нехотя бросил ему через плечо: — За мной. Он захватил свою сумку, в которую наспех засунул учебник, и буквально побежал за мной, ведь я ни на секунду не сбавил шаг. Поттеру явно не терпелось узнать причину резкой смены отношения к нему. Всего два дня назад мы целовались, а сегодня я снял баллы за попытку объясниться. Какая жалость. Дойдя до своих личных покоев, я назвал пароль. Как только за нами захлопнулась дверь, Гарри нахмурился и недовольно уставился на меня. — Ну и что это было, чёрт во… Грубо прижав к стене, я впился в его губы, даже не дав договорить. От такого напора у Гарри подкосились ноги, и он почти обмяк в моих руках, но, как упорный гриффиндорец, с не меньшей страстью отвечал на внезапный поцелуй. Я чуть отстранился. — Я обещал похвалу, не так ли? Поттеру потребовалось около минуты, чтобы отдышаться. Он явно ожидал не этого. — Своеобразная похвала, Северус. Она заключается в том, что ты снял не двадцать, а десять баллов? — фыркнул он и обвил руки вокруг моей шеи, прижимаясь ко мне всем телом, а особенно нижней его частью. — Скоро узнаешь. Я положил руку на его талию и повёл в соседнюю комнату, отдельную от кабинета. — О, это твоя спальня? — выдал Гарри. — Как же ты догадался? — Ну, кровать… — растерянно начал он и вдруг вспомнил: — Кстати, теперь я убедился, что она двуспальная. — Пожалуй, отвечая на твой вопрос о кровати, я не подозревал, что ты увидишь её. Во всяком случае, так скоро. Гарри лукаво улыбнулся и снова потянулся за поцелуем. Пытаясь расстегнуть мой сюртук, он говорил: — Мы же не смотреть на неё будем? — Мне нравится ход твоих мыслей, Поттер, — сказал я, сняв с себя мантию. Несмотря на сильное возбуждение, я не отказал себе в удовольствии понаблюдать, как Гарри мучается, расстёгивая уже, кажется, десятую пуговицу. — Зачем столько пуговиц? — буркнул Поттер, сосредоточенно пытаясь справиться с ненавистным элементом одежды. — А ты куда-то спешишь? — ехидно спросил я. Я применил специальное заклинание, с помощью которого мы оба избавились от одежды за считанные секунды. Заодно я невербально наложил на нас Очищающее. — А раньше ты не мог так сделать? До того, как я начал эту пытку с пуговицами? — спросил он и сразу же прижался ко мне, наверное, чтобы я не разглядывал. Глупый гриффиндорец. — Не мог, — честно ответил я и вовремя вспомнил: — Никто не поднимет на́ уши весь Хогвартс, если не найдёт тебя в постели после отбоя? — Ну, вообще-то Гермиона может… Но она, м-м… — Она что? — с нажимом уточнил я, нахмурившись. — Она знает, ну, про нас, — нехотя признался Гарри и сразу залепетал мне куда-то в шею: — Извини, я не говорил ей, правда! — Что ж, мисс Грейнджер всегда радует меня своей проницательностью. — Я не думаю, что она кому-то расскажет, — заверил Поттер. Вместо ответа я подхватил его под ягодицы и опустил на середину кровати, жадно разглядывая и нарочно смущая этим. Затем навис над его густо покрасневшим лицом и вкрадчиво прошептал прямо на ухо, специально опаляя горячим дыханием: — Скажи мне, Гарри, чего ты хочешь? Заметив, как по его оголённому телу пробежали мурашки, я переместил горячую ладонь на его ключицы, проводя по ним настолько нежно, насколько мог. Кожа Гарри была такой тёплой и приятной на ощупь, что я не сдержался и приник губами к его шее. Он резко втянул носом воздух и на выдохе промычал так, что я почувствовал вибрацию. — Хочу, чтобы ты взял меня, — неровно прошептал он, наверное, стесняясь сказать это громче. — Северус. Я отстранился от его шеи. Казалось, его зелёные глаза потемнели от желания. Я удовлетворённо вздохнул. — Не так быстро, Гарри. Поглаживающими движениями я спускался всё ниже, затрагивая гладкий, подтянутый живот и чёткие линии пресса. Моя ладонь аккуратно легла на его возбуждённый член, и живот дрогнул, а пресс напрягся. Его тело было бесподобным, упоительным, идеальным… Я был готов ласкать его ночи напролёт, забыв о времени. Гарри закусил губу и умоляюще посмотрел мне в глаза. — Какой же ты… — восхищённо забормотал я и, не найдя нужного определения, спустился ниже и вобрал в рот его колом стоящий член. Гарри выгнулся, простонал столь застенчиво и протяжно, что я точно понял, что готов на абсолютно всё, лишь бы слушать такие сладкие стоны. Я втянул щёки и плотно обхватил его член губами, плавно, но уверенно двигаясь. — Да… Чёрт, да… — бессвязно бормотал Гарри. Его рука легла мне на голову, но не надавливая, а зарываясь в волосы и по-хозяйски их перебирая. Ускорив движения головой, я понял, что Гарри почти готов кончить, поэтому специально с чмоком выпустил его член изо рта. И победно усмехнулся, глядя на раскрасневшиеся щёки, которые делали его в сто раз милее. Выпрямившись, я чётко произнёс: — Акцио смазка. Флакон тут же оказался у меня в ладони. Зная, что нам понадобится смазка, я решил самостоятельно сварить зелье за день до близости с Гарри. Я обильно смазал средний палец и анус Гарри. Когда я полностью ввёл в него палец, Поттер зашипел от неприятных ощущений. Не вынимая пальца, я вновь начал активно сосать его блестящий от слюны член. Гарри охнул от неожиданности, а когда я начал осторожно растягивать его, вовсе чуть не захныкал. Затем я старательно подготовил Гарри сначала двумя, а потом и тремя пальцами. Естественно, Поттер невероятно смущался, алый румянец не сходил с его лица, и я понимал его, но чертовски боялся сделать больно. Приставив головку к хорошо смазанному входу, я вошёл внутрь примерно на треть. Конечно, Гарри нужно было время привыкнуть. Я замер до тех пор, пока он сам отрывисто не попросил: — Двигайся… Пожалуйста… Его полушёпот показался мне чересчур напряжённым, поэтому я склонился над его лицом и мягко поцеловал. Не отрываясь от его расслабленных губ, я медленно вошёл в Гарри до конца, и он простонал прямо мне в губы. Вновь я замер на время, не переставая успокаивающе гладить его живот, а затем просунул ладонь между нашими разгорячёнными телами и взял в руку его член, проводя по нему в такт своим пока слабым толчкам, чтобы уменьшить его боль. Когда Гарри уже привык к распирающим ощущениям, он решил взять инициативу на себя. Он оседлал меня и сам размеренно насаживался на мой член, издавая такие развратные стоны, что я и помыслить о подобном не мог. Его пошлые всхлипы пробуждали во мне дикого зверя, сводили с ума, и я притягивал его за бёдра, плотно прижимая, и с новой силой вбивался в его податливое, отзывающееся на каждое движение тело. Через полчаса мы оба кончили и обессиленно легли на кровать. Взглянув на запыхавшегося Гарри, я задумался. Надолго ли эти отношения? Что, если я ему вовсе не нужен, и он оставит меня уже через месяц? Или вовсе через несколько дней? Я так сильно привязался к Гарри, что уже не смогу отпустить его. Не смогу без него. Сознание услужливо подсунуло мне яркие картины, на которых я стою перед Гарри на коленях и слёзно прошу не уходить, а он даже не смотрит в мою сторону, мечтая о том, как бы скорее уединиться с Джиневрой Уизли и избавиться, наконец, от ворчливого старика. Унизительно и неправдоподобно. Поттер вдруг сжал мою ладонь под одеялом. Я повернул к нему голову и напоролся на неотрывный взгляд. Так как Поттер не обладал легиллименцией, я не должен был волноваться за свои мысли, ведь даже в мирное время использовал такие ментальные щиты, что и внезапно воскреснувший Лорд не смог бы попасть в моё сознание. И почему-то я всё равно волновался. — Ты думаешь о чём-то плохом, — прошептал Гарри с таким укором, словно ему было какое-то дело до моих мыслей. — С чего ты взял? — Я чувствую, — решительно сказал он. Я скептически взглянул на Гарри и приобнял его за плечо. Он же перекинул руку через мой живот, обнимая в ответ. — Спи, — устало ответил я, прерывая дальнейшие расспросы о моих мысленных переживаниях. Он точно по-кошачьи фыркнул, но ничего не сказал. Примерно через пять минут, когда я и сам почти заснул, донёсся его сонный голос: — Я люблю тебя, Северус… Как только до меня дошёл смысл сказанных им слов, я впервые так покраснел. Слава Мерлину, в комнате было совсем темно. Никто и никогда не говорил мне этих слов, даже моя мать. Я был уверен, что Гарри понимал это и именно поэтому не требовал от меня ответного признания. Впрочем, вряд ли оно ему было необходимо. Я лишь крепче прижал его к себе. Гарри, мой милый Гарри…

Конец