9 с половиной недель

POV Скабиор Мог ли я предположить, что рыбка сама попадёт ко мне в сеть? Нет, никогда, мне и в голову не приходило, что всё будет так просто. Я искал её так долго, а она сама меня нашла. И вот сейчас сидит напротив, а я с улыбкой наблюдаю, как она борется с собой, как пытается вести себя спокойно. Но получается это у неё, откровенно говоря, паршиво. Ну же, девочка, не стоит так себя изводить, посмотри на меня. И она поддаётся соблазну и дарит мне робкий взгляд из - под красивых длинных ресниц .Выражение её лица резко меняется. Да! Она узнала меня, видно по глазам. Что это? Ужас на её прекрасном кукольном личике? Да уж, такое не сыграешь, это идёт изнутри. Неужели её рыжий не замечает, как она поменялась в лице, как беспокойно ёрзает на стуле, как вся напряжена? Видимо, нет, как, скорее всего, не замечает, какая красавица жена ему досталась. А она его не любит, он даже раздражает её. Я понял это, пока наблюдал за ней. Улыбка натянутая, вроде бы и смотрит на него, но взгляд какой-то отстранённый, всё как-то неестественно. Как это можно не заметить? Счастливая семейная пара, ага, как же. Её скучающий вид говорит совсем об обратном. Но по-другому и быть не могло. Ещё тогда, в лесу, я заметил, как он отчаянно пытался её защитить, как перекосилось его лицо, стоило мне подойти к ней и прикоснуться к её волосам. И снова я практически наяву ощутил запах ванили. Интересно, чем девчонка пахнет сейчас? От этой мысли внизу живота становится тепло. Должен признать, что она так же хороша, как и тогда и практически не изменилась. Я как могу, стараюсь отогнать эти мысли, сейчас мне не до этого. Я должен следить за девчонкой. А она что-то шепчет ему, косясь на меня, наивно полагая, что я не замечу. Но рыжий не оборачивается в мою сторону, значит, ничего не сказала ему про меня… Что ж, тем лучше. Они встают, я напрягаюсь, но не встаю сразу вслед за ними, чтобы не вызвать подозрения. Но медлить нельзя, если они трансгрессируют, весь мой план сорвётся, а я не могу этого допустить. Встаю через пару секунд и стремительно направляюсь за ними… *** - Рон, милый, давай трансгрессируем, - Гермиона умоляюще смотрит на мужа, как только они переступают порог кафе. - Гермиона, ты же знаешь, я терпеть не могу так перемещаться, - Рон хмурится, - плохие ассоциации, ещё со времён войны, ты должна помнить. - Да, но, мне кажется, что за нами следят. - Да ладно, кто? - Рон рассмеялся. – У тебя снова паранойя? Столько лет прошло после войны, неужели опять началось?..Что с тобой? Гермиона стояла как вкопанная, с немым ужасом глядя вперёд. -Это он… прошептала она. - Кто? – Рон с недоумением повернул голову в ту сторону, куда смотрела его жена. Но он не успел разглядеть незнакомца. Вспышка красного цвета – и Рон уже лежит без чувств. А Гермиона, которая всегда раньше всех соображала, что делать, та самая, без которой мальчики во время войны не продержались бы ни дня, просто стояла и смотрела, не в силах пошевелиться. Поэтому Скабиор сразу же выбил из её рук палочку, которая оказалась в его руках. Он удовлетворённо улыбнулся, теперь ей не сбежать: без палочки трансгрессия невозможна, а далеко она не убежит, даже если и попытается. - Ну, здравствуй, милая! – ласково произносит он, подходя всё ближе к Гермионе, - Сколько лет, сколько зим? Гермиона пятится, и Скабиор практически слышит, как в её голове скрипят шестерёнки. В панике она оглядывается по сторонам, в надежде найти хоть какой-нибудь выход, но постепенно понимает, что деваться ей некуда. Спиной Гермиона ощущает холодную каменную стену. Это тупик. Она в ужасе закрывает глаза, словно надеясь, что когда она их откроет, окажется, что это всего лишь ночной кошмар… Скабиор подходит совсем близко, практически вплотную, пальцами поднимает её подбородок. - Посмотри на меня! – звучит как приказ, Гермиона вздрагивает и открывает глаза. Она не ожидала, что его лицо так близко. Девушка снова, как и тогда в лесу, может разглядеть каждый шрамик, каждую морщинку на этом ненавистном ей лице. - У меня ощущение дежавю, - низким, совершенно спокойным голосом говорит он, - ситуация повторяется, не находишь? – он улыбается, но синие глаза холодны, - сколько уже прошло с той встречи в лесу? Не помнишь? Лет десять? - он наигранно делает вид, словно пытается вспомнить,в каждом слове слышится нескрываемая ирония. Гермиона молчит, не в силах произнести ни слова. - Да, почти десять! – он отвечает сам, не дождавшись её ответа.- А кажется, что вечность, правда? – лицо его вдруг искажается ненавистью. - А знаешь, по чьей вине эти годы стали для меня вечностью? Знаешь? – он повышает тон. Гермиона зажмуривается, но продолжает молчать. - Отвечай! – он уже кричит, грубо хватает её за плечи и начинает трясти, словно пытаясь вытрясти из девушки всю душу. По её щекам градом льются слёзы, но какое ему дело до её слёз. Скабиор был абсолютно равнодушен к чужим слезам, сколько пленниц пыталось его разжалобить таким образом, но с ним этот номер не проходил и никогда не пройдёт. Рон слабо пошевелился и застонал. Скабиор зло выругался и направил на него палочку, и по отсутствующему выражению лица Рона она поняла, что бывший егерь стёр ему память. А затем вновь отключил. - Ну вот, так гораздо лучше, - констатирует мужчина, - теперь ничто, - он ещё раз презрительно взглянул на Рона, - ничто не сможет нам помешать. Как же долго я ждал этого дня! Скабиор проводит рукой по спутанным волосам Гермионы, от его прикосновения девушка вздрагивает. - Ну-ну, красавица, - с издёвкой прошептал мужчина, - неужели я тебе так противен? Что же ты молчишь? А тогда, на опознании, ты очень даже охотно лепетала, моя сладкая. А сейчас что, сказать нечего? Ты боишься? Гермиона слабо кивнула, не сводя глаз с его лица. - Правильно! – ухмыльнулся Скабиор, - ты бы очень меня разочаровала, если бы сказала «нет». - Ох, Слава Мерлину! А я так боялась Вас разочаровать… - пробурчала Гермиона, пытаясь вложить в свой голос всю свою ненависть и презрение к этому человеку, на какое только была способна. - Ну, наконец-то это становится похоже на диалог. А то, знаешь ли, этот театр одного актёра меня немного утомил. - Да что Вы? Простите великодушно! – Гермиона чувствовала, что страх потихоньку начинает пропадать. Она уже более уверенно смотрела ему в глаза. Девушка поняла, что терять ей уже в принципе нечего, так что если уж смерти ей не избежать, значит, надо принять её достойно. - Вот это мне уже нравится! Чувствую, это будет весело! - Что Вам нужно, в конце концов? - Гермиона гордо вскинула подбородок. - А ты ещё не поняла? – Скабиор прищурил глаза и внимательно посмотрел ей в лицо, - именно по твоей милости я девять с половиной лет гнил в Азкабане. Из-за тебя я потерял всё, что у меня было. Теперь я никто, а ты хорошо устроилась, я смотрю. Героиня войны! – Скабиор сплюнул на землю. Гермиона слушает и не может поверить своим ушам. Она виновата в том, что он преступник? Или в том, что работал на Воландеморта и погубил сотню жизней? Что за Абсурд? Он больной. Точно больной, ненормальный… - Почти десять лет жизни… - продолжал Скабиор, - ты хоть понимаешь, каково это? Конечно, нет, и никогда не поймёшь, принцесса. - И что теперь, Вы пришли мне отомстить? Что ж, давайте, – твёрдо сказала Гермиона. – Но я не верну Вам эти годы, и Вы сами прекрасно то знаете. - Нет, не вернёшь, - согласился Скабиор, - но я был бы не я, если бы не попытался возместить ущерб, смекаешь? Гермиона недоумённо замотала головой. - Ну ничего, я объясню, - ухмыльнулся мужчина. Он резко схватил Гермиону за талию и они трансгрессировали.