Хранитель времени

Баффи с кинжалом в руке стоит прямо перед Энджелом. Спайк напряженно хмурит брови, будто старается во всей этой суматохе анализировать, что явно оказывается бесполезной попыткой, слишком много отвлекающих факторов типа вампиров, которые то и дело пролетают возле них. Бонни прикладывает еще больше сил, чтобы обездвижить неконтролируемого друга подольше, а Дру с пониманием выставляет ладонь вперёд в помощь сестре: младшей нужна была поддержка, энергия у нее кончалась. — Если от вас я ничего не услышу сейчас, то вставлю ему этот кинжал в грудь, — Баффи уже приготовилась целиться в сердце, но Спайк крепко хватает ее за запястье. Баффи подняла брови от удивления и неожиданности. — Ты спятил, Уильям? — истребительница старается высвободиться и дергается, но Спайк отрицательно качает головой и только крепче вжимается пальцами в запястье. — У тебя есть какая-то альтернатива? — Вырубить, как ты меня в тот раз, чтобы он вернул контроль над собой, и потом от него узнать, как вообще он попал под это влияние. Вампир ослабляет хватку и другой рукой лезет в карман к девушке, достаёт оттуда шокер и даёт разряд тока прямо по шее друга, отчего тот мгновенно дергается с вылетевшим с губ ругательством. Понимание того, что он спасает друга, немного помогает Спайку не чувствовать себя виноватым из-за причинённой боли, но не полностью. Сочувствие не было той эмоцией, которую вампир испытывает часто. Несмотря на электрический разряд, который бы нанес вред обычному человеку, состояние Энджела оставалось неизменным: яростным, неконтролируемым, возможно, даже непредсказуемым, возможно, оно даже стало хуже и пробудило еще больше злости в нем. — Сколько еще его держать, мать вашу?— как на последнем издыхании, с дрожью в голосе спрашивает Бонни. — Я вообще-то помогаю, — качает головой Дру. — Но мы так хотим еще вас подождать, пока вы тут подумаете, обсудите, только умоляю, подольше, — сарказм в голосе ведьмы был предельно хорошо слышен. — Твою мать, — Спайк выдохнул. — Твой метод не сработал, дорогая. — Энджел под более сильным влиянием, чем ты, — добавила Баффи. — Нужен более действенный метод. — Опять двадцать пять, — вампир закатил глаза, предвкушая то, что должно произойти дальше. — Нет, я гипноз как-то слишком часто практикую в последнее время. — Сама судьба тебе подбрасывает подобные тренировки, похоже, оно тебе пригодится потом, — совершенно спокойно предположила Баффи и отошла на несколько шагов назад, в то же время отражая атаку одного из напавших вампиров, которого до этого пытался кое-как удержать Эллиа. — Рыжий, прикрой меня пока, — Дру подмигнула. — Помоги Баффи, у меня свои дела есть. — Значит, Баффи, Бонни и Эллиа, идите и убивайте остальных. Дру, остаёшься здесь, — Спайк, распределивший роли для каждого из команды, посмотрел на Энджела, который то и дело пытался вырваться из энергетического поля ведьмы. — Сейчас спасем тебя, дядя. Пока все остальные занимали свои позиции, вампир посмотрел на подругу и тихо, почти неслышно произнёс: — Не позволь ему уйти. — Мог и не говорить, — несмотря на то, что обездвиживание давалось все тяжелее, Дру выпустила из рук еще больше светлой энергии. Схваченный ими вампир завопил что есть силы: несмотря на то, что магия удерживала его и не давала силам полностью проявляться, его воля ещё не была подчинена. Тело находилось под воздействием заклинаний Дру, которая как будто без труда держала друга в волшебном «заточении», что значительно облегчало работу Спайка. — Посмотри на меня и сделай глубокий вдох. Он начал говорить с другом спокойно с надеждой, что сможет до него достучаться. — Почему вы меня здесь держите? Отвечайте! Я прокляну всех вас! Мне нужно удовлетворить голод, ничтожества, выпустите меня! Попытка вышла боком. Вампир не был сам на себя похож, ни у кого из присутствующих язык бы не повернулся назвать эту личность Энджелом: кричащее угрозы существо усиленно желало крови, которой так не хватало внутри него, даже несмотря на то, что Спайк «унюхал» запах недавно принятой пищи. — Энджел, для начала посмотри на меня. Спайк искренне старался набраться терпения, но в ответ на его спокойные просьбы следовали только крики пойманного, не дающие говорить без всяких сложностей. — Энджел, я... — Здесь будет пролито очень много крови... мы заполним ею весь университет, это же мелочи, у нас впереди Саннидейл, потом Соединённые Штаты, а за ними и весь мир, — на повышенных тонах говорит Энджел и пытается приблизиться лицом к вампиру. — Мы с тобой завладеем всем миром, Спайк! Все будут у наших ног, многие будут только просить, чтобы мы испили у них немного крови... Мы всех обратим и заживем в вампирском раю! — Что это за мир такой, в котором абсолютно все — вампиры? — Спайк приподнял бровь, равнодушно относясь к речам Энджела, поправляет чёрный плащ  на себе и спокойно отвечает: — Мы знаем пристрастие многих из вампиров именно к человеческой крови, как думаешь, как они будут привыкать к крови животных, когда людей уже не останется? Энджел перебивает друга. — Заткнись, не открывай свой поганый рот, ты несёшь бред! Вампирское общество стремится к лучшему! — Энджел, сейчас говоришь не ты, а твоё воспалённое сознание, — Спайк строго останавливает монолог друга и смотрит ему в глаза, от чего становится немного страшно. Глаза светятся красным безумием, от взгляда на них гребаные мурашки по коже. Нет, те произнесённые речи не мог говорить вампир, которого они все знают. Чертова кровь с добавленным раствором переворачивала позиции каждого, кто ее испробовал, с ног на голову и делала из них безумцев: живой пример прямо перед Спайком, который делает неуверенный шаг вперед, чтобы быть еще ближе, даже несмотря на опасность. — Послушай меня, друг, — Спайк начал сопротивляться своим возникающим тревожным ощущениям. — Не отводи от меня взгляд и просто внимательно слушай и делай все, что я скажу, договорились? — Не догово... Блять! Спайк поначалу не понял ругань друга, но по говорящему лицу Дру и сверкающим в ее руках молниям все стало понятно. — Энджел, это не было больно, — со смешком заявила ведьма. — Ты ещё смеешь издеваться надо мной? — Ой, Энджел, как-то твоя самооценка слишком поднялась за дни твоего отсутствия, не думаешь? — провокации со стороны девушки продолжились. — Замол... да бля-ять! — разряд тока снова прошёлся по всему телу Энджела. — Нужно было меня слушать с самого начала, — хмыкает Спайк и выставляет вперёд расправленную ладонь. — Вдох и выдох. Это только ради тебя, дядь, давай. У Энджела нет сильного желания слушаться, но приказам вампира он все же подчиняется. — Прекрасно. А теперь, когда я щелкну пальцами, ты уснёшь и запомнишь все то, что происходило с тобой после того, как ты выпил отравленной крови. Энджел внимательно взглядом следит за поднимающейся рукой, но когда следует ожидаемый щелчок, загипнотизированный пробуждается вновь, осматривается по сторонам расфокусированными глазами и не пытается даже двинуться. Отравленная кровь истощила весь организм вампира, и когда Дру наконец отпускает контроль над телом Энджела, он тут же падает вниз, не удерживается на ногах, но ведьма успевает руками поймать его и мягко уложить на диван. — Это было очень тяжело, — произносит очевидное ведьма и оборачивается к Спайку. Он молча, медленно поднимает взгляд на подругу. — Спайк? Вампир делает шаг в сторону дивана, несмотря на ощущение подкашивающихся нот и ватного тела, которое уже невозможно контролировать. — Спайк?! Блондин из последних сил хватается за спинку синенького дивана, но все равно секундой позже падает на холодную поверхность. Глаза закрываются под тяжестью век. На смену свету приходит темнота.