Перед дорогой.

«Я так больше не могу — думала про себя Мэй, покручивая между пальцами один из сюрикенов — кто-нибудь, скажите хоть слово. Это молчание меня убивает.» Все трое — она, Азула и Тай Ли — занимались своими делами не говоря ни слова: Тай Ли любовалась на себя в небольшое карманное зеркальце в золотой рамке, на которой был вырезан узор из перьев, Азула изучала один из исторических трактатов, а Мэй... просто сидела, разглядывая в сотый раз за час своё оружие, потому что больше ничем заниматься не хотелось. Юная Дайсё* ещё раз глубоко вздохнула, подумав о том, как же ей всё-таки надоели эти регулярные визиты во дворец (спасибо дорогим родителям). Раньше, когда была возможность видеть принцессу Урсу, принца Лу Тена (как же здорово он пускал воздушных змеев!) или Зуко, то их ещё можно было переносить, но теперь всё изменилось. Очень сильно изменилось. Лу Тена больше нет, жена принца, а ныне Лорда Огня Озая покинула дворец, а Зуко целыми днями пропадал на тренировках и занятиях, совершенно не находя для неё времени. Мэй всё понимала: её друг детства, как старший сын правителя которому в будущем самому суждено занять престол должен как можно больше учиться, но всё равно ей было обидно: её лучший друг и первая любовь как будто совсем забыл про неё. А ведь они и так почти не проводили время вместе, даже когда Мэй была во дворце: приходилось всё время находиться рядом с Азулой, которая не могла находиться рядом со старшим братом и при этом не дразнить его, или не пытаться поджечь ему, шутки ради, волосы, чем изрядно раздражало Мэй. Он же, в конце концов, её брат! Девушка не показывала этого, как, в принципе, не позволяла себе показывать какие-либо эмоции... но всё же они никуда не девались. Хотелось хоть кому-нибудь выговориться. Но нельзя. Члены клана Дайсё не показывают своих эмоций. А Мэй была идеальной девушкой Дайсё. По крайней мере, имела репутацию таковой (которую старалась поддерживать). -Интересно, как там Зуко? — само собой вырвалось у неё. -А? — младшая сестра принца оторвалась от свитка — Ты что-то сказала, Мэй? Следом за ней оторвалась от любования собой хлопающая длинными ресницами, словно мотылёк крылышками, Тай Ли. Сама она ничего не говорила, но её милое личико выражало искренне изумление: Мэй редко заговаривала первой. Точнее, ни сама Тай Ли, ни Азула не помнили, когда Мэй вообще вступала в разговор первой: обычно из неё слова приходилось буквально верёвкой вытягивать. -Я спросила: как дела у Зуко? В последнее время мы редко видимся — ответила Мэй, продолжая покручивать в руке сюрикен. -Если ты так хочешь увидеть моего брата, то лучше тебе сделать это сейчас — усмехнулась в ответ дочь Озая — потому что потом вы вряд ли сумеете увидеться снова. По крайней мере, в ближайшее время. -Ты о чём? — одна из бровей метательницы кинжалов медленно поползла вверх — Почему мы не сможем в ближайшее время увидеться? -Ты не знаешь? — в голосе Азулы слышалось искреннее удивление — Понятно, понятно... — и замолчала. Мэй положила сюрикен на стол, сжала кулаки, сделала пару глубоких вдохов чтобы успокоиться. Какой-то внутренний голос твердил ей: с принцем Зуко случилось что-то очень нехорошее. Неспроста и этот тон принцессы Огня, и её хитрый, с прищуром взгляд, и ухмылка правым краем губ... Мэй, будучи от природы весьма наблюдательной, и знавшая в каких случаях лицо дочери Озая принимает подобное выражение понимала это. -Так что случилось? Почему в ближайшее время мы не сможем увидеться? — повторила свой вопрос Дайсё, медленно поднимаясь со стула, на котором сидела. Ответ прозвучал для неё словно гром среди ясного неба. -Зуко отправится в изгнание. Мэй почувствовала, как пол уходит у неё из-под ног, а по голове как будто бы чем-то ударили. Чем-то очень тяжёлым... И девушка резко села обратно. Скорее даже упала, а не села. -В... изгнание? — Мэй не верила своим ушам — Но за что? Он в чём-то провинился? — Мэй старалась говорить как можно спокойней и бесстрастней, однако Азула заметила её подрагивающие губы и пальцы рук, что лихорадочно сжимали края одежды, и буквально сразу поняла: Мэй не всё равно. Зуко — её больное место. И дочь Озая знала это как никто. -Ты хочешь это знать, да? — и после короткого кивка принцесса продолжила: -Мой брат отправился на военный совет, хотя ему туда являться не разрешали, но для Зузу как всегда закон не писан. К тому же дядя согласился взять его на совет под свою ответственность — сделав паузу, Азула взглянула на лица подруг и продолжила — и это была большая ошибка. -Ошибка? — переспросила молчавшая до сих пор Тай Ли. -Да. Дело в том, что генерал Буджинг предложил план нападения на солдат Королевства Земли, отправив в качестве приманки дивизию из одних новобранцев... а Зузу посчитал этот план слишком уж жестоким — принцесса презрительно хмыкнула — и счёл совершенно необходимым высказать это вслух... — принцесса презрительно хмыкнула — каждому известно, что говорить подобное в зале военных советов в присутствии Лорда Огня — поступок крайней дерзкий, но как говорится, голодная слоновья крыса и кота готова съесть**. И отец решил биться с ним на Агни-Кай. Ты же знаешь закон: спор моего брата с генералом — проявление величайшего неуважения, за которым следует наказание, равное для всех. Даже для членов нашей семьи — и по усмешке принцессы можно было понять, что уж она-то не совершит ничего такого, за что её потребуется наказать. -Агни-Кай? — пискнула Тай Ли, прижимая к губам ладонь. -Да. Брат решил, что станет биться с генералом Буджингом... очевидно, ожидал лёгкой победы... — в глазах принцессы сверкнули золотые блики, делающие её похожей на дикого зверя — а когда увидел отца, то упал на колени и начал молить о пощаде — а затем чуть слышно добавила — как же это жалко выглядело... особенно для наследного принца. -И что было дальше? — задала вопрос Мэй, пытаясь из-за всех сил сдержать рвущийся наружу гнев — Твой отец... Лорд Огня... что он сделал? Он пощадил Зуко или нет? -Он ударил его в лицо. В левый глаз — ответила принцесса с таким спокойным видом, будто бы её спрашивали о погоде — я сама слышала, что отец желает научить братца почтению... через страдание. Мэй почувствовала, как будто её снова ударили чем-то тяжёлым. -Он сейчас в больничном крыле. Если ты хочешь, Мэй, то можешь... Мэй! — закричала Азула, когда поняла, что Дайсё её уже не слушает: девушка резко поднялась со стула, почти бегом выбежала из комнаты и направилась к больничному крылу дворца. По пути она чуть было не врезалась в шедшего ей навстречу генерала Айро, но вовремя заметила его и поклонилась: -Добрый день, генерал Айро. -Да, день добрый. Мэй, верно? — спросил у девушки генерал — Рад тебя видеть. Прости, не сразу узнал тебя: ты так повзрослела, похорошела... хотел бы узнать: куда ты так бежишь? Что-то случилось? -Я узнала что... что случилось с Зуко и пошла навестить его — ответила Мэй. Старший брат Хозяина Огня печально вздохнул: -Я как раз от него... дело в том, что он уже второй день никого к себе не подпускает, на всех кричит и злится. Мэй опустила глаза, поджала губы... неужели она и не сможет повидаться с любимым? -Хотя... попытаться стоит. Пойдём — и Айро, взяв её под руку, направился к больничному крылу. *** Зуко лежал на постели, повернувшись лицом к стене, однако Мэй успела заметить бинты и почти полностью выбритые волосы — только центр головы, где находился «хвост феникса» был оставлен. -Кто бы ты ни был — уходи туда откуда пришёл. Я не хочу никого видеть — пробурчал принц, не поворачивая головы. Мэй теребила край платья, не решаясь заговорить. -Вы что, не поняли? Я же говорил, что не хочу никого видеть! Проваливайте! — на сей раз парень закричал в голос. -Зуко, это я — как можно спокойнее произнесла девушка. Зуко сел на постели и Мэй ахнула: вся левая сторона его лица была обмотана бинтами. -М-Мэй? — дрожащим голосом проговорил принц, и тут же резко отвернулся — Н-не смотри на меня. Пожалуйста. -Зуко... — Мэй села на постели — это из-за ожога? -Да. Лекарь сказал, что останется шрам... и велика вероятность того, что мой левый глаз не будет видеть, и... постой, как ты узнала что я здесь? И про Агни-Кай? -Азула мне рассказала — мрачно ответила девушка. -А... да, Азула — выражение лицо Зуко стало ещё мрачнее (хотя казалось, что мрачнее уже некуда) — Ты тоже думаешь что я... -Вовсе нет! — Мэй взяла его за руку — Ты ведь хотел как лучше... -Да, а получилось вот это — Зуко со всей силы ударил кулаком по постели — проклятье! Не должен был я ничего говорить и позорить себя! Этим солдатам всё равно никто не поможет, а я... я отправляюсь искать Аватара! -Аватара? — брови девушки поползли вверх. Это что, какая-то шутка? Последним Аватаром был Року из Страны Огня, следующим должен был стать человек из Народа Воздуха... но кто он и где он — никто не знает. И Зуко, в его неполные четырнадцать лет, который никогда даже небольшим отрядом солдат не командовал, который совсем ничего не знает о войне отправляют его искать? -Это безумие — одними губами произнесла Дайсё — это какое-то безумие... -Безумие или нет — приказ есть приказ! Я должен ехать. К тому же... это мой единственный способ восстановить мою честь как наследного принца — проговорил в ответ парень. -Вот как... честь... а как же я? А обо мне ты подумал?! — в первый раз за всё время их знакомства Мэй сорвалась — Я не могу без тебя! Я... я... я же люблю тебя, дурак! — выкрикнула девушка, и слёзы, что стояли в её глазах, брызнули наружу. Впервые в жизни принц увидел её плачущей... она расплакалась, хотя обещала никогда не показывать эмоций... «Какой позор...» — думала про себя Мэй, чувствуя, что готова провалиться под пол. Проклятье... честь для жителя Страны Огня, тем более для представителя королевского рода или знати превыше всего. Конечно, Зуко прежде всего думает о чести, а не о ней... Мэй это понимает. Понимает. Должна понять. Должна! «Конечно, он прежде всего будет думать о поимке Аватара... долг и честь принца превыше всего, и любви тоже... какая же я... нет, надо успокоиться, успокоиться...» — проносились в голове девушки отрывки мыслей. Вдох. Выдох. Вытерла слёзы. Вновь обычное, не выражающее никаких эмоций лицо. -Мэй... — Зуко сжал её руку — я... я знаю. И... тоже люблю тебя, но... ты можешь найти себе другого. Для чего тебе такой урод, как я? -Я люблю тебя вовсе не за твою внешность — произнесла в ответ Мэй — и для меня ты никогда не будешь уродом. И никого другого кроме тебя я не полюблю. Просто не смогу. Ты понимаешь, или нет? Вместо ответа Зуко взял её лицо за подбородок и притянул к своему. А затем поцеловал, заставив девушку покраснеть ещё гуще. -Я тоже... никогда не смогу полюбить кого-нибудь кроме тебя. Я лишь думаю о том, что будет если я не смогу вернуться... — однако заметив грустное лицо своей девушки, тотчас приободрил её — но я сделаю всё чтобы вернуться! Я обещаю. *** Уже через неделю Зуко отходил на небольшом корабле в море — на поиски Аватара. Однако несмотря на общую подавленность были две вещи, что радовали его: во-первых, с ним отправлялся дядя Айро, а во-вторых — Мэй приехала, чтобы попрощаться. -Родители мне разрешили — произнесла она, глядя в глаза Зуко — хотя... они явно были не в восторге. Когда ты был сыном Лорда Огня, то они всеми силами старались свести нас — чтобы породниться с правящей семьёй. Теперь же они и слышать о тебе не хотят. Даже писать письма я тебе не смогу... — девушка вздохнула — как же я их ненавижу за это! Они же дальше твоего положения ничего не видят, как же это... — но она даже не договорила, так как не нашла нужных слов. -Не они одни — печально ответил юноша — не они одни — и, помолчав, добавил — Ты хочешь что-нибудь добавить? -Нет. Всё что я хотела сказать я уже сказала — Мэй резко открыла и закрыла свой тёмно-красный с вышитыми на нём золотыми нитями бабочками веер — подарок Зуко на её прошлый день рождения. -Ты... хранишь его? Я думал, что ты... не очень-то любишь такие вещи — смущённо пробормотал Зуко, однако вспомнив о том, что ему скоро отправляться, вздохнул и произнёс: -До свидания, Мэй — и, повернувшись, поднялся на корабль. Закрылась железная дверь, из трубы корабля повалил дым... Мэй ещё долго стояла на причале и смотрела, как всё дальше и дальше он отходит в море. -Я... буду тебя ждать, Зуко — одними губами произнесла девушка, глядя судну вослед — я обещаю. Возвращайся скорее — и с силой сжала руку в кулак. Раздался лёгкий треск. Веер, который Мэй держала в руке, сломался.