Марионетка клана Нара

      На кухне было необычно тихо. Обед уже приготовили, а приступать к готовке ужина было ещё рано, поэтому большая часть поваров и служанок удалились на отдых или к другим делам. В такой редкий момент, как сейчас, Темари могла спокойно расслабиться, притаившись в теплом закутке за большой печью, от которой ещё исходил жар после готовки обеденных блюд. Кроме нее на кухне ещё работали несколько старых служанок, которые мыли посуду и оттирали столешницы, где до этого хлопотали повара. Они искоса бросали неодобрительные взгляды на отлынивающую от работы новую служанку и время от времени тихо перешептывались, но Темари их упорно игнорировала.       Прислонившись к теплому камню печи, Темари неохотно раздумывала о том, куда перебраться дальше, когда приблизится время ужина и кухня вновь заполнится голосившими слугами. Нынешнее укрытие ей довольно нравилось, да и шансов, что сюда заглянет ее господин, было очень мало, и передвигаться куда-то по дому не хотелось, но все же надо было найти другое укромное местечко, чтобы избежать нежеланных встреч с назойливыми служанками и любопытных глаз. Она и так пряталась на кухне с самого утра после того, как ей надоело валяться в постели.       При мысли о том, чтобы вернуться к исследованию комнат и территории для поиска лазейки для побега, ее не покидал страх попасться на глаза юному господину. После вчерашнего дня, полного унижений и разговоров с этим мерзавцем, ей было противно от одной только мысли о нем. Признаться, ей ещё повезло избежать худшего вчера, когда после нескольких партий в шоги, закончившихся ее позорным проигрышем, она снова нарвалась на неприятности, но её спасло неожиданное появление слуги. В тот самый миг, когда Темари дала волю эмоциям, но затем быстро пожалела об этом, а Шикамару вновь задумал поиздеваться над ней, в дверь постучали. Ему пришлось приоткрыть дверь, чтобы выслушать прервавшего его слугу, который, видимо, сообщил нечто важное, потому что в следующее мгновение Шикамару поспешно вышел за ним. Постояв немного в одиночестве и прислушавшись к удаляющимся шагам, Темари быстро поняла, что это прекрасная возможность сбежать от очередной пытки, и, не теряя времени, ушла к себе.       Сегодня же весь день прошел подозрительно тихо, чему она несомненно была рада. Но задумавшись о своем положении и о том, что на вряд ли Шикамару просто забыл о ней, она все равно ожидала худшее впереди. Скорее всего, у ее хозяина нашлись дела поважнее, и он лишь ненадолго отстрочил свои игры со служанкой. Расстраивало ещё то, что Темари до сих пор не сдвинулась с мертвой точки в плане о побеге. Вместо того, чтобы искать какую-нибудь возможность оказаться на свободе, она весь день ничего не делала, разве что отыскала бельевую комнату и незаметно взяла себе несколько нужных вещей, в том числе и подходящую обувь, чтобы не ходить босиком.       Ее безделью способствовало ещё и то, что никто не нагружал ее работой. Насколько она помнила, господин освободил ее от всех обязанностей, чтобы она была полностью в его власти в любое время. Поэтому все слуги вокруг только с любопытством поглядывали на нее, втихую обсуждая несговорчивую новенькую, да ещё и в необычном для служанки одеянии.       С подобными безрадостными мыслями прошло долгое время. Близился вечер, и на кухне постепенно образовалась галдящая толпа. Хмуро разглядывая оживленных слуг, Темари задумалась о том, что никто из них не занят работой. Прислушавшись к разговорам, она узнала, что никого из господ дома на ужине не будет, поэтому все так расслабились. Послушав ещё немного, Темари выяснила, что глава семьи вместе с сыном остаются допоздна в столице на службе, а госпожа у кого-то гостит. Услышанные новости ее приободрили, и она решила больше не задерживаться на кухне на виду у всех и отправиться в другие части дома.       Остаток дня Темари беззаботно расхаживала по коридорам и разным комнатам, стараясь обходить других служанок, занятых уборкой. За это время она обнаружила большую библиотеку, рабочие кабинеты с массивными письменными столами и множеством полок, заполненных книгами и стопками исписанных пергаментов. Были ещё богато украшенные залы, спальные комнаты разных размеров и попросту пустующие помещения. И нигде не было ничего, что хоть немного могло подсказать или натолкнуть на дальнейшие действия, связанные с побегом. Удрученная отсутствием результатов, Темари глубоким вечером вернулась к себе, осторожно ступая по коридору и слушая каждый шорох.       Следующий день прошел точно так же, за исключением того, что на кухне она провела уже гораздо меньше времени, только заглянула пару раз поесть. Постоянно встречающиеся изучающие взгляды слуг изрядно ей надоели, поэтому Темари подолгу пряталась в разных комнатах, заглядывая в каждый угол и рассматривая вид из окна. Без конца затянутое тучами небо внушало ей лишь уныние, а видневшиеся участки земли не содержали ничего интересного или полезного. Почти отчаявшись к концу дня, Темари задержалась в одной из небольших комнат, в которой были лишь старинный шкаф и старая кушетка с потрёпанными временем креслами. Возле шкафа в углу незаметно валялись в стопке старые книги. Не найдя другого дела, Темари присела на колени и принялась листать пыльные страницы. Она сидела спиной к двери, которую оставила приоткрытой, поэтому не услышала, как она открылась еще шире.       — И что же ты здесь вынюхиваешь? — услышав знакомый голос откуда-то сверху, она от неожиданности вздрогнула всем телом, чем повеселила нежданного гостя.       Подняв голову, Темари, разозлившись, что тому удалось застать ее врасплох, тут же нахмурились, одарив Шикамару презрительным взглядом.       — А тебе какое дело?       — Мне? — он коротко хохотнул. — Да так, всего лишь интересуюсь, почему служанка роется в чужих вещах, чего ей делать уж точно не положено.       — Мне стало скучно. — невозмутимо ответила Темари. Напоминать ему о том, что у нее нет больше никакой работы, она не стала. Не стоило напрашиваться на неприятности.       — Скучно? Вот как? Что ж, звучит как просьба развлечь тебя.       — Вовсе нет. Обойдусь и без тебя.       — А ты как всегда любезна со мной. — Шикамару облокотился о дверной косяк, вздохнув с притворной досадой.       — Любезность в нашу сделку не входила. — Темари пренебрежительно хмыкнула.       — Согласен. Моя ошибка. — неторопливо обведя взглядом комнату, он вошёл внутрь, закрыв за собой дверь уже вплотную.       Темари раздраженно вздохнула, но продолжила упрямо сидеть на том же месте, предпочтя до последнего игнорировать его присутствие. Старые книги перед ней уже не вызывали никакого интереса. Медленно пройдя мимо нее, Шикамару рассеялся на старой кушетке. Похоже, теперь у него свободного времени было достаточно, чтобы заняться взбалмошной служанкой.       — Иди сюда. — он требовательно позвал ее, прожигая взглядом старательно не смотревшую на него Темари. — Помнится мне, мы с тобой не закончили кое-что в прошлый раз.       — Правда? Я ничего подобного не помню. — она нехотя повернула голову в его сторону. Но потом все же пришлось встать и медленным шагом подойти к нему.       — Короткая же у тебя память. Может, мне подробно пересказать тебе, чем мы тогда занимались?       — Чего ты хочешь? — Темари начинала злиться. Она осталась стоять на небольшом расстоянии от него, сложив руки на груди. Шикамару фыркнул.       — Какой глупый вопрос. Но да ладно. Я хочу, чтобы ты перестала выглядеть такой злой и начала относиться ко мне как подобает послушной служанке.       — Ты хочешь невозможного. — сухо произнесла она.       — О, я уверен, в нашем случае нет ничего невозможного. Дело только во времени и силе воле. — в ответ Темари только недовольно вздохнула, вознеся глаза к потолку и призывая себя мысленно к терпению.       — Полагаю, мне нет смысла отвечать.       — Поздравляю, ты уже начала мыслить в верном направлении. Перестаешь без толку пререкаться со мной. — он самодовольно улыбнулся, наслаждаясь её реакцией. — Присядь ко мне. — он жестом пригласил ее сесть рядом с ним.       Пересилив себя, Темари поджала губы, всем видом показывая, как ей это неприятно, и села как можно дальше от него на самый краешек кушетки. Шикамару окинул ее взглядом, приподняв брови. Видимо, сейчас он пребывал в хорошем настроении, и натуженная враждебность служанки его больше забавляла, нежели злила.       — Все же сидеть здесь удобнее, чем на полу, согласись.       — Возможно. — уклончиво ответила та, приложив недюжинное терпение. Она избегала его взгляда, смотря куда-то в стену, так как сомневалась, что, если встретится с ним глазами, сможет сохранить это шаткое нейтральное состояние. Темари извлекла урок из их прошлой встречи и решила не испытывать судьбу, зля своего господина понапрасну.       — Насчёт твоей скуки... Мне пришлось отлучиться по кое-каким делам, и вчера меня весь день не было. Чем ты занималась в это время? Может, скучала по мне? — спросил не без иронии. Она не выдержала и повернулась к нему, вперившись в него скептичным взглядом.       — К чему эти вопросы? Уж тебе-то необязательно любезничать со мной.       — Думаешь? Может, я хочу понравиться тебе. — Темари чересчур громко фыркнула, на мгновение позабыв о решении не показывать своих эмоций слишком яро. — И все же ты не ответила. — продолжил он уже твёрже. — Чем ты занималась вчера? И что ты делала сейчас в этой комнате?       — Это что, допрос? — ответила с вызовом. Но затем всё-таки осадила себя. — Ничем таким особенным я не занималась. Ты, вроде как, освободил меня от работы, так что я целый день ничего не делала. Потом стало скучно, и я решила осмотреться.       — Осмотреться, значит? — судя по голосу, он ей не поверил. Темари невольно занервничала, но продолжила невозмутимо смотреть на него в ответ. — А ты, оказывается, очень любопытная. Сунула свой носик туда, где даже прислуга не появляется. — Шикамару не сводил с нее внимательного взгляда, но она отважно выдерживала его. — Мне, наверное, стоит быть осмотрительнее с тобой.       Темари поняла, что невероятно сглупила, и теперь ей станет намного сложнее отделаться от его внимания. Помимо этого, Шикамару, возможно, начнет куда более настороженно следить за ней. Только этого ей не хватало...       — Если ты хочешь, чтобы я была любезной... То чем вчера занимался ты? — она замялась, на ходу подбирая слова. Нужно было отвести его внимание от ее подозрительного поведения, и она спросила первое, что пришло на ум, понимая, как нелепо это прозвучало. И тем более, раз уж она больше не могла так рисковать с поисками лазейки, стоило придерживаться плана по изучению врага. Как бы ей не было от него тошно, нужно было узнать его поближе, притупить его бдительность, чтобы в нужный момент обвести вокруг пальца.       — Тебе действительно интересно? — он придвинулся к ней, усмехнувшись. — Были важные дела во дворце. Не уверен, что ты поймёшь все тонкости политики. — Темари поджала губы, глуша в себе злобу. То, что он постепенно приближался к ней, не могло ее не напрягать, путая все мысли. — Кстати, — как бы невзначай вспомнил он. — У меня ведь есть для тебя подарок.       — Подарок..? — она переспросила с недоумением. Ей стало тяжело сохранять спокойствие, ощущая его рядом, их тела почти соприкасались, и Шикамару по-хозяйски закинул руку на низкую спинку кушетки позади нее.       — Да. Думаю, тебе понравится. — в этом она очень сомневалась по его голосу. — Но чтобы получить подарок, тебе придётся заслужить его.       — И что мне надо сделать? — Темари спросила без какого-либо энтузиазма, шумно вздохнув. Идея, что она по собственному желанию сделает что угодно ради какого-то подарка, могла бы в иной раз рассмешить ее. Но сейчас она не собиралась ему подыгрывать, понимая, что ей в любом случае придется подчиниться.       — Побыть паинькой. — просто и коротко ответил Шикамару, взяв ее за подбородок.       Она уже не могла отвернуться, и ничего другого не оставалось, кроме как смотреть на его лицо вблизи. Темари втянула воздух через нос. Уже было поздно отступать от намеченного плана, только продолжать играть по его правилам. Она уже догадывалась, что ждёт ее впереди, мысленно готовясь к стыду и унижениям. Единственное, что помогало сохранять спокойствие, так это мысль о ее плане. Теперь она проступала все отчётливее: бросить пыль ему в глаза, заставить поверить, что она ведётся на его подлые уловки, играть роль его куклы, и пусть он думает, что он победитель в их игре, пока она не нанесет решающий удар. Все как в шоги, но только теперь от её ходов зависела её жизнь, и у нее не было права на проигрыш.       Вчерашняя игра открыла ей глаза на ее ошибки. Но в жизни все было куда серьезнее, и она уже не могла позволить себе такую опрометчивость. Первым делом надо взять эмоции под контроль. Темари прикрыла на секунду глаза, настраиваясь на новые правила. С этого момента их новая партия в шоги началась.       — Думаю, у меня это получится.       — Рад слышать.       Его пальцы медленно переместились на щеку, убирая выбившуюся прядь за ухо. С другой стороны ее лицо опалило его дыхание. После предпринятого важного шага она неожиданно для себя нашла способ не реагировать на его прикосновения как раньше. Темари просто отвлекала свое внимание от ощущений близости, сосредотачиваясь на его движениях, поведении, на том, что им движет. Она полностью отдалась рациональным мыслям, подмечая каждую деталь. Теперь она была наблюдателем, собирающим информацию об оппоненте и лишь играющим роль жертвы.       Тем временем его рука опустилась ниже, проведя пальцем кривую линию вниз по шее. Ей пришлось вжаться в спинку кушетки под его натиском и запрокинуть голову. Теперь вместо его лица она видела белый потолок. Игнорировать свою реакцию на его все более смелые прикосновения становилось сложнее. Она тяжело задышала, почувствовав, как одна его рука опустилась ниже, к сведенным коленям, потянув ткань платья наверх.       — Ну а теперь ты припоминаешь, чем мы занимались в прошлый раз? — Шикамару прошептал ей на ухо.       — Да. — выдержав паузу, она сдавленно ответила, озвучив то, чего он хотел.       — Ты помнишь свои ощущения тогда?       — Да...       К тому времени он уже задрал платье и приподнял одну ее ногу, закинув себе на колени. Его рука тут же оказалась между ног, подбираясь к промежности. Когда он коснулся ее там, она ощутила, как палец с лёгкостью погрузился во влажное лоно. И вновь в низу живота появилась неясная истома, будто пульсирующая и заставляющая ее млеть против своей воли. Темари судорожно вдохнула воздух вместе с ненавистным запахом табака и сглотнула, повторяя про себя, что нужно только делать вид, не сопротивляться. И это оказалось на удивление несложно.       Она полагала, что на этот раз он будто бы проверяет её силы, следит, как долго она сможет продержаться, насколько её хватит. Движения были торопливыми, но отточенными, даже аккуратными. Темари не ощущала его желание, скорее, он специально дразнил ее, забавы ради, а не чтобы утолить свои потребности. Она снова громко вздохнула, прикрыв глаза. Неожиданно Шикамару прервался, встав на ноги. Она немного удивлённо распахнула глаза, чтобы посмотреть, что он собирается делать дальше.       В тот же миг он резко схватил ее за предплечье и повалил на кушетку, заставив лечь на спину. Немного жестковатая кушетка была довольно узкой, и одна рука безвольно повисла в воздухе. Темари в смятении глубоко дышала, заставляя себя продолжать ничего не делать и не сопротивляться, послушно ожидая того, что будет дальше. Кушетка явно не предназначалась для лежания в полный рост, поэтому Шикамару приподнял согнутые в коленях ноги, и юбка платья вновь задралась, оголив бедра. Он навис сверху, опершись коленом в противоположный край кушетки. Одной рукой он придерживал высоко поднятую ногу, а другой снова коснулся ее лона.       Он все ещё был резок и настойчив. Темари зажмурилась, стиснув зубы и не давая себе проронить ни звука. Внутри нее кипела борьба. Она все мысленно повторяла себе не сопротивляться, но тем не менее сопротивлялась своим же эмоциям. Он чего-то добивался, но она была не в силах понять чего именно. Почему-то его пальцы без конца надавливали куда-то повыше промежности, от чего ее нутро переполнялось до боли странной агонией, пронзающей тело вспышками судорог. Что-то неуловимое овладело ей, что-то, напоминающее некую нужду... Между ног сводило, мышцы напряглись, будто их натянули. Если ей и впрямь чего-то отчаянно хотелось, она все равно не понимала, что она хочет.       Короткий вздох все же сорвался с ее губ, перестая в другие звуки. Темари закусила губу, чтобы вернуть себе самообладание, но затем быстро забылась и издала постыдный звук сквозь губы, промычав. Терзавшие ее пальцы начали двигаться быстрее, а тело замерло, словно в ожидании. Время замедлилось, хотя прошло всего несколько секунд. Внезапно Шикамару остановился, убрав руку. От неожиданности она приоткрыла губы, глубоко вдыхая полной грудью, и в удивлении широко распахнула глаза, оглядываясь вокруг, будто впервые видела все вокруг. Первой мыслью в голове возник вопрос: "Почему он остановился?"       Растерянно хлопая глазами, Темари чуть приподняла голову, чтобы посмотреть на него. Шикамару все ещё возвышался над ней, являя донельзя самодовольный вид. Служанка в замешательстве сдвинула брови. Произошедшее до сих пор никак не укладывалось в голове.       — Что, огорчена? — он наигранно склонил на бок голову, приподняв брови. — Увы, но оргазм станет моим подарком в следующий раз. — он старался говорить бесстрастно, но в его голосе все равно слышалось злорадство.       Темари не изменилась в лице, выглядя все так же сбитой с толку. Он понял, что смысл его слов не дошел до нее, и от этого криво усмехнулся, но потом попытался подавить улыбку, опустив голову.       — Ты бы могла и самостоятельно справиться, кстати, но все же я хочу сам помочь тебе с этим.       — Что..? — собрав мысли в кучу, она наконец смогла произнести сиплым голосом что-то осмысленное. Былое напряжение в теле спало. Усталые мышцы расслабились.       — Ты только что едва не кончила.       Шикамару встал, отойдя от кушетки. Темари не сводила с него широко раскрытых глаз. Произнесенные им слова показались ей приговором, и по какой-то причине внушили опасения, что так быть не должно. Она медленно привстала, садясь и опуская ноги на пол. Ей не хотелось уточнять у него значение этого слова, и она с вялыми мыслями продолжала переваривать услышанное, почему-то ей не верилось в это. Он задумчиво разглядывал ее, а на губах все ещё оставалась тень улыбки.       — Иди в мою комнату. Мне надо ненадолго отойти. — после этих слов он развернулся к двери и вышел из комнаты, оставив ее дальше раздумывать над случившимся.       К выполнению приказа Темари приступила не сразу. Она ещё какое-то время посидела на кушетке, прислушиваясь к тишине. Признаться, она не привыкла к подобному состоянию, когда собственные ощущения подводили её, и все вокруг казалось уж слишком непонятным. А ещё ее постепенно начинала раздражать эта ситуация, а в особенности то, что он прекрасно понимал, что с ней происходит, а она нет. И это весьма выводило из себя, заставляя усомниться в себе, чего она никогда не делала. Ослабевшие ноги и тянущее чувство между ног добавляли нервозности ее состоянию, подтверждая собой, что она действительно испытывала то пугающее ощущение, о котором ему было достаточно известно.       В чем она была твёрдо уверена, так это в том, что она не желает узнавать, что Шикамару имел в виду, и чем была чревата та странная нужда. Отчасти её раздражение было вызвано как раз-таки тем, что эта нужда осталась неизвестной. Она уже ощущала ранее это чувство незавершённости, и вспоминать об этом она уж точно не хотела.       Помедлив ещё немного, Темари встала с потрёпанной кушетки и на непослушных ногах вышла из комнаты. В коридоре было тихо, а Шикамару нигде не было видно. Нехотя раздумывая о том, зачем ему срочно понадобилось отлучиться и куда, она дошла до его покоев, ставших самым ненавистным местом во всем доме. За все время, что она пробыла здесь, она успела запомнить каждую деталь в его комнате, пока разглядывала все вокруг, лишь бы не смотреть на него. Открыв двери и ожидая, что увидит уже хорошо знакомую картину, Темари с удивлением уставилась на то, чего уж точно здесь никогда не было.       Посреди комнаты на столике и стоящем рядом табурете высились коробки разных размеров, а сверху на них были сложены вещи. Подойдя поближе, она обратила внимание на кровать, на которой были разложены несколько платьев. Чем-то они напоминали то платье, которое было на ней, но в отличие от него они были новыми. Темари могла предположить, что они соответствовали современной моде в стране Огня, что было явно ей не по вкусу. Она взяла в руки платье бледно-голубого цвета. Ткань было тоньше, но нежнее, длинные рукава должны были плотно обтягивать руки, перламутровые пуговицы, отдающие голубым, слабо поблескивали на свету. Темари придирчиво рассматривала со всех сторон платье, которое, очевидно, могло показаться жителям этой страны красивым.       Остальные два платья на кровати немного отличались от первого. Одно было серого цвета, казавшееся по сравнению с первым слегка скромнее, а второе было темно-красного цвета, плотнее и тяжелее, с золотистыми пуговицами и длинными манжетами. Все платья показались ей чересчур вычурными, а вырезы слишком открытыми. Оставив их на кровати, она повернулась к коробкам. Любопытство взяло верх, и Темари внимательно изучила все содержимое.       Поверх коробок были сложены пара кимоно, на ощупь казавшимися шёлковыми. Их подолы были расписаны яркими узорами и рисунками. За всю жизнь Темари редко доводилось надевать кимоно, только в церемониальные дни или особенные праздники. Отложив кимоно на кровать, она открыла коробки. Больше всего ее заинтересовали необычные для нее туфли, обтянутые атласной тканью и бархатом, некоторые были на каблуке, что она увидела впервые. Такие туфли показались ей слишком жёсткими и неудобными. В следующих коробках были другие различные вещи: нижнее бельё, корсеты, накидки, ночные рубашки, халаты и странные на вид чулки. Что-то из этого она тоже видела впервые и не знала, для чего это нужно. Женщины в стране Огня одевались воистину странно и непонятно.       Отдельно на столике лежала небольшая деревянная шкатулка, украшенная резьбой. Темари взяла ее в последнюю очередь после того, как небрежно оставила раскрытые коробки разбросанными на полу вокруг нее. В шкатулке были украшения: пара цепочек с маленькими кулонами, незамысловатые серьги с мелкими камушками и витиеватые заколки для волос. Она по очереди вынимала украшения, скептически разглядывая каждое. Должно быть, для какой-нибудь крестьянки или обыкновенной служанки подобное могло показаться роскошью, но для нее все изделия казались дешёвой безвкусицей. Когда-то ей принадлежала целая сокровищница с самыми дорогими и изысканными украшениями. Эти безделушки не шли ни в какое сравнение с золотом и драгоценными камнями, какие она привыкла носить.       Последней она достала длинную шпильку, конец которой был украшен свисающими бусинами разных форм и цветов. Камни, из которых были сделаны бусины, были ей незнакомы. Некоторые были полупрозрачными, некоторые были разных оттенков, словно перемешанные краски. Конец шпильки был в форме угловатой ветви дерева с маленькими листочками. По ее мнению шпилька была чересчур громоздкой и больше смахивала на колющее оружие, но другой конец был не таким острым, чтобы можно было кого-то поранить. Она не могла представить, как использовать такую вещь в качестве украшения. Из всех вещиц из шкатулки последнюю шпильку Темари разглядывала дольше всего, вертя ее в руках.       Незакрытая и в этот раз дверь за ней приоткрылась, и пришедший Шикамару застал ее склонившейся на коленях возле кучи вещей с необычным украшением в руках. Услышав звук шагов, она не дёрнулась, как в прошлый раз, только чуть нахмурилась в ожидании, когда он подаст голос.       — Ну как? Нравится мой подарок? Кажется, ты просила одежду. Считай это поощрением за хорошее поведение.       Темари с холодом взглянула на него через плечо, попутно припоминая про обещанный подарок. Не сказать, что она в действительности ждала от него подарка после того, что произошло, но полученные вещи все же немного удивили её, хотя считать это стоящим подарком она не могла.       — Да, я хотела другую одежду, но не ожидала, что ее будет так много. И все это для меня?       — Именно. Все это для тебя. — он встал за ее спиной и слегка наклонился. — Что скажешь?       Она опустила взгляд на вещи вокруг и шпильку в своих руках, не зная, что сказать. Уж не благодарности он ждёт от нее? Темари замешкалась. После обдумывания новой стратегии она заметно успокоилась и уже могла вести себя куда сдержаннее, но слова благодарности были для нее чересчур.       — Мне было бы достаточно и одежды служанки. К чему столько вещей? Вздумал купить меня? — хоть она и не была впечатлена всеми платьями и украшениями, но то, что все было новое и купленное специально для нее, не осталось без внимания.       — Купить? — он с удивлением переспросил. — Ты думаешь, я всерьез допускаю мысль, что такая, как ты, может быть падка на деньги и продаться за дорогие подарки? Я-то думал, ты поумнее. — он издевательски покачал головой, вздохнув. — Это лишь добрый жест с моей стороны. И разве я не говорил, что ты для меня особенная служанка, и поэтому я хочу, чтобы ты подобающе выглядела? Как, кстати, ты тогда выразилась? "Вздумалось поиграть в куклы"?       Он обошел её и остановился у кровати, повернувшись к лежавшим на ней платьям. Темари не шевельнулась, со злостью раздумывая над его словами. В этом словесном поединке она понесла поражение. Ему удалось выставить ее дурой, что сильно ударило по ее уверенному поведению, хоть этого она признавать не хотела. Она разумно предпочла молчать и игнорировать его, нежели вестись на эти провокации и давать волю эмоциям. В руках она все ещё держала заинтересовавшую ее шпильку.       — Как насчёт поиграть в переодевания прямо сейчас? Держу пари, тебе не терпится сменить наряд. Это старое платье наверняка тебе уже приелось. — Шикамару взял в руки первое платье голубого цвета.       Понимая, что нет никакого смысла перечить ему сейчас, Темари с тяжёлым вздохом положила украшение обратно в шкатулку и с громким стуком вернула ее на стол. Она сразу же вспомнила их разговор, когда он дал ей первое платье. Ей до последнего момента не хотелось поднимать голову и смотреть на него. Похоже, сейчас его главная забава будет заключаться в переодевании ее в новые наряды.       — Позволь, я помогу тебе снять старое платье. — он подождал, когда она встанет и шагнет в его сторону, чтобы подойти к ней и встать сзади.       Его руки тут же опустились на ее талию, медленно поднимаясь наверх, к пуговицам на спине. Шикамару слегка наклонил голову, приблизив лицо к её волосам. Руки поднялись выше, коснувшись открытой кожи у основания шеи. Он касался не почти невесомо, только кончиками пальцев, от чего по спине прошлись мурашки. Затем пальцы добрались до волос, в одно мгновение сорвав шнурок, которым она их подвязывала. Распущенные волосы разметались, прикрывая шею. Одной рукой он убрал их в сторону, снова пройдясь пальцами по оголенной коже. Темари нетерпеливо вздохнула, не шевелясь. Она чувствовала, что он нарочно медлит, пытаясь вывести ее на эмоции, разозлив неторопливыми лёгкими прикосновениями.       Она все ещё хорошо помнила ту скованность, когда он касался ее между ног, раззадоривая. Так же и сейчас он потихоньку выводил ее из равновесия, словно по одной капле выливал воду в переполненный сосуд. Убрав волосы, он начал так же медленно расстёгивать пуговицы на спине. Темари слегка поежилась, почувствовав холодок там, где приоткрылась кожа. Шикамару явно не спешил, наслаждаясь процессом. Дойдя до самого низа, он обеими ладонями коснулся обнаженной спины, приподнимая их к плечам и стягивая с них платье. Она инстинктивно свела плечи, ссутулившись, и быстрыми движениями начала высвобождать руки из рукавов. Ее нетерпение забавляло Шикамару, наблюдавшего за ней сзади. Наконец платье упало к ее ногам, и Темари судорожно вздохнула от объявшего ее холода.       Почувствовав уже знакомый стыд, она стиснула зубы, и внезапно ее охватила решимость, подкрепляемая появившейся злостью. Она ясно вспомнила все те мысли о ее плане, как о новой стратегии в шоги. Желание одолеть противника любой ценой придало ей уверенности. В этой схватке все эмоции были лишними. Её противник не так прост и потому опасен, а все ее ходы прежде были обращены против нее же, поэтому следовало сменить тактику. Не дав ему лишней минуты для обдумывания нового хода, она быстро обернулась лицом к нему, взглянув прямо в его глаза, постаравшись не думать о том, что стоит перед ним без одежды.       Шикамару явно не ожидал этого и удивленно приподнял брови, встретившись с ней глазами. Он не успел убрать руки, видимо собираясь до этого вновь прикоснуться к ней сзади. Темари смотрела ему в глаза с вызовом, словно заявляя ему, что не боится и не стесняется, в чем он до этого часто уличал ее.       — Хочешь мне о чём-то сказать? — поинтересовался он с напускной невозмутимостью.       — Просто мне не нравится, что ты стоишь за моей спиной. — она попыталась ответить в тон ему, но нотки злости все равно проскальзывали.       — Согласен, вид спереди намного лучше. — он быстро опустил взгляд ниже. Темари сжала губы в тонкую линию. Он явно пытался задеть ее, но она сдержалась, не ведясь на провокацию.       — Ты хотел помочь мне переодеться. — с нажимом напомнила она ему.       — Ах да, точно... — он нарочито задумчиво склонил голову. — Тогда стоит начать с нижнего белья, ты так не думаешь? — Шикамару отошёл на пару шагов, окинув ее оценивающим взглядом, и повернулся к куче раскрытых коробок с новой одеждой.       Подойдя поближе, он помедлил, прежде чем взять нужную вещь, словно тщательно выбирал ее. Темари с отвращением следила за его движениями, подумав о том, как придирчиво он относится к ее внешнему виду. Она больше не могла просто игнорировать его, серьезно решив вступить в его мерзкую игру, поэтому перешагнула через лежавшее на полу старое платье, приблизившись к нему. Он держал в руках одну из странных вещиц, которых она увидела впервые.       — Что это? — вопрос сорвался с ее губ чересчур требовательно, ей и впрямь было любопытно.       — Это то, что сейчас модные дамы носят вместо корсета, чтобы поддерживать грудь. — он снисходительно ответил, повернувшись к ней и показав вещь поближе. Она напоминала собой узкий отрез кружевной белой ткани причудливой формы, к которой были пришиты две тонкие полоски из той же ткани. Темари скептично сдвинула брови, не понимая, как эта штука могла заменять корсет.       — И как это надевать?       — Как раз для этого я и предложил свою помощь. — его губы растянулись в насмешливой улыбке.       Затем он снова встал позади нее, приложив эту вещь к ее груди, тем местом, где она была шире и с округлым краем. Темари едва не смутилась от того, как он коснулся каждой груди, чтобы ее полностью облегала ткань. Грудь заметно приподнялась, когда он застегнул это на спине. По ощущением было похоже, будто её туго опоясали, и потому, придерживаемая этим странным кружевным "поясом", грудь уж слишком выпирала. Привыкшей к платьям с высоким воротом, какие традиционно носили на ее родных землях, Темари это абсолютно не понравилось, что она и выразила во взгляде, но все же сдержанно заметила:       — Смею предположить, модные дамы в стране Огня полностью лишены вкуса и чувства приличия. Может быть, ты имел в виду, что это носят лишь самые распутные и бесстыдные женщины в этой стране?       — Или же самые практичные. — он невозмутимо хмыкнул, проигнорировав ее презрительный тон. — Уверяю тебя, ни одна проститутка во всей столице не одевается так изысканно. Высокая мода — привилегия только для знатных особ. Не стану лгать, подобный элемент гардероба очень радует глаз, но не каждый может себе позволить любоваться женским телом в таком виде.       Темари скривилась, когда он снова наклонил голову к ней, подтверждая свои слова многозначительным взглядом на ее тело. Следующие несколько минут, к ее большому неудовольствию, прошли в такой же неловкости и унижении, когда он доставал очередную обновку из нижнего белья и показывал, как это надевать. Также пришлось заменить и самое нижнее исподнее на то, что, по его словам, сейчас носят самые богатые молодые девушки. Это белье было чересчур тонким и обтягивающим, от чего крайне неудобным, особенно в интимных местах, где Темари до неприемлемого часто многое ощущала.       Следующее поразило ее ещё больше. На немой вопрос в ее глазах Шикамару заявил, что это чулки, но она даже не могла поверить, что эти полупрозрачные длинные штуки, обшитые с одного конца тонким кружевом, могли налезть на ее ноги. Но помимо всего прочего, ее до невозможности напрягало то, с каким спокойствием и невозмутимостью он помогал ей надевать все это, аккуратно придерживая ее и без конца прикасаясь к ней в самых неожиданных местах. Чтобы надеть так называемые чулки, явно не предназначенные для того, чтобы греть ноги в холодную погоду, Шикамару усадил ее на кровать, указывая по очереди поднять одну ногу, чтобы уверенными движениями натянуть растягивающийся чулок.       Былое недовольство уступало слабо проступающему смущению. Видя, как он присел на колено перед ней, чтобы удобнее обхватить приподнятую ногу, Темари поджала губы и от неловкости отвела взгляд. Отсутствие злости и ненависти в ее реакции было весьма непривычным. Она и не заметила, как эмоции сменились, стоило ей всерьез отвлечься на свой новый план и войти в роль приманки для своей же ловушки.       Когда очередь дошла до платья, про себя она смогла наконец вздохнуть спокойно. Теперь она не чувствовала его теплых прикосновений на своем обнажённом теле, и уже не было того ужасного смущения. Закончив помогать ей с нарядом, Шикамару подвёл ее, держа за плечи, к большому зеркалу, стоящему в углу за дверью. Обычно Темари избегала его при разглядывании комнаты. Ей не особо хотелось видеть себя или его в отражении.       — Что скажешь, Темари? — услышав свое имя, она ощутила внутри какой-то неприятный толчок. Ей определенно не нравилось, как произносится ее имя из его уст.       — Что бы ты ни говорил, это все равно выглядит вызывающе. — нахмурившись, она больше всего обратила внимание на глубокий вырез платья, где грудь выделялась ещё сильнее из-за нижнего лифа.       — А ты, похоже, очень старомодна. Не вижу ничего плохого в том, что одежда идеально подчёркивает красоту фигуры, а у тебя несомненно есть, что подчеркнуть. Ты ведь не можешь отрицать этого?       — И для чего же мне красоваться перед тобой? Меня нисколько не радует, что ты можешь наслаждаться красотой моей фигуры. — Темари произнесла без тени злости, холодно озвучив свою мысль, как между прочим. Шикамару, усмехнувшись, снисходительно покачал головой.       — Знаешь, что меня удивляет в тебе больше всего? Как с такой симпатичной внешностью ты можешь быть настолько остра на язык? Я ведь сделал тебе комплимент, а ты в ответ ударила меня словами.       — Не стоит делать вид, будто мои слова задели тебя. — фыркнула она, закатив глаза. — По-твоему все красивые женщины должны быть покладистыми и вежливыми?       — Но ведь если женщина красива, какой ей прок вести себя так вздорно? С красивым лицом можно многого добиться и многим понравиться. Остальным же ничего не остаётся, кроме как учинять проблемы окружающим. А ты явно из тех, от кого много проблем. — на короткий миг Темари застыла в удивлении и возмущении, после чего обернулась к нему с широко раскрытыми глазами. Его слова никак не подчинялись ее логике.       — Какая же глупость... Делишь всех вокруг на тех, кто доставляет проблемы, и на тех, кто не доставляет? — это звучало настолько абсурдно, что даже не вызывало гнева.       — Именно. Как ты все верно истолковала, однако... — ее удивленный тон явно смешил его. — Так ведь намного проще. Зачем же все усложнять без причины?       — Так ты оказывается не только глуп, но ещё и ленив, раз не можешь заставить себя думать лишний раз. — всё-таки его нахальное отношение потихоньку начинало выводить её из себя.       Шикамару определенно недооценивал ее во всех смыслах, считая красивую внешность главным достоинством женщины, и это возмущало её совершенно иначе, чем все, что было до этого. В этот раз он задел ее куда глубже, и Темари с ещё большим пылом преисполнилась желанием одолеть его в этой схватке, избегая при этом слепых эмоций, чтобы доказать ему обратное. Показать, что она способна на большее.       — А ты оказывается довольно проницательна... — судя по его тону, он был удивлен ее выводами, что не могло не разозлить её пуще прежнего. — Для служанки. — добавил он тише, приблизившись к ее лицу.       Его глаза были прикованы к ней, изучая каждую чёрточку на ее, казалось, безразличном лице. Темари же не сводила взгляда с его отражения, видя, как пристально он вглядывается в нее с близкого расстояния. В один миг все тело свело от напряжения. Ей безудержно захотелось оттолкнуть его, выплеснуть всю ярость, высказать все то, что она о нем думает, но остатки разума сдерживали ее. Недюжинными усилиями она сохраняла видимое спокойствие на лице, поддельное безразличие.       Его рука медленно коснулась собранных волос, потянув за шнурок, и распустившиеся волосы небрежно упали на плечи. Вторая рука легла на талию, он приблизился почти вплотную сзади, и за этим назамедлительно последовала тревога в теле. Шикамару словно отчётливо видел, какая борьба разворачивается внутри нее. Плечи почти незаметно напряглись, пальцы на руках подрагивали, отчаянно желая сжаться в кулаки, но Темари не позволяла себе ни одним движением выдать обуревавшие ее чувства.       Он нарочно касался ее, проверяя, насколько её хватит, прислонился к ней всем телом, будто сдавив со всех сторон. Распустив ей волосы, он принялся поправлять их, пропуская сквозь пальцы, чтобы непослушные волосы ровно лежали по обе стороны лица. Чувствуя, что находится на пределе, она попыталась отвлечься на свое отражение, вглядываясь в бледное осунувшееся лицо, обрамленное спутанными волосами, выпирающие ключицы, еле заметно вздымающуюся грудь, в новое платье, идеально облегающее ее стройный стан. Приглядевшись, Темари с трудом верила, что это она сама стоит напротив в зеркале, в непривычном одеянии, с тяжёлым взглядом и плотно сжатыми губами. А позади её держал за талию её главный враг и надзиратель, непрерывно поджидающий момента, когда она даст слабину.       Картинка перед её глазами казалась ненастоящей, неестественной, несмотря на то, что подсказывали все ощущения. Почему-то её лицо никак не вписывалось в эту обстановку, к этому явно недешёвому платью, к внешности Шикамару. С незнакомой доныне болью она не узнавала в отражении прошлую себя. Вмиг ей стало невыносимо смотреть на себя, осознавая свое положение, видя в себе слабость и беспомощность от того, что она не могла освободиться от чужих оков. Темари изо всех сил пыталась не показать ему свои чувства, скрыв их за маской отчуждённости, но от своих собственных глаз она скрыться не могла.       Хоть это и удалось ей с непомерными усилиями, она все же смогла отстраниться от неприятных ощущений, не обращать внимания на его выводящее из себя присутствие. Он стоял за спиной, прислонившись сбоку к ее лицу, и на плечи словно взвалилась тяжесть, а его рука продолжала навязчиво приглаживать волосы, якобы ненароком задевая пальцами кожу на лбу и висках. Отвлекшись на тягостные мысли о себе, Темари сумела совладать с чувствами, не замечая его провокаций. Спустя долгие мгновения напряжённой тишины, Шикамару решился прервать ее.       — Ты держишься уже намного лучше по сравнению с тем, что было раньше. Вижу, не только новый наряд изменил тебя. — она сразу подметила, что он произнес это с некоторой долей удовольствия. — Так хочется на свободу? — он в очередной раз усмехнулся. Глубоко вздохнув, Темари повернулась к нему, спокойно взглянув прямо в его глаза.       — Хоть это и ниже моего достоинства, но все же не будет лишним доказать тебе, насколько сильно ты ошибаешься. — несмотря на внешнее спокойствие, ее слова прозвучали с глубокой уверенностью, почти походящей на угрозу. Ее чувства и эмоции никуда не делись, крупицами проскакивая в голосе.       — Что ж, не стану скрывать, ты меня весьма заинтриговала. Буду с нетерпением ждать, что у тебя получится. — Шикамару ответил ей с тем же спокойствием, но взгляд его ужесточился, показывая, как серьезно он настроен.       Следующий долгий миг они провели в давящем молчании, столкнувшись взглядами. Ни один не желал уступать другому, твердо уверенный в своих силах. Но затем он все же отступил на пару шагов, отойдя в центр комнаты. О чем-то ненадолго задумавшись, Шикамару, будто что-то окончательно решив, удовлетворенно улыбнулся.       — У нас ещё осталось время до ужина. Может, у тебя есть какие-то пожелания по поводу того, чем нам сейчас заняться? — Темари задумалась, отведя взгляд в сторону. Он дождался, когда она придет к решению и поднимет на него все тот же непоколебимый взгляд.       — Сыграем в шоги. — уверенно ответила она. Услышав ее слова, он удивлённо приподнял брови.       — Хочешь взять реванш? Все ещё уверена в своих способностях?       — Не думаю, что у тебя есть альтернатива получше.       Коротко поразмыслив, он понял ее намек. В следующую секунду на губах Шикамару вновь появилась улыбка.