Искренний

Проснулся Такемичи намного раньше назначенного времени, но он не чувствовал себя не отдохнувшим. Сейчас было семь утра, и чтобы просто не слоняться без дела, Ханагаки решил заняться утренней зарядкой. Умывшись и переодевшись, Такемичи направился на стадион, что находился в десяти минутах ходьбы от его дома. На улице было довольно прохладно, это позволило парню приободриться и окончательно проснуться. Лёгкий ветерок приятно холодил кожу, посылая по ней мурашки. Его волосы были растрёпаны, а глаза полуприкрыты. Синий спортивный костюм отлично подходил к его глазам и волосам, и если говорить кратко, Такемичи выглядел очень хорошо. Чтобы было быстрее, парень решил добежать до стадиона. "Заодно разогреюсь," - думал он. Но чего он точно не ожидал, так это того что в половину восьмого утра на площадку решит прийти не он один. Прибежав на стадион, он решил пройтись по самым стандартным упражнениям. Подтягивания, отжимания, пресс, легкоатлетические упражнения. Начав их делать, Такемичи не заметил второго человека, подошедшего к нему со спины. Боже, он почти умер там на месте, когда ему на плечо опустилась чья-то тяжёлая рука с тихим "Бу!" над ухом. Такемичи заорал. А после услышал позади громкий смех. - Ты такой мелкий, что мне пришлось наклониться для того чтобы напугать тебя. - Ханма? Да, Такемичи был в шоке. Ну а как по другому? Каков шанс увидеть "Бога Смерти" собственной персоной на стадионе недалеко от своего дома в субботу в половину восьмого утра? Правильно, он крайне низкий. Так почему же Такемичи так "повезло?" - Да, я,~ - Ханма не изменял себе и своим манерам, говорил тягуче и немного медленно, растягивая слова. Лицо Ханагаки сменяется с шокированного на равнодушное, и парень почти сразу отворачивается, продолжая занимается. - Почему ты меня игнорируешь, Такемучи? - в его голосе сквозит насмешка и притворная обида. Ханма опять пытается схватить Ханагаки, но тёмноволосый, будто предугадывая его действия, быстро пробегает чуть вперёд, разворачиваясь. - Что тебе от меня надо? - Такемичи говорит спокойно и не заинтересовано, потому что ему действительно не интересно. Сейчас Шуджи ему только мешает, и парень чуть ли не молится, чтоб тот быстрее свалил куда-нибудь, и оставил его одного. - Ну, не будь таким грууубым, Такемучи! Я всего лишь хотел поприветствовать своего друга, - на лице старшего растягивается улыбка. "Друга?! С каких пор мы, блять, друзья?!" Такемичи возмущен, очень. Настроение было испорчено, а желание продолжить заниматься и вовсе исчезло. Ханагаки хмурится, смотрит на Шуджи. Тот все ещё держит на лице улыбку, и по нему даже не скажешь, что он может вынести десять человек в одиночку и даже не запыхаться. - Ну, во-первых, мы с тобой не друзья, и уж точно никогда ими не будем. А во-вторых, уйди отсюда нахуй, пожалуйста, не мешай мне и не трать моё время. - Эх, неужели я тебе так сильно не нравлюсь? - Ханма корчит рожу, будто его только что очень сильно обидели и оскорбили. Он достаёт из кармана сигарету с зажигалкой, и закуривает. - Как жаль, я думал, мы могли бы стать друзьями. Кстати, классный прикид. Шуджи делает затяжку, выпуская дым прямо в лицо стремительно краснеющего Такемичи. Но, к удивлению старшего, Ханагаки также быстро берет ситуацию под контроль, меняя взгляд со смущённого и не понимающего, на холодный и безразличный. - Мне конечно приятно, но ты можешь всё-таки оставить меня в покое, сука? - Такемичи был раздражен. Ханма смеряет его оценивающим взглядом, а после, сделав ещё одну затяжку, медленно отвечает: - Мне действительно пора. Но, Такемучи-кун.. я хотел предупредить тебя. Будь осторожен, договорились? Мало ли, что может случиться. Он не ждёт ответа, просто бросает окурок в ближайшую урну и уходит, оставив озадаченного парня позади себя. Такемичи же сильно растерялся на такое заявление. Первой мыслью было то, что Ханма каким-то то образом узнал о его поездке и желании найти Изану, но этот вариант парень быстро отмел. О его отъезде знала только Хина, и никто больше. Разве что он как-то подслушал разговор, но такой вариант тоже не катит, просто потому что Хина даже не общалась с Шуджи, да и навряд-ли она вообще его знала. Тогда что Ханма имел в виду? Такемичи решил сейчас не думать об этом, а вернуться к своей разминке. Даже если старший действительно предупреждал его на счёт чего-то серьёзного, беспокоиться сейчас Такемичи не стоит. Пока он не будет в городе, Кисаки не сможет до него дотянуться, и это успокаивало парня. Когда Такемичи закончил, время было двадцать минут девятого. Ханагаки решил не медлить, поэтому снова побежал обратно к дому. У себя Такемичи был уже через пять минут, и первым делом парень решил принять утренний душ. Ему требовалось смыть с себя пот и грязь после зарядки, а также освежиться. После, Такемичи направился на кухню, делая быстрый завтрак. Его выбор пал на достаточно простое и легкое, но тем не менее сытное блюдо. Рис с сырым яйцом, соевым соусом и фурикаке* сверху. Рис сварен, яйцо положено, соус налит и приправой посыплен. Такемичи садится кушать, думая о том, что он впервые ест нормально за всё его пребывание в этой временной шкале. Он пусто улыбается, а после начинает трапезу. На удивление, вышло довольно вкусно, и Ханагаки довольно хмыкает. Однако, съев всего половину порции, парень понимает, что есть больше совсем не хочется. Он хмуро смотрит в тарелку, думает про себя "переборщил" и в будущем обещает себе делать меньше еды. На часах девять утра, а значит до выхода у него есть ещё сорок минут. Такемичи решает сначала проверить все ли он собрал, и почти бьётся головой об стену, когда понимает, что не положил зубную щётку. Он идёт в ванную с недовольным выражением лица, складывая и зубную пасту заодно. Побегав по квартире, он закидал пару дополнительных носков в свой рюкзак, а после, с довольным видом, пошёл заваривать себе чай. Наливая в кружку кипяток, Такемичи отмечает про себя, что нужно будет закупиться чаем. Все таки чай всегда поддерживает его шаткое состояние, и он искренне рад, что такой напиток существует. Параллельно с чаем он кое-как запихивает в себя остатки завтрака, берет вещи и покидает свой дом. Сломанная дверь все ещё мешает нормально закрывать себя, но после долгих и упорных, трехминутных, страданий парня, она все же поддаётся и захлопывается. Такемичи с довольным видом осматривает свой дом, а после разворачивается и начинает идти к станции. *** Поездка прошла относительно хорошо. Если не брать в расчёт то, что в одном вагоне с ним была семья с годовалым ребёнком, который всю дорогу плакал, то все действительно было относительно хорошо. Он даже смог вздремнуть вместе с ребёнком, хоть только и полчаса вышло. Но сон есть сон, верно? Прибыв в Йокогаму, Такемичи отмечает про себя, что хоть город внешне мало чем отличается, в нем царит какая-то другая атмосфера. Парень хмурится, достаёт телефон и пытается найти место, где располагается его квартирка. Определив маршрут, Ханагаки решает на всякий случай написать Хине, что с ним все хорошо и он нормально доехал. Он приподнимает уголки губ, изгибая их в лёгкой улыбке, когда ему приходит ответ: "Я рада, Такемичи-кун! Хорошего времяпровождения, береги себя♡". И парень действительно счастлив, что у него есть такая замечательная девушка, как Хина. После двадцати минут скитания по городу, Такемичи все же находит нужный ему дом. Живёт он теперь на шестом этаже. Парень достаёт ключи от квартиры из ящика, до этого вызвав лифт. Тот не выглядел особо надёжным, и Такемичи, зная свое везение, был уверен что в какой-нибудь из дней он в нем застрянет. Ханагаки неопределённо хмыкает, когда лифт со скрипом останавливается, а после его двери открываются, издавая ещё больший скрип. Ему хочется зажать уши руками, но ему слишком лень это сделать. Сейчас, когда он вдали ото всех и может не ждать каждую секунду того, что к нему домой ворвется Майки, Такемичи расслаблено вздыхает. Его взгляд снова становится пустым, когда он подходит к старой и потрепанной, но прочной двери. Кое-как вставив ключ, Такемичи наконец попадает в свое временное место жительства. Он скептически осматривает квартирку, немного даже удивляясь, что дверь выглядит намного старее, чем сама квартира. Сейчас перед Такемичи небольшой коридорчик. В правой стене видны две двери, которые ведут в туалет и ванную. В конце коридора есть ещё две двери: одна ведёт на кухню, другая в спальню. Спальня была небольшой, но и маленькой тоже не была. На одной из стен было окно, под ним стояла одноместная кровать. У стены рядом стоял ещё диван, а напротив него - тумбочка с телевизором. Рядом с диваном стоял шкаф для вещей. Кухня тоже не была маленькой. Все что нужно здесь присутствовало - холодильник, плита, духовка, посудомойка и шкафы с приборами. Такемичи был бы доволен квартирой, если бы ему не было все равно. Он вздыхает, плюхается на кровать и смотрит на время. Часы показывали четыре часа вечера. Переодевшись в домашнюю одежду, Такемичи решил провести остаток дня дома, пытаясь найти информацию о Изане, которой почти не было. Это его сильно расстраивало, но парень старался не унывать. Он быстро покушал лапшу, умылся, а после завалился на кровать, намереваясь поспать чуть-чуть. Сегодня он все равно уже точно никуда не пойдёт, а отдохнуть ему стоит, тем более после дороги. Поэтому, Такемичи залез под одеяло, отмечая про себя, что оно довольно мягкое, и, укутываясь посильнее, он впадает в раздумья, где же все-таки стоит начать поиски. Но за этим Ханагаки сам не замечает, как вырубается. Несмотря на то что было довольно рано, Такемичи все-таки утомился, вот так легко заснув. *** "Я поломал свой режим." Такемичи знает, что это не круто, но сделать ничего не может. Времени сейчас - начало третьего часа ночи, и чем себя занять Такемичи просто не представляет. Ну да, он и так проспал целых десять часов, поэтому ложиться обратно точно не вариант. Решение данной и не классной, по мнению Такемичи, ситуации приходит быстро. Делать в его квартирке в любом случае нечего, поэтому он решил, что выйти в половину третьего ночи погулять на улицу, будет отличным решением. "Сдохну, значит сдохну, уже переживал несколько раз." И сейчас, находясь в совершенно незнакомом ему месте, с севшим телефоном, Такемичи думает, что лучше бы он реально сдох. Он обречённо стонет, и его голос эхом отскакивает от близстоящих домов. На секунду парень реально пугается, что его кто-то мог услышать, а потом снова забивает хуй на это дело - да даже если услышали, не будет ли им похуй на меня? И нет, его совсем не напрягает то, что за ним кто-то наблюдает. Он признается сам себе, что чувствовал взгляд на своей спине с самого выхода. Но ему почему-то совершенно все равно. Он оглядывается, крутится вокруг себя, пытаясь вспомнить, откуда он все-таки пришёл. Взгляд останавливается на улице, которая кажется ему более знакомой, чем все остальные. Такемичи направляется туда, надеясь, что его интуиция не подведёт. Как оказалась, действительно не подвела, Ханагаки вышагивал по уже известной ему местности. Но даже так, он не чувствовал хотя бы немного радости. Да даже если бы он потерялся, ему реально было бы все равно. Он мельком оглядывает дома и переулки, находящиеся рядом, и рвано выдыхает, когда замечает в одном из них промелькнувшую тень. Но на место секундного замешательства опять приходит абсолютное равнодушие, и Такемичи даже удивляется, что все его эмоции стёрлись настолько сильно. Впереди виднеется перекрёсток, за которым должен находиться его временный дом. Ханагаки замедляется, стараясь хорошо запомнить местность рядом с домом. Он замечает недалеко небольшую спортивную площадку, и сразу решает, что зайдет домой, возьмёт для телефона свой повербанк, и сразу пойдёт сюда. Ханагаки настолько засмотрелся на площадку, что не заметил впереди столб. Он клянётся, что слышал тихий смешок откуда-то сбоку, когда с размаху врезался в него. Он буркает тихое "извините" столбу, и продолжает идти, потирая ушибленный лоб. Только секунд через двадцать он останавливается, и в его глазах появляется понимание ситуации. Сначала Такемичи слегка улыбается, а потом начинает во всю смеяться над самим собой. - Кажется, я начал сходить с ума, - сквозь смех произносит он. Но приступ обрывается также быстро, как и начался. Он вновь делает лицо безразличным, продолжая идти к своему дому. Заходя в подъезд, он на секунду оборачивается назад, пытаясь увидеть своего преследователя. Но на улице за ним пусто, и Такемичи со вздохом заходит в подъезд. "Я действительно схожу с ума." Он уверен в этом на все сто процентов. Ладно, может не на сто, но на девяносто точно. *** Когда он снова спускается на улицу, с намерением пойти на ту площадку, уже начинает рассветать. Поставленный на зарядку телефон показывает пять утра, и он неопределённо хмыкает, думая, как "Свастоны" отреагировали на его пропуск собрания. Их номера Такемичи у себя заблокировал, потому что знал и прекрасно понимал - если он этого не сделает, те будут каждые пятнадцать, если не пять минут, звонить или писать ему, с желанием узнать, что происходит и где Такемичи. А такого ему точно не надо. И его совершенно не волнует, будут ли ребята волноваться. В конце концов, Дракен или Мицуя вполне умны для того, чтобы попробовать позвонить Хине. Для себя Такемичи приходит к выводу, что было бы даже не плохо, если бы он покинул "Тосву". Ведь, все - таки, именно из-за него ребята страдали и умирали. И если он кинет их и Хину, как бы грустно это не звучало, Кисаки наконец отстанет от них. Но Такемичи к сожалению не уверен, так ли будет на самом деле. Вспоминая, что в самой первой временной шкале он двенадцать лет не виделся с Хиной, а с "Тосвой" вообще знаком не был, но ребята все равно умирали, а Майки был не в лучшем состоянии. Он думает, что здесь не все зависит от него. Такемичи хмурится, пытаясь сейчас не думать об этом. Хотя, кого он обманывает? Эти мысли лезут к нему в голову с самого прибытия в это время, и не все они были простыми рассуждениями. Главным планом в голове Такемичи всегда проскальзывало очень интересное желание: "Просто избавься от Кисаки. Устрани источник проблемы и не заморачивайся. Тогда все точно будет хорошо." Ханагаки искренне пытается не думать об этом, но при одной мысли о мёртвом Кисаки под его ногами, губы сами ползут вверх, изгибаясь в нездоровой улыбке.Так он улыбался, когда стрелял себе в голову. И хотя в некоторых временных линиях он даже пытался спасти его и сделать счастливым, это желание отпало напрочь, когда по его вине все в который раз пошло по пизде. Погруженный в свои мысли, Такемичи доходит до площадки и начинает свое занятие с лёгкой разминки. Постепенно это переходит в полноценную тренировку. Парень немного увеличивает количество подходов в каждом упражнении, надеясь, что он не переусердствует и завтра сможет встать с кровати. Но на это Ханагаки быстро забивает хуй, как делает это обычно, и выкладывается на полную. Он знает, что завтра будет корить себя за это, но останавливаться он не собирается. Ещё один раз он бегает домой, беря себе бутылку воды, и снова возвращается на площадку, продолжая заниматься. Его брови приподнимаются, выражая его удивление, когда он смотрит на время. - Уже семь часов? - Такемичи говорит немного растеряно, потому что совершенно не рассчитывал на такую длительность тренировки. Он выпускает лёгкий смешок, понимая, почему все так удивлялись его силе духа. - Я устал в самом начале, но затянул тренировку на два часа? Ханагаки вздыхает, чувствуя, как урчит его живот. Он доделывает растяжку, после которой его ноги становятся будто ватные, собирает свои вещи и возвращается к себе. Хоть живот Такемичи и нуждался в еде, сам Ханагаки совсем не хотел кушать. Он решает не заморачиваться, быстро отваривая себе немного риса. Когда тот становится готовым, парень накладывает его себе в тарелку, сверху добавляя немного подливы, которую он нашёл в магазине. Начиная кушать, Такемичи отмечает, что подлива не плоха, и ему следует купить её ещё раз, если увидит. К еде – кружка чая, от которого, Такемичи, кажется, зависел. Закончив трапезу, Такемичи пытается сообразить, чем ему следует заняться. По его меркам, все, что он мог сделать для того, чтобы найти Курокаву, это просто скитание по городу. Ничего больше он действительно не сможет. Он вздыхает, подходя к шкафу и выбирая вещи для сегодняшнего дня. Чёрные спортивные штаны, сверху простая, без принтов и рисунков белая майка. На майку такую же чёрную кофту, а на голову белую кепку. Идеально. Такемичи хмыкает, придирчиво осматривая себя в зеркало. - Хоть на человека похож. Он устало выдыхает, а после выходит из дома.