feel blue

Сонхва мялся, а клубок из сомнений увеличивался в размерах, пока вина перед Уёном всё росла и росла. Вот что он, как ребёнок, жалуется на всё коку? А тот всё внимательно смотрит, считывает каждую небольшую перемену в эмоциях и готов в любой момент прийти на помощь. Друид опускает взгляд и раздумывает, а Чон, видя это, вздыхает и закидывает руку ему на плечо. – Сонхва, мой дорогой друг, перестань накручивать себя, – в довершении он больно ударяет его по спине, заставляя того ойкнуть. Пак обиженно на него смотрит и дует губки. – И не смотри на меня так. Если будешь от меня что-то скрывать, то я тебе устрою допрос с пристрастием. Всё равно я тебя чувствую. Друид сглотнул, глядя в яростные глаза друга. – Ты понял меня? Тот усиленно закивал головой. – Вот и умничка, – Уён расплывается в улыбке и обнимает врача. – Рассказывай, что у тебя стряслось. Сонхва улыбнулся и снова почувствовал то тепло, которое он ощущает рядом с Чоном. Но уголки губ снова опустились, стоило только ему подумать о предстоящем разговоре. Фей вопросительно на него посмотрел и кивком просил начать говорить. – Я… – замялся в который раз за сегодня тот. – Кажется, люблю капитана и думаю, что это взаимно? – зачем-то он добавил вопросительную интонацию и неуверенно посмотрел на друга. – О, боги! Да это ни для кого не секрет! – взмахнул руками Уён и отодвинулся от брюнета. – Я думал, ты расскажешь что-нибудь интересное. – Эй! – возмутился Сонхва. – Лучше бы сначала дослушал! А «что-нибудь интересное» расскажут Сан и Ёсан. – Так уж и быть, я внимательно тебя слушаю, пока у нас есть время до обеда, – кивнул кок и своровал с тарелки друга виноградинку. – Так вот, – продолжил друид, пронзительным взглядом наблюдая, как его еда исчезает во рту Чона. – Я собирался признаться Хонджуну и расставить все точки над ё, так сказать, но… – Но? – поднял брови кок, пододвигая тарелку к себе поближе, и жестом попросил продолжить. – Всё шло к сближению, ну, ты понял в каком плане, но я струсил и сбежал, – выпалил Сонхва и зажмурился, а фей так и не дожевал виноград, который успел положить себе в рот. Повисла тишина. Оба парня смотрели друг на другая почти не моргая, пока Уён, проглотив еду, не привстал с месте и не ударил друга по плечу. – Вот же трусишка! Чего ты там боялся? Того, что под штанами? Так ты уже всё прекрасно видел! И даже уже спал с капитаном! – Уён, потише, – шикнул друид, ощущая, как краснеет, и закрывает лицо руками. Сейчас он чувствовал себя скованно и смущённо. – Что тише-то? – тот встал рядом со скамейкой и начал громко порицать. – Раз Сан знает подробности, то уже весь корабль о вас сплетничает. Боги меня сохраните! Вы же ведёте себя, как два влюблённых подростка из какого-нибудь романа! Абсурднее ситуации и не придумаешь! Сильный друид и Капитан пиратов ведут себя, как дети! – Эй, сбавь обороты, сейчас вообще к младенцам приравняешь! – повернулся к фею врач и нахмурился. – Ну а что мне с вами сделать? – резко поднял Уён одну руку и ткнул пальцем между бровей друга. – Вот отсюда вынь, пожалуйста, своего червяка сомнений и скорми его Кракену! Хватит волноваться по пустякам! Хоть ты и первый друид, которого я видел, но я чувствую, что у тебя огромный запас магии. Это раз. Во-вторых, ты Хонджуну тоже нравишься, прекрати себя накручивать, ступай и признайся уже! Будь, наконец, увереннее! Сонхва внимательно слушал речь друга с приоткрытым ртом, но всё же прозрел. Всё это время он боялся совершить лишний шаг, живя на своём отдалённом побережье, пытаясь не сталкиваться с соплеменниками. А когда он попал на Аврору, то казалось, что его столкнули в совершенно другой мир, в котором нужно обдумывать каждый свой шаг. Скорее всего, именно то, что случилось с его матерью, повлияло на такое его поведение. Но сейчас, открывшись друзьям, можно было и немного расслабиться. – Хорошо, – кивнул Сонхва, сжав кулаки. – Что «хорошо»? – не понял Уён и скрестил руки на груди. – Я пойду и признаюсь! – Вот это настрой! Вот это я понимаю! – подпрыгнул фей. – Иди, сейчас, потому что после обеда ты туда так просто не попадешь. Сонхва кивнул, обнял друга и поторопился выйти из камбуза.