I wrote a song for u

У меня лихорадка, не дыши на меня Я ни в кого не верю Не дай мне уйти, ведь я видел что-то Надеюсь, я не чихну, не…       — Апчхи!       Йоэль поморщился. Солнце уже светило, значит, был день, и спать дальше уже было нельзя. Он еле-еле разлепил глаза и потянулся. Спать на траве приятней, чем спать на голой земле или бетоне. Но сегодня они покинут это место, так как опасность есть везде, даже на пёстрой лужайке около озера Суолиярви, которое некогда было прекрасным и чистым. Сейчас же, выжившим обитателям планеты Земля оставалось только вспоминать об этом и мечтать, чтобы всё вернулось на круги своя.       Хокка тихо вздохнул и услышал шорох рядом с собой. Он повернул голову и увидел Алекси, который всё ещё спал. Его брови были сведены к переносице, а руки то и дело метались из стороны в сторону. Ясное дело, юному музыканту снился кошмар. Может, о том дне, когда всё это началось? Когда треклятый вирус победил, и человечество оставило надежду на светлое будущее? Каунисвеси снова звонко чихнул, но при этом не проснулся. Йоэль перекинул руку через юношу и обнял его, шепча ласковые слова, чтобы успокоить черноволосого. Вскоре, тело Алекса расслабилось, и он вновь задышал спокойно. Но ему уже пора просыпаться.       — Лекси, проснись. Нам пора идти. – прошептал старший и приподнялся. Алекси открыл сонные глаза.       — Уже утро? – заворочался бывший диджей и приподнялся вслед за Йоэлем. Тот кивнул и протянул ему руку в перчатке. Буквально после нескольких минут они уже шли по дороге в Оулу. Лишь только там они могли бы встретиться с остальными участниками Blind Channel. Конечно же, если бы они живы. Лишь на это надеялись Алекси и Йоэль.       Внезапно Алекс остановился. Когда старший обернулся посмотреть, что с ним такое, то увидел, что голубые глаза Маттсона были распахнуты, а рот приоткрыт в недоумении.       — Что случилось, Лекси? – испугался Хокка и подбежал к давно уже больше, чем другу.       — У нас сегодня должен был быть концерт. – всхлипнул брюнет. Йоэль взял в руки лицо сэмплера и заметил стоящие в таких любимых глазах слёзы.       — Не бойся, мы обязательно отыграем его, просто не сейчас. И возможно, не в этом году.       — Ага, и не в этом десятилетии, не в этом веке, никогда. – Продолжал черноволосый. – Да даже если скоро, то для кого? Нам просто нужно чего-то бояться Только притворяясь, что что-то чувствуем Я знаю, что до смерти хочешь убежать Я хочу перевернуть тебя с ног на голову       Йоэль наклонился и поцеловал Алекси, ощущая вкус солёных слёз на своих губах. Тот кивнул, успокаиваясь, но всё же прошептал:       — Мы скитаемся тут уже месяц. Мне надоело спать на мокром и холодном бетоне, надоело есть что попало. Я соскучился по нашим посиделкам на студии, по пиву и картошки фри из МакДональдса. Я скучаю по Олли, Томми, Йоонасу и Нико, по всем нашим друзьям, но я даже не знаю, живы ли они. Вокалист промолчал. Он часто слышал эти слова от Алекса, но никогда не пытался его заткнуть, так как парень просто озвучивал его волнения. Кто знал, что вирус зайдёт настолько далеко? Что обычное заболевание эволюционирует и устроит настоящий геноцид? Что здания станут развалинами, покрывшимися пылью и песком, что всего выживет только один процент населения планеты?       — Малыш, просто…давай пока не будем об этом, ладно? Вот дойдём до ребят, и всё обсудим. Хорошо?       Алекси улыбнулся через силу и взял блондина за руку.       — Пойдём. – перкуссионист шмыгнул носом и деловито продолжил. – Надо быстрее идти. – педавнюю истерику в нём выдавал лишь заложенный из-за слёз нос.       — Пойдём. – отозвался Йоэль и сжал руку младшего. – Пойдём.

***

      — Сколько нам идти ещё? Я устал. Йоэль вздохнул. Целую неделю они шли, не останавливаясь. Идти по нагретой дороге все двадцать четыре на семь было очень мучительно, но они уже оказались около Ээнекоски. Ещё немного, и они смогут зайти в какой-нибудь заброшенный магазин и запастись едой.       — Совсем немного осталось, Маси. Черноволосый и вправду выглядел очень уставшим. Совсем недавно счастливые голубые глаза, напряжённые из-за длительной работы за компьютером, потускнели, и только Йоэлю удавалось разглядеть в них слабый огонёк надежды. К сожалению, больше и некому. За все дни их скитаний, они встретили только трёх человек. И те были очень недружелюбно настроены, что неслабо ударило по выжившим участникам знаменитой финской группы.       — Ты так час назад говорил. – простонал сквозь зубы младший, но продолжил плестись за солистом. Тот закатил глаза, показывая, что ему уже надоели эти разговоры. Вдруг он заметил краешек бурого дома. Это означало, что они…       — Пришли! – воскликнул Йоэль и потянул Алекса за собой. Диджею передалась радость мужчины. Он улыбнулся по-настоящему. Я слышал, им нужен сигнал получше Вставляют чипы и булавки в иглы Изолируй все эти секреты В чёрной дыре, которую ты зовёшь мозгом, пока не поздно       — Говоришь, ты устал? Ничего, сейчас приляжем тут и поспим. Ты же не против? Каунисвеси закивал головой. Он хотел добавить что-то ещё, но не успел. Образовавшуюся тишину разрезал неприятным металлический голос, означавший лишь одно – им конец. Этот голос слышали все, но выжил только тот жалкий один процент.       Каждый знает, кто так говорит. Каждый знает, что следует после этих фраз. Но никто не хочет погибать от гликопротеинов вируса.       — Пожалуйста, оставайтесь спокойными. – прозвучало первое предложение. – Конец наступил.       — Бежим. – Йоэль схватил Алекса, и они вместе кинулись в другую сторону, подальше от железного монстра. Вокалист бежал изо всех сил, по пути доставая оружие из кобуры и поглядывая на младшего, который старался не отставать.       — Мы не сможем спасти вас, наслаждайтесь поездкой.       Йоэль понял, что в этот раз, встреча с роботом окажется смертельно опасной. Нет, до этого они переходили дорогу обезумевшей болезни, но обычно это была только одна боевая машина, и с ней можно было довольно легко справиться. В данный момент, их там явно было больше. А значит, шансы выжить у парочки уменьшались с каждой секундой в десять раз.       — Доставай свою пушку. – прошептал Йоэль, как только они спрятались за наполовину обвалившейся стеной. – Как только они подойдут ближе, стреляй в них без разбора. И, Алекси, - вокалист опустил голову и еле слышно пробормотал:       — Если что пойдёт не так, я люблю тебя.       Перкуссионист охнул, и в стену прилетел первый заряд. Раздался небольшой взрыв, который означал начало перестрелки. «Возможно, последней в нашей жизни» - подумал блондин, делая выстрел.       —Это момент, которого вы ждали.       Они отстреливались, как могли. Но что-то всё равно было не так. Они слишком долго держались, и это было подозрительным. Что ещё хочет эта зараза?       — Ой, мама. – протянул Алекси, когда ненадолго повернулся. Сзади подходили остальные механические убийцы.       — Не называйте это предупреждением. – компьютерный голос дрогнул и сошёл на шёпот. – Это война.       Йоэль обернулся посмотреть, чего так испугался младший, но это оказалось роковой ошибкой. Ты можешь заколотить окна, запереть свои двери Но не можешь отмыть руки от этого дерьма Когда все ресурсы и друзья короля не могут отличить свои задницы от патогенов Когда жизнь – тюрьма, а смерть – дверь, это не предупреждение, это война       Пуля, вылетевшая из оружия вируса, пролетела сквозь плечо вокалиста. А затем вторая, третья…       — Нет! – хрипло выдохнул Алекс и поймал тело Йоэля. Блондин слабо улыбнулся и протянул негнущуюся руку к лицу юноши.       Голубоглазый парень прижался к ней, будто это самое важное, что сейчас происходит. Что гиганты из металла исчезли. Но нет, всё просто стало намного хуже, чем было до этого.       Грудь солиста перестала подниматься и опадать, и тело застыло.       — Чёртов вирус…. – Шептал Маттсон сквозь слёзы. – Чёртов мир…чёртов день… Взрыв, последовавший после этих слов, оказался стократ сильнее предыдущих. Юного сэмплера вырубило прилетевшим камнем, и он упал, всё ещё прижимая к себе Йоэля.       Очнулся он из-за того, что чей-то знакомый голос звал его. Воспоминания о событиях прошлого дня…а может всего часа? Или нескольких минут?       Воспоминания о случившейся трагедии ещё не успели догнать Алекса. Когда он открыл глаза, перед ним замаячил силуэт друга. Олли, всё это время звавший Алекса, заметил, что черноволосый открыл глаза, и попытался улыбнуться.       — Проснулся, уже молодец. – как можно более ласково проговорил басист и продолжил, интересуясь. — А где Йоэль? Вы же вроде вместе были.       Алекси отпрянул от друга и посмотрел вбок. Олли перевёл взгляд туда же и чуть не грохнулся в обморок.       — Так он… — выдавил гитарист, но решил не продолжать, потому что увидел, как плохо парню напротив. – Иди сюда. – Олли раскинул руки, тем самым приглашая друга в объятия. Юноша почти сразу же в них упал.       — Иногда просто хочется кричать, чтобы показать, что мы что-то чувствуем. – начал басист. – Я знаю, ты жаждешь крови. Мы отомстим, обещаю. У тебя ощущение в животе, так как ты знаешь, что оно придёт за тобой Оставь свои цветы и скорби, не забывай, что они тебе сказали Когда мы забудем об инфекции, будем ли мы помнить урок? Если неизвестность не убьёт тебя, что-то ещё это сделает