All Dolled Up | Наряженный В Куклу

И вот так Джордж оказался во власти человека, который хотел превратить его в куклу. Чёртову куклу… Джордж продолжал извиваться, балансируя на бедре Дрима. Это слегка нервировало Джорджа. Мужчина должен быть довольно сильным, чтобы он мог делать это так легко. Конечно, Джордж не был крупным, но и маленьким его назвать было нельзя. Парень, превращённый в куклу, замахнулся на своего похитителя, однако удары были сильно смягчены мягкими рукавицами, застёгнутыми на запястьях. Дрим усмехнулся действиям своей куклы, заставив его покраснеть ещё сильнее. Дрим чмокнул его в нос, и Джордж сморщил лицо в знак протеста. — Хорошо, Долли, как насчёт того, чтобы мы приготовили тебе что-нибудь на обед? Может быть, тогда ты перестанешь суетиться. Конечно, Джордж не мог ответить. Его рот до сих пор заклеен скотчем. Он мог издать только простое: — Ммм! — Я приму это как «да», — заключил Дрим, неся Джорджа на кухню. Там его быстро усадили в большой деревянный стульчик для кормления. В ту секунду, когда он сел, Дрим схватил его за запястья и привязал их кожаными ремнями, прикреплёнными к подлокотникам высокого стульчика. Затем он подтолкнул маленький деревянный столик. Дрим вдруг потянулся и сорвал ленту со рта Джорджа. Связанный парень глубоко вдохнул свежий воздух, а также открыл и закрыл рот, чтобы размять больные мышцы. Дрим улыбнулся и ущипнул его за щёку, после чего повернулся и подошёл к стойке. Хотя Джордж не хотел разговаривать со своим новым похитителем, он всё же хотел получить ответы. — П-почему? Зачем ты это делаешь?! Что ты собираешься со мной сделать?! Дрим просто проигнорировал неистовые вопросы своей куклы, поставив на столик банку с кашицей. Он открыл крышку и окунул силиконовую ложку в бледно-зелёную полужидкую массу, а затем поднёс её к лицу Джорджа. Джордж откинул голову назад, стиснув зубы. Сладкая улыбка Дрима стала кислой. — Долли, ты должен поесть, — сказал он, прижимая ложку к губам своей куклы. Джордж только повернул голову в сторону, полностью избегая ложки, наполненной кашицей. Дрим пытался заставить его поесть ещё несколько минут, пока его терпение не лопнуло. — Я бы посоветовал тебе не злить меня, Долли… — сказал он угрожающе, отчего по спине Джорджа пробежала дрожь. Тем не менее он отказался есть. Не только потому, что каша выглядела отвратительно, но и потому, что он понятия не имел, что мог положить в неё его похититель. «Еда» вполне могла быть очень сильно накачана наркотиками или ещё чем-нибудь похуже… В голове Джорджа зазвучал сигнал тревоги, когда он почувствовал, как рука зажала ему ноздри. Скоро дышать через нос будет невозможно. Примерно через тридцать секунд Джордж больше не мог задерживать дыхание. Он не разжал челюсть, но приоткрыл губы, дыша сквозь зубы. Это только ещё больше разозлило Дрима. Он воткнул ложку в банку и схватил Джорджа за волосы, грубо оттянув его голову назад. Дрим приблизил своё лицо к Джорджу — на нём отразился ужасающий гнев. — Слушай сюда, Долли. Сейчас ты откроешь свой ёбанный рот и позволишь мне накормить тебя. Если ты всё равно будешь вести себя, как маленькое отродье, тогда я возьму молоток и выбью тебе все зубы до единого… Понял? — сквозь зубы спросил Дрим, снова дёргая Джорджа за волосы, чтобы тот понял его угрозу. Хотя Джордж был парализован страхом, он медленно кивнул головой, подтверждая, что понял. — Хорошо… — сказал Дрим почти без эмоций. Он отпустил волосы своей куклы и снова взял ложку, держа её перед ртом Джорджа. Медленно, но верно Джордж открыл рот, впуская мягкую пищу, и его лицо загорелось, когда он это сделал. Как только еда попала ему на язык, он слегка подавился — ужасная кашица нарушила его вкусовые рецепторы. Если Джордж угадал, каша должна была быть детским питанием со вкусом гороха, но на вкус она больше напоминала рвоту. Прежде чем он успел проглотить первую ложку каши, ему в рот засунули ещё одну, отчего его снова затошнило. Прошло совсем немного времени, и щёки стали пухлыми от мерзкой пищи. Вскоре ему пришлось всё проглотить, дрожа от отвращения. Когда он сглотнул, Дрим заворковал над ним своим приторно-сладким голосом. — Чугга, чугга, чугга, чу-чу! — пел он, запихивая очередную ложку мучительного детского питания на язык своей куклы. К тому времени, когда банка почти опустела, Джордж разрыдался, всхлипывая и от отвращения, и от унижения, пока его насильно кормили. Наконец-то банка милосердно опустела, и Дрим улыбнулся, вытирая грязное лицо своей куклы салфеткой. — Видишь? Разве это было так трудно, Долли? — спросил он, целуя покрасневшую и залитую слезами щёку рыдающего парня. Затем Дрим подошёл к холодильнику, достал бутылку молока и принёс её своей кукле. Джордж, хотя и с неохотой, в конце концов поднёс бутылку к дрожащим губам. Дрим быстро протолкнул бутылочку внутрь, побуждая его выпить. Джордж чувствовал, как лицо краснеет сильнее, когда его кормили, как младенца. Ситуации не способствовало и то, что Дрим ворковал над ним, играл с его волосами и отмечал, какой хорошей куколкой он был. По крайней мере прохладное молоко смывало неприятные кусочки пищи, которые прилипли к зубам и языку Джорджа.