Я стараюсь быть лучше.

      Утро было холодным. Холоднее чем вчера. промозглый ветер гулял не только по городу, но и по комнате Эзопа, вбегая через его распахнутое окно.Эзоп не явился на утренний экзорцизм. Что довольно сильно раздражало батюшек. Муутуя направил Абисса проверить куда запропастился парень. Он с недовольством постучал в дверь Эзопа. Ему ещё не хватало выполнять такие мелкие поручения. За этот месяц презрения у Абисса к Эзопу меньше не стало. Его наоборот всё больше раздражало. -Просыпайся соня-засоня! -он хотел пихнуть дверь, но она уж и сама открылась без всякого сопротивления.- сегодня твой последний день так что лучше тебе.... Абисса обдуло холодным резким ветром и он увидел абсолютно пустую комнату. В ней не было не то, что Эзопа. Его привычных вещей не было. Так словно здесь никто не жил. Абисс несколько опешил и возмутился увидев это.       Единственное, что отличало эту комнату от пустых гостевых была странная бумажка прикреплённая к зеркалу в углу. Она колыхалась от ветра. Абисс с нарастающей злобой снял её и начал бежать глазами по ней. Холодный ветер жёсткой свежестью одувал его лицо. Слово за словом он становился всё злее, пока к концу прочтения не смял послание. Сказать, что он был зол - ничего не сказать.

***

      Вчера вечером Эзоп взял одежду, кошелёк, средства гигиены и пластинку, которую ещё не слушал до этого вновь. Комната теперь ощущалась для него несколько иначе. У него было немного вещей, но они всё же создавали некую индивидуальность и обстановку. Теперь же комната была совсем без них, и выглядела пусто и просторно.       Такой какой она выглядела четыре года назад, когда он переехал сюда. Покидать эту комнату ему было легко и свободно. Так, словно он мечтал уехать отсюда. Последним делом Эзоп написал письмо. Он долго не мог собраться с мыслями, но как только взял в руки ручку, то написал быстро и отрывисто, стараясь успеть до рассвета. До него оставалось несколько часов. " Дорогие мои братья и сестры. Я не был честен с вами. Не был честен с собой долгие годы. Я совершенно потерян. И я хочу отправиться на поиски себя. Вы не разрешите мне этого. Но я больше не буду вас слушать. Я слушаю только Абсолюта. И он говорит мне, что я должен так поступить, потому что он любит меня. Я оставляю свой пост Экзорциста. Возможно, когда-нибудь я вернусь. Извините. Я обязательно постараюсь стать лучше. И я стану лучше.

с искренними извинениями, Ваш брат Эзоп Карл"

      Эзоп покидая свою комнату был весьма осторожен, стараясь никого не разбудить. Он мог только гадать, что ждёт его за это. Абисс наверняка разозлится. В последнее время он довольно часто срывался на окружающих, потому что не мог самоутвердится своим любимым способом. Возможно церковь никогда не простит Эзопа за такой побег. Но если бы он не сбежал, он бы никогда не простил этого себе.       Чемодан Эзопа был невероятно лёгким, настолько, что казалось, что его может ветер сдуть. Торопливыми шагами юноша выбежал на площадь вокзала в поисках Виктора. Вокзал был единственным местом, через которое можно было сбежать из города, так что было логично искать его здесь.       Какое-то время Эзоп не мог его найти, он обошёл пустой вокзал, думая, не ошибся ли он. Но волновался зря. Шутливый молодой человек вошёл вместе со своим чемоданом. Он увидел Эзопа и весело помахал ему рукой. Тот также более робко помахал ему в ответ. -Я рад, что ты здесь, дружище. Но ты уверен, что ни о чём не сожалеешь? Ты прожил здесь всю свою жизнь.       Эзоп состроил серьёзное лицо, будто думал секунд пять и отрицательно помотал головой. Сожалеть ему было о чём, но ему не хотелось. -Тогда ладно. - Виктор снова улыбнулся.- Я рад знать, что ты хочешь поменяться. Эзоп улыбнулся в ответ, но его улыбка была довольно кривой и неестественной. Всё же он улыбался не так уж много раз в своей жизни. Виктор немного усмехнулся смотря на это лицо. Но без попытки задеть его. -Знаешь куда мы собираемся? Эзоп отрицательно покачал головой. Он просто хотел следовать за своим спутником. -Правда? - он сделал удивлённое лицо. - Я тоже не знаю. Давай попробуем сесть на первый поезд, который приедет.       Эзоп выглядел несколько обеспокоенным. Он ожидал элемент случайности в их путешествии, но не настолько случайных решений. Всё же такие необдуманные действия могли привести к не очень хорошим последствиям. Не успел он возразить, как к станции прибыл первый поезд. Эзоп даже не успел прочитать куда он едет, как Виктор схватил его за руку и затащил с собой. Эзопу было немного тревожно, но он не сопротивлялся. Он постарался найти это забавным, а не безрассудным. Во всяком случае, он уже доверился Виктору.       Поезд оказался довольно пустым, лишь пара-тройка человек на вагон. Неудивительно - в такую рань никому не хотелось ехать куда-либо. В их вагоне оказалось суммарно человека четыре, включая кондуктора. И все довольно мирно дремали. Обстановка и правда располагала ко сну. Выбрав самый дальний угол Виктор предложил Эзопу место возле окна. Ещё пара минут и поезд тронулся.       Железная машина отстукивала свой постоянный ритм, пока уносила своих пассажиров всё дальше и дальше от Тельмы. Эзопу не было печально, он как будто отпускал что-то, что давно хотел отпустить и начинал всё сначала. Он довольно мечтательно смотрел в окно, прощаясь с местом, в котором провёл столько моментов. Он просидел так некоторое время, пока не поймал на себе заинтересованный взгляд Виктора. У того было довольно забавное лицо. Виктор прищурил глаза и согнул указательный палец на губах. Выглядел он несерьёзно. Он выглядел так, словно пытался узнать Эзопа по одному взгляду. Но как только понял, что его заметили изменился в лице и спросил: -Ну, Эзоп, не хочешь рассказать о себе?       Эзоп несколько опешил от этого вопроса просто потому что всегда жил в обществе, в котором никто никогда не спрашивал его о прошлом. Они как будто всегда знали кем он является, и не интересовались. Да и спроси они... Все же и так знали кто он, откуда, и что делает. Мысль о том, что Виктору придётся рассказывать всё в первый раз, раньше не посещала его. Ранее ему не приходилось рассказывать свою жизнь и сейчас ему было сложно. Он не мог найтись в словах и Виктор заметил это. Дабы продолжить беседу он постарался заговорить сам. -Давай я попробую угадать - весёлым голосом сказал он и приложил указательные пальцы к вискам. Он крутил ими так, словно пытался выведать правду об Эзопе, что вызвало небольшую усмешку.- ты очень отзывчивый человек, готовый придти на помощь. Эзоп улыбнулся и мотнул головой. - Что? Нет? Почему же ты тогда помогал мэру с его детьми? -Тут скорее дело в том, что я не смог отказаться. -Это всё равно довольно мило. Ты хотел помочь детям с их страхами, хотя мог бы просто с ними поводиться. -Думаю, нам просто повезло встретить тебя. -Так ты не специально меня тогда искал? - в шутку спросил Виктор. -Нет, я увидел тебя совершенно случайно.- не понимая шуточного тона ответил Эзоп -Тогда знаешь что это? Похоже судьба. -Судьба? - он воспринял эти слова слишком серьёзно, по его мимике было видно. Он застыл на секунду, обдумывая это. И оставался серьёзным даже после раздумий. Виктору показалось то, как он буквально воспринимает некоторые вещи по-своему милым. - Во всяком случае, ты обо мне тоже знаешь немного. - Возможно - глаза Эзопа стали несколько задумчивыми. Но он подумал о том, что в юноше было что-то чему доверял Эзоп. - но я знаю, что ты любишь играть на аккордеоне.... -Верно... Ха. -.... довольно глубокие печальные песни. По тебе и не скажешь, что ты любишь такое. Как странно, что они так контрастируют с тобой. Словно ты что-то скрываешь.       Виктор на мгновение перестал улыбаться и его лицо выглядело довольно удивлённым с нотой испуга. Его глаза забегали и остановились на своём аккордеоне, который лежал в чехле. -Говоришь я играю очень печальные песни? -Да. Они прекрасны. Тебе никогда не говорили этого? -Нет... Я думал, что людям просто не нравится моя музыка... -Почему? Она звучит довольно складно. -Да? Эзоп утвердительно качнул головой. -Они умеют погружать в печаль, но эта печаль по своему прекрасна. Я как будто смотрю на себя со стороны, и меня уносит. Мне сложно описать свои чувства, но я очарован. -Рад, что тебе понравилось, но я не хотел погружать тебя в печаль. Это не то, что я хотел, чтобы моя музыка вызывала. -Правда? Тогда почему ты играешь такие песни? -Сам не знаю. Проблема в том, что я их совсем не слышу.- Он повертел указательным пальцем около своего правого уха. Голос звучал с сожалением. -Почему? -Это часть моего договора. -Какого договора? - голос Эзопа звучал несколько настороженно. -Ты же Экзорцист.- сказал Виктор. Эзоп подумал, что юноша хочет увильнуть от ответа.- Наверняка, встречал в своих книжках такие случаи как "договор с Дьяволом" или, как у вас говорят, "Изменчивостью".       Договор с Изменчивостью и правда встречался в священных писаниях. Описывался он как добровольный пакт между человеком и Изменчивостью, при котором первый добровольно отдавал свою душу в замен на дары. Случаев таких было описано немного, но практически во всех случаях такие люди приобретали демонический вид и несли зло. Они часто были громкими и разрушающими. Не каждый экзорцист мог бы совладать с таким. Им приписывалась недюжинная сила и мистические способности.Но таких людей не было уже долгие годы, если не десятки лет.       Эзоп не мог поверить своим ушам. Виктор выглядел отдалённо похоже на такое, но он всё равно больше напоминал человека. Эзоп и не думал, что Виктор способен на подобный поступок. Да и для чего такому человеку нужна была сила "дьявола". Эзоп многозначительно замолчал. Повисла довольно неловкая тишина. Пока Эзоп не ответил: -Да, я знаю...- тишина снова повисла между ними. -Теперь ты разочарован? - спустя пару минут сказал Виктор. -Нет... -Хорошо, я был уверен, что ты разочаруешься. -Я думаю, у тебя должна быть.... причина.- он сам себе не верил, но он хотел верить в своего собеседника потому как обратного пути не было. Возможно, дело было в симпатии, ему не было свойственно резко менять своё мнение о человеке. -Ага. - Виктор стал несколько печальным, понимая, что Эзоп врёт сам себе. -Но твоя музыка всё ещё прекрасна. Я бы не отказался её послушать ещё. -Правда? - Виктор достал свой аккордеон и положил пальцы на клавиши.- А могу я попросить тебя об одолжении? -Да? -Можешь напеть мне, что я играю. Я хочу услышать. -Но у меня совершенно нет в этом опыта. -Это неважно. Даже если будет звучать плохо, я буду тебе благодарен.       Виктор начал играть песню. Она отличалась от того, что слышал Эзоп ранее. Он не с самого начала подхватил, но всё же неуверенно прерываясь, чтобы сделать вдох произносил слова песни. Они звучали вяло, некрасиво и без каких либо эмоций. Кто-то мог бы спутать его пение с синтезатором речи, читающим текст по бумажке, но Виктор вкрадчиво слушал, пытаясь поймать каждое слово. -Город из тех, что хочешь.... хочешь быстрей покинуть.....Песни Полярной Ночи.... во сне.       Пение было довольно плохим, это можно было услышать просто по первым нотам. Эзоп не попадал в ритм, и тон, но зато абсолютно точно повторял текст. -Кладбище самолётов.....Я никогда не стану частью больших историй..... и пусть... Солнце утонет в море, где-то там за домами......Я непременно вскоре проснусь....       Виктор не слышал своей игры, но вполне точно ощущал, когда и какие клавиши он нажимает. Потому на последнем припеве он начал качать головой. -Съедают мои детали ветер и снег.Давай! Куда бы мы не летали......Вспоминай, вспоминай, вспоминай, вспоминай.       Музыка как будто и правда была волшебной. Объединяла демона и экзорциста вместе. Она была довольно печальной, но западала в душу Эзопу, а неуклюжее пение Эзопа западало в душу Виктору. Раньше для него никогда не пели. Для него большее значение имел сам жест Эзопа, чем качество его пения.       К концу песни, Эзоп от напряжения пустил слезинку и тут же её вытер. На его лице была улыбка, такая же корявая. Немного жуткая и странная, но зато искренняя. -Очаровательно - сказал вслух Виктор, смотря на Эзопа. Но тут же закашлялся. И продолжил, дабы это было не воспринято неправильно. - ты спел очаровательно. Эзоп продолжал улыбаться. -Мне понравилось. - вскоре добавил Эзоп. -А что такое самолёты? -Интересный вопрос, ты никогда не был на самолётах? Самолёты это....

***

      Город, в который они прибыли во второй половине дня, оказался неожиданностью для них обоих. Это был довольно тёплый юго-восточный город - Беллюс. Здесь было немноголюдно, но довольно уютно. В какой-то степени Беллюс напоминал Эзопу Эльпиду, от чего он почувствовал смутный запах ностальгии. Немного погружённый в неё, Эзоп стоял на светлом жёлтом вокзале в раздумьях. Виктор же, вышедший вторым, был в восторге. Он с упоением вдыхал запах нового города. Он пах сахаром, карамелью и тыквами. Для Эзопа он пах печалью.       Красноволосый парень похлопал Эзоп по плечу. Улыбка его сияла как обычно. Виктор довольно быстро читал настроение потому спросил: -Эзоп что-то не так? Тебе не нравится город? -Нет, нет - Эзопу не хотелось портить настроение Виктору своими внезапно наплывшими воспоминаниями.- Просто вспомнилось кое-что. Это неважно. Давай пойдём найдём место для ночлега. -Вот, как - Виктор понимающе покачал головой. - Раз ты пока не хочешь говорить об этом, то ладно. Но подожди, давай попробуем эти замечательные тыквенно-карамельные крендели! Ими весь вокзал пропах. - он указал на маленький вагончик продававший эти крендели. Запах и правда был замечательный. Запах свежей выпечки перемешивался с пряным запахом тыквы, и сладкой карамели. Эзопу этот запах казался приятным, но не настолько чтобы захотеть купить один.       Но тем не менее, через пару мгновений Виктор уже быстрым шагом оказался у вагончика. Он мило болтал с продавщицей о чём-то. Смотря на Виктора в отдалении, Эзоп чувствовал это тепло. Всё же ему нравилось смотреть как аккуратно и мило парень двигался. Через минуту, когда Эзоп подошёл к вагончику, Виктор уже успел купить пару кренделей и направился к нему навстречу. Он протянул один из них Эзопу и сказал: -Эта милая продавщица подсказала, где мы можем остановиться. Эзоп откусил кусок кренделя. Он был довольно горячий, словно только из печи, но зато он мог ещё лучше чувствовать его аромат. Эзоп сказал сквозь жевание: -Да? Где находится этот хостел? -К сожалению, тут нет как таковых хостелов.- повёл плечом Виктор, также жуя свой крендель. - О, этот крендель просто тает во рту. Лишний раз напоминает, что жизнь прекрасна. -Ты не закончил. Где мы будем искать место для ночлега? -Тут неподалёку - Виктор откусил ещё кусок.- есть постоялый двор. Они ещё работу предоставляют в своей пекарне. Так что на первое время сойдёт. И если захочешь можешь попробовать себя в другой профессии. - Виктор выглядел довольно воодушевлённым таким решением. -В другой профессии? Я и не думал, что... - Эзоп никак не мог представить себя в роли кого-то другого, кроме как экзорциста. От чего у него был естественный страх перед чем-то новым. -Ты же не хотел продолжить быть экзорцистом, но уже здесь? -Нет. -Тогда это отличный шанс, чтобы измениться. -Наверное. -Эзоп хотел верить, что всё так и будет.       Как только они закончили есть крендели, они направились к этому самому дому. Вдали на горизонте Эзоп видел кое-что, что смущало его. Это было высокое тонкое здание, с изображением перекрестья на самом верху. Это была церковь Абсолюта. Эзоп знал, что по всей стране таких церквей много и ему просто оставалось надеяться, что городок не очень религиозный. Его беспокоила перспектива того, что церковь Тельмы могла разыскивать его. Он бы подумал об этом ещё дольше, как вдруг его отвлёк голос Виктора. -Вот это дом! -он показал на дом слева от них.- "Выпечка для Души". Выглядит мило. Давай постучимся.       Не успел Эзоп что либо сказать, как Виктор уже задорно три раза постучал в деревянную дверь. Её открыла довольно высокая и крепкая молчаливая женщина. Изначально она могла вызвать некие опасения, но она не выглядела враждебно. Виктор же вполне обычно завязал беседу. -Здравствуйте. Мы - путешественники. Одна милая женщина нам сказала, что вы предоставляете жильё и работу. -Да, предоставляем.- у женщины был низкий бархатный голос.- Но она довольно тяжёлая. -Ничего! Справимся.- Весело ответил Виктор. Эзоп не слишком разделял его оптимизм. -Отличный настрой. Хоть и вид у вас странноватый, ребята. Но помощники мне и правда нужны. Проходите.- женщина пропустила их в довольно большую пекарню. Она была выстроена из кирпича, но обита деревом. Так что это придавало некий эффект старины. Хозяйка пекарни провела их на второй этаж в самую дальнюю дверь коридора. Комната оказалась просторной и по своему очаровательной. Предметы казались чуть-чуть больше обычных, как будто люди живущие здесь чуть-чуть великаны. В комнате была пара удобных стульев, один большой шкаф, пара тумбочек и одна большая кровать. Она могла бы поместить двух худых людей, разве что им пришлось бы находится довольно близко к друг другу. -Мы искали одного работника, потому здесь только одна кровать. Если останетесь надолго можем со временем сделать вам две кровати. Обустраивайтесь и как только переоденетесь в форму - спускайтесь вниз, я всё покажу. Она показала на две формы, которые достала из шкафа. Они выглядели несколько великовато.       Это не то чего ожидал Эзоп. Ему нравился Виктор, но к такому быстрому нарушению своего личного пространства он готов не был. Виктор же старался держаться как обычно, раскладывая свои вещи по полкам. Эзоп с непривычки наблюдал за ним, он даже сам не мог объяснить, почему хочет смотреть на него. Виктор довольно быстро управился с вещами из чемодана и выбрал форму, которая более менее подходила для него. Положив форму на стул, он начал снимать пиджак.        Взгляд Эзопа упал на шею парня. Она была довольно изящной и гладкой на вид. И только сейчас он понял, что смотрит как кто-то раздевается от чего ему стало максимально неловко. Эзоп немного покраснел и постарался отвести взгляд. Он поспешил также поскорее переодеться, не думая о том, что Виктор мог его заметить.       Как только он натянул рубашку - посмотрел на себя в зеркале. Рубашка болталась довольно свободно,а рукава слегка закрывали локти. Длинные штаны он натянул практически до рёбер. Только так они не волочились по полу. по хорошему костюм нуждался в ушивании. Пока он осматривался он заметил заинтересованный вид Виктора на себе. Он довольно быстро смутился и отвёл взгляд. -Ну, что пойдём? -спросил Виктор. Эзоп утвердительно качнул головой.

***

      Работа и правда была не из лёгких. По началу приходилось таскать тяжеленные мешки с мукой и сахаром с одного места на другое. Сначала можно было подумать, что владельцы пекарни стараются загрузить молодых людей как можно больше. Спустя несколько часов упорной работы, ноги Эзопа невероятно болели. Он никогда не испытывал такую усталость раньше. Он проводил много времени в тренировках на силу и ловкость, но не на выносливость. Тренировки экзорцистов и не были рассчитаны на долгую драку.       Виктор же выглядел довольно бодро, так как будто был создан для тяжёлой работы. И Эзоп ему даже немного завидовал. "Быть тем, кто может так легко адаптироваться к новой жизни, наверное, здорово. - промелькнуло в его голове. - сколько времени пройдёт прежде, чем я смогу также. И смогу ли вообще." Это слегка печалило его. Он понимал, что начинать сначала всегда сложно, но он никогда не начинал снова прежде. Эзоп тяжело вздохнул и продолжил работать.       К концу рабочей смены, поздно вечером, у него теперь болели ещё и руки. И желания что-либо делать не было никакого. Эзоп соврал бы себе, если бы сказал, что мысли о том, что он не хочет здесь быть, не было. Его откровенно изнурила тяжёлая работа, но так работал мир, потому он покорно принимал его.       Хозяйка, как и обещала, поделилась с парнями ужином. Это было довольно сытное рагу из моркови, картошки, капусты и лука. Ещё к нему добавили кусок баранины. У этого ужина была своя эстетика, и запах чего-то родного и домашнего. Виктор с аппетитом съел предложенную ему порцию чуть ли не за пять минут. А Эзоп возился с бараниной. Мяса у Абсолютистов практически не бывало, и он просто несколько неуклюже его разделывал. Закончив с ужином, Виктор болтал с хозяйкой о жизни, людях, они говорили так словно были знакомы сто лет. Эзоп же чувствовал себя немного лишним. Но то, что помимо хозяйки были её довольно молчаливые дети и муж несколько сглаживало ситуацию. Они медлительно ели свою еду с полным спокойствием.       Вечер быстро подошёл к концу, и все разбрелись по своим комнатам. Эзоп был рад этому. Мышцы порядком побаливали и он был бы рад опуститься в кровать и поспать. Только сейчас он вспомнил, что кровать у них в комнате всего одна. Это бы не слишком напрягало Эзопа, который только пустился в путешествие, но сейчас усталого и измотанного несколько волновало. В таком состоянии он не хотел, чтобы в его личное пространство вторгались. Заметить, что он был расстроен, потому что у него не будет личного пространства можно было по его лицу, которое стало ещё печальнее, как он увидел кровать. И Виктор это заметил. Эзоп задумчиво стоял над ней размышляя, не слишком ли холодно будет спать на полу, и как это отразится на его спине.       Виктор бы и уступил ему место, но сам валился от усталости, потому просто лёг на левый край кровати на левый бок. Он повернулся спиной так, чтобы меньше всего беспокоить Эзопа. Того вполне устраивал такой расклад, потому он лёг на правый край кровати на правый бок. -Ну и вымотался я сегодня - сказал Виктор и зевнул.- Надо хорошенько выспаться, завтра большой день. Спокойной ночи, Эзоп. -Ночи. -Эзоп хотел поскорее провалиться в сон. Хотя это сложно было назвать сном. Последние лет пять ему ничего не снилось, или он не помнил этого. Он не был расстроен этим фактом. По крайней мере ему не снились кошмары. Сон его был личным пространством, в которое никто не мог бы ворваться.       Эзоп медленно погружался в пустоту пока не заметил, что пустота замещается чернотой. Тягучей склизкой и неприятной. Она покрывала всё, и создавала странные очертания около Эзопа. Первым Эзоп заметил восторженные крики толпы и голоса, напоминавшие батюшек. Всё это было очень мутным. он отчётливо слышал "Давай!", "Сделай это!".Эзоп не делал ничего. Эзоп стал возвышаться над каким-то подобием горы, не имевшей чётких очертаний.        Со временем чернота стала напоминать головы, застывшие в крике. Эзоп заметил, что чернота стала приобретать багрово-красный оттенок. Помимо этих странных голов, которым, кажется, не было числа, появлялись полноценные фигуры. Среди них были силуэты разных форм и размеров. Они имели очертания людей, но как будто ими не являлись. Они начинали кричать довольно мерзкими голосами, напоминающими ультразвук и с каждой секундой становились всё громче. Фигуры внезапно что-то шептали. Что-то непонятное, пока Эзоп не начал слышать слова. -Чудовище! Демон! -Посмотрите, что он натворил! -Он просто без сожаления зарезал эту семью! Посмотрите, он даже ничего не говорит. -А сейчас пытается забыть, что он чудовище. Прячется за маской человека! Эзоп потрогал своё лицо, напуганный этими выкриками и заметил, как оно легко отпадает ему в его уродливые лапы. Оно было и правда похоже на маску. Но что же было под ним? Он стал ощупывать его, пытаясь найти очертания человека. -Нет! Я не чудовище. - он не мог найти хоть что-то человеческое. Всё лицо было покрыто буграми рогами и выступами. - Я человек! Я всё ещё человек. - голос звучал его тихо и отчаянно. В это время толпа оказалась невероятно близко. На вид было человек десять. Они все тянули к нему руки. Каждый пытался ухватиться за него, и прикасаясь к нему что-то выкрикивал. -Вот его демонические рога! -Вот его отвратительный хвост! -Огромный нос чудовища! Пытаешься забыть кто ты есть? Не выйдет! -Ступив однажды на эту дорожку чудовищем и останешься. -Отродье Изменчивости. Эзоп чувствовал каждое их прикосновение. Ощущал по-настоящему. Склизкие руки будто проникали сквозь него. Пытаясь достать его сущность. распотрошить и уничтожить. Это было жутко неприятно. Он думал это никогда не кончится. Его уши поглощал нескончаемый шум, будто кто-то скрёб по его черепу изнутри.        Внезапно что-то схватило его за руку и утянуло за собой подальше от толпы. В другое пространство. Пространство было странным, оно сплошь состояло их пушистых холмов. Гладких как шёлк. Он чувствовал руку, хоть и не видел её. Он слышал мягкий голос "Всё будет хорошо" и успокаивался. Он захотел протянуть руки к этому голосу и ощутил что-то мягкое. Что-то очень гладкое и тёплое. ему хотелось прикоснуться ещё. И он нащупал что-то напоминавшее и мех и шёлк одновременно, к тому же оно ещё и приятно пахло. Подобно колосьям ячменя после запарки, сладко и успокаивающе. И тут Эзоп понял что проснулся.       Он не ожидал, что во сне развернётся к своему соседу. Он ворочался на кровати, но чтобы так - нет. Левая его рука оказалась в руках Виктора. Это не было неприятно. У него были тёплые нежные руки, которые будто даже и не трогали его руку. А правая рука Эзопа оказалась на красных волосах, чуть ли не на щеке парня. Похоже тот шёлк, что он нащупал пару секунд назад как раз и были волосы Виктора. Эзоп был в некотором смущении. Он не любил, когда вторгались в его личное пространство, как и нарушать чьё-то. Но можно ли назвать это нарушением, если Виктор сам держал его за руку. Парень мягко сжал его руку, невнятно пробормотав: "вс будт ховошо". Его голос звучал очень спокойно и нежно.Он почти сразу разжал пальцы. В небольшом недоумении он полежал так ещё пару секунд, прежде чем убрать правую руку. Он аккуратно убрал её с лица Виктора, но не рассчитал, что бьющее из окна солнце попадёт тому в глаза. Виктор недовольно поморщился и легонько сжал руку Эзопа, прижимая её к себе.       Эзоп был ещё в большей растерянности, отсчитывая секунды до того, как Виктор проснётся. Ждать долго и правда не пришлось. Парень открыл свои глаза и встретился взглядом со смущёнными глазами Эзопа. Виктор сначала не понял, покуда не увидел что держит его руку. Он легонько убрал свои руки и зевнул прикрыв рот. -С добрым утром, Эзоп.- парень приподнялся на руках и ещё некоторое время потягивался в кровати. -Утра. - голос его в этот раз был скорее смущённым, чем усталым. Эзоп также приподнялся, но поспешил покинуть кровать.       Утро началось и всё шло своим чередом. Виктор практически до полудня всё время зевал и сонно моргал, пока они с Эзопом выполняли утренний замес теста для тыквенных приожков.       Эзоп хотел начать разговор, чтобы поинтересоваться состоянием друга. Но всё никак не мог подобрать слов. Покуда Виктор сам не начал беседу, во время вымешивания теста: -Эзоп, тебе снятся сны? Вспоминая кошмар пятилетней давности и сегодняшний, ему не хотелось о них говорить. Потому он просто помотал головой. -Я их не помню. -Вот, как. А я свои отлично помню, только чаще всего бред полный - он продолжал зевать.- Сегодня вообще мне глаз сомкнуть не дали. Такие странные. А описать не могу. Эзоп утвердительно качнул головой. -А ты уверен, что тебе не снятся кошмары? - Виктор был на удивление проницателен, или же это была просто удача. -Возможно. -Раз ты их не помнишь, это к лучшему - продолжил Виктор.- Но если они тебе снятся, то тебя что-то терзает. Я к чему это спросил, сегодня ночью ты говорил очень странные вещи во сне. Ты не хочешь поговорить об этом? - Виктор говорил это весьма непринужденно, пока тесто в его руках становилось всё мягче. Он приложил немного больше сил и маленькое облачко муки поднялось к его лицу. Он чихнул, и оказался чуть испачкан в муке. Это вызвало небольшой смешок у Эзопа. Виктор выглядел забавно.       Изначально Эзоп хотел увильнуть от ответа, как он делал это обычно. Но он понимал, что давно хотел хоть с кем-нибудь поговорить по душам. Эзоп кивнул головой. -Я соврал... Мне и правда снятся кошмары. Они не частые. Но я не знаю, почему это происходит. -Понимаю. О кошмарах сложно говорить. Я бы тоже не хотел говорить о своих. Что больше всего пугает тебя в этих снах? -...- Эзоп несколько задумался вспоминая.- Люди. По большей части это люди. -Люди, значит.-задумчиво сказал Виктор. - Что они делают в твоих снах? -Ничего особенного. Чаще всего - Эзоп сложил свои кисти вместе на мгновение - они хватают меня, и стараются убить. -Звучит жутковато. - он заметил то, как Эзоп сложил руки, и как ему неприятно говорить об этом. - Они говорят что-нибудь? -Да. - взгляд его старался избегать Виктора. Виктор выждал паузу, ожидая, что Эзоп расскажет ему. -Они старались убедить меня, что я чудовище. И то, что я делаю ужасно. Но они сами просили меня сделать это. -Что они просили сделать тебя в этом сне? - В этом сне я... проводил экзорциpцизм, но я не могу сказать, что помню как. -Понятно. А другие кошмары были похожи на этот? -Их не то чтобы было много, но я и правда был экзорцистом в своих кошмарах. Но я ничего не мог сделать.- глаза его выглядели несколько обеспокоенно, когда он описывал свой сон. -Возможно, это просто ты так реагируешь на смену обстановки. Всё же это было довольно резко.- постарался успокоить его Виктор - Наверняка, это скоро пройдёт. -Ага. - Голос Эзопа не звучал убеждённым.       Домешивали тесто они уже молча. В целом день выдался и правда тяжёлым, но скорее из-за объёма работы. Практически весь день они учились тому, как правильно формировать выпечку, рассчитывать процент сахара и муки, что Виктору казалось очень весёлым. Эзоп же относился к этому как и к любой другой работе - ответственно, но без всякого интереса. Он даже выглядел несколько скучающим, возможно потому что опять погрузился в свои мысли.       Такой отстранённый вид Эзопа беспокоил Виктора. Он мог показаться излишне навязчивым со своим оптимизмом, но он всегда делал это с благими намерениями. -Эзоп, тебя что-то беспокоит? -Виктор подошёл к нему на обеде. Когда Эзоп по каким-то причинам решил пообедать на свежем воздухе. Парень выглядел улыбчиво как и всегда.- Ты так внезапно ушёл из-за стола. -Здесь думается лучше. - сказал Эзоп подразумевая тихое открытое пространство. -Понятно. О чём думаешь? - Виктор сел рядом на скамейку. -О том, куда моя жизнь меня ведёт. -Ты сожалеешь о том, что пошёл со мной? - несколько грустно спросил Виктор. -Нет. Просто всё такое... Другое. - Эзоп кажется не заметил интонации и просто ответил, как думал. -Другое, в плане? -В плане всего. Другая еда, другие отношения с людьми. Другая работа. И я не знаю, что чувствую. -Ага... - Виктору было понять непросто, потому как вся его жизнь состояла из изменений и " постоянство" это явно не то слово, которым можно было описать его жизнь. -Знаешь, я всё же рад возможности что-то поменять. -Правда? Ты не скучаешь по своей прежней жизни? -Не знаю. - Эзоп не мог дать однозначного ответа.- Мне нравилось служить во благо жизни и Абсолюта, но я .... я несколько потерял чувство того, что поступаю правильно. Смешно, правда? -Почему же? Это довольно грустно. -Ты не понимаешь. Я свою осознанную жизнь долго шёл за Абсолютом и не сомневался в нём. Чтобы не приходилось делать, ответом всегда было " Такова воля Абсолюта". Я должен был быть защитником людей. У меня всегда был ориентир и ультимативный источник ответов. И сейчас, когда у меня было всё для спокойной размеренной жизни, я не уверен, что поступаю правильно. Из меня вышел плохой экзорцист. - Эзоп грустно усмехнулся над этим.- Смех, да и только. Я даже не буду против, если Абисс и отец Муутуя найдут меня такого непутёвого, и выбьют всю дурь. -Звучит грубо. - Виктору очень не нравились такие слова Эзопа. Ему не нравилось то, как он ставил выше своих чувств веру в существо, в котором сам был неуверен.- Это ведь то, что ты правда чувствуешь. - от наплыва эмоций он взял его за руку. - Быть потерянным абсолютно нормально. Я понял это не так давно. И знаешь, я почти всю свою жизнь потерян. -Потерян? - слова Виктора немного насторожили Эзопа. Эзоп доверился ему и следовал за ним, как за источником альтернативной мудрости, как за своей надеждой. В его голове и мысли не было, что Виктор сам может быть потерян. -Ещё как. Думаешь, отчего я путешествую тут и там? - в голосе его звучала печаль. Он хотел выглядеть усмешливо, улыбаясь. Но его голос выдавал его. Виктору явно было не до смеха. - Я ищу место, где я мог бы остаться уже долгие годы. А после того, как заключил сделку это сделать оказалось ещё сложнее. -...-Эзоп промолчал, стараясь осознать всё то, что сказал ему Виктор.- Не расскажешь мне, почему, что ты покинул свой дом?       Подул слабый ветерок, сквозь который Эзоп посмотрел в глаза Виктору. Его красные волосы колыхались подобно пламени. Глаза были полны печали. По ним можно было понять, что Виктору в некоторой степени неприятно вспоминать детали прошлого. Как-никак он всегда был сфокусирован на настоящем. На том, кем он является сейчас, а не на том кем он был. Виной ли тому было отвращение к собственному виду, или какая-то травма в прошлом. -Это было очень давно...-голос его звучал несколько иначе. С некой скрипоцой, подобно мелодичной двери. Ещё точнее Эзоп уловил в его голосе мотивы аккордеона. Возможно ему показалось, но он не посчитал это странным.