Часть 1
25 октября 2021 г., 23:24
Прошло всего пару дней, как ланиста прибыл на рынок рабов и купил себе новобранцев в свою школу гладиаторов. Он приобрёл немало молодых людей, которые теперь обречены сражаться на арене на смерть в угоду господина. одним из них был наш герой, о котором пойдет речь.
Маркус. Совсем ещё юнец, но отнюдь не глуп и хорош собой. Высок, отлично сложен. У него смуглая кожа, зелёные глаза, и очень коротко стриженные волосы. Он ловок, проворен, силён, а сердце было переполнено жаждой свободы, которой он лишился. Он рос в обычной небогатой семье, где они не могли позволить себе роскошь. Иногда были трудности с деньгами, из-за чего бывало, что на ужин они могли позволить себе только вареный лук. Сейчас он жил в чистой комнате, где было всё необходимое, и даже камин, который приятно потрескивал угольками, успокаивая Маркуса по вечерам. Его вкусно кормили, одевали, давали лучших учителей, которые обучали его драться. Одним словом живи, радуй своих господ, и возможно ты однажды достойно встретишь свою смерть на арене, где о тебе никто и не вспомнит. Отныне он раб, и эта мысль безумно его расстраивала, ведь в нем кипела жизнь. Желание жить, желание творить, и увидеть столько прекрасного, но сейчас на нём невидимые кандалы, которые буквально приковали его к земле, не давая взлететь. Да, он и его семья жила бедно.
«Но мы были свободны», — думал про себя юноша.
Он и его друзья сейчас ужинали со всеми вместе за большим столом в центре казарм. Стоял гул, ветераны арены пили и запугивали новичков, обещая им, что они не выживут в их первый бой, и каждый раз хохотали, когда видели страх в глазах мальчишек. Рядом с Маркусом сидели Орвон и Афий. Они уплетали обед за обе щеки и очень рьяно о чём-то спорили с каждым куском, меняя тему. Один Маркус не мог найти себе место за этим столом. Он сидел тихо и ничего не ел, аппетита не было даже чуть-чуть. К нему подсела Сторция с явным желанием чем-нибудь спровоцировать, возможно, чтобы разрядить вечер хорошей дракой с новичком, но как только Маркус понял её истинные намерения, попросил прощения и вышел на улицу.
Как только он закрыл за собой дверь в казармы и шум немного стал тише, Маркус почувствовал облегчение. Вечерело, со стороны моря дул приятный ветерок, а солнце медленно плыло за горизонт. Юноша решил прогуляться, а потом сразу отправиться спать, но тишину прервали чьи-то голоса. Они доносились из-за сарая, где обычно никто не ходит. Маркус хотел идти дальше, но до него долетела часть разговора:
— А ну, старик, отдавай кошель и проваливай!
— Добрые люди, прошу, это всё, что у меня есть, а мне нужно в город…
— Нас это не волнует.
Маркус остановился. Он говорил себе, что не его это дело, надо вернуться назад и не вмешиваться. Как только Маркус уже решился уходить, вспомнил своего отца. Когда он был ещё мальчишкой, он говорил ему, что люди делятся на сильных и слабых. Говорил, что слабые не могут себя защитить, но сильные могут и должны использовать свою силу только для помощи слабым. Отец сказал тогда, что считает Маркуса очень сильным. Но разве сильный позволил бы взять себя в рабство?
Маркус тяжело выдохнул, подумал ещё мгновение и направился в сторону сарая. Перед ним были двое мужчин, которые нависли над бедным дедушкой. Маркус узнал их; он не знал их имён, но видел в казармах вместе со всеми — они тоже были гладиаторами. Чтобы не струсить, он решительно подходит к ним, беря одного за плечо и разворачивая к себе.
— Эй, малец, ты что тут забыл?
— Иди своей дорогой, не твоё это дело, — подхватил другой.
Маркус думает ещё минуту и спокойно говорит:
— Прошу, оставьте его, зачем вам эти деньги?
— Ты слышал, Зик? Он спрашивает зачем.
— Чтобы выкупить себя у Кассия и стать свободными.
Это слово отозвалось внутри Маркуса, но он вспомнил цену, названную Кассием. Таких денег не собрать даже если ты самый лучший гладиатор, побеждающий каждый бой.
— Вы ведь понимаете, что этого не хватит? — спросил Маркус.
— Какая разница? Курочка по зернышку.
Двое вояк переглянулись с ухмылками на лицах.
— Хорошо, давайте договоримся, вы не трогаете деньги этого старика, и я отработаю ваши убытки.
— Это как? — спросил Зик.
— Буду отдавать вам половину выигранных мною денег.
Само собой гладиаторам не платили за бои. Их доход собирался из пожертвований после боя или от какого-нибудь богатого господина, который сделал ставку на выигравшего бойца и волен подарить ему скромную сумму в благодарность.
Маркус понимал, на что соглашается, но не понимал, зачем ему теперь деньги. От них никакого толку. А выкупить себя только к девяноста годам его не привлекало.
— Давай так, ты, парнишка, ещё совсем зелёный в нашем деле, поэтому не хочу тебя обирать. Так что отработаешь сумму, что в этом кошельке, и мы в расчёте.
Зик погремел увесистым мешочком перед носом Маркуса.
«Да в нём же полкило, не меньше!»
Зик улыбнулся гнилыми зубами, увидев гримасу юноши.
— Ну что, малец, согласен?
— Согласен.
Двое амбалов кивнули, бросили мешок с деньгами в руки Маркуса и, специально задев его плечом, пошли в стороны казарм. Маркус взвесил мешок в своих руках, боясь, что оказался в рабстве дважды, но, отогнав эту мысль, поспешно подошёл к старику.
— Простите, господин, вот ваши деньги, позвольте помочь вам.
Маркус аккуратно вложил мешочек в трясущиеся руки старика и помог ему подняться на ноги.
— Спасибо, добрый юноша. Прости, если из-за меня теперь у тебя неприятности.
— Не беспокойтесь за это, господин, это уже моё дело. Может, довести вас до города? Путь здесь не безопасный, особенно ночью.
— Если тебе не трудно, сынок.
Маркус улыбнулся от такого обращения. Он развернулся к старику спиной и присел на корточки.
— Залезайте, вы, наверное, очень устали.
Дедушка расхохотался и с удовольствием запрыгнул к Маркусу на спину. Парень встал, удивился, что старик не такой уж и тяжелый, и спокойно направился в сторону города.
— Ты, значит, гладиатор, верно?
— Меня только купили, я пока обучаюсь.
Маркус всё ещё не мог привыкнуть к подобным словам. Купили, продали… Он начинает чувствовать себя вещью от таких слов. Но, к сожалению, так и есть.
— А как звать моего спасителя, не подскажешь? — Улыбался старичок.
— Маркус, господин.
— Маркус, значит. Красивое имя. Кто из родителей дал тебе его?
— Мама…
— Они живы?
— Нет, господин. Моих родителей убили, а меня продали в рабство.
— Мне жаль…
Маркус ничего не ответил, лишь на мгновение вспомнил тёплую улыбку матери. Она всегда улыбалась. Как бы тяжело не было, она никогда не позволяла себе унывать.
Вот уже виднелись огоньки ночного города, и старичок радостно задрыгал ногами. Он попросил Маркуса высадить его в порту, и юноша сделал это без возмущений. Перед тем как отпустить Маркуса, он ему кое-что сказал:
— У тебя очень доброе сердце, Маркус. Я обещаю тебе, если когда-нибудь я смогу помочь тебе, как ты мне. Я не отвернусь от тебя.
— Вы очень добры, господин. Счастливого пути, будьте осторожны на дорогах.
Маркус улыбнулся и протянул руку для пожатия. Старичок расхохотался и с удовольствием пожал руку в ответ. Он поманил юношу к себе так, чтобы тот подставил ухо. Когда Маркус наклонился, старичок прошептал:
— Свобода в твоём сердце, не позволяй никому её забрать.
Похлопав Маркуса по плечу, он развернулся и направился в сторону кораблей неторопливыми шажками.
Маркус буквально минуту смотрел вслед удаляющемуся дедушке, а потом не спеша двинулся к гладиаторской школе. Он шёл медленно, оттягивая своё возвращение в клетку. Смотрел на звёзды — такие далёкие и чистые, невероятно прекрасные. Когда он вернулся в казармы, стол был убран и многие уже спали в своих комнатах. Он увидел Орвона, подметающего пол, за которым внимательно следил Гарс. Маркус тихо прошёл мимо них, чтобы его не заметили.
Тихонько пробрался в свою маленькую комнатку, но как только закрыл за собой дверь и почувствовал себя в относительной безопасности, обратил внимание на своё окно. Оно было небольшим, но Маркус был благодарен за его существование в своей комнате, ведь он всегда любил разглядывать небо перед сном. Луна, звёзды, этот невероятный синий цвет ночного неба, который всей своей холодностью согревал сердце юного гладиатора по имени Маркус.
