Оставь мне надежду

***

Вдох и выдох. Снова вдох. Всё произошло настолько быстро, что Элизабет не смогла ничего понять. Лишь звук пронизывает её слух всё больше и больше, но суть этого звука была, как на зло, не ясна. Элизабет сжала свои тонкие кисти в кулаки, пытаясь осознать на сколько долго её хватит. Как на зло, голоса звуки ставали всё громче, а её сила всё слабее. Спустя некоторые время, с большим трудом открыв глаза, Элизабет поняла, что находится в Больничном Крыле, а на заднем плане звучит голос мадам Помфи, которая во всю копошиться у себя в кабинете, цокая время от времени бутылочками с зельями и крича что-то себе в след. А перед глазами Элизабет расплывались четыре силуэта — профессор Дамблдор, директор Диппет, Медели, Реддл.       — …вы уверены в этом? Том, вы однозначно заслуживаете похвалы за то, что решили пойти искать мисс Льюиз, кто знает чем бы всё это закончилось. Плюс девятнадцать баллов Слизерину!       — Разумеется, сэр, как староста я должен был сделать всё возможное. Это ведь и моя забота, следить за студентами Слизерина. К тому же, мы с Элизабет поладили и я не мог бросить её погибать. Это было единственное, что смогла разобрать Элизабет из уймы разговоров. Понять как она сейчас было очень сложно, это ощущение не сравниться ни с каким ощущением в мире. Пустота, измотанность, тяжесть в лёгких, боль во всём теле. Будто её самый тёмный и страшный кошмар выбрался наружу. Движения давались тяжело, а о жжении в глазах лучше умолчать. Это всё давило не только на само тело, но и на её внутреннее состояние, отдаваясь потерянностью и беспомощностью. Элизабет лежала на мягкой кровати, её руки были напряжены, как и всё тело от невыносимой боли. «Наверное я отморозила себе всё что возможно, когда топила себя» — мысли сами собой вытекали из головы наружу. Со временем она смогла сконцентрировать взгляд на присутствующих в башне, а посте и разглядеть Больничное Крыло; пустые кровати, которые наполнялись после турниров по квиддичу, чёткие лица людей, которые внимательно осматривали её. Слева от неё стояла Медели, которая была вся в слезах, справа стоял Марволо, а прямо перед ней стояли директор Диппет и профессор Дамблдор. Настроение у Элизабет было хуже некуда — конечно, о каком хорошем настроении может идти речь после случившегося? Она смирилась со всем ещё тогда, когда медленно, но уверенно падала на дно озера, а вода заполняла всё оставшееся пространство в её лёгких. Но хвала Мерлину, именно в тот момент в лес занесло Медели, только благодаря ей она осталась жива, а на все взгляды такой идеальный план Реддла — был уничтожен.       — Мисс Льюиз, хвала Мерлину вы пришли в себя! — Послышался голос мадам Помфи, который становился всё ближе и ближе. — Как же вы нас всех напугали! Ваши друзья места себе не находили! «Друзья» — интересное слово, что имеет настолько разный смысл. У Элизабет и язык не повернулся бы назвать кого-то из этих двоих своим другом. Том Марволо Реддл — настоящее явление с самого ада, но на вид он лишь дитя-ангел, который и мухи не обидит. Медели же довольно приветливая личность, помогает, но имеет свои скелеты в шкафу, да такие, что могут оказаться и похуже скелетов Марволо, а их у него явно не мало. Одним словом, никто из этих личностей не нравился Элизабет, и вряд ли понравился бы когда-то. Пока Элизабет пыталась привставать с кровати и протереть глаза, мадам Помфи кропотливо выставляла баночки с различными зельями, которые как поняла Элизабет, помогут ей побыстрее вернуться к учёбе. В это же время Реддл сидел с совсем не угрожающим видом, скорее наоборот, сочувствующим что ли — его чёрная мантия прекрасно гармонировала с его тёмными, как мрак волосами. Но только стоило ей перевести взгляд на искры в его глазах, Элизабет качнуло, его глаза были налиты злобой как никогда, а от красного света в глубине зрачков, сердце начинало колотится в горле.       — Элизабет! Я так волновалась, зачем ты это сделала?! Мерлин! Медели набросилась с объятиями на лежавшую Элизабет, которая еле-еле дышала, но отталкивать соседку Элизабет не поспешила.       — Это был неосознанный поступок, я правда сглупила, и я это осознаю. Чувства заслепили мой разум, я прошу прощение за свою глупость, — Хриплым голосом начала Элизабет, уже убирая руки Медели от себя. Сев ближе к спинке кровати, Элизабет пыталась не смотреть в сторону Тома, который был явно заинтересован в том, какие же оправдания она сможет придумать. — Я очень сожалению. Но никаких слов больше не нашлось, кроме «Я очень сожалению». Но несмотря на это, Элизабет была рада тому, что смогла сказать хотя бы что-то. Она практически прошептала последние слова, которые больше походили на тихий писк, чем на слова, которые произносит человек. «А что я могла сказать? Правду? И кто бы мне поверил?» — Сомнения и совесть терзали Элизабет. А ведь она была права, никто бы не поверил ни единому слову. Том имеет хорошую репутацию, связи, его любят и уважают профессора, а директор и вовсе прислушивается к его мнению. Она же — студентка, которая совсем недавно появилась здесь и ещё толком и не освоилась, что уж говорить о репутации. Элизабет часто говорили её друзья в её времени: «Если загнали в угол, то нужно ломать стену» — и теперь она убедилась в этом на собственном опыте. Её дух наполнился настолько яростной ненавистью, что она была готова выломать эту стену так, чтобы осколки полетели в Марволо. Прошли считанные минуты после того, как она пришла в себя, а её сердце уже обливается тьмой и злобой. Это не очень хороший знак, не правда ли? Не смотря на все морали её матери о светлости и доброте души, Элизабет выбрала сторону мести, кровожадности, ещё тогда, когда впервые увидела свет и как её почти при смерти доставали из ледяной, как глыба льда воды. Но ведь поступок Реддла не должен оставаться не оплаченным, он должен знать, что даже жертва может быть хуже его самого, и она разрушит его жизнь, в дребезги.       — Ох эта подростковая любовь, — Томно вздохнул Диппет, поправляя переносицу очков, которая никак не хотела держаться на его носе. Он присел на край кровати, и жадно хапнул воздух, сложил руки и опустил взгляд на пол, будто размышлял о том, что сказать. — Я даже не нахожу подходящих слов, чтобы как-то реагировать на эту ситуацию. За мои годы на посаде директора Хогвартса, никогда не было такого инцидента. Мисс Льюиз, я понимаю, на вас очень много обвалилось в ближайшие дни, возможно из-за этого вы свершили такой ужасный поступок. Мысли Элизабет рассыпались, а затем снова собрались в слова. Было невыносимо трудно найти самообладание, конечную точку мысли, ведь практически всё это время она смотрела на Ангельского-Марволо. За мгновение, Элизабет осмотрела остальную часть комнаты, пытаясь найти глазами её палочку. Когда же ей удалось это сделать, она убрала свои распущенные волосы с пересохших губ, и устало ответила на речь директора:       — Вы правы, директор. И мне ужасно стыдно за всё это.       — Я рад, что вы осознаёте то, что сделали ошибку. В этом есть и моя вина, я должен был позаботится о вашем состоянии и провести беседу, попытаться помочь. Но увы, я не сделал этого.       — Всё отлично, я не виню вас.       — Мисс Льюиз, однозначно я после такого должен был принять меры, — Более серьезным тоном сказал Диппет, приподнимаясь с кровати. — В первое время с вами будет везде находится так скажем, ваш наблюдающий. Вы должны будете восстановиться, и после этого за вами будет кто-то наблюдать, чтобы вы не натворили глупостей. Прикусив нижнюю губу, Элизабет сдержалась от того, чтобы не фыркнуть. Ещё этого ей не хватало, чтобы точно окунуться в проблемы с головой. «И кто же такой, этот наблюдатель?» Интерес выедал Элизабет буквально изнутри, поэтому она мне затаила дыхание, и ждала ответ:       — Однозначно мы должны были позаботиться о том, чтобы этот человек был ответственным и близким к вам, — Продолжил свою речь Диппет, снова поправляя свои очки. — Мы изучили написанное вами письмо, и узнали, что вы перед вашим так сказать поступком, рассказали всё Тому. Поэтому однозначно мы доверили это Тому, ведь он как никто подходит для этого.       — Я очень рада этому, — Сквозь зубы проговорила Элизабет, пытаясь натянуть улыбку на лице, время от времени поглядывая на довольного Реддла. — Том и вправду очень близкий мне друг и человек. Ещё большее раздражение проснулось в Элизабет. Почему именно Реддл? Почему не кто-то из её соседок? Ответ был очевиден, в решении профессоров не обошлось и без мнения Марволо. М что он уже успел задумать? Неужели воспользуется этим всем и снова избавиться от Элизабет в столь короткий срок? Но больше всего Элизабет волновал сейчас другой вопрос, более расставляющий точки над и. Ведь узнав ответ она сможет проанализировать всё и думать, как ей быть дальше.       — Как долго мне прийдётся лежать в Больничном Крыле? Я чувствую себя уже намного лучше. С какой-то надеждой говорила Элизабет, и самое худшее во всём этом было то, что именно в Больничном Крыле она стаёт живой мишенью для Реддла, именно здесь он сможет быстро избавиться от неё, она и глазом не успеет моргнуть.       — Милочка, вы что! Не меньше двух суток, вам нужно восстановиться, — Возмутилась подбежавшая мадам Помфи, размахивая руками в стороны. — Сейчас я принесу ещё зелья, восстановление будет практически безболезненным, поэтому через несколько дней будете снова ходить по коридорам Хогвартса, как новенькая! Двое суток. Целых двое суток. И чем она так провинилась, что на неё обвалилось столько всего? За это время Элизабет могла пересмотреть более двухсот книг в библиотеке, а теперь поиски книги снова затягиваются. Тихий писк сорвался с губ Элизабет, но он был таким тихим, что для присутствующих в комнате его и вовсе не было слышно. Элизабет неуклюже заложила прядь тёмных волос за ухо, приподымая свои брови вверх. За это время она хоть сможет идеально составить шаги своей мести. И всё-таки она была согласна в том, что этот случай с тем, что Том будет везде с ней, играет ей очень на руку. Она сможет подобраться к нему так близко, как никогда.       — Простите, но я хочу передохнуть. Мадам Помфи сказала, что мне предстоит долгое восстановление, поэтому мне нужен покой.       — Мисс и вправду нужен покой! Вы уже тут засиделись, — Не переставала копошиться мадам Помфи, сжимая в руках баночки с целебными отварами, выставляя их на тумбу возле кровати. — Сможете проведать мисс Льюиз завтра в часы приёма.       — Конечно! Элизабет, набирайтесь сил! Наконец-то профессор Дамблдор сказал хоть несколько слов за всё его время пребывания здесь. После слов мадам Помфи, присутствующие в комнате мигом поднялись со своих мест и одарив Элизабет взглядами, направились к выходу. Только один Том не очень то и спешил покидать Больничное Крыло. Как только голоса профессоров еле-еле слышались, а от Медели и дух простыл, Том приподнялся со своего стула и приблизился к лицу Элизабет. Его лицо было в нескольких сантиметрах от лица самой Элизабет. Она прекрасно чувствовала его дыхание, которое обжигало её алые щёки. А его голос так и раздался над её ушком:       — Неужели ты думаешь, что тебе так просто получится избежать всего этого? Его голос так медленно растекался по голове Элизабет, что суть сказанного она смогла понять через мгновение, когда сладкие слова перестали звучать везде.       — Я даже и не надеюсь, Том. Она затеяла опасную игру, очень опасную. Её сладко-приторный голос ответил Тому с такой же ненавистью, опасностью и дерзостью. Реддл явно не ожидал такого от Элизабет, учитывая тот факт, что только недавно ему практически получилось избавиться от неё. А тут она в Больничном Крыле смелости набиралась.       — Забавно. Ничего больше, только эти слова. Реддл ещё раз осмотрел Элизабет тем взглядом, от которого в горле ставал ком, дрожь чувствовалась на самых костях, а гул в ушах ставал всё громче и громче. Отдалившись от Элизабет, он элегантно приподнял свои брови и стремительно ушёл в сторону дверей, чуть ли не сбивая с ног мадам Помфи, которая вышла на время.

***

Первая часть ночи прошла непонятно, измотанно и угрюмо. Несколько часов подряд Элизабет пыталась уснуть, но всё было безуспешно. Мысли вертелись, как в водовороте, а тело никак не могло найти равновесие и место спокойствия на небольшой, но мягкой кровати. «Не спиться, никак не получается уснуть» — Раз за разом повторяла девушка. Окончательно скинув одеяло на холодный пол, Элизабет замерла на несколько минут, будто думала о чём-то.       — Наверное лучше будет прогуляться по ночному Хогвартсу. Возможно тогда я смогу уснуть? — Льюиз задала вопрос пустоте, было бы и странно услышать ответ. Она помедлила, прежде чем коснуться кончиками пальцев холодного пола. Наконец уже, сделав этот шаг, кончики её пальцев коснулись пола, а затем мгновенно почувствовала холод, который пробежал нежной волной по её телу. Она любила быть одна, тишина успокаивала её разум и помогала достичь гармонии в мыслях, которые были бурные, как река. Нет, она не была личностью, которая отвергала остальных. Но она была личностью, которая доверялась лишь тем, кому хочет довериться. Иногда её характер был слишком холодным, что некоторые пускали слухи, что именно Элизабет станет в первые ряды соратников Тёмного Лорда. Элизабет привыкла к этому и такая жизнь её устраивала, хоть и не смотря на такие слухи она притягивала излишнее внимание и любопытство к своей личности. Элизабет, её отец, старший брат и лучшие друзья — её маленький мир в котором ей было комфортно и уютно. Однозначно здесь не хватало одного пункта, но увы этого уже не изменить. В этом Элизабет уже убедилась, когда сделала шаг в неизвестность и в итоге эта неизвестность сыграла с ней в плохую шутку — теперь она в старом 1943 году. Лёгкость копания в собственных мыслях заставила Элизабет не заметить то, что она уже дошла до Астрономической Башни и к лучшему, она ещё никого не встретила. Вряд ли кому-то понравится, что она разгуливает по Хогвартсу в таком состоянии ночью. Элизабет было безразлично всё, сейчас когда её мысли стали на один уровень с ней, она могла подумать о важных для неё вещах, уже важных. Тонкая кисть скользнула по глобусе, который стоял посредине Астрономической Башни. Холодный ветер начал по чуть-чуть завивать её волосы и что-то шептать в ответ на её молчание. Сделав глубокий вдох, Элизабет начала думать о своей задумке и о том, как воплотить её в реальность в наилучшем виде. Том Марволо Реддл — он и вправду умён, его разум не перестаёт поражать, он всегда на шаг впереди и у него всегда есть что-то в запасе. Он с лёгкостью предугадывает мысли и действия своего соперника. «Это будет очень сложно» — сделала вывод Элизабет. Таких людей она ещё не встречала, все её мысли сокращались к варианту того, что из этого юноши мог бы получиться Тёмный Лорд номер два. Слишком уж они похожи в чём-то. Первое и самое главное — нужно всегда понимать на что способен твой противник и чего стоит от него ожидать. Реддл способен на многое, в этом Элизабет уже убедилась. Но вот, что на счёт того, что стоит от него ожидать.? Чтобы узнать о нём больше, то нужно стать его частью. Поведение, манера речи, жесты, почерк — каждое из этих пунктов нужно знать, Элизабет должна постараться, чтобы стать Марволо номер два, её подстава должна выглядеть убедительно, чтобы ни у кого не возникло сомнений в правдивости всего этого. Этим Элизабет займётся в первое время, как только её выпустят из Больничного Крыла. Но вот как подобраться к нему поближе? Ответ очевиден — его шайка. Наверняка кто-то проболтается, однозначно если быть слишком убедительной. Стать девушкой кого-то из его свиты или вступить в его свиту? Сложный выбор, но вполне решаемый. Одурачить одного юношу ей не составит труда, половина мужской части Хогвартса мечтает о ней, наверняка есть фаворити и среди шайки Реддла. «Вот чёрт!» — пробежала беглая мысль после хлопка, что раздался от закрывающейся двери. «С каких пор мои мысли звучат так…громко?» — вторая беглая мысль не заставила себя ожидать. Дыхание стало тише, мысли стали громче; глаза уже не бегали по сторонам, и сердце не колосилось. Элизабет впервые не паниковала вовремя своих незабываемых приключений, или она была просто уверена, что этой ночью она будет хищником..?