Займёмся литературой?

       Оставшееся время урока летело за считанные минуты, мысли Бэллы были забиты не новой темой, а Костьей. Блондинка пыталась разобрать всю ситуацию в голове, по поводу Митрониной и классным руководителем, но явно придумывала лишнего. Она не знала ничего что связывало этих двоих до этого, что очень много оставляло пробелов в её построении в жизни Костьи.        Шумный звонок, по окончанию урока раздался в коридоре, где уже были слышны крики детей. Кузнецова проигнорировала просьбу шатенки, остаться после урока. Выйдя из класса и слившись с другими учениками школы, Костья потеряла её из виду, и не стала идти за ней. Она снова сбежала, так и не попробовав разобраться что же сейчас с ними происходит.  — Доиграешься, Кузнецова. — послышались слова из уст татуированной, стоящей в дверях кабинета. Старшая не привыкла бегать за кем-то, это явно не про неё.

***

       На улице темнеет, зажигаются тусклые фонари, но лишь Купер идёт по тёмному, мало освещённому переулку, полностью летающая в мыслях о новой ученице. Никогда не знаешь как твоя жизнь может перевернуться и благодаря кому. Всё что тебя волновало раннее — ничто по сравнению с тем, что молодая преподавательница испытывает сейчас. Смешанные эмоции, от этого не всегда легко понять себя и вообще то что ты хочешь.       Всю свою осознанную жизнь темноволосая куда-то спешила и кому-то что-то доказывала. Но профессионализм не пропьёшь, а прошлые отношения оставили лишь огромную дыру в её итак израненном и местами покалеченном маленьком сердце. Каспер не жалеет, да и никогда не жалела о том, что когда-то с ней произошло, говоря что «это опыт, чему-то всё-таки он должен нас научить». На деле не каждый опыт можно было назвать хорошим, тем более не о каждом ты будешь говорить. Вечный контроль и недоверие со стороны своей второй половинки способен убить всё, что когда-то ранее они могли называть любовью.       Очевидно, но факт. Но любой человек присутствующий в нашей жизни каким-то образом реально может перевернуть наше мировозрение и взгляд на мир с ног до головы. Дружба, любовь, секс — взаимодействие между собой и нашими желаниями, вопреки всем предпочтениям и запретам. Мы сами выбираем как будем жить дальше, всё только в наших руках.       Зайдя в тёплое помещение и сняв тяжёлую куртку, шаги шатенки уже послышались в комнате. Без сил упав на мягкую, идеально-ровно застеленную кровать, первым делом взяв айфон в руки, Костья решила написать блондинке, найдя ту в соц.сетях. Девушка до сих пор не понимала поведение своей ученицы и это хоть немного, но выводило из себя.       Пальцы Кас быстро набирали сообщение, в котором было сказано: «Ты почему не осталась после урока? Я же тебя просила.» Нажав на кнопку «отправить» и убрав телефон в сторону, Костья ушла принимать все необходимые ванные процедуры, тем самым отвлекаясь от реальности и пытаясь выкинуть из головы младшую.       Не сказать что она так часто думала о ней, но порой ненароком ловила себя на мысли что беспокоится за Словетскую. «Как она? Где? Всё ли с ней в порядке?» Ведь в последний раз когда Каспер видела её в алкогольном состоянии и со всеми признаками депрессии налицо можно было с лёгкостью сказать что у голубоглазой проблемы. Старшей так хотелось разобраться во всём, а самое главное в себе, ведь даже сейчас учитель понимала что слишком тепло начала относиться к новоиспечённой ученице.        Пару часов спустя, зеленоглазая всё же не дождалась ответа и абсолютно без сил легла спать, после тяжёлого рабочего дня.

***

       Осеннее утро, за окном потихоньку начинает светлеть, Костья не изменяет своим правилам и в очередной раз находится на рабочем месте в столь раннее время. Голова явно загружена не работой, и не новыми темами уроков.       Кузнецова, вот она причина всего этого. Блондинка на протяжении трех дней не появляется в школьном заведении, не отвечает на звонки и сообщения.        Опять гудки, снова недоступен. Всё, что слышит Купер каждое утро, последние три дня. Отсутствие голубоглазой не даёт покоя её классному руководителю. Старшая беспокоится. Отложив телефон в выдвижной ящик стола, шатенка достала нужные ей бумаги, заполняя всё необходимое.       Стук в дверь прервал тишину молодой преподавательницы, находящуюся в кабинете.  — Войдите. —  послышался тихий голос из класса.       Неожиданно для татуированной в кабинет вошла Бэлла. Взгляд Купер резко упал на блондинку, Кас сидела в непонимании, ведь опять не услышала ни слова из уст Кузнецовой. Та смотрела на неё исподлобья и скрещивая руки около груди спросила:  — Ничего не хочешь сказать? —  глаза темноволосой горели от злости и радости одновременно, она была рада что снова видит младшую, но злость переходила всё границы.       В ответ на свой вопрос шатенка услышала все ту же тишину, которая была до прихода Бэллы. Некоторые ученики уже с любопытством начали смотреть за всей непонятной им картиной. Нервы Купер на пределе, она встала из-за стола и подошла к ученице, которая как ни в чём не бывало в спокойной форме раскладывала за своей партой учебники, для предстоящего урока. — Лучше бы меня вообще не было здесь, — едва слышным шёпотом долетело до татуированной. Костья на секунду задумалась показалось ей или нет, как молодого преподавателя резко впихнули в бок и Словетская вылетела из кабинета. «Дерзкая, невоспитанная, ещё и хамка. Не знаю что у тебя там произошло, но я воспитаю тебя, хочешь ты этого или нет, Кузнецова». — в мыслях промелькнуло у шатенки, а после она перенесла всё своё внимание на урок.       Бэлла вскоре вернулась, на удивление в хорошем расположении духа, девушка даже пыталась что-то пересказать на уроке, а когда её спросили о правилах русского языка удивила немалую часть своих одногруппников правильным ответом. К конце уроку даже Купер уже смягчилась по отношению к своей ученице, либо отлично делала вид что всё так и надо, а после учительница в любом случае поговорит с голубоглазой. Надо же узнать что с той произошло, как-никак это одна из обязанностей классного руководителя, да и не только, по правде говоря. — И не забудьте что на следующем уроке мы пишем диктант, надеюсь вы подготовитесь. — в заключении последовало от зеленоглазой, когда та ровным взглядом одаривала всех присутствующих, делая последние метки в их школьном журнале. — Бэлла, а тебя я попрошу остаться, — пара человек ещё задержались в кабинете, собирая все свои вещи, но и также быстро ретировались, что немного взбесило Кузнецову. Не хотела она оставаться один на один с этой девушкой, и на это были свои причины.       К этому времени огибая учительский стол и новую ученицу, Купер спокойно прошла к двери и закрылась на ключ, оставаясь с ученицей в максимально напряженной обстановке. — Тебя не было три дня, что-то случилось? — Купер по хозяйски спокойно опустила свои руки на плечи голубоглазой, словно так и надо, ловя зрительный контакт с младшей и пытаясь понять её поведение за сегодняшний день. — Зачем вы закрылись? Мне не комфортно, — кажется от юной бунтарки не осталось и следа. Словетская дрожала, терялась и упорно не хотела давать себя прочитать, под натиском ни в чём не отказывающей себе учительницы. Но не оттолкнула, лишь бросила недовольный взгляд. — Я хочу спокойно с тобой поговорить, без лишних глаз и… чтобы ты не убежала, не в этот раз… — наконец озвучила свою тактику Каспер, с упором ожидая от младшей ответа, чтобы понять для себя что ещё скрывает эта маленькая бестия и скрывает ли, прячась в своих собственных воспоминаниях и каждый раз травмируя своё тело до изнеможения новыми порезами, если не больше. — Я плохо себя чувствовала, мне нужно было кое в чём разобраться. Я думала… — замешкавшись и с опаской глядя на свою классную руководительницу, будто бы продумывая всё в своей голове наконец произносит Бэлла, но Купер недостаточно. Она только начала. — И о чём же ты думала? — татуированная подходит почти впритык, на слишком близкое расстояние, своим дыханием соединяясь с её и младшая не выдерживает. Ломается, хоть и пыталась всё это время саму себя убедить в совершенно обратном. — О тебе, — всего пару слов, но сколько много они могут сейчас поменять. Костья в своей привычной манере слегка разворачивает Кузнецову спиной к себе, на секунду оставляя свои руки на её талии, выжидает последует ли отторжение со стороны ученицы. Ничего не происходит, Словетская лишь глубоко выдыхает, после позволяя старшей забраться к себе под тонкую худи, добраться до груди и вырисовывать там многочисленные, словно по географической карте, узоры, минуя спортивный топ. Соски мгновенно реагируют на чужие прикосновения, становясь твёрдыми, а мягкие поглаживания отдалённо начинают переходить к чему-то большему. Бэлла сама не понимает как тает от столь невинной затеи со стороны классного руководителя, но сделать ничего не может. Сейчас ей слишком хорошо. — Теперь понятно почему ты не отталкиваешь меня. — как змей искуситель шепчет на ушко Бэлле шатенка, аромат резких духов смешивается в воздухе с будоражащей сознание обеих обстановкой. — Мне это нравится, — светловолосую кидает то в жар, то в холод от действий Костьи. Каспер едва касается её молочной шеи, не целует, но трогает там где тело начинает отдавать лёгкой пульсацией и эйфорией в головном мозге, так и не доходя до самого главного.       Блондинка не вырывается, не хочет. Ученица не осознаёт насколько близко смогла подпустить к себе, по сути, ещё совершенно ей незнакомого человека, точнее классного руководителя, ведь это запретно и не для них.       На удивление никто за это время так и не смог их побеспокоить, пока татуированная в своей собственной манере вжималась в хрупкое тело, так и прокручивая картинки возможного будущего в своём испорченном подсознании.       Не так Каспер представляла себе начало своей новой четверти, но так даже лучше. Она явно удовлетворена. — Интересно, если я залезу к тебе в трусики — ты уже течёшь? — скорее промурлыкала картавым голосом, чем сказала зеленоглазая, когда руки Купер начинали бесцеремонно разгуливать уже по всей площади её вседозволенности. Хотя ответ был слишком очевиден, чтобы отрицать его или попытаться убежать от своих же желаний. Восемнадцатилетнюю ученицу не менее сильно возбуждало и кидало в жар всё то, что сейчас происходит за закрытой дверью. Сколько бы Бэлла не отрицала, но её тянуло, пиздец как тянуло к своей классной руководительнице в немного другом амплуа, чем её новых одногруппников на предстоящие пару лет. — Ты такая сладкая, — темноволосая всё-таки не выдерживает и припадает своими губами к оголенной шее светловолосой, от чего той мгновенно начинает сносить крышу и плавиться рассудок. — И такая горячая… — слишком резко и без разрешения минуя спортивные брюки и отодвигая нижнее бельё пальцы Купер входят в светловолосую, убеждаясь в том что старшая всё-таки была права, от чего следует протяжный стон и ещё более разгорячённое тело, придерживаемое молодой учительницей, потому что младшая не может, слишком хорошо сейчас для того чтобы думать.       Не глубокие толчки, но так ясно отдающиеся в подсознание. Всё это сейчас так неправильно и под запретом, что возбуждение ещё больше начинает накрывать с головой, ноги Словетской подкашиваются, сердцебиение учащается, а дыхание становится прерывистым.       Костья кайфует как стеночки Бэллы плотно обхватывают её фаланги, чередуясь с едва слышными стонами, что татуированная не уверена даже сейчас был ли хоть кто-то до этого у Словетской. Слишком чистой и непорочной она казалась ей при первом знакомстве, но как же ей нравится когда голубоглазая подчиняется и позволяет делать с ней всё что захочет Купер. Это подкупает, чересчур.       Каспер входит чуточку глубже, поочерёдно меняя темп, природная смазка смягчает уже более грубые проникновения, чередуя с круговыми движениями, не забывая про клитор, что не ускользает от внимания светловолосой и от её реакции на столь положительный эффект.       Через минуту Словетская сама как последняя грязная шлюха в дешёвом кино насаживается на пальцы молодой преподавательницы, прося не останавливаться и умоляя продлить этот момент как можно больше ещё. Ощущение будто кто-то ей подсыпал самый мощный афродизиак, потому что порой контролировать свои действия было практически невозможно.       Капельки пота застывают на лицах, как и осознание всей действительности и что будет после всего. В кабинете катастрофически жарко и практически нечем дышать. Тело Кузнецовой содрогается в оргазме, обмякает, взгляд становится слишком расслабленным чтобы хоть что-то сейчас предпринять, а разум упрямо начинает твердить что она сделала что-то неправильное, но тело лёгкой вибрацией говорит об обратном.       Купер освобождается от Бэллы, приводит по минимуму в порядок её внешний вид, отряхивая от последствий своей лёгкой шалости. Голубоглазая лишь молчит, начиная понемногу приходить в себя и пытаясь переварить всё что сейчас было. — Такая ты мне нравишься больше, — улыбается во все тридцать два зуба татуированная особа, садясь за учительский стол и удовлетворенно разминая свои умелые пальцы. — После уроков жду у себя. — скорее утверждает, чем спрашивает смотрит на свою новую ученицу, зная что теперь будет дальше. — И забери журнал. — Бэлла неопределённо кивает, выполняя просьбу, направляется к двери, открывая её и слыша звонок, спеша на свой следующий урок по расписанию. Девушка до сих пор не может понять что это сейчас было и точно ли это происходит всё с ней, а не с кем-то другим. Но лёгкое головокружение и расслабленность отчётливо убеждают её что всё по-настоящему. Словетская действительно испытывает непонятные эмоции в сторону своей классной руководительницы, а жар внизу живота всё больше и больше распаляющийся когда рядом с ней находится Костья так и намекает на то что ей не всё равно на Купер.