I wrote a song for u

Я смотрю на те тайные миры, которые ты называешь глазами И задаюсь вопросом, могли бы мы Там что-то изменилось Листья похожи на осколки витражного стекла Окна, сияющие в твоем свете — С ним всё будет хорошо?       Алекси раздражённо нахмурился в сотый раз за вечер. Причиной этому был Йоэль, который закидывал бывшего вопросами. — Да в норме он! Просто спит, — огрызнулся брюнет, отталкивая от себя назойливого гостя. — Не стоило паниковать. Гуль самый обычный был, просто твой дружок — балбес. Эту рану даже простой лекарь смог бы излечить. Так что само ваше присутствие мне претит. — Спасибо, Лекси.       Чародей обернулся и с негодованием процедил: — Не называй меня так! Упустил шанс.       Они встали друг напротив друга. Воздух трещал от напряжения. Мгновение, и они взорвутся. Ведь столько нерассказанных чувств, столько эмоций, что просто нельзя держать в себе.       Лицо Йоэля вновь приобрело холодное выражение. Он слегка отвернулся и тихонько спросил: — Так что и в каком количестве мы тебе должны?       Алекс поманил его рукой в большой зал, служивший ему лабораторией. Стол посередине так и стоял, но книг поубавилось. Вместо трёх небольших стопок находился сосуд с тёмным веществом внутри. Рядом лежала толстенная древняя на вид книга в потрёпанной обложке. Ни названия, ни автора. Ничего. Из этого следовало, что эту книгу не добудешь у обычного торговца. — Знаешь, я ещё не придумал. Наверное, заставлю вас обоих кукарекать под столом. А может…       Чародей так увлёкся размышлениями об оплате, что не заметил, насколько любопытен его избранник. А Йоэль протянул руку и открыл книгу. Пробежав глазами по строчкам, он ужаснулся. — Некромантия?! Алекс, чем ты занимался, пока меня не было рядом?       Каунисвеси подбежал вплотную к охотнику и схватил того за руку. — Не твоё дело!       Но ведьмака невозможно было остановить. После беглого, но внимательного осмотра остальных вещей на столе всё вставало на свои места. То, чем занимался Алекс, выходило за рамки дозволенного магам. — Лекси, зачем тебе гоэтия? Зачем ты хочешь вызвать демона?       Вопросы сыпались один за другим, что не могло не раздражать мага. Однако Хокка не останавливался, не обращая внимания на усиливающееся жжение амулета. — Да сколько повторять тебе? Это. Тебя. Не. Касается!       За окном луну закрыли тёмные тучи. Завыл ветер. — Нет, ещё как касается. Я ведьмак, а демоны напрямую относятся к монстрам, на которых я охочусь.       Алекс обхватил руками свою голову и зажмурился, рвано дыша и тем самым пытаясь взять себя в руки. — Почему ты всегда лезешь туда, куда не надо?       Хлынул ливень. За ним грянул гром. — Потому что мне не всё равно! — перепалка вывела из себя даже вечно спокойного Йоэля. Внезапное признание должно было успокоить чародея, но хаос вокруг только набирал обороты. Стены начали подрагивать из-за силы, хлещущей из мага. Маттсон будто не слышал ничего. Стены задрожали сильнее, с ними задрожал пол, отчего затрясся и стол. Странный сосуд, который ведьмак заприметил ещё при входе в помещение, незаметно подъехал к краю и полетел вниз, в последствие с громким звоном разбиваясь. Чёрное нечто, сидевшее в нём, издало невнятный звук, стало больше размерами и ожило. Ты был королем и его замком, я был каждым грязным мерзавцем Если ты попросишь у меня зажигалку, я дам тебе свой огонь Я бы позвал, пока ты поднимаешься И я буду ловить тебя каждый раз, когда ты будешь падать       Некогда чёрная жидкая субстанция сделалась вдруг твёрдой и образовала силуэт. Огромный и, скорее всего, злющий монстр вырвался из бутыли и готов был крушить всё на своём пути. — А это ещё что так…       Йоэль не успел договорить, как его и Алекси отбросило к стене мощной ударной волной. Однако на этом чудище не останавливалось.       Нечто из другого мира взревело, готовясь нести бедствия и разрушения всему живому. Неясно было, зачем ему это, но одно было понятно точно: или оно убьёт, или его убьют.       Йоэль, как ведьмак — охотник на таких жутких тварей — прикрыл своим телом Алекса, который пребывал в глубоком шоке и из-за того не двигался, поднял руку к месту, где у него обычно висели мечи, но не обнаружил за спиной ничего, кроме обломка стола, приземлившегося аккурат возле него.       Быстро пробежавшись глазами по помещению, Хокка определил местонахождение своего оружия. К его величайшему сожалению, они стояли на другом конце зала, прислонённые к разукрашенной стене. Эфес стального меча сверкал в лунном свете. «Погодите-ка, тут же нет окон».       При подъёме головы наверх можно было заметить дыру в стене, которая была пробита существом из бутыли. Само чудище всё ещё в бешенстве летало по залу, так как оказалось слишком большим, чтобы пролезть в то отверстие.       Со стороны входа раздался шорох, и в комнату заглянула светлая голова, принадлежавшая Робину. Происходящее в комнате заставило его вопросительно изогнуть бровь, распахнуть глаза пошире и шёпотом поинтересоваться у мутанта, который буквально лежал на чародее. — Вы чем тут занимаетесь, а? — он окинул взглядом зал ещё раз. — Может, вы монстра не видите? Коль ты ведьмак, а Господин пока не потребовал у тебя и твоего больного дружка никакой оплаты, убей эту хрень! — Ты мне только мечи помоги достать, и я его мигом на кусочки порублю. Если, конечно, оно не сделает это раньше со мной.       Тело под Йоэлем дрогнуло и попыталось подняться. Каунисвеси еле слышно простонал что-то, когда его попытка не увенчалась успехом. — Йоэ… Йори… слезь, пожалуйста.       Дважды просить не пришлось. Особенно, когда до охотника дошло, как его назвали. После выброса столь сильной волны хаоса, маг ослабел и выглядел не столь напыщенно и блестяще. Перед Йоэлем сидел не гордый и самоуверенный чародей с острым языком и бархаткой на шее, а уставший и измученный чувствами парень, который окончательно запутался после с возлюбленным.       Его пробило от осознания того, кем он является для этого брюнета в чёрно-белых одеждах. — Робин, отведи его подальше отсюда. Я постараюсь разобраться с этой тварью, а вы подождите где-нибудь…       Алекси поднял глаза. В них было то, за что Йоэль его и полюбил — огонь. Пламя, что горит ярче, чем костры во время празднования Беллетэйн. Пламя, что греет сильнее, чем июльское солнце. Такое пламя, которые может выжечь целое королевство. — Я никуда не уйду. — Но, Господин, вы же слабы… — Робин был быстро прерван рукой Маттсона, взметнувшейся в останавливающем жесте. — Ты можешь идти, а вот я никуда не пойду. Теперь точно. Потому что я буду страдать от тишины ради струн, которые ты настраиваешь. И я выдержу то, что написано для писателя в тебе       Монстр взревел и устало прислонился к одной из стен. Мыслительные процессы сильно его утомили. Путь к мечам Йоэля был открыт.       Пара шагов, прыжок, ещё шаги, и вот! Как приятно чувство, когда за спиной весят ножны. — Долго ты их там обнимать будешь? Я, может, тоже хочу.       Голос Алекса отрезвил Хокку, и тот в мгновение вернулся в реальность. Существо из другого мира повернулось в сторону чародея. Заинтересованность в его лике вмиг сменилось на безудержную ярость, и чудище тотчас ринулось в атаку. Однако оно тут же отскочило обратно к стене, хватаясь тёмными отростками за уродливую рожу, быстро покрывающуюся ожогами. Перед ним стоял Алекси, готовый послать вторую волну огня. — Уже всё, — спохватился Йоэль.       Демон, ненадолго оправившись от ран, взревел и испустил волну силы, предшественница которой сбила с ног парней и сломала стол. Несмотря на мощь удара, ведьмак выбросил одну руку с мечом, а другой сложил знак Аард. Монстр отлетел в сторону, дав охотнику место для разбега и замаха. — Йоэль, подожди!       Чудище хитро оскалилось и сделало внезапный выпад, заставивший Хокку отступить к пока ещё целой стене.       «Что делать? Возьмёт ли его меч?».       Думал ведьмак слишком долго, ведь когда он вновь вернулся в реальность, существо было чуть ли не перед его лицом. От неминуемой гибели в лапах чудища его спас Алекс, за секунду прошептавший какое-то заклинание. В демона полетели ледяные шипы. На пол закапали капли чёрной, как сама тьма, крови. — Я тут мутант-охотник-на-чудовищ или ты?       Возмущение Каунисвеси было обосновано, и через мгновение они сражались против существа, по очереди нанося монстру удары.       Во время битвы нужно думать о битве. Но как можно об этом думать, если рядом сражается чародей, вылечивший твоего друга и твоё, вроде как, не умеющее любить сердце? Невзирая на то, что Алекси любил, когда ему уделяют внимание, столь пристальные взгляды заставляли его отвлекаться от уничтожения существа, а значит и злиться, поэтому он тихонечко толкнул Ээрика, дабы прекратить это неуместное и совершенно бесстыдное разглядывание. — Понял, — тихонько шепнул в ответ на пинок Йоэль.       Сражение окончилось поражением чудовища. Напоследок взмахнув отростками, оно исчезло из мира сего. Лужицы демонической крови сгорели вслед за истерзанным телом, оставив после себя только разнесённый зал. Напиши мне хорошо, любовь моя, напиши мне странно. Напиши мне с готовностью, напиши мне хорошо — Фух! — Выдохнул с облегчением чародей, обводя усталым взглядом место недавнего сражения. — Ой, сколько же я это восстанавливать буду. — Если хочешь, могу помочь.       Алекси обернулся на блондина, который уже, казалось бы, пожалел о своём предложении. Глаза цвета лазурного неба лукаво сузились, и их не менее красивый владелец подошёл к Йоэлю, сразу же закидывая руку тому на шею. — И чем же ты можешь мне помочь? — фраза, брошенная игривым тоном, послужила сигналом для ведьмака, и он сорвался. За коротким и невинным поцелуем последовал второй — глубокий и чувственный. — Тебя, что ли, возбуждают битвы с демонами из других миров, м? — оторвавшись от губ охотника, с улыбкой прошептал Алекс. — Не угадал, — прорычал тот и вновь вовлёк возлюбленного в поцелуй. Его руки шарили по телу брюнета, пытаясь пробраться через одежду к телу. Маттсон не стоял столбом и притянул Йоэля ближе одним движением ноги. Они оба полетели на пол. Благо, там лежали книги в мягкой обложке и ткань, в былые времена покрывавшая уже сломанный стол. — Не останавливайся… — томный шёпот чародея только сильнее распалил Хокка, и он вновь склонился над Алексом, завлекая того в очередной поцелуй, после которого так горят губы.       В коридоре раздалось тихое шарканье. Пара решила не отвлекаться на него и продолжила свои действия, настойчиво не замечая блондинистую макушку в дверном проёме. — Мать моя женщина, роди меня обратно… Что я пропустил? И на этом дереве я вырежу твое имя Потому что в ближайшие годы мы оба знаем, что уже не будем прежними Ты просил меня карабкаться, но я так и не научился Но если ты попросишь у меня мой огонь, Смотри, как я сгораю