Золотое Солнце

      День начался так же, как и всегда: Сяо выслушал громкую и длинную тираду отца о том, какие все бездари и пиздаболы, как они его заебали, и как ему не хватает отпуска на каких-то там Мальдивах. Юноша слушал его трепетно, кивая на каждое слово. Ведь, и правда, Чжун Ли слишком много работает в последнее время. Если не считать моментов, когда он приходил в школу к своему сыну, чтобы вставить очередных звездюлей директору, отдыха у него как такого не было.       Чжун Ли настоял на том, чтобы Сяо поехал в школу с ним, а не на своих двоих, но тот только помотал головой, говоря о прекрасном и очень трепетном Итэре, которого он хотел увидеть всем своим сердцем перед школой. Отец лишь вытянул лицо, почесал затылок, потом отпил чай и вдруг начал ходить кругами, не в состоянии выбросить слова сына. То есть он, Чжун Ли, отец, поит его, кормит, снабжает всем необходимым, а он отказывается с ним посидеть в машине ради какого-то Итэра. Немыслимо! Чжун Ли настолько загорелся, что даже и не сразу отличил говорящий в своем разуме комплекс отца от собственного голоса. Немного придя в себя, он все-таки отпустил Сяо, пускай и с несказанной горечью в душе.       Сяо, приобняв напоследок своего отца и пропустив его скупую лицу, красноречиво говорящую «мой мальчик вырос», выбежал из дома. Следуя указаниям навигатора, он через несколько минут долетел на своем скейте до места жительства ангелочка. Итэр себя долго ждать не заставил и практически тут же отворил дверь, сталкиваясь носом к носу с Сяо, что хотел постучать в дверь. Они оглянули друг друга с ног до головы, и первым разрушил тишину Итэр, удивленно закрывая рот рукой.       — Какая обалденная татуировка!       Раньше Сяо ходил во всяких толстовках и спортивках, но в знак подчинения Джинн он приоделся в полноценный костюм и удосужился закатить такие мешающие ему рукава рубашки. Его стиль выглядел довольно своеобразно, пускай и Итэр все равно влюбленно похлопал глазками, не переставая им восхищаться. Конечно, не вслух, иначе мало ли что мог подумать местный хулиган.       — Давно сделал… Странно, что ты раньше не замечал.       Итэр наклонился и провел по его руке, задирая и без того натянутую ткань. Сяо, к слову, был не слишком против, пользуясь предоставленным моментом похвастаться своими бицепсами. Однако они никакого впечатления не произвели на парня, потому как тот все не мог угомониться и расспрашивал, что за птица изображена на его теле. Огорченно вздохнув, Сяо ответил:       — Златокрылая птица. Символ моей души.       Парень завороженно вздохнул, но не подобрал слов для ответа. Сяо показался необыкновенным человеком, который никогда и ничего не делал просто так. Даже, казалось бы, татуировка, сделанная ради красоты, была наполнена важным смыслом. Еще раз одарив его заинтересованным взглядом, Итэр прошел вперед.       — А Люмин?       — Сегодня она с Венти, а он опаздывает, как и всегда, — кратко и с некоторым смущением произнес парень.       Сяо кивнул и, отойдя подальше от крыльца, кинул мимолетный взгляд на дом Итэра. В окне он увидел мило машущую ему Люмин и улыбнулся ей в ответ, чуть приподнимая ладонь в приветственном жесте. Ему нравилось, что у Итэра была столь хорошая и понимающая сестра.       Они шли рядом, практически за руку. Итэр то и дело чувствовал прикосновения к своей ладони, но не решался сделать первый шаг, сильно смущаясь. Сяо замечал его терзания, а потому захотел немного развеять напряжение между ними, упоминая тех певцов, о которых ему рассказывал парень в переписке. Итэр сразу подхватил тему и принялся без умолку перечислять любимые песни. Сяо в какой-то момент, когда он напевал одну музыку, постыдился, что все это время не слушал его важные слова, а просто глядел на радостное и счастливое лицо, которое особенно завораживало благодаря падающим солнечным лучам.       Когда они дошли до школы, Сяо сразу завербовал место рядом с Итэром. Никакие Венти и Люмин не должны помешать их время сопровождению, поэтому он высказал заранее свои желания, даже не давая шанса отказать. Итэр только покачал головой, но в глубине души был рад удачному стечению обстоятельств. Он бы хотел предложить ему сидеть рядом и самостоятельно, но раз Сяо первым изъявил свое желание, то почему бы просто не согласиться? Итэр одарил его лучезарной улыбкой и, как только тот хотел пробраться на крышу, потянул за рюкзак, заставляя чуть ли не упасть. Состроив грозный взгляд и повторив указательным пальцем жест Дилюка, пнул его в сторону кабинета. Развернувшийся и обозленный Сяо выпрямился во весь рост, расширил плечи, и здесь уже должна была начаться довольно популярная игра в догонялки.       Правда, как она мгновенно началась, так и закончилась: прозвенела мелодия, напоминающая о том, где ребята находились. Они с довольно мрачными лицами пошли на урок к Дилюку. За ниши прошли Люмин и Венти, шушукающихся между собой.       — Итак, класс, у нас новенькие, — похлопал документами классный руководитель, заостряя на себе внимание.       В кабинет прошли несколько человек. Кто-то сразу выделялся своей примечательной внешностью, а кто-то, наоборот, терялся на фоне других. Они быстро сказали свои имена и, даже не успев ничего толком рассказать о себе, сели на свободные места. Итэр хотел уже было потянуться к новенькому, чтобы побольше о нем узнать, как вздрогнул из-за строгого взгляда Дилюка. Что же, не сейчас — так минутой позже.       — У меня есть еще одни новости. Насколько вам известно, Тейват спонсирует ежегодный конкурс «Золотое Солнце». Должен оповестить, что из-за перевода учеников и других школьных сложностей, — мужчина намекал на недавно уволенного директора, — он переносится на несколько месяцев. Однако заявление на участие можете подать прямо сейчас, — он начал раздавать анкеты каждому ученику. — Конкурс не обязателен, поэтому подписывать бумаги или нет — полностью ваше право.       Встревоженный Венти тыкнул Итэра в спину, заставляя обернуться.       — Ты будешь участвовать?!       — Не знаю…       В памяти Итэра надолго остались слова его родителей и их пренебрежительное отношение к любимым интересам. Пение они не поощряли никоим образом, то и дело втаптывая его в грязь. Не было ничего, что могло изменить их мнение. На секунду юноша потерялся в своих воспоминаниях. Когда они впервые пришли на одно из его выступлений, то просто отплевались ядом, искренне говоря, что это дело совсем ему не подходит. Мало того что голос ужасный, так и еще рожа как у лошади. Итэр крупно задрожал, пока Сяо не положил свою руку на его ладонь, чуть приводя в чувство.       — Подумай, Итэр… — донесся позади голос Венти, — тебе уже шестнадцать, ты мог бы и сам принимать решения. Этот конкурс твой шанс, дружище!       Сяо посмотрел на его руку. Итэр хотел уже было подписать свое имя в анкете, как вдруг ручка дрогнула и предательски выскользнула из рук, с громким стуком падая на пол.       — Я думаю, я не справлюсь…       — Кхм, — втиснулся Сяо, — не хочешь участвовать дуэтом. Ты и я?       Итэр почувствовал, как его ладонь сжали сильнее. Он перевел взгляд с нее на уверенное лицо Сяо. Его губы сами по себе растянулись в довольной улыбке и, слишком энергично кивнув, Итэр согласился. Он тут же подписал анкету, заполняя все необходимое. Да, возможно, позже ему придется снова стерпеть зверское отношение со стороны отца, однако прямо сейчас, держа в голове слова Венти, он решил следовать своим собственным желаниям. Неизвестно, какие страшные последствия его ждут — на тот момент Итэр был уверен, что все обойдется.

***

      Само знакомство с новенькими произошло на уроке физкультуры. Итэр успел особенно хорошо познакомиться с Беннетом и Рэйзором, которые еще в прошлой школе были лучшими друзьями. Он ухмыльнулся, что обстоятельства так замечательно сложились и даже в новом классе они оказались вместе. Правда, возможно, то было еще и заслугой Джинн, разузнавшей о досье каждого ученика, но такие подробности оставались под секретом.       Они играли в вышибалы. Сяо и Итэр атаковали, а другие ученики старались либо уйти от меча, либо его поймать, чтобы вернуть своего товарища на поле боя. Между ними разразилось настоящее и страшное сражение, из-за которого у освобожденных на скамейке людей возникала дрожь и страх. Лишь один Сяо, который мог похвастаться своей особенной физической подготовкой, перевышибал большую часть учеников. Даже сам Итэр только непонимающе оглядывался, пропуская из своих рук легкий мячик, который вечно находился где-то там, в воздухе, но только не рядом с ним.       В какой-то момент Сяо, Беннет и Рэйзор остались лицом к лицу (Итэр к тому мгновению из-за своей ненужности успел слиться поближе к Венти). Сяо делает рывок и со всей дури кидает мяч прямиком в Рэйзора, однако что-то идет не так, и его оружие зигзагом перемещается к Беннету. Тот еле уворачивается в первый раз, во второй и третий. Сяо начинает вскипать, не понимая, почему мяч не хочет слушать веление его сердца. Еще пару бросков и тогда он уже точно попадает в парня, с силой удара отталкивая его на землю. Беннет выбыл.       Сяо прищурился, пытаясь выбрать идеальную силу удара, и сделал свой первый шаг. Летящий мяч должен был с точностью долететь до талии Рэйзора, однако тот, с невероятной ловкостью, ловит его в руку, злорадно улыбаясь одним лишь уголком губ. Он возвращал на поле Беннета, и так раз за разом: первый выбывает, а второй ловит мяч и зовет своего товарища на подмогу. Убийственная, нескончаемая игра продолжалась несколько десятков минут, пока Сяо не выдохся. Учитель объявил о поражении атакующей стороны и юноша упал на скамейку, тяжело дыша. Итэр не мог понять, какие эмоции одолевали Сяо с его нечитаемым выражением лица, но точно мог догадаться, что он был явно недоволен своему проигрышу.       — Этого монстра, — он смотрел на Рэйзора, — в следующий раз я точно выиграю!       Итэр лишь расхохотался, пытаясь подбодрить своего товарища по команде, но тот ни на секунду не утихомирил свой разжегшийся пыл. Янтарные глаза то и дело выискивали изъяны в поведении противника, но едва ли это помогало. Даже когда они поменялись сторонами, Рэйзор не уступил, с треском пробивая оборону Сяо.       Вот так, с немой злобой и горечью проигрыша, закончился последний урок.       Сразу после звонка Итэр и Сяо направились на выход, впопыхах закидывая в себя еду из столовой и одеваясь. Им нужно было успеть приехать на репетицию, познакомиться, пробежаться по известной уже песне и, наконец, доехать обратно в целостности и сохранности. Поэтому, когда Сяо слишком долго перебирал свои вещи, Итэр помог ему все запихать в чертов рюкзак и потянул за руку, выбегая на крыльцо, рядом с которым уже стояла машина Дилюка. Они быстро открыли двери и сели, теребя футболки из-за нахлынувшей жары в салоне. Мало того что фи-зра, так еще лишний бег и высокая температура в автомобиле. Слишком много всего.       — Еб… — хотел уже было высказаться Сяо. — Ва-ау, не думал, что у Вас такая крутая тачка, — парень сделал акцент перед Итэром, все еще держа образ.       — Слышь, — Дилюк обернулся на ребят, — можешь завязывать с этим. Мы уже не в школе. Но на маты все еще запрет.       Итэр непонимающе взглянул на них и, когда Сяо не принялся объясняться, сильно толкнул его в бок. Прошипевший парень показательно откинулся на спинку стула, обвиняя Итэра в излишней жестокости, а потом под пугающим взглядом Дилюка начал рассказывать все то, о чем, собственно, новому члену группы следовало знать. Пока они ехали, Сяо успел упомянуть и не только о классном руководителе, который неожиданно оказался лидером, но и о других ребятах их команды. Итэр слушал и слушал, а потом направил свой взгляд в окно. Его выражение лица резко похолодело, ведь наконец-то пришло осознание, что все это время его нагло и без совести обманывали.       Машина остановилась и они все вместе вышли, направляясь в какое-то непримечательное здание. Итэр то и дело оглядывался, изучая новую местность и пытаясь понять их местоположение. Они вошли и, поздоровавшись с девушкой на ресепшене, поспешили на второй этаж. Перед Итэром возникли новые лица. Кэйа тут же подошел к нему, чтобы представиться и рассказать об их «укромном уголочке», в то время как Розария все еще сидела на диванчике. Встретившись с ней взглядом, юноша почувствовал невидимые молнии, витающие в воздухе. Кажется, сегодня эта эпатажная женщина была не в духе.       — Я хочу услышать его голос, — с сомкнутыми на груди руками высказалась Розария.       Все переглянулись и, пожав плечами, решили, что после знакомства и вправду нужно было хотя бы проверить их нового солиста. Сяо пытался немного успокоить разнервничавшегося Итэра, потому похлопал по плечу и прошептал ему на ухо, что не стоит так беспокоиться — все они лишь кажутся грозными, а на самом деле с ними можно легко найти общий язык. Юноша только слабо кивнул и, тяжело вздохнув, подошел к микрофону. Сяо вручил ему записную книжку с текстом и нотами на всякий случай, чтобы он припомнил и слова, и темп песни, а потом примостился рядом, беря в руки свою гитару. Кэйа также занял свое место рядом с барабанами. Лишь Розария и Дилюк остались смотреть на представление со стороны, собираясь вынести свой вердикт.       Когда заиграла музыка, Сяо чуть одернул своего солиста, чтобы тот не торопился. У Итэра слегка закружилась голова от волнения, но, едва ли увидев размытый жест руки Сяо, начал петь. По началу выходило не слишком хорошо, и то было видно по строгим лицам наблюдателей, однако вскоре Итэр почувствовал себя более расслабленным. Благодаря рядом стоящему другу он потихоньку раскрывал свой голос, делая его чище и практически без фальши. Он пел несколько лет не ради того, чтобы ударить лицом в грязь, а потому на конце песни вдохнул глубоко грудью и выдал неожиданно прелестную партию припева.

Я не замечаю лишних глаз, которые палят в меня

      Итэр к тому моменту уже запомнил слова и мог свободно петь, не заглядывая в текст.

Я не замечаю мёртвых лиц, убитых этим днём сурка

      С каждым словом его голос разлетался все дальше, за стены, одаривая случайных слушателей чувством трепета. Снова схватив воздуха, он запел громче и насыщеннее, добавляя свою интонацию, которую посчитал нужной:

В моих венах страшный яд, который ты в меня ввела

      Он посмотрел в лицо Розарии и увидел в нем не то недовольство, не то шок. Она кивала головой и подбадривала его руками, чтобы прямо сейчас, в эту секунду он смог выдать то, из-за чего они все здесь собрались. Или сейчас Итэр взрывает эту маленькую комнатушку, либо она преисполняется разочарованием.

А я кроме тебя не замечаю нихуя.

      Итэр выдернул микрофон и, прислонив его ближе ко рту, точно кричал в него, чуть ли не заглушая музыку. Однако никто из присутствующих не мог сказать, что это было лишним или ужасным, даже наоборот, придавало свой шарм. Альтернативная музыка оказалась просто идеальным дополнением к их классическому рок-плейлисту.       И пускай он сфальшивил на мате, Розария встала во весь рост, имитируя дирижера. Несмотря на собственный стиль исполнения подобных песен, мысленно она была согласна, что Итэр — неоценимое приобретение в их группу, и пускай ему предстоит еще долгий путь к совершенству. Как только он сможет привыкнуть петь в их группе, все изменится в лучшую сторону.

Не замечаю, Не замечаю, Не замечаю.

      Итэр окончил партию, отстраняясь от микрофона. Он почувствовал, как в его горле встал ком. В последние мгновения он отдался песне полностью и даже немного пожалел, что так долго стремился к кульминации. Увидев во взгляде Розарии и Дилюка благосклонность, юноша смущенно пожал плечами и подошел к ним. Лидер группы просто кивнул, а другая солистка начала перечислять его ошибки, какими были несоблюдения темпа, заглушение музыки и фальшь в некоторых, особо сложных местах.       — Однако, — она выдохнула, — из тебя получится отличный соперник.       Итэр не понял смысла ее слов, но когда она протянула руку, он пожал ее ответ. Было ли это объявление войны? Было неизвестно, однако Сяо только победно хмыкнул.

***

      Они репетировали еще несколько часов, показывая Итэру другие свои песни, которые ему следовало изучить. Прогоняли и то, что успел сочинить Сяо. От обилия информации у парня кружилась голова, однако он действительно старался быть полезным. Кэйа, когда другие обсуждали один из будущих хитов, подошел к нему с чашкой горячего кофе и дружески похлопал по плечу, одарив короткой похвалой. Он советовал Итэру быть собой и, если у него возникали какие-то мысли, то открыто их высказывать. Кэйа считал, что музыкальная группа сравнима с семьей — здесь сложно что-то утаить, да и бессмысленно.       Когда наступил вечер, Итэр только горячо всех поблагодарил и смущенно вышел за Сяо, который уже направлялся к машине. Они долго обсуждали его последнюю партию. По каким-то своим причинам он не мог перестать фальшивить на матах, но Сяо относился к этому немного проще, думая, что решит это проблему немного позже. Запихнув уставшего Итэра в машину, он умостился рядом и потянулся, немного разминая мышцы. Они мгновенно тронулись.       Перетруженный и не привыкший к такому объему Итэр не заметил, как уснул. Он неосознанно положил свою голову на плечо Сяо, из-за чего тот только улыбнулся и перестал что-то черкать в записной книжке.       — Как тебе? — юноша обратился к Дилюку.       — Неплохо, но нам над многим следует еще поработать. Молодец, Сяо, — последние слова донеслись особенно тихо.       Парень хмыкнул и, краем глаза посмотрев на сопящего Итэра, немного смутился. Было жарко, однако он не собирался из-за этого будить парня. Пусть отдыхает, пока может. Сяо думал о его семье и о домашнем аресте, искренне надеясь избежать возможных проблем. В какой-то момент он попросил Дилюка не останавливаться у его дома, хотя тот был ближе, и поехать сразу к Итэру. «Пусть подольше поспит», — пронеслось в голове Сяо.       Через десяток минут они остановились и тогда все равно пришлось немного растрясти вялого Итэра. Тот еле раскрыл глаза, а когда увидел слишком близкое лицо Сяо, почувствовал, как его лицо начинает гореть. Он неуклюже поблагодарил парней и тут же выбежал из машины, залетая в дом. Итэр был очень красным, все еще припоминая, с какой теплотой на него глядели янтарные глаза. Чуть придя в себя, он прошел дальше, но не успел скрыться в комнате.       — Кто тебя подвозил?! — с яростью прокричал отец.       — Уже поздно и классный руководитель решил убедиться, что мы прибудем домой вовремя, — испуганно попытался оправдаться парень.       Удовлетворенный ответом отец одарил его строгим взглядом и все же скрылся за дверью. Итэр облегченно вздохнул, успокаивая бешеное биение своего сердца. Первым делом он направился к Люмин, чтобы поговорить. Постучав в ее дверь, он осторожно и медленно вошел, заглядывая в комнату. Сестра встретила его радостно, подбегая с расспросами, но сразу упокоилась после того, как Итэр приложил палец к губам, прося быть тише. Он улыбнулся и, присев на ее кровать, вкратце рассказал обо всем, что было на репетиции.       — Люмин, все было в порядке, пока меня не было?       — Да, братец.       — Прости, что оставляю тебя одну.       — Не волнуйся об этом, — она посмотрела ему в глаза. — Я счастлива, что ты занимаешься тем, что приносит тебе удовольствие. Понимаешь, видеть такое твое лицо, с искренней улыбкой, дорогого стоит.       Девушка сильно обняла своего брата и кокетливо подмигнула, когда тот начал говорить о Сяо. Смущенный юноша поспешил удалиться из комнаты, ведь на нем оставалась еще домашняя работа, а сама Люмин все с той же улыбкой на лице натянула кофту ниже, скрывая синяк на плече, который Итэр не заметил.