Здесь и сейчас

Уже рассвело. На улице было холодно, сыро и отвратительно.А камеры в психиатрической больнице были заплесневелыми и ржавыми. Крики и стоны в затхлой больнице были ужасающими. Было слышно, как что-то режут или угрожают человеку. Санитары стали выводить пациентов в коридор, где они могли "поиграть". Один из них подошел к одной из камер и открыл дверь; внутри сидел на койке парень со сложенными ладонь к ладони руками. Он повернул голову к санитару, спокойно ожидая слов "пора на свободу", конечно! Ведь парень целый год старался быть хорошим, и только тогда родители пообещали, что отпустят его. Санитар без колебаний дал команду "на выход". Он встал с койки и направился к выходу. Его вели по всем коридорам. Какой жалкий цирк, говорил себе в голове парень, эти тщедушные, слабые, с промытыми мозгами мешки, сидящие вокруг и всеми силами пытающиеся сдвинуть шахматы с места. Бились о стены, пускали слюни, тряслись, как испуганные котята, словно их только что съела голодная собака. С ухмылкой на лице, он закрыл глаза и вдохнул вкус свободы, выйдя на улицу. Когда он подошел к воротам, его посадили в машину с двумя парамедиками и отвезли в академию Буллворт. Пока он ехал, он вспоминал все, что произошло год назад между ним и Хопкинсом. Он провел языком по зубам от ненависти и стыда, которые он ненавидел, чувствуя каждую секунду. Стыд перед всей школой, в которую он собирался вернуться, и все будут смотреть на него, как на ободранного волка. Прибыв к главным воротам "Буллворта", парень вышел из машины. Он был одет в обычную одежду, которую ему выдали для переодевания. Белая рубашка и черные штаны. Войдя с двумя санитарами за спиной в главное здание к правящему здесь господину Кребблснитчу, на парня посмотрели так, как он и ожидал. Все были удивлены его возвращением. Некоторые шарахались от него назад с испуганными взглядами. Жар от этих взглядов пробежал по его горлу, но он чувствовал страх внутри всех этих кожистых лиц. Поднимаясь ступенька за ступенькой, он вошел на второй этаж, где его ждала мисс Дэнверс. "Доктор Кребблснитч ждет вас в своем кабинете. Пожалуйста, позаботьтесь об этом мальчике должным образом". сказала она. "Не волнуйтесь, мадам, он под контролем" ответили санитары. Мисс Дэнверс открыла дверь. В голове парня каждая секунда шла все медленнее и медленнее. Он знал, что должен вести себя как собака перед директором. В конце концов, только так ему нравится представлять себе своих учеников. "Гэри Смит" - произнес строгим басистым голосом Кребблснитч. " Ну, вы снова здесь... Присаживайтесь, и мы начнем наш разговор". сказал он, снова открывая личное дело Смита. "Спасибо, сэр", - ответил Смит и сел на стул посередине. "Итак, вам исполнилось восемнадцать лет, и ваши родители дали разрешение на ваше освобождение от терапии и остального лечения кроме таблеток. Как именно проходило ваше лечение?" Он задал этот вопрос, сцепив руки на груди. Гэри улыбнулся, и за этой улыбкой скрывался вулкан гнева. "Я проходил терапию, делал уколы, принимал лекарства, каждую неделю мой психиатр изучал мою проблему, и мы с ним пришли к выводу, что мне нужно думать о реальных вещах и о том, что происходит прямо сейчас. Это помогло мне, и теперь я здесь" "Очень хорошо, я рад, что ты всё осознал. И я надеюсь, что ты больше не будешь поступать так, как раньше", - сказал директор, глядя из-под лобья на Гэри с серьезным видом. " спасибо сэр " сказал Гэри всё ещё сидя в напряжении не вдыхая глубоко. "Твоя сводная сестра приехала сюда год назад, сразу после того, как тебя отправили на лечение. Ваши родители попросили ее присматривать за вами" Отметил Кребблснитч. С каждым словом Гэри глотал слюну все медленнее и медленнее - все из-за недопонимания и этих дурацких правил. "Извините... Моя сестра..? " - медленно переспросил шокированный Смит. "Как я и сказал, да. И вы будете принимать лекарства вместе, надеюсь, вы будете заботиться друг о друге. И Смит! Также, читая контракт твоих родителей, если вы оба не будете принимать лекарства, вас обоих снова отправят на лечение в "Счастливые вольты"! Это понятно?" Строго приказал директор " Да, сэр.. " снова ответил парень " А теперь если позволите, у меня есть дела. Желаю вам успехов Смит! " Махнул директор ковыряясь в бумагах. Гэри встал и санитары начали выводить его в его комнату. Все смотрели на него косо, перешептывались. Только Гэри сделал спокойное лицо, как будто он был спокоен и не собирался делать ничего плохого остальным. Он не обращал внимания на остальных. Заложив руки за спину, он с умным видом направился ко входу в общежитие для мальчиков. Он слегка наклонил голову и бросил взгляд на окно Хопкинса, ожидая, что тот посмотрит на него так же, как и остальные, но нет. Этот взгляд был бы скорее пустым взглядом в замешательстве, что он здесь делает, взглядом страха потерять корону со своей головы. К удивлению, Хопкинса в окне не было, что было очень жаль. Смит хотел снова увидеть этот взгляд после всего этого времени, не кого иного, как Хопкинса. Войдя в общежитие, Смит подумал, не забрали ли Хопкинса его мать и еще один отчим. Затем на лице Смита появилось смущение и даже некоторое расстройство. Гэри не заметил, как санитары подвели его к двери его комнаты. Он начал открывать дверь, чтобы пройти через нее. "Давай, парень, не глупи. Иначе ты знаешь, что произойдет". Гэри выдохнул и вошел в комнату, как будто два демона позади покинули его. Так и было, теперь все в его руках. Войдя в комнату, она была так же пуста, как и состояние Смита. Он лег на кровать и был спокоен, его не интересовала месть Хопкинсу. Солнечный свет падал на его лицо, на его красные усталые глаза, уставившиеся в потолок. Он наслаждался покоем, больше никаких криков психопатов. Нет больше холодных заплесневелых стен, нет больше медсестер, вкалывающих ему под кожу все дозы подряд, он устал от всего этого. Но не все было так прекрасно, как могло показаться. В его голову стали приходить мысли о том, кто его сводная сестра и действительно ли его отец женился. Что бы он теперь делал в этой школе без какой-либо цели. И тем более, придерживаться каких-то правил... Эти мысли тяготили Смита. Кусая губы от мыслей до крови, он начал ощущать нервозность и привкус железа. Он провел пальцами по своим пальцам и поднялся, чтобы заглянуть в тумбочку. Открыв ее, он снова увидел те таблетки в зеленой баночке, посмотрев на них, Смит схватился за голову. В комнате стояла тишина, и это начинало сводить его с ума. Он привык к крикам за железной дверью, когда кому-то причиняли боль, вызывала улыбку в уголках его рта. Эта пытка была больше, чем та, что была здесь за деревянной дверью. Смит как будто хотел выйти и показать им, как можно по-настоящему пытать людей, но если он сделает хоть один подобный поступок, его могут отправить обратно в психушку, но его и это не пугало. Он понял, что может показать всем присутствующим, как можно массово пытать людей, мысль за мыслью, и это навело Гэри на давно задуманную им идею. Он начал улыбаться и мысленно ходить с места на место, но его мысли прервал музыкальный стук в дверь. Он повернул голову через плечо, чтобы посмотреть, кто там. Голос прозвучал в предвкушении "Ну здравствуй, незнакомец"