Охотник Лир

      Светало. Солнце мягкими лучами освещало верхушки деревьев и домов. Окна домов мне напоминали большие и наивные детские глаза, что с некой тоской провожали спешащих на работу одиноких прохожих. Самые верхние из них игриво пускали солнечных "зайчиков" вдогонку людям. Порой и я ловил такого "зайчика" и мне приходилось останавливаться на секунду, чтобы восстановить зрение. Сейчас было то самое время суток, когда на улицах города стояла умиротворяющая тишина. Лёгкой пеленой заволок сонное царство полупрозрачный туман. Ветер гулял между домов, создавая еле заметную дорожку в тумане, будто указывая путь. То тут, то там были слышны робкие трели ранних пташек. Мое напряжение на короткие секунды уходило, но тяжелые мысли снова и снова продолжали возвращать меня обратно к моим мирским проблемам.       Я очень хотел идти прогулочным шагом на зло всем нарушителям моего спокойствия, но дело действительно не требовало отлагательств. Ну, или мне так казалось. Ванс, конечно, парень задорный, но он бы никогда не стал бы меня так рано звать к себе из-за какого-нибудь пустяка. Это я знал точно. Ещё Ванс далеко не слабак: он мог вполне завалить средней массы кабанчика в одиночку, особо не напрягаясь. Тот факт, что его избили чуть ли не до полусмерти, сам по себе настораживал. Да и ещё оставили в живых... Как бы зверски это ни звучало, но мне показалось, что он остался жив только для того, чтобы передать сообщение или угрозу. "Может именно поэтому он просит прибыть поскорее?"       Это был весьма разумный довод. Но появлялся ещё один вопрос: почему я? Он состоит в гильдии и мог, точнее должен был, доложить все Гильдмастеру, но вместо этого он просит Монику позвать меня... Стоп, отставить паранойю! Вероятно, он позвал не только меня, а еще и других членов гильдии. По крайней мере, Главу - точно.       Теряться в догадках было бесполезно. Я в очередной раз нервно сжал кулаки и ускорил шаг. Такими темпами я добрался быстро. Солнце еще не успело нагреть землю. Я немного озяб от ветра, который почему-то стал дуть только сильнее. Странно, лето вроде, а по утрам так холодно. Да уж, стоило надеть кофту потеплее, как минимум с длинным рукавом: футболка не очень подходила для утренних прогулок. Теперь, когда я подходил к больнице, куда положили друга, тишина казалась мне очень вязкой и тяжелой. Каждый волосок на моем теле, казалось, встал дыбом.       Ответы на часть моих вопросов нашлись, когда меня проводили в палату к Вансу, но тут же появилось множество других. - Что за... В палате было пусто. И это не потому, что посетителей не было. Пусто было совсем. Кровать, где, по идее, должен был лежать Ванс, была аккуратно застелена, ваза на подоконнике пуста, а занавеска сдвинута к стене, дабы впустить в комнату солнечные лучи. Словно здесь никого и не было все это время. Это уже значило то, что ждали только меня. Хотя, похоже не дождались. Я прошелся по комнате и поискал хоть какие-то признаки пребывания здесь моего друга. Понятное дело, я ничегошеньки не нашел. Магическое чутье тоже молчало: в пределах комнаты не было и следа от маны Ванса, не говоря уже о посторонних.       Сначала я решил, что просто ошибся комнатой. Они были на вид одинаковые и из-за усталости я вполне мог их перепутать. Проверив все соседние комнаты, Я решил спросить дежурного по этажу. "Что, собственно говоря, происходит?"       Все было как положено: имя, фамилия и дата прибытия в медицинское учреждение совпали, паспортные данные тоже были верны, а с магической печатью не было никаких проблем. Палатой я определенно не ошибся, также не было записей и о том, что пациенту выдали выписку. Было одно "но": если рассуждать логически, даже с повышенной выносливостью и восстановлением невозможно полностью исцелить свои раны буквально за половину ночи. А я сам прекрасно видел в каком состоянии был мой товарищ. Что-то тут нечисто. В моей голове появилась парочка версий, которые я не спешил отметать. Первое, Ванс мог сам уйти, но куда и зачем - непонятно. Это маловероятный вариант событий: он не из тех людей, которые нарушают устав или предписания, на данный момент, врача. Второе, Ванса похитили и никто не услышал шума. Это значит, что или парня усыпили и он не сопротивлялся, или сотрудникам хорошенько промыли мозги, да настолько, что никаких побочных эффектов не осталось. Да, следов борьбы я не обнаружил. Было ли это подтверждением моей теории или противник просто очень хорошо заметал следы, я не знал. - Из этого следует еще один вывод: я имею дело с очень опытным магом разума, - начал бубнить, сам того не заметив. На меня обернулась проходящая мимо медсестра. Я ей вежливо улыбнулся, и она, пожав плечами, пошла дальше. - Или умелым трюкачом,- закончил я мысль, когда девушка скрылась за поворотом. Это были только самые очевидные из теорий, пришедших мне в голову. Я остановил размышления, когда у меня начала потрескивать от переизбытка мыслей голова. Всё же факт остаётся фактом: Ванса в отведенной ему комнате не было, да и в соседних тоже не обнаружили пропавшего. Я решил пока не загадывать на перед и позвонить подруге. Может она его просто забрала домой, а я себя уже накручиваю. Эта глупая попытка игнорировать факты немного меня малость обнадёжила. Нервно теребя цепочку, я быстро набрал номер Моники. Живой металл приятно холодил кожу. Гудок. Второй. Третий. Ответа нет. Я понемногу терял самообладание. "Эгей, успокойся! Она могла просто не услышать звонка. Надо наведаться к ним домой." Принять решение было несложно. Я попрощался с персоналом, оставив некоторые указания, и пошел к дому закадычных друзей. Было ещё раннее утро и не все люди гуляют в такие часы, многие вовсе спят. Пока я проводил свое маленькое исследование, пошел дождь. Он барабанил по крыше больницы, нагнетая и без того тяжёлую обстановку, но кончился он довольно быстро. Когда я вышел из здания, стихия поутихла и сильный ливень сменился грибным дождичком. Идти было не очень удобно: каждые два шага обязательно встречалась какая-нибудь противная и на удивление глубокая лужа. Искаженные проекции домов и деревьев в ней казались тусклыми, по сравнению с оригиналом, зато облака в были похожи на сахарную вату. Между струйками дождевой воды шныряли потрёпанные ливнем голуби, выискивая себе пропитание. Повылезали дождевые черви и беспомощно высыхали на выглянувшем из-за тяжёлых туч солнце. [Как похоже на нашу жизнь, не правда ли?] Дневное светило играло на каплях воды всеми цветами радуги. Казалось, что вся улица усыпана драгоценными камнями. Такой вид помог вновь отогнать неприятные мысли. Ещё рано было делать какие-либо выводы. Слишком мало информации. Прошел час, я стоял возле входа в маленький опрятный домик с резными ставнями. Светло-зелёная черепица приятно гармонировала со светлыми стенами с цветочным узором. Моника любила рисовать. Она рисовала везде, где только можно и нельзя. Стены дома не стали исключением: девушка раскрасила их на свой вкус. Полевые цветы и ягоды, птицы и лесные зверюшки, величественные дубы и скромные березы - все это несказанно радовало глаз. Водостойкая краска не позволяла художествам блекнуть по несколько лет. Некоторые из маленьких шедевров девушка нарисовала будучи совсем крохой. Дом Моники и Ванса Прикор был одним из самых старых. Долгое время он передавался по наследству в их роду, пока не попал в руки нынешних владельцев. Этот дом имел интересную историю, и если кто-то заинтересуется этим маленьким шедевром, то семья Прикор всегда готова рассказать о нем с огромным удовольствием за чашечкой чая. Я постучал в дверь. Тишина. Ещё раз постучал. Ответа нет. Тут я увидел небольшой звонок, которого раньше не наблюдал здесь. Ванс не любил резких звуков, поэтому категорически запретил устанавливать любые раздражители. Удивительно, что он дал согласие на его приобретение. Работа была выполнена явно в спешке: вокруг него сыпалась побелка и откалывались кусочки стены, что очень портило общую картину. Осторожно нажал на кнопку и оторопел: было настолько громко, что я отшатнулся и невольно прикрыл одно ухо ладонью. Дверь открыла растерянная Моника. - Лир? Ах, прости, проходи внутрь. Девушка впустила меня. Дверь с тихим стуком закрылась.