Я стараюсь быть лучше.

      Практически годовая миссия продолжалась, и была только в самом начале, у Эзопа до этого не было желания в ней участвовать, но теперь это сменилось чувством усталости и вымотанности. Мальчик просто ничего не хотел. Он одиноко слонялся за священниками, монахами и монашками. Внутри него что-то было сломано, хоть он и старательно убеждал себя в том, что всё в порядке. Дни и однообразные серые города пролетали перед глазами Эзопа, как осенние листья по ветру, настолько быстро, что он не заметил, как наступила зима. Находясь в несколько депрессивном состоянии, рефлексируя о жизни как минимум месяца два. Эзоп думал о том, чем для него были те правила, на которых он поклялся. Правильно ли было слушать священника Джина?       Спаси он мальчика сейчас была бы гарантия, что его не убьёт кто-то другой? Увы эти вопросы оставались без ответа, и узнать, что было бы Эзоп никогда бы не смог. Он частенько заглядывался на Φέρετρο του Κακού, который даже отмытый от крови потерял свой блеск. Лезвие было туманным, и только странные красные точки, что никак не оттирались были на нём видны. Лезвие Эзопу так никто и не поменял, ближайшее время, экзорцизм не был запланирован.       Эзоп и ходил бы так дальше, погруженный в свои мысли и вопросы, пока он всё же не отвлёкся на первый снег. Холодная едва заметная снежинка коснулась его носа, и растаяла. Он увидел перед собой священника Джина. Тот снисходительным взглядом смотрел прямо на него. -Сын мой, отчего ты так опечален? Поведай мне.- в глазах его не было нисколько заинтересованности или сострадания. Сложно было сказать, что заставило Джина обратить внимание на мальчика. -Хотел бы я знать...- вырвалось у Эзопа. В глубине он надеялся, что Священник спросит о том, что священник сможет вытащить его чувства. Но тот лишь положил свои руки на плечи мальчика и продолжил. -Скажи, сын мой, ты всё ещё любишь господа нашего Абсолюта?       Эзоп опустил голову. Он не был уверен, что все эти два месяца Абсолюту было до него дело. С того дня экзорцизма над революционерами, он остался совершенно один. Раньше его одиночество хоть как-то разбавляла Карен, но когда её не стало рядом Эзоп полноценно почувствовал себя пустым снова. Любому, кто был опустошён вновь, знакомо это чувство. Единственное, что осталось внутри него - надежда. Надежда на то, что Абсолют любит его. -Да - с некоторой тяжестью ответил мальчик. Ему тяжело было смотреть в глаза Джину, как и стоять выдерживая его тяжёлые руки. -Тогда держи голову выше - он поднял голову Эзопа своей рукой за подбородок- Это взаимно, и как бы тебе не казалось, что тебе плохо....- священник сделал многозначительную паузу, чтобы он продолжил фразу сам. -...-Эзоп с неохотой продолжил, депрессивным голосом - истинно только, то, что Абсолют любит тебя. -Правильно. - священник удалился. А Эзопу легче не стало. Но он постарался не думать ни о том экзорцизме, ни о Карен. Он подумал, что не так уж плохо, что он остался один. В конце концов, если он будет верен только Абсолюту, никто не осудит его действия. А если осудит они - никто.

***

      Миссия закончилась успешно, и в итоге миссионеры скоро вернулись в родную деревню. Это место было тихим и спокойным, как всегда, так что Эзопу не приходилось совершать экзорцизм ещё очень долго.Φέρετρο του Κακού бесцельно висел на его поясе, Эзоп его практически никогда не доставал. Со временем мальчик стал забывать, что он делал и ради чего. Он просто существовал растворяясь в социуме деревни. Священник Джин откровенно перестал заботиться о нём. Только изредка он давал ему задание с которым справился и местный дворник. Эзоп бы и жил так дальше, покуда ему не пришло письмо из Тельмы.       Не только ему, Священнику Джину также. Это было несколько неожиданно, учитывая, что они покинули Тельму больше года назад. В письме говорилось, что там недавно снова был мятеж, но в этот раз сам город разбушевался. Царил беспорядок и беспокойство. Тельмский священник грешил на демонов и атаку Изменчивости, потому он взывал к помощи всех, с кем имел связь.       Священник Джин видел в этом отличную перспективу для Эзопа, но сам поезжать не хотел. Эзоп его практически не слышал, когда тот сердечно прощался с ним отправляя его в путешествие. Джин обещал, что о нём позаботиться экзорцист помоложе, а сам Джин оставит свои полномочия учителя. Эзоп всё это время был как в тумане, ему уже было всё равно, через кого Абсолют будет с ним говорить.       Очнулся он, когда его на причале у поезда встретил Абисс. Парень несколько изменился за год, он успел загореть и где-то потерял глаз. На месте него красовалась красная повязка, несколько иронично дополнявшая его образ. -Привет, Эзоп. Давненько не виделись. - сначала он даже показался несколько приветливее, чем в прошлый раз. -Привет. - Эзопу было всё равно. Воспоминания о грубоватом безответственном экзорцисте очень мутно всплывали в его голове. -А где старик? Неужели кони двинул?- спросил Абисс, заметив, что Эзоп совершенно один. -Он решил остаться в деревне, сказал, что слишком стар для всего этого. Ещё он упомянул, что кому-то отдал меня в ученики, но сам не сказал кому. -Похоже на него, любит уходить от ответственности. Сколько тебе уже? -Мне 17. -Вот, как. Не знал, что на такое задание и детей отправляют. -Я уже проводил экзорцизм раньше - с небольшой обидой в голосе сказал Эзоп. -Ткнуть одного пацана детским лезвием - это не экзорцизм.- шутливо начал дразниться Абисс. Эзоп промолчал, и просто решил пойти в сторону церкви, не дожидаясь парня. -Да не дуйся ты так. Кстати, лезвие у тебя до сих пор детское, да? - он посмотрел на пояс Эзопа где висел Φέρετρο του Κακού.- Знаешь, не так уж и плохо, что старик отправил тебя сюда. Здесь ты быстро экзорцистом станешь. -Я уже.-Эзоп не хотел отвечать на его подколы, но невольно реагировал. -Конечно-конечно. - подтрунивая, ответил Абисс. - Если повезёт даже сможешь у меня поучиться. -Да кто захочет у тебя учиться. -Да ты знаешь сколько я ...-эти слова несколько задели самолюбие Абисса, на что Эзоп несколько усмехнулся.       Последующие три года Эзопу приходилось работать в парах с экзорцистами поопытнее.Для того чтобы остаться в Тельме, ему пришлось вступить в Орден Экзорцистов. Когда он подписывал документы, его уверяли, что данный орден только защищал его. В каждом городе должен быть свой, и у каждого есть свои привилегии. В привилегии Тельмского Ордена входила неприкосновенность гражданами, бесплатное проживание в городах, где есть церковь Абсолюта и возможность совершать экзорцизм по собственному усмотрению. В самой Тельме соблюдение первой привилегии было слабым, и в целом люди, противящиеся церкви с экзорцистами не считались. Но жить Эзопу стало несколько проще. Разве что горожане относились к нему более отстранённо.        Как объяснил новый здешний святой отец Муттуя, у предыдущего мэра были последователи и они также подняли восстание. Подавить их было несложно, но горожане такой жест не оценили. Их порядком раздражало то, как новый мэр и церковь Абсолюта учиняли расправу мятежникам. Не все горожане были против новой власти в Тельме. Скорее их было меньшинство, но угрозу они представляли. В самой Тельме экзорцистов можно было по пальцам пересчитать. Нетрудно было догадаться на кого делали нападки новые мятежники.       Так как Церковь Тельмы заботилась об их благосостоянии, они предоставили Эзопу лезвие для Φέρετρο του Κακού поострее, и несколько длиннее, чем у него было до этого. Клинок выглядел устрашающе. Помимо улучшения клинка они заказали у местных портных специальную форму для него. Она была сделана из крепких материалов и большого количества ремней. Костюм состоял из красной рубашки, тёмных штанов, окрашенных в вертикальные полосы и надетого поверх тёмного пальто. Пальто имело длинные рукава, заканчивающиеся красными наручами, а верх плеч и шеи покрывала тёмно-малиновая ткань. Сапоги были сделаны из жёсткой кожи, и были довольно увесистыми. Его костюм был похож на то, что носили другие экзорцисты, но как будто вместо пуговиц портной решил использовать ремни.       Эти три года не прошли для Эзопа бесследно. Постоянный накал обстановки, борьба с мятежниками, заканчивающаяся успокоением души всегда, заставили забыть Эзопа о том, что раньше можно было обойтись без пролития крови. Ему больше не было страшно или жутко, когда на него нападали в подворотне, или когда он заносил свой клинок над неразумным ребёнком, ему было никак. Он чувствовал себя пустым абсолютно.       Возможно, он бы чувствовал сожаление или отчаянье, будь в тех людях что-то человечное, за что он мог бы уцепиться. Но он этого и не искал. Эзоп не желал к ним проникнуться и просто выполнял свою работу, как от него требовалось.       Нередко вместе с ним боролся и Абисс. Он частенько старался подколоть Эзопа по своему выпендриваясь тем, как он делает свою работу. Он как-то трепетно следил за Эзопом, стараясь не допустить того, чтобы с ним что-то случилось. Юноша посчитал бы это простой заботой, но тот, как будто всегда старался так делать.       После того, как все мятежники были подавлены практически полностью, работы у экзорцистов стало намного меньше и большая часть разъехались кто куда. Даже Абисс уехал в другой близкий город, где работы было побольше. Эзоп уже продолжительное время не держал связи с отцом Джином. Писать ему было некогда. А как выдалась возможность, он не знал о чём ему писать. Эзопа это вполне устраивало.       Казалось, его жизнь снова поменялась. В день по одному экзорцизму, а в целом всё также. Он чувствовал себя не очень живо, но не задумывался об этом, пока однажды ему не доставили письмо. Когда он увидел его, Эзоп несколько разволновался.       Кто же это мог быть? Возможно отец Джин решил проведать его? Или это Абисс решил похвастать своими успехами, что часто делал, во время дела. Эзоп распаковал конверт содержавший только обратный адрес и увидел до боли знакомый почерк, который не доводилось видеть ему больше 4 лет.       Карен. Это было письмо от Карен. Эзоп не верил своим глазам. Город, который развёл их так давно, позволил связаться снова. И он с некоторым трепетом прочитал письмо. "-Здравствуй, Эзоп. Давненько не разговаривали мы с тобой... Я и не думала, что напишу тебе снова. Знаешь с того экзорцизма в Тельме прошло столько лет и я была зла на тебя очень долго. Я не могла поверить, что ты пошёл на поводу Джина и его мерзких соратников. Я думала, что мы можем быть хорошими друзьями, пока не поняла, что ты убийца. Когда я всё обдумала, я поняла, что ты всё ещё лучше них. Ты был просто под влиянием отца Джина. Возможно, это не так и я пытаюсь оправдать тебя в своих же глазах, потому что скучаю. Но сейчас это не так уж важно. Я долго хотела написать тебе это, но мысли никак не собирались. И понимаешь, я до сих пор не знаю, о чём тебе рассказать. Я живу сейчас счастливо. Ты не представляешь, но я таки добралась до Юга. Здесь про Абсолюта никогда не слышали! И тут потрясающе. Если бы ты только мог увидеть это собственными глазами. Моя мечта сбылась. От части из-за тебя, твой поступок стал последней каплей для меня. Надеюсь, ты изменился за это время вырос хорошим человеком. Как ты там?

Твоя бывшая сестра, Карен."

      Письмо было коротким, но его было достаточно, чтобы Эзоп почувствовал тепло в своём сердце. В какой-то степени ему было радостно, что Карен снова заговорила с ним, пусть так. Впервые за долгое время он почувствовал хоть что-то хорошее, и захотел поделиться этим с девушкой. Он сел за бумагу с ручкой и написал: "-Привет. Угу. Рад за тебя. Я теперь живу в Тельме. Но ты и так это знаешь. Меня повысили Это не важно. Тут неплохо. Расскажи про свой город.

Всё ещё твой брат, Эзоп Карл"

      Это явно не всё, что он хотел написать. Но то, что смог. В тот же вечер он отправил письмо по обратному адресу в Эльпиду.       Письму предстояло идти не меньше недели, потому у него было много времени для раздумий. "Значит, Эльпида....- подумал Эзоп, проживая свой обычный день в Тельме - Я слышал это очень солнечный город, и то, что там люди умирают от счастья. Наверное, жутко, когда тебя убивает то, что ты любишь."       Ответ на своё письмо он получил через две недели. Девушка совсем не изменилась. Она рассказывала о красивых видах, чудесных людях и том, что она устроилась цветочницей в этом городе. Карен писала много ни о чём. Эзоп, читая эти мысли заряжался некоторым позитивом, и даже ходил с улыбкой на лице, что несколько настораживало его коллег.       Они проболтали так около полугода, пока однажды девушка не отправила два письма вместо одного. Во втором он нашёл билеты туда и обратно с кратким: "Приезжай в гости". Эзоп был несколько удивлён. Он не путешествовал уже больше трёх лет и покидать место, к которому он привык, пусть даже ненадолго было непривычно. Как будто что-то внутри говорило ему, что-то здесь не так. Возможно, ему просто показалось, и это был банальный страх изменений.       Собрав волю в кулак, он собрал вещи и взял отпуск у отца Муттуя. Он думал, что это будет непросто, так как местный святой отец очень неохотно отпускал экзорцистов в отпуск. Но то, что Эзоп не покидал Тельму уже как три года, давало ему надежду. Священник и правда отпустил его почти сразу, и кажется даже не дослушал до конца, потому Эзоп пошёл на станцию и сел на ближайший поезд.       Когда он устроился на своём месте, он впервые за долгое время взглянул на Тельму иначе. Она не казалась ему серой унылой и хмурой больше. Окутанный пожаром, ужасом и смертью город, казалось остаться позади. Вместо этого Тельма казалась вполне светлым уютным городком. Эзопу даже стало несколько печально от того, что всё это время воспринимал её так, пока шумящий поезд увозил его всё дальше и дальше.       До Эльпиды было полдня на поезде, от чего заскучать и начать рассматривать пассажиров Эзопу было недолго. Люди казались ему такими же унылыми и неприятными как раньше, но по-своему разными. Он вглядывался в их лица, стараясь, представить какую жизнь они ведут, и зачем едут в Эльпиду. Большинство людей было преклонного возраста. Очевидно, они хотели отдохнуть в солнечном городе, как в санатории. Среди них были люди и среднего возраста, а также странный парнишка казавшийся Эзопу знакомым. Сначала показалось, что он смотри прямо на него. И Эзоп был несколько обеспокоен этим. Мальчик бегло посмотрел на него ещё раз и заметив ответный взгляд прикрыл голову кепкой.       Что-то внутри снова говорило: что-то тут не так. Но вопреки, Эзоп решил успокоиться и пропустить это. Наверное, самый обычный пацан. Да и что может сделать маленький мальчик ему? Эзоп откинулся на спинку кресла и уснул. В то время как через остановку, к подозрительному взгляду мальчугана присоединился ещё один.       Когда Эзоп прибыл на станцию Эльпиды, Карен его не встретила, она понятия не имела, когда тот приедет. Потому несколько опечаленный своим одиночеством Эзоп направился в центр города. Из писем он знал, что девушка работала в центральном Цветочном, и надеялся найти её поскорее.       В городе была потрясающая погода. Эзоп видел солнечные и тёплые дни, но сейчас как будто в самой Эльпиде солнце светило иначе. И даже Эзоп чувствовал, как что-то внутри него расцветает. "Неужели я умираю от счастья?- пронеслось у него в голове. " Эзоп настолько редко чувствовал себя счастливым, что даже испугался. Он часто задышал и присел на выступ случайного здания в центре. Через пару минут к нему подбежала случайная прохожая и спросила: -Вы в порядке? Вам не хорошо? - Я не знаю... Моё сердце часто бьётся. Внутри странное чувство... И почему-то я улыбаюсь... Мне не плохо, просто странно. -Хах - девушка неловко усмехнулась, но явно с облегчением - Ну и чудик. Тогда вам не нужна моя помощь? -Нужна. Вы не знаете, где бы я мог найти цветочницу Карен? -Цветочницу Карен? - девушка задумалась и вспомнила. Она показала указательным пальцем на здание далеко впереди.- Она работает в том цветочном магазине. Неужели вы её знаете? -Да, она моя знакомая. Спасибо за помощь.-Эзоп встал и несколько пошатываясь поплёлся в сторону магазина. -Пожалуйста. - девушка повела плечом и пошла дальше.

***

      В цветочном магазине странное чувство счастья стало ещё более ярким. Забавные самые разные ароматы щекотали нос Эзопа. Он раньше никогда не замечал цветы, и не считал их чем-то особенным, но сейчас был вынужден заметить их запах. Определённые нотки аромата понравились и ему самому. Но что-то внезапно заставило его чихнуть.             Глаза заслезились, и он почувствовал себя плохо. Он представить не мог, что цветы могут быть такими гадкими. К нему в магазине кто-то подошёл и вывел его на улицу, где ему значительно стало лучше. Спустя пару минут он увидел Карен, которая несколько задорно смотрела на него. -Карен.- голос Эзопа звучал несколько радостнее обычного, но всё также казался по своему безразличным. -Привет, Эзоп, не ожидала, что ты так скоро приедешь. Какой костюм у тебя чудной.- девушка выглядела немного иначе. Она казалось стала выше, успела подстричься, но в целом осталась такой же, как Эзоп её запомнил.- Вижу тебе уже не очень понравились наши цветы. Пока не заходи в магазин. Я закончу работать через пару часов, и мы сможем прогуляться. Мне столько всего нужно тебе рассказать, хотя ты из писем всё это знаешь. -Хорошо.- Эзоп был не сильно рад перспективе одинокой прогулки ближайшие несколько часов. -Ты можешь погулять в парке буквально в десяти метрах отсюда, там сейчас чудесно. Встретимся у этой скамейки - она указала на скамейку в пяти шагах от магазина. - через пару часов. Договорились? -Договорились.       Гулять по парку и правда было приятно. Высокие деревья создавали удобные тени для дорожки. Прохлада от местного пруда бодрила, а ветерок забавным образом теребил волосы. Эзоп раньше не гулял просто так, и сейчас он не понимал почему. Он не стал любителем прогулок, нет, но отдохнуть и не суетиться ни о чём было приятно. Эзоп даже подумывал погулять по Тельме как вернётся, и как ему захочется отпустить всё самое тяжёлое. В голове было пусто, но по-приятному, пока он не наткнулся глазами на мальчика из поезда и странного мужчину в плаще. Они стояли довольно далеко, но заметить их было несложно. Эзопа это начало беспокоить. Он подумал, что это нормально встретить его здесь. Они оба ехали в Эльпиду, но что-то его настораживало. Эзоп решил незамедлительно выйти из парка и направится к скамейке. На его удачу, Карен уже закончила.       Молодая девушка выглядела немного опечалено, но увидев Эзопа постаралась скрыть это. Она быстро немного нервно помахала ему рукой, и улыбнулась. -Вот ты где.- сказала девушка, когда Эзоп подошёл к ней.- Мне нужно зайти в пекарню по дороге, зайдёшь со мной? -Угу - Эзоп хотел сказать, что опасается чего-то, что сам не понимает до конца, но решил оставить это при себе.       Пока они шли до пекарни, девушка не прекращала болтать о том, как она четыре года назад села на первый поезд до Эльпиды, как постаралась найти своё место, и как местная хозяйка цветочного предложила ей работу. Она не прекращала шутить, что это просто звёзды сошлись, и о том как она счастлива. Эзоп в это время не говорил ничего, он внимательно слушал, и время от времени угукал и кивал головой. Со временем он заметил, что девушка стала всё чаще делать паузы в разговоре, как будто она старалась подобрать новые темы, но делала это с трудом.       Когда они уже вышли из пекарни с вкусными булочками только из печи, Карен остановилась и сказала: -Эзоп, скажи честно, ты, ведь, здесь не по работе? -Нет.- непонимающе ответил он. -И не отдыхать сюда приехал? - вопросы для Эзопа становились всё страннее. -Нет. -Но ты неслучайно забрёл в мой цветочный магазин? -К чему ты это? - Эзоп совершенно потерял нить её мыслей. -Ты, ведь, всё ещё экзорцист? - спросила она, игнорируя его вопрос. -Да. - несколько промедлив, ответил Эзоп. -Зачем ты сюда приехал? - в её словах не было ни капли издёвки. -Ты прислала билеты, я думал, ты хочешь увидеться. - Эзоп перестал понимать Карен вовсе. -Я не присылала никаких билетов. - Карен звучала совершенно серьёзно. -Что ты имеешь в виду? Ты не присылала два письма в этот раз? -Нет. - в её голосе звучало недоумение. Повисло молчание. Эзоп не понимал кто, мог бы послать ему фальшивое письмо, а Карен не понимала, почему Эзоп здесь. -Тебе не кажется что кому-то выгодно, что ты здесь? - с некоторым подозрением спросила девушка.       Эзопу ранее не приходила эта мысль. Никто не должен был знать о том, зачем Эзоп едет в Эльпиду, или вообще о том, что он держал связь с Карен. В их родной церкви её не очень любили за то, что она сбежала, украв деньги. Но логически это не было поводом для мести, учитывая, что Абсолют порицал месть и превозносил справедливость.       На момент Эзоп задумался о том: а что есть справедливость? Разве эта не та же месть? Почему одно благородно и правильно, а второе мерзко и порицаемо. Где проходит граница между ними? Совершал ли Эзоп месть прикрываясь восстановлением справедливости. Он хотел бы подумать об этом ещё, но заметил, что девушка успела скрыться.       Возможно, полгода общения было недостаточно, чтобы она ему доверяла. И потому посчитала, что ей стоит держаться подальше от него. Эзоп осознавал, что был последней прямой нитью связывающей Карен и церковь. Эзоп также понимал, что Карен могла считать церковь опасной. Какой белой и правильной не была она в его глазах, для Карен церковь всегда была сборищем лицемерия, расчётливости и зла человеческого, подкреплённого практически неограниченной властью.       От того, что юноша был покинут Карен, ему ничего не оставалась кроме как пойти в ближайший хостел, и посетить её цветочный магазин вновь уже завтра. Возможно она его не покинет. Возможно, мнимая безопасность на глазах граждан даст ей уверенность.       Заняв первый попавшийся номер, Эзоп отдал круглую сумму денег. Ранее распоряжаться своими финансами ему приходилось только в Тельме и то по мелочи - большую часть расходов покрывала церковь. Осознание того, что стоят деньги у него всё ещё не было. На удивление комната оказалась очень милой. Она была обставлена различной мебелью и утварью, так словно здесь до него кто-то постоянно жил. Помимо обычных, но непривычных: тумбочки и кровати в комнате был телевизор, граммофон. Эзоп не был фанатом телевидения. Не то чтобы он сталкивался с ним часто, а вот граммофоны были ему намного ближе. Пусть это был уже довольно поздний вечер, он не удержался от того, чтобы послушать хоть пару песен. Обычно на граммофоне он слушал записанный проповеди, хор какого-то очень знаменитого города и что-то ещё. Пластинок в церкви было немного. А здесь была своя маленькая библиотека.       Эзоп с интересом рассматривал пластинки, но в основном их обложки. Выбрав ту, что приглянулась ему больше всего, он не задумываясь поставил её и лёг на кровать. По началу ему показалось, что пластинка пустая, но вскоре он услышал довольно тихий плач. Эзоп был без понятия, что он делал на этой пластинке. Но почему-то он верил этому плачу. Он не мог разобрать была ли это женщина или мужчина, но это было неважно. Пластинка оказалась кусочком пьесы раскиданной ещё на несколько болванок. Эзоп не представлял о чём могла быть эта пьеса или о чём будет. Он просто наслаждался голосами людей передававшими различные эмоции, и переживания. Он не слушал пластинку для истории, но для того, чтобы понять, что чувствуют люди. Спустя около 15 минут пластинка замолчала, обрываясь на вопросе "Как горько. Я не могу ничего сделать. Неужели другого выхода нет? Я.....". Некоторая оборванность раздражала Эзопа. И пусть время уже подходило ко сну, юноша начал копаться в различных пластинках выискивая продолжение. Он заметил, что он слушал пластинку под номером 7. Он нашёл ещё несколько из той же серии под номером 1, 5, 3, 6. Но той пластинки, которая бы ставила точку не было. Для него не было смысла слушать имевшиеся. Они его не интересовали.       Расставив пластинки по порядку, он надеялся успокоиться, но даже это теперь ему не приносило радости. Порядка не было в его голове. И даже мимолётное развлечение, которым он старался отвлечься от реальной проблемы, оказалось оборванным и неясным.       В некотором расстройстве он лёг спать, ворча про себя, что было бы лучше, не включай он эти пластинки. Сон выдался также прерывистым, так что он просыпался несколько раз. " Да, это издевательство какое-то! Теперь не только целостной концовки, так теперь и сон подтрунивает надо мной." Виной тому было то, что Эзопу было жарко, и настежь распахнутое окно то скрипело, то захлопывалось, то внезапно затихало. Однажды ему даже показалось, что в комнате кто-то есть. Но он быстро убедил себя в том, что это кошмар и перевернулся на другой бок.             Наутро часов в семь его ждал завтрак, состоящий из яичницы, свежего белого хлеба, ароматной овсяной каши со спелыми лесными ягодами и бодрящий утренний кофе. Завтрак был настолько ароматным, что Эзоп сам себе не верил. Впервые что-то и правда вызывало у него аппетит. Он сел за еду, и попробовав один кусочек не смог остановиться. Еда не была сырой, пережаренной, пересоленной, или холодной. Еда была вкусной. Впервые он почувствовал радость от поедания её, и сам не знал почему.       Когда с завтраком было покончено, возле подноса он заметил письмо. Это было странно просто потому что знакомых в городе, кроме Карен у Эзопа не было, а обычное письмо шло бы не меньше недели. Он с неким опасением вскрыл его и обнаружил странный жёсткий кусок бумаги. На нём были буквы написанные чёрными чернилами, также довольно знакомым почерком. Эзопу это не нравилось. Не читая письмо, он уже предчувствовал нечто плохое. Предчувствие усилилось, когда он также увидел на письме печать Тельмы. Написано оно было Святым отцом из деревни. Возможно Эзоп забыл его имя и лицо, но повадки и почерк он запомнил.: "-Экзорцисту третьего порядка Эзопу Карлу, властью Данной всевышним Абсолютом, я святой отец Михаель, постоянно выполняющий свою ролю в населённом пункте ХХХХХ передаю тебе приказ высшего порядка - разыскать и совершить кару над Карен ХХХХ, являвшейся послушницей Абсолюта 4 года назад, но предавшей его и осквернившей всевышнего. На данный момент она находится в Эльпиде. По адресу ТТТТТТТТ ТТТ. Кара должна быть совершена немедленно. "       Эзоп был потрясён. Приказ высшего порядка был редкостью, и ранее он его никогда не видел. Такие приказы связывали выполняющего по рукам и ногам, принуждая к действиям. В них практически не было необходимости, но если они издавались, они заверялись минимум двумя церквями разных округов, в подтверждение тому, что такой приказ может быть выполнен. Данная мера в любом случае принималась в соответствии с волей Абсолюта, но то не слишком ли жесток приказ, обдумать можно было.        Кары также не были обыденностью. Это была высшая мера наказания, за осквернение господа Абсолюта. Осквернение было довольно размытым понятием, и под него могло подойти что угодно. Священники довольно редко говорили, что кто-то достоин кары. Абсолют был милостив, но обидчив. Можно было подумать, что Абсолют раздаёт кары по велению священников, но те утверждали обратное. Последний раз, когда Эзоп видел кару - два года назад. Один из мятежников в Тельме сильно покалечил одного из экзорцистов, ограбил его и порвал его личное священное писание. Поступок был жестокий, но сам Эзоп не считал, что он был достойным кары.                          Задумываться о справедливости и милосердии во время работы Эзопу не приходилось, потому он думал о человечности, только когда видел последствия работы других. Мятежника публично высекли и сожгли на главной площади, дабы запугать остальных. Это сильно повлияло на горожан. Кто-то стал ещё яростнее мстить, кто-то забился в угол, дабы кара не коснулась лично его.       Эзоп получил приказ, прочёл его и теперь был обязан совершить расправу над Карен. В противном случае его ждало увольнение из Экзорцистов и возможно такая же участь. Если бы кто-то знал, что Эзоп находится здесь, и уклоняется от приказа, его бы могло ждать наказание. Но сейчас у него было время. И надежда. Но надежда довольно быстро растворилась, когда он осознал, что письмо не могло прийти так быстро. Оно бы шло не меньше недели, а само подписание его разными церквями могло занять времени и того больше. Кто бы не прислал ему письмо, он либо знал точное время и день, когда Эзоп будет в этом номере, что было маловероятно. Либо был собственной персоной в Эльпиде сейчас. Юноша верил в то, что это был чётко спланированный план, но не на столько просчитанный.       Эзоп привык к тому, что в Тельме за каждым его шагом следили, но не к недоверию. На самом деле это его практически не задевало, но создавало проблему в том, чтобы предупредить Карен. Уверенности в том, что за ним всё ещё следят у него не было. Последней надеждой было то, что кто бы за ним не следил, не предпримет каких-либо мер на публике. Потому Эзоп видел выход только в том, чтобы снова пойти в Цветочный, как он и планировал до этого. Возможно это грозило ему доносом, и наказанием, но был небольшой шанс того, что он мог бы подстроить подставную кару, когда девушка покинет город. В его голове план был шатким и ненадёжным, но всё же возможным. Собрав свои повседневные вещи, он направился в Цветочный. Народу там было полно в этот день. Девушка была сильно занята, но вскоре заметила Эзопа и его опухшее от аллергии лицо.        С недоверием она подошла к нему и сказала: -Послушай, тебе надо уйти. Я не хочу, чтобы церковь меня нашла. Ты буквально можешь стать причиной, по которой мне придётся бежать, а я этого не хочу. - Я понимаю, но возможно уже слишком поздно. -Что ты имеешь в виду?- в голосе её звучало беспокойство и некоторое отчаяние. - Я не уверен до конца, но церковь уже знает что ты здесь. -....- Карен молчала шокированная. - Хуже всего-то, что они знают, что я здесь. -Откуда им это знать? Хочешь сказать, они это подстроили? Почему я всё ещё здесь, а не подвергнута их наказанию? -Скорее всего дело в том, что мы в людном месте. У них нет власти в этом городе, и внезапный захват скорее всего был бы остановлен. -Я в негарантированной безопасности, покуда меня окружают люди. Но я не могу находиться тут вечно. - Главное, не нужно паниковать. Мы найдём выход. Ты можешь бежать прямо сейчас, пока они ничего не предприняли. -Но нельзя бежать так сорвавшись с места, я не смогу построить новую жизнь ни на чём. -В прошлый раз тебе ничего не мешало это сделать. -Тогда я была зла и глупа, и мне просто повезло. Сейчас я не знаю куда бежать. Единственное место, где не было Абсолюта здесь. Их лапы повсюду.За пределы страны за один день мне не выбраться. -Возможно полиция нам поможет! Закон Абсолюта здесь не властен. -Так-то оно так, но закон здесь работает несколько иначе. Преступлениями совершёнными не на территории Эльпиды они не занимаются, и это вопрос времени, как скоро меня вышлют. -Почему в этом городе такие проблемы с воровством? Ты не можешь заплатить штраф? -Это не сработает. Заплатить мне нужно будет за пределами Эльпиды. И даже если я вернусь, не факт, что они оставят свои попытки меня достать. Почему отвязаться от прошлого так сложно.... -Хочешь сказать, что даже если ты разберёшься со штрафом проблемы не пропадут? -Да, думаю, ты сам понимаешь. Их волнуют не деньги, что я украла, а честь их выдуманного бога. Честь, которую я опорочила тем, что ушла от них. -Прости, из-за меня ты лишилась дома. -....- Карен промолчала, делая его извинения ещё более неловкими. - Если бы я тогда тебе не написала, этого бы не случилось. Во всяком случае, я не могу сейчас бежать. -И что ты будешь делать? -Я останусь здесь и буду готовиться к защите. Я бы пошутила про то, что не вломятся же они в мой дом, но боюсь, и это уже не шутка. Хотя бы ты остался на моей стороне. -Ага....-Эзоп был несколько опечален, осознавая, что ему же придётся вламываться в дверь девушки, когда здесь будет кто-то из вышепоставленных экзорцистов или священников.       На этом они и расстались, Эзоп вернулся к себе в номер. Письмо с приказом исчезло из него, что порядком настораживало. Всё же Эзоп решил остаться в своём номере до того, как сесть на последний вечерний поезд обратно в Тельму. Он сам себе не верил, но стремительно себя убеждал, что может вернуться и как ни в чём не бывало делать вид, что приказ был утерян. Когда он собрался выходить, в номер постучали. Эзоп испытал странный страх от того, но заглянул в глазок, чтобы удостовериться, что ему не показалось. За дверью стоял Абисс в чёрном плаще. Его Эзоп ожидал увидеть меньше всего. Экзорцист бросил взгляд в глазок и недовольным голосом сказал: -Эзоп, открывай. я знаю, что ты здесь. Тебе предстоит объясниться. Эзоп отшатнулся от двери и выронил сумку с вещами. Он был в растерянности и ужасе. -На каком основании ты уклоняешься от высшего приказа, и на каком основании не открываешь дверь. Тебе есть что скрывать перед всевидящим оком Абсолюта? Я считаю до трёх. Если ты не хочешь подвергнуть наше к тебе доверие сомнению, тебе лучше открыть дверь пока я считаю. Три. Эзоп опомнился только когда Абисс начал обратный отсчёт -Два.-Эзоп поднялся на свои ноги, которые несколько дрожали. Быстрым движением он отпёр замок. -Один.-Эзоп стоял перед Абиссом, который был на голову выше и смотрел на него с высока. Его светлые волосы чуть ниже плеч освещала лампа сзади, так, что предавала вид некоторой величественности. -Ты читал это письмо. - сказал Абисс держа в руках проклятый приказ. -Я не... знаешь..-Эзоп старался подобрать слова, чтобы соврать. -Это был не вопрос - голос его звучал жёстко, и и холодно.- Почему ты не выполнил указание Абсолюта? Уж не из жалости к предательнице? -Н-нет- неуверенно ответил Эзоп. Он старался прятать свой взгляд от ока смотревшего на него, и казалось выжигающего. -Отлично. Буду рад выслушать твою причину после того как ты совершишь свою работу. -Прямо сейчас? - Эзоп опешил. -Что в слове "незамедлительно" тебе непонятно? - презрительно, словно на непослушного пса, смотрел Абисс на Эзопа. -Всё понятно... - голос его звучал также неуверенно, но несколько смиренно. - Твой клинок с тобой? - ожидая действий спросил Абисс. -Я не.. он... -Эзоп старался тянуть время как мог. -Ты же знаешь, чем карается утеря клинка, лучше бы тебе не врать. Эзоп быстро нащупал его на своей робе и взял в руки - З-здесь. -руки его дрожали. -Хорошо. А ещё. - он положил ему руки на плечи - прекрати дрожать. Ты экзорцист - бич бога. Держи голову гордо. Ты идёшь на правое дело. " Что правого в убийстве..." промелькнуло в голове Эзопа, когда он вышел из своего номера. Он шёл очень медленно и тяжело. Φέρετρο του Κακού был тяжёл, как никогда. Позади Эзоп заметил мальчика, которого видел ранее в парке и в поезде. Теперь он понимал, что этот пацан был шпионом Абисса. И даже сейчас он не доверял Эзопу. Когда Эзоп постучал в дом Карен, свет уже горел. Карен открыла дверь. Она была удивлена, но рада увидеть Эзопа. - Ты ещё здесь? Зашёл попрощаться? Эзоп низко опустил голову и утвердительно мотнул головой. Девушка открыла дверь пошире и подошла к обеденному столу. Эзоп не входил, зная, что это может повлечь. -Ты почему там стоишь? - удивлённо спросила Карен. -Помнишь, четыре года назад на холме ты просила меня, чтобы я не переступал порог твоего дома, если стану экзорцистом?- он сказал это также не поднимая головы сдавленным голосом. Девушка несколько в недоумении, словно не помнила, что говорила нечто подобное. Но вскоре к ней пришло осознание. Она усмехнулась. -Ты всё-таки тогда слышал! Ну, ты же тогда, не сказал "да". Так что заходи. Эта просьба недействительна. Я не могу прогнать единственного друга по такой глупой причине. -Единственного друга? - Эзоп переступил порог с этим вопросом. -Да, знаешь, за эти три года я так и не сблизилась ни с кем достаточно хорошо. Я старалась быть милой и позитивной, но многим такое поведение не понравилось. Думаю, они посчитали мою дружбу притворством, и потому отстранились от меня. А я по другому не умею. Единственная с кем у меня хорошие отношения - хозяйка цветочного. Но она уже давно здесь не живёт. так что ты единственный, кто остался со мной, даже несмотря на то, что я тебя бросила. -Я не понимаю. Это не звучит как правда. - Эзоп сел за обеденный стол, где Карен уже налила чай. Эзоп не притронулся к нему, хотя в горле у него чувствовался ком вины. Сама же Карен уже пила его. -Но это то, как есть не думаю, что кто-то даже стал бы грустить обо мне, если бы Абсолютисты добрались до меня. Никто бы даже не пришёл бы на мои похороны. Более того, никто бы не устроил их. - девушка словно предчувствовала свою скорую кончину.       Эзопу даже нечего было ответить на это. Он лишь смотрел на лезвие клинка, который незаметно достал и скрыл его столом. -Ты даже ничего не скажешь?- с грустью усмехнулась Карен как раньше - Знаешь, это даже обидно.       Слёзы ностальгии навернулись на глаза Эзопа. Он впервые за долгое время хотел вернуться в прошлое. Просто, чтобы насладиться его моментами, как следовало. Сейчас он чувствовал себя очень плохо. Его дыхание сбилось из-за слёз и соплей. -Хотя ты знаешь, совсем недавно я нашла путь отсюда. Я не могу сказать тебе о нём, но возможно я всё же смогу убежать и.....Эзоп почему ты плачешь? Юноша молчал. Он не мог собраться с мыслями. Только клинок, в котором отражались его красные глаза, занимал его руки и голову. По плану Абисса он должен был уже занимать сердце Карен. -Знаешь, я только подумала, это и правда грустно. Возможно это наша последняя встреча. Так что плакать это нормально.- девушка сильно покраснела и начала тяжело дышать. Эзоп этого не заметил. Он лишь наклонил голову ещё ниже, словно извиняясь. Перестал дышать на секунду, и с выдохом дрожащим тихим голосом сказал.: -Это она и есть.- он метнулся так, что сбил девушку с ног. Он повис над ней с кинжалом в руках. На долю секунды он затормозил и посмотрел в глаза Карен. -Эзоп,- в них не было вины или злобы, в них было непонимание и слёзы. - почему...? - голос её звучал подавленно и слабо. Она даже не сопротивлялась, от чего Эзоп опешил.       Девушка закашлялась и отрубилась. Из её рта пошла зелёная пена, и её тело начало биться в страшных судорогах. Эзоп даже не успел коснуться её клинком и в испуге отошёл. Он не знал что делать. Первым его рвением было спасти - но ему всё равно придётся её убить. Оставить всё как есть? Вдруг Абисс заметит, и накажет его. Он понятия не имел что делать и в испуге продолжал сидеть на полу наблюдая за судорогами и конвульсиями тела.       В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, дверь заскрипела и в дом вошёл Абисс собственной персоной, маленький мальчик шмыгнул за ним. Абисс также возвышался над Эзопом. Теперь помимо презрения на его лице было видно усмешку. -И всё же ты не справился, Эзоп. Пойми я делаю это потому что отец Джин попросил меня присмотреть за тобой. Ты ещё слишком мягок. И покуда ты не будешь делать всё как следует, я и отец Джин будем направлять тебя. Юноша молчал, в ужасе смотря на Абисса. -Я ждал от тебя большего, извини. Но я знал, что ты можешь подвести, потому я попросил Хантаа добавить в чай Карен яд. Если бы ты соврал и помог ей бежать, вы бы оба лежали здесь. Во всяком случае, рад что ты жив. Ты ещё нужен Абсолюту.- слова Абисса никак не помогали Эзопу. Тот всё ещё был в состоянии шока. -Знаешь, - продолжил Абисс.- Я не знал, что ты так ненавидишь её, что даже не облегчил ей страдания.- только сейчас Эзоп обратил внимание, что девушка всё ещё бьётся в конвульсиях.- этот яд действует довольно долго, и заставляет изрядно помучиться. Но на то воля Абсолюта.       Эзоп дрожащими руками взялся за Φέρετρο του Κακού. Увидев в нём лишь испуганного себя. Он занёс его над телом девушки снова и ударил несколько раз, пока тело не стало полностью недвижимым.       Эзоп уже не помнил как он покинул Эльпиду, но он вернулся в Тельму. Образ города, который он видел когда покидал его несколько изменился. Теперь это был неприятный серый город, в котором царил разбой и отчаяние, их учиняли сами экзорцисты. Там Эзопа наградили за выполнение приказа повышением до экзорциста второго порядка.       Абисс и правда не сказал, о том что произошло в Эльпиде. Можно было подумать, что жизнь Эзопа стала лучше, но следить за ним так и не перестали. Повышение в статусе было лишь пылью в глаза. В остальном Эзоп остался не свободнее пса на цепи. Он всё ещё удерживал себя сам. Верой в то, что всё ещё служит благу. Но вера в своих соратников у него несколько пошатнулась. Он стал абсолютно нелюдимым и молчаливым. Казалось, он погрузился в себя. И выходил только когда, работал. Единственной целью в его жизни стала она. Он старался как можно лучше выполнять её. Казалось, он стал удобным инструментом Абсолютистов. В его голове было совсем пусто. Никто не проявлял к нему заботы, как и он ни о ком не заботился. Пока однажды Эзоп не услышал странную музыку поздно ночью, когда возвращался с ритуала. И он проснулся...