Whisper to me silently

Весеннее солнце постепенно скрывалось за крупным кучевым облаком, заставляя молодого омегу, который умиротворенно вглядывался в апрельские лучи, прорезавшиеся сквозь шелестящие листья крупного дерева, с легкой улыбкой прикрыть глаза. День невероятно погожий, а легкий ветерок, ласкавший неприкрытые участки кожи, лишь подтверждал этот факт. Перманентно влажный климат подкручивал и без того волнистые каштановые волосы, и молодой человек, так и не раскрыв глаз, мерно и глубоко дышал в некой закономерности, известной только ему одному. Здесь ему слышались запахи взятого им капучино, апельсинового пирога и богатый аромат морских волн, что бесшумно перекатывались вдалеке. Проведя определенную пятиминутную медитацию, парень, пощелкав пальцами, вернулся в реальность, к собственному ноутбуку и работе, которую необходимо было закончить к сегодняшнему вечеру. Вновь погрузившись в собственную рутину, он так же не заметил и внимательного взгляда другого омеги. Тот уже около получаса наблюдал за удивительным человеком, который был частым посетителем ресторанчика в итальянском стиле, в котором омега недавно начал работать официантом. Однако гостей сегодня было мало, а те, кто сидел, активно уплетали изысканно приготовленные блюда за живыми беседами. Удивительно, но тот красивый гость, сидевший сегодня за дальним столиком на веранде около пушистого конфетного дерева, исправно приходил к ним почти каждый день и, открывая ноутбук, работал по несколько часов. Что более удивительно, его заказы почти всегда принимал Чон Хосок, управляющий ресторанчика, а иногда и сам присаживался к нему рядом и тихо разговаривал, никогда не отводя взгляд. Воспоминания о том, как внимательно смотрел на красивого омегу альфа, приносили чувство тонкого укола ревности, которую молодой стажер не должен был испытывать к мужчине. Однако здравые мысли никак не пробивались сквозь зарождавшуюся влюбленность. — О чем задумался, Юнги? — его легонько постучали по плечу, привлекая внимание. Вот и объявился объект мыслей. — Господин Чон, и все же, — омега немного помялся, все еще решая, спрашивать или нет, — тот омега, постоянный гость, он Ваш возлюбленный? Хосок удивленно усмехнулся, приняв вопрос за нечто крайне забавное. — С чего такие мысли? — Вы всегда так обходительны с ним, у него пятидесятипроцентная скидка на любое блюдо, и Вы постоянно радуетесь, когда он приходит. — Юнги, с гостями всегда стоит быть обходительными, — засмеялся альфа, складывая руки на груди. — Но вы так внимательно смотрите и говорите практически шепотом при разговоре, вот я и подумал, — пробурчал официант. — А еще, еще! Часто руками вскидываете, хотя обычно никогда так не делаете. — Он мой старый друг, — не прекращая улыбаться, сказал он, следя за действиями молодого стажера, и передал тому влажную тряпку. Тот сложил ее пополам и, не прекращая хмуриться, стал протирать барную стойку, около которой стоял. — Знаете, а вообще-то он грубоват, хоть и красив. — С чего ты взял? — Когда я здороваюсь с ним, он никогда не отвечает. И редко когда что-то говорит, ни «спасибо», ни «принесите счет», ничего. А, и вот недавно к нему подходил гость, хотел попросить поменяться столиками, так тот вообще проигнорировал. Только кивает иногда, — усердно протирая одно и то же место до дыр, Юнги вдруг резко поднял голову. — Если бы он с Вами не разговаривал, я бы подумал, что он глухонемой. Нет, ну правда, каким бы человеком ты ни являлся, то нужно… — Не совсем, — прервал его речь Хосок. — … всегда оставаться вежливым, — закончил предложение омега и с некоторой злостью посмотрел на начальника. — В смысле «не совсем»? Вежливость должна быть присуща каждому! — Не совсем «глухонемой». — В смысле? — Юнги, Тэхен не может слышать. Тот, застыв на пару мгновений, задумался. — В смысле? — Ты вроде бы начитанный парень, перестань говорить «в смысле», это фраза-паразит. — То есть? — повторил Мин, не веря своим ушам. — Он действительно глухой? Прям реально? — Прям реально, Юнги, — теперь нахмурился сам альфа. — Ты никогда не встречал подобных людей? Омега только резко покачал головой, удивленно уставившись на мужчину. Тот немного погодя ответил: — Тэхен мой дальний родственник. И уже больше десяти лет ничего не слышит. — Но… как он с Вами разговаривает? Я же видел, что он иногда болтает, смеется даже, — Юнги стал ногтем ковырять каплю засохшего соуса с гладкой поверхности стола. — Это большое заблуждение считать, что глухие люди не могут разговаривать. Тем более когда-то Тэхен слышал, а сейчас пользуется языком жестов и превосходно читает по губам. Я бы даже советовал тебе остерегаться интимных разговоров рядом с ним, — улыбаясь, понизил голос альфа и немного наклонился, будто рассказывал секрет мирового достояния. — Читает по губам? — Я тебе больше скажу, так как я часто с ним болтаю, он до мельчайших подробностей запомнил расположение моих губ и недавно ответил, что я шепелявлю, и мне нужно заняться своей речью. А слышал он меня последний раз лет семнадцать назад, когда мы с родителями приезжали к его семье погостить на пару дней. — Он не отсюда? — Нет конечно, они с Чонгуком родились и выросли в Чханвоне, а здесь, в Кодже, живут чуть больше полутора лет. — А Чонгук — это его альфа? — поинтересовался официант. — Если бы, — засмеялся Хосок, — они лучшие друзья, хотя, скажу по секрету, все мы ждем, когда их спящий вулкан наконец проснется… О, вспомнишь лучик, вот и солнце. Юнги проследил за его взглядом и увидел, как к столу, за которым сидел, как оказывается, Тэхен, подошел темноволосый мужчина в темной форме сотрудника службы спасения. И, поразительно, омега оторвался от ноутбука, еще когда альфа был в нескольких метрах от него, заразительно широко улыбаясь. Незнакомец подошел ближе, нежно поцеловал сидящего в лоб и отодвинул стул напротив. Забавно, ведь Юнги действительно порой видел этого мужчину здесь, но, видимо, слишком зацикленный на симпатичном омеге, который изначально, по его мнению, флиртовал с управляющим, не замечал широкоплечего альфу, что теперь казалось абсурдом. Мужчина тоже был красив: высокий, мускулистый, статный, он явно никогда не был обделен вниманием омег. — Юнги, посади гостей за тринадцатый столик, — раздался голос начальника, вновь вырывая того из собственных размышлений, указывая на вошедшую пару человек. Параллельно с этим Чон взглянул на наручные электронные часы — тринадцать ноль ноль. Еще минут десять, и ресторанчик до отказа заполнится работниками, вышедшими на обеденный перерыв, как, видимо, это сделал и ранее упомянутый Чонгук. Официант вежливо поклонился Хосоку и, натянув приветливую улыбку, убежал принимать новых клиентов, все так же думая об интригующей его паре людей.

***

За работой время проходило удивительно быстро, и вот, стрелка пробила шесть вечера. Юнги порядком устал за сегодня, но его смена заканчивалась через три часа, поэтому много отдыха пока что он позволить себе не мог. Он был вымотан, но в голове появилась одна идея, заставившая его еще чаще наблюдать за дальним столиком на веранде. Тэхен не спеша собрал свои вещи, приготовившись уходить, и Юнги, нервно вздохнув, подошел ближе и легонько хлопнул омегу по плечу, привлекая внимание. Шатен удивленно обернулся и с интересом посмотрел на официанта, что был чуть ниже него самого. Тот, немного порозовев, приподнял свою ладошку, помахал. Только не так, как делают это обычно — из стороны в сторону, а будто бы он легонько сжимал мягкий мячик в руке. Моментально поняв его, Тэхен расплылся в улыбке, искренней, теплой, такой же лучистой, каким сегодня было яркое солнце, и, сжав правую руку в кулак, прислонил его костяшками ко лбу, а затем опустил до подбородка, так же легонько прижимая. «Спасибо». — Ты хороший человек, Юнги, — тихо-тихо, словно мышка, сказал омега. Глаза его заблестели. — Доброго вечера. Вежливо поклонившись, он ушел, еле сдерживая радостные слезы и подбегая к Чонгуку, уставшему за день, но все равно ждавшему Тэхена на улице около ресторанчика. Увидев блестящие глаза лучшего друга, его спокойствие сменилось волнением и, понимая, что омега все равно находится достаточно далеко, чтобы увидеть его губы, тем более скрытые маской, приподнял руки. «Все хорошо?» — показал он, но омега подошел ближе и, взяв его ладони в свои, отодвинул их от груди, чтобы крепко обнять альфу. — Все прекрасно, — прошептал он и все же шмыгнул носом, прижимаясь ближе и вдыхая любимый аромат уже родного тела. Юнги внимательно наблюдал за ними с веранды, и Чонгук нашел его взгляд своим, еле заметно кивая. Мин расплылся в улыбке и кивнул следом. И все же, это был прекрасный день.