feel blue

Ветер нежно ласкал лицо, откуда-то раздавался смутно знакомый голос, а перед глазами уже не стоял обелиск, пышущий своей энергией. Сонхва сейчас был где-то на грани сознания и понимал, что больше не находится в своём внутреннем мире, и пора бы просыпаться. Он сделал усилие, чтобы разомкнуть веки. Сначала было мутно, друид не различал, что за тёмная фигура склоняется над ним и где он сам находится. Проморгавшись, Пак наконец увидел перед собой обеспокоенное лицо капитана, которое было слишком близко к его собственному. – О боги морей! Сонхва! Ты очнулся! – кричал Хонджун, от чего Сонхва не мог не поморщиться. – Что произошло? – прохрепел он, прикрыв веки. Ким скривил губы и поморщил нос. Он выходил на ночную вахту, отправляя матросов спать, когда, оглядев берег, с ужасом увидел, как на пляже падает корабельный врач. Быстро спустив трап, капитан побежал к лежащему парню. Попытка привести того в чувства на месте не увенчалась успехом, поэтому Хонджун сделал усилие и поднял друида, унося его в сторону корабля. Будь у пирата живое сердце, он наверняка бы сказал, что оно прекратило стучать в этот момент. Видеть не последнюю личность в своей жизни в таком состоянии ужасает. Подняться и уложить Сонхва в своей каюте не составило труда. Однако странные бормотания друида настораживали капитана. Брюнет вертелся, мычал и выкрикивал какие-то слова, что не могло не настораживать. Хонджун наблюдал за странным поведением, похожим на агонию, аккуратно вытирал испарину со лба Пака, которая появлялась уж слишком быстро, и следил за ним до самого утра, поставив на вахту Юнхо. Старпом, конечно, возмущался, что его разбудили (а Минги возмущался, что у него отняли любимого щеночка), но один суровый взгляд капитана смог переубедить. В итоге мертвец просидел у кровати с Сонхва до самого его пробуждения. – Ты упал в бессознательном состоянии на песок перед кораблём, – начал он, – и я принёс тебя сюда. Ты бредил всю ночь. Было удивительным то, что метался, будто в горячке, даже испарина была, но ты был почти ледяным. Сонхва молчал, сцепив руки в замок, и смотрел на них пустыми глазами, что-то анализируя у себя в голове. Хонджун, глядя на такое состояние друида, поджал губы. Видеть того, к кому испытываешь нежные и тёплые чувства, – нет, не так, – любовь – да, именно это, – в таком состоянии было мучительно. – Сонхва, – капитан положил руку на плечо врача. – Всё нормально? Тот вздрогнул и поднял голову, задумался на секунду и повернулся лицом к мертвецу: – Я знаю, что делать. Всё это время в голове Пака происходили сложные мыслительные процессы. Сонхва думал о словах матери и о решение главной проблемы в их жизни, а именно спасении Хёнджина и Чанбина. – И что же ты знаешь? – не понял Хонджун, нахмурившись. – Как спасти ребят, – решительно смотрел друид в глаза Кима. – Время довериться легендам, мой капитан, и приготовиться к отплытию. Блондин долго смотрел на Сонхва, не понимая, о чём тот говорит, но решил довериться врачу. Внутри всё же были сомнения, однако взгляд друида не оставлял сомнений. – Хорошо, тогда собираем ребят, – кивнул он и встал на ноги. – Приходи в себя, а я пойду разбужу команду, чтобы собрать совет. – Я уже в порядке, – поднялся с постели друид, расправляя складки на одежде. – Мне кажется, лучше это обсудить и со стаей Бана, мы ведь спасаем не только друзей, но и частичку семьи Чана. Хонджун слабо улыбнулся и покачал головой, разворачиваясь и идя к выходу из каюты. Несколько месяцев назад этот мальчишка был совсем зелёным, никогда не имеющий друзей, прямо сейчас обретает новые ценности. – Хорошо, ступай, а пока проведаю Уёна, – промолвил капитан перед тем, как скрыться за дверью. – Надеюсь, он готов накормить команду и думать головой. Сонхва рассмеялся. Действительно, многие на Авроре не могли здраво рассуждать, на пустой желудок, поэтому в первую очередь нужно было всех накормить. Уён со своей командой только заканчивал готовить. – Ого, – воскликнул кок. – Не знал, что мертвецы теперь завтракают. – Поговори мне тут, – хмуро ответил Хонджун, осадив подчинённого. – Быстрее накрывайте столы, скоро экстренное собрание. Не дав Чону что-то вставить, капитан вышел из камбуза и направился к команде. Если Уён язвит, значит, с ним всё хорошо. В спальне все, разнежившись на своих местах, спокойно спали, пока Ким не зазвенел в висящий колокол: – Все подъём!!! Пираты резко подскочили от резкого звука и крика и потупили взгляд на Хонджуна. Из кают вышли только собирающийся на вахту Сан (ну да, будить нужно было всех через полчаса, а Чхве стоял сейчас в одних штанах), проснувшиеся Минги и Чонхо с Ёсаном. – Не каждый день нас будит сам капитан, – спросонья язвин штурман, опираясь о Чхве. – Цените, – отрезает тот и вновь забил в колокол, чтоб привлечь внимание команды. – Просыпайтесь и бегом на завтрак! После него сразу на верхнюю палубу, у нас собрание. Юнги проныли, пока командирование задумалось о словах скрывшегося уже из спальни Хонджуна. Если предстоит срочное собрание, значит, что-то случилось. Спустя полчаса вся команда стояла на палубе и к кораблю подходила стая Чана с Сонхва. Все были хмурыми и взволнованными. Поднявшись на Аврору, друид подошёл к мертвецу и встал слева от него, будто там и было всегда его место. Ким усмехнулся, ведь раньше там никто не стоял, а Юнхо справа удивлённо поднял брови, но всё же решил промолчать. – Итак, – начал Хонджун, кивнув Чану. Тот выглядел неважно, с темными кругами под глазами, а Минхо с Сынмином такие же бледные, как и Сонхва, когда его нашёл пират на песке. – Возможно, мы поняли, как вытащить друзей с того света, однако Авроре придётся плыть в одно из самых опасных мест на карте морей. – Не томи, – прорычал Кристофер, массируя виски. Мертвец никак не отреагировал, понимая состояние друга, поэтому толкнул друида, показывая головой, что пора выступить. – У меня было нечто похожее на виденье, – начал он, немного волнуясь. – Нам нужно следовать одной легенде, – он нашёл взглядом Ёсана, и тот нахмурился, смутно понимая, к чему ведёт брюнет. – Мы плывём за слезами плачущей сирены.