Золотое Солнце

      Сяо сидел, сложа руки, и смотрел прямо на лицо Джинн, копающейся в документах. Он недовольно дергал ногой и, не выдержав звенящей тишины, снова задал беспокоящий вопрос: — Вы поможете?! Я говорил с отцом, он всегда будет готов прикрыть Вас.       Гуннхильдр пришлось в который раз поднять взгляд на раздраженного парня. Работать с проблемными детьми — ее стихия, однако она никак не ожидала, что этот мальчишка будет таким упертым. Она откинулась на спинку высокого кресла, смыкая кончики пальцев между собой. Его отцом был влиятельный человек, Чжун Ли, так что не было ничего удивительного в его упертости и ярко выраженном эго. — Приведи его сюда, мы поговорим все вместе. Также мне нужен его классный руководитель, — она решила дать шанс своему ученику и отправила его восвояси.       Сяо просил слишком много. Если быть точным, он хотел, чтобы она, директриса, недавно устроившаяся на работу, обманывала родителей Итэра и отпускала его на репетиции под предлогом дополнительных занятий или олимпиад. Подобное могло сказаться на ее карьере, однако Джинн все же дала слабину. Не потому, что мальчик слишком хорошо умолял, а из-за самих близнецов. После случая с Люмин она позвонила их родителям, но они сказали больше не тревожить столь занятых личностей пустяками и повесили трубку. Ей показалось, что этим людям было совершенно плевать на собственных детей. Чтобы полностью убедиться в этом, нужно было поговорить напрямую с Итэром.       Через десяток минут в ее кабинет зашли все трое, кого она звала. Слабо кивнув, она попросила выйти Дилюка и Сяо на время, дабы остаться с Итэром наедине. Мальчик, конечно, сразу забеспокоился, провожая взглядом уходящих парней, но, не увидев в глазах Джинн недовольства или агрессии, со временем успокоился.       Гуннхильдр сразу начала объяснять по какой причине он здесь оказался. Вкратце она полностью пересказала все то, что хотел от нее Сяо. Она видела, как лицо Итэра в удивлении вытягивается, выдавая его незнание. Впрочем, она никак на это не реагировала. Выждав небольшую паузу, чтобы дать юноше переварить сказанное, Джинн продолжила. Теперь разговор касался непосредственно его родителей. — Итэр, скажи честно, у тебя есть проблемы в семье? — она не заметила, как перешла на «ты».       Парень прикусил язык. Вопрос был слишком неожиданным и личным. Теперь было понятно, почему она сказала другим выйти. Итэр перебарывал себя, взвешивая свой выбор: либо он рассказывает и это что-то да собой повлечет, либо он молчит и все останется как есть. В первом случае слишком много возможных вариантов. Джинн — справедливая и честная женщина, однако она может переборщить и всунуть нос в их семью, тем самым подставляя Итэра. Домашние побои — это меньшее, что может далее произойти. Раз она перед этим говорила о идее Сяо, значит, все зависит от его ответа и желания. Возможно, она частично сможет помочь с домашним арестом… «Слишком много «но», я не знаю, что мне делать», — пробормотал про себя Итэр, набирая воздуха. — Обещайте мне, что это останется между нами. Это действительно важно.       Директриса нахмурилась, а потом слабо кивнула. Итэр начал рассказывать о его взаимодействии в семье и о том, по какой причине его посадили под домашний арест. Он умолчал о том, что отец любит выливать свою агрессию физическим путем, лишь упомянул о вечных скандалах дома. Он совсем слабо намекнул, что иногда его родители «теряют чувство меры». Как именно интерпретировала эти слова Джинн, он не знал, но надеялся, что теперь к нему вопросов больше не возникнет.       Она пригласила войти классного руководителя и Сяо. Присев перед за стол, они уже приготовились к самому худшему. Вопреки ожиданиям, Гуннхильдр просто наклонила голову, размышляя о возможных последствиях. Она прекрасно понимала, что находиться в домашней обстановке близнецам было тяжело. — Что насчет твоей сестры, Итэр?       Парень вздрогнул. Он прекрасно понял, о чем она хотела сказать. Косвенно Итэр хотел оставить Люмин наедине с его отцом и матерью. Обычно все домашние проблемы решал он, и получал тоже он, а значит, если ему придется долго отсутствовать, то есть вероятность поставить под удар и свою младшую сестру. Он напрягся, пока не почувствовал легкую, теплую ладонь на своей руке. Сяо посмотрел на него, чуть слабо кивая. Он хотел, чтобы Итэр доверился директрисе.       Джинн, заметив смятение юноши, снова кивнула своим мыслям. — Я могу предложить Вам ходить на дополнительные уроки, но по факту посещать вы их не будете, — она перевела взгляд на Дилюка. — Допустим, они будут по экономике и вести их будет классный руководитель. Однако, — ее голос стал тверже, — у меня есть несколько условий.       Все чуть напряглись, вслушиваясь в слова директрисы. Первым условием было самое неожиданное: Сяо должен будет посещать школу, а не пропускать уроки через день. Она внимательно перечитала его досье и поняла, что так продолжаться не может. Он должен нести ответственность за свои прогулы, а не нагло пользоваться влиянием своего отца. Сяо, конечно, был в шоке, однако сквозь неприязнь согласился. Самым важным на данным момент было не свободное время, а успех их маленькой группы, к которому они так долго и медленно шли. «Хуй с ней, с этой литературой», — прыснул он ядом, вспоминая противную учительницу.       Вторым условием было участие классного руководителя. Он должен был следить, во сколько дети уходят из школы и возвращаются домой. Впрочем, с этим проблем как раз не было. Она знала, что Дилюк является лидером группы, о чем ей рассказал Сяо, и потому мог с легкостью контролировать каждый шаг. Рагнвиндр даже подумал о том, что было бы неплохо подвозить их на машине до дома. Так скажем, для лишней профилактики, чтобы сорванцы ненароком не почувствовали лишнюю свободу. Просто Дилюк вспоминал себя в юношеском возрасте и не мог отделаться от мысли, что характер Сяо чем-то был схож с его в молодости. А раз так, то и представить последствия было делом несложным.       Третье условие касалось теперь уже Итэра, но Джинн не стала вдаваться в подробности, просто сказав: «Позаботься о Люмин». Для парня это стало единственным и самым важным напоминанием о том, какую ответственность он несет на своих плечах. Сяо глянул на него непонимающе, но не получил ожидаемого ответа. — Для удобства я переведу Сяо в класс Итэра, — она злорадно улыбнулась, смотря в яркие янтарные глаза, которые были явно недовольны стечением обстоятельств.       Дилюк незаметно усмехнулся, подавляя желание вытянуть ехидную улыбку. Он получил протянутые листы от Джинн, в которых было написано, в какие дни они могли проводить «ложные» дополнительные. Понятно дело, все должно было быть по часам, иначе у родителей появится слишком много вопросов, когда в электронном дневнике не будут стоять уроки, а он вернется в шесть вечера, если не позже.       После оконченной тирады директрисы, все дружно вышли, сразу начав переговариваться между собой. Первым выступил Рагнвиндр, объясняя распорядок дня и косясь на Сяо. Он выдохнул и решил пока повременить с тем, чтобы рассказывать о своих хобби. Пусть это будет уже в менее официальной обстановке и поспокойнее. Когда вопросов не осталось, он начал листать документы, отданные Джинн, и кивнул. Значит, с завтрашнего дня Сяо будет учиться в его классе. Что ж, он в глубине души ощутил смешанные чувства: сначала он порадовался, что займется перевоспитанием, а потом огорчился, понимая, какой Сяо сложный подросток. Впрочем, это начало его карьеры и будет очень полезным поработать и в такой обстановке. — А теперь на уроки! — он красноречиво посмотрел на Сяо.       Парень закатил глаза. Он попрощался с Итэром и пошел на галимую любимую и самую пиздатую литературу. Учительница, завидев свою любимую персону, сразу начала штурмовать его вопросами, но он просто сидел и отвечал односложно. Когда урок начался, она не успокоилась и начала его гонять по домашнему заданию. Сяо злился, однако старался сдерживаться, кратко пересказывая содержимое очередной короткой и скучной книжки. Женщина удивилась, что он что-то да знал. На самом деле, для общего развития Сяо перечитал достаточно книг и иногда делал домашнее задание. Можно сказать, парень сделал все возможное, чтобы она от него отъебалась, однако не тут-то было. Теперь в ход пошла тяжелая артиллерия под названием самостоятельная работа. Сяо бесшумно блякнул, чуть смеша своего соседа по парте, но начал черкать на огрызке бумаги ответы. Завтра она придралась бы к нему и за отсутствие тетради, только вот ему было все равно: он с ней уже не увидится. И тут в его голову пришла гениальная идея: написать все, что он думает напоследок об ее уроках. Конечно же, исключительно литературным языком.       Когда урок близился к концу, Сяо начал новый абзац со своими мыслями. Успешно закончив, он довольно и гадко улыбнулся, кладя листок на стол вместе с другими тетрадями. Проигнорировав недовольство учительницы, он тут же вышел на перемену, ища Итэра. Так уж случилось, что тот был единственным, с кем он общался.

***

— Люмин, что у тебя случилось? — Венти сел за одну парту к девушке.       Она глянула на него, помотала головой, мол, «ничего особенного» и снова принялась записывать слова учителя. Однако такой ответ его не устроил. — Тебя что-то беспокоит, я вижу. — Почему ты так волнуешься обо мне? Итэр тоже мрачный ходит, ты же его лучший друг и… — Венти перебил ее. — Да, вот только он не такой подавленный, как ты. Ты тоже моя подруга и я хочу узнать, что происходит в твоей жизни. Это из-за того мужчины, я же правильно понимаю? — начал Венти, а потом, заметив накалившуюся обстановку, решил немного ее развеять: — А что, не хочешь рассказывать такому красавчику, как я? — он приложил руки к лицу в задумчивом жесте. — Ага. В моем вкусе высокие и рыжие парни, а не карлики с косичками, — прошептала она, закатывая глаза. — Подожди, еще не вечер! Я могу вырасти. Да и где ты таких вообще видела? — не обиделся он. — Да так… — просто ответила Люмин, припоминая одну модель, которую видела на ютубе.       Они договорились позже поговорить после школы, поэтому Венти перестал ее штурмовать и перевел взгляд на Итэра, у которого было странное хорошее настроение, учитывая его вид утром. Он не стал и его расспрашивать: неудобно, да и учитель зыркать стал, как на врага народа. Нужно было все-таки хотя бы что-то начать делать, иначе вставят по самое не балуй…       Когда урок кончился, в дверях появился Сяо, выискивая свою жертву. Многие перевели взгляд на него, кто-то даже поздоровался, но он лишь слабо кивнул и сразу направился к Итэру. Он сел за его парту — место было свободным — и ждал, пока тот обратит на него внимание. Но парень не спешил, доделывая очередной пример по математике. Он тихо поздоровался с Сяо, но от дела отвлекаться не стал. Впрочем, тот не возражал и принялся ждать, осматривая самого Итэра и в особенности его волосы. Заметив на плече пушинку, портящий солнечный образ, он нахмурился. — Секунду, не двигайся, — он протянул руку, убирая ее. — Спасибо… — неловко ответил парень.       Позади них донесся девичий визг, но они не обратили на него никакого внимания, смотря друг другу в глаза. Первым смутился и отвел взгляд Итэр, чуть прокашлявшись. — Черт, ты простудился? — виновато сказал Сяо. — Надо было дать тебе свою накидку… — Все в порядке, — с улыбкой ответил Итэр.       Венти и Люмин вытянули лица и переглянулись. «Что это, блядь, было?», — читалось в их взгляде, а потом парень подтолкнул подругу взять записную книжку. Она ахнула и тут же достала ее из портфеля: такое никак нельзя было пропустить, ведь сюжет начинал набирать обороты. — Я говорил с Ди… — Сяо сделал вид, что закашлялся, — с классным руководителем, поэтому мы идем на дополнительные завтра, хорошо? Не забудь предупредить своих родителей, — обеспокоенно добавил парень, чуть засматриваясь на пухлые и с виду мягкие щеки парня. — Хорошо. Кстати, — он резко вспомнил, — дай мне свой номер, чтобы было легче связываться в случае чего.       Сяо взял телефон Итэра и позвонил себе. Записав друг друга, они слегка улыбнулись. У одного было «Матерщинник», а у другого «Солнышко». Странные, конечно, клички они дали, однако никто из них об этом не знал. Звонок прозвенел, и парню нужно было уйти. Как только Итэр остался в одиночестве, Люмин похлопала его по спине, спрашивая о дополнительных, но тот обещал рассказать позже. Девушка надулась, но торопить не стала. Сегодня ей нужно было поговорить и с Венти, и с Итэром. Прямо никакой личной жизни.       Когда уроки кончились, они все вместе собрались во дворе. Первый вдохнул Итэр, стараясь как можно спокойнее рассказать все произошедшее за день. Сначала он поделился приглашением Сяо, а позже и тем, как они вместе решили вопрос с домашним арестом. Венти полностью поддержал своего горячо любимого друга, а Люмин чуть улыбнулась, радуясь, что он сможет избежать наказания. Правда, она все равно совсем немного волновалась, ведь прекрасно понимала, чем все может обернуться, если родители прознают об этом. Но брат ее заверил, что все в порядке, и она не стала лишний раз нагнетать обстановку.       Люмин попросила идти Итэра первым домой, а ее проводит Венти. Парень кивнул и отправился: задерживаться было нельзя. Он помахал своим друзьям и быстрым шагом пошел в сторону дома. Вопросов, почему сестра попросила оставить их одних, у него не возникло — он слишком хорошо знал Венти. Ко всему прочему, ему можно было доверять, поэтому беспокоиться еще и о ее сохранности не пришлось.       Зайдя в дом, первым делом он нашел сидящую на кухне мать. Она глянула на него, но ничего не сказала. Тогда он сел с ней за один стол. — С завтрашнего дня у меня будут дополнительные в школе по финансовой грамотности. — Вот как? — совсем слабо удивилась она. — Хорошо, что ты наконец-то решил взяться за ум, а не за свое дебильное пение, — его лицо помрачнело, но он ничего не ответил, — отца порадую. В какие дни они будут?       Итэр чуть напрягся, потому что не знал собственного расписания. Тогда он выкрутился, припоминая слова Джинн: — В электронном дневнике будет все написано… — Ты же помнишь, что у тебя еще и репетитор? — Да, — твердо ответил Итэр и поднялся.       Напоследок взглянув на лицо матери, покрытое морщинами, он ушел в комнату. Итэр размышлял, какой глупый и короткий разговор у них вышел. Ни заинтересованности в его жизни, ни какой-либо радости у нее не было, будто все так и должно быть. Он ударил стену от злости, но на этом все закончилось. Он потер костяшки и упал на кровать, до крови прикусывая губу. Репетитор приходил в основном на выходных, поэтому он не беспокоился, что он мог помешать его еще не начавшимся репетициям. Итэр сразу начал развивать эту мысль. Он согласился на предложение Сяо, однако его сердце говорило, что он мог облажаться, и тогда все накроется медным тазом.       Вдруг на его телефон пришло сообщение.

Вы вошли в чат

Матерщинник ку, итэр. как ты? не хочешь завтра пойти в школу вместе?       Итэр сильно покраснел, не ожидав столько внимания. Думая над тем, что написать, он просто ответил:

Солнышко

можем. когда и где встретимся?

Матерщинник я подойду к твоему дому за двадцать минут до урока

Солнышко

ты знаешь, где я живу?..

      Сяо слишком долго печатал, из-за чего Итэр напрягся. Матерщинник да так, у отца спросил… если не против, жди меня завтра; ъ       Итэр невольно зарылся в подушку, подавляя нахлынувшие эмоции. Ему было ново, что один человек вот так просто стер всю его злобу и заменил ее на бабочек в животе и непредельное счастье. Перечитав переписку с Сяо, он приобнял телефон и затем медленно выдохнул, успокаивая быстро бьющееся сердце.       Через некоторое время Итэр снова написал парню, скинув свою любимую песню. Они еще долго обсуждали музыку и свои хобби, пока Сяо вдруг не ушел, сославшись на тренировку. Итэр только погрустнел, но потом нашел другое занятие, менее интересное — выполнение домашней работы.