i'm here for you 24/7

Тэхён сидит с ногами на высоком кухонном стуле и задумчиво жует бутерброд. Хосок рядом развлекается, поочередно зажигая конфорки на плите одним взмахом пальца — непонятно, почему ему весело. Слышится недовольный топот и мимо них проходит хмурый Юнги, не говоря ни слова скрываясь за входной дверью. Тэхён не успевает к нему подбежать. Уже третий день одно и то же. — Merde! Да что происходит? — он почти бросает недоеденный бутерброд на тарелку и хмурится. — М-м? Хосок в его сторону даже голову не поворачивает. — Почему хён меня игнорирует? Где он пропадает все это время, и где мы вообще находимся? Мы торчим в этом лесу третью ночь, но выйти мне почему-то нельзя — дверь не поддается! Ça me fait chier! Чон, наконец, переводит взгляд на него, а следом цепляется за столешницу, чтобы подвинуть стул ближе. Тэхён в возмущении кусает губы и невольно сжимает руки в кулаки, ожидая ответов. — Я думал, он сказал тебе. — Никто мне ничего не сказал! Я все это время и тебя спрашивал, и показательно торчал у окна, но ничего! — Хах, прости, тигренок, — Хосок смущенно улыбается и чешет затылок. — Эмоции людей все еще такие сложные. Я иногда забываюсь. Тэхён только губы поджимает и складывает руки на груди, но обижаться на Хосока задачка нереальная. — Завтра солнцестояние, так что в этот день состоится ежегодный шабаш. — Ш-шабаш? — Ким навостряет уши, снова принимаясь за бутерброд. — Типа... Как у ведьм? — Ну, да, Юнги ведьмак же. — А что они там делают? — Я сам не особо в курсе, меня никто не звал, — Хосок закатывает глаза. — Да и защита у них неплохая, держится на древнейших ритуалах, даже одним глазком не заглянешь. Насколько я знаю от Юнги, они делятся собственными исследованиями, а потом просто бухают. Тэхён хмурится. Звучит не так круто, как он ожидал. — А они приносят кого-то в жертву? И летают на метлах? И стоят там все в плащах и остроконечных шляпах? Хосок смотрит на него изнуряюще долгую секунду, а потом взрывается громким хохотом. Тэхён слегка обиженно бьет хвостом, дожидаясь, пока приступ смеха у демона кончится. — Ты просто нечто! — сквозь слезы хрипит Чон. — Я бы даже свою силу отдал, лишь бы посмотреть на Юнги на метле! — Так, значит, ничего такого? — разочарованно вздыхает Ким. — Не-а. — Ну, а истинную форму они принимают? Она же есть у ведьм? — Это, например, какая? — Хосок улыбается, подпирая голову рукой, и Тэхёну уже не очень-то хочется продолжать разговор. — Давай же. — Ну... — Ким взгляд отводит, утыкаясь им в тарелку. — Когти там... Уродливый нос, куча острых желтых зубов... — В сказках не пишут правду, Тэхён-и. Юнги, конечно, в гневе может напоминать кого-то такого, но он всегда выглядит так, как выглядит. Тэхён кивает, кончиком пальца раскидывая крошки хлеба по столу. — Значит, все ведьмы и ведьмаки, ну, такие? — Какие же? — К-красивые... Хосок замирает, стараясь не слишком широко улыбаться, но он не может не умилиться с краснеющих щек Тэхёна. Он не хочет смущать его еще больше — пока, — поэтому отвечает спокойно: — Не сказал бы, что Юнги красивый, но ладно. Тэхён задумчиво кивает на какие-то свои мысли, а после спрашивает: — И Юнги-хён со многими там общается? — Не особо. Только на время шабаша и при случайных встречах. Но знают они друг друга с незапамятных времен, особенно Кихёна, — Хосок потирает подбородок. — Он та еще заноза в заднице, но их отношения можно назвать дружескими. Хотя, завтра, чувствую, ему от Юнги достанется. — Ха? — Тэхён снова возвращает свое внимание демону. — Что ты имеешь в виду? Хосок хихикает, медля с ответом. Он любит заставлять ждать, и если с Юнги это перестало быть забавным лет эдак сто назад, то Тэхён ведется, как дитя. Его тигриные уши направлены прямо в сторону Чона, а хвост вибрирует и глухо бьется о ножки стула. — Каждый год выбирается представитель шабаша, который спрячет место его проведения. Нужно разбросать по местности подсказки, разгадав которые, ты сможешь попасть на данное увеселительное мероприятие. Поэтому Юнги и пропадает третьи сутки в лесу, и ходит темнее тучи. Выбрали Кихёна, а он любитель, скажем так, поднасрать, прости мне мой французский. — Это не французский... — недоуменно хмурится Тэхён, и Хосок снова смеется. — Выражение такое есть. На следующий день Тэхён застает Юнги на кухне только к позднему вечеру. На ведьмаке вместо привычной домашней одежды черные брюки и такая же рубашка, а на диване Тэхён замечает что-то похожее на мантию. Тэхён принюхивается и морщится. — Почему пьешь? — спрашивает гибрид, присаживаясь напротив. Юнги вчера вечером пришел наконец-то в хорошем расположении духа, хоть и поносил Кихёна всеми известными ругательствами, даже на латыни. Сейчас Мин выглядит расслабленным, но под глазами заметны темные круги, и Тэхён надеется, что после всего этого тот нормально отдохнет. — Потому что только так можно выдержать эту свистопляску, — бормочет Юнги, делая глоток виски. — Когда ты вернешься? — Утром. Не переживай, — говорит Мин, смотря на него, и Тэхён удивлен, как быстро и точно он может определить его состояние. — Я могу подождать тебя. — Не нужно, все в порядке, — Юнги слегка улыбается, задерживая взгляд на Тэхёне дольше, чем обычно. — В этом ничего такого, даже весело, просто... Народу многовато. А у некоторых явно с головой проблемы, — Ким на это хмыкает, думая, говорит ли Юнги снова о Кихёне или же этот камень уже в другой огород. — Тогда куда потом? Юнги встает, допивая последний глоток. Щелчком пальцев он отправляет бутылку на место, очищает стакан взмахом руки и заставляет его тоже исчезнуть. Тэхёну нравится, каким естественным он при этих действиях выглядит. Длинные пальцы зарываются в его волосы, нежно поглаживая так, что хочется заурчать — Тэхён не уверен, но, кажется, он вполне способен на это. Запах алкоголя чуть обжигает чувствительный нос, заставляя его чесаться, но Тэхён не двигается, прикрывая глаза и наслаждаясь тихим дыханием напротив. — Я покажу тебе новый дом, — говорит Юнги, слегка касаясь чужой щеки, прежде чем убрать руку. Тэхён открывает глаза и широко улыбается, чувствуя, как пылает лицо от направленной ему ответной улыбки. Он ничего не отвечает, просто провожает взглядом темную фигуру, когда Мин берет плащ и выходит на улицу, тихо прикрывая дверь. — Я буду ждать, — все же тихо произносит Ким в пустоту ночи. Ведьмак и правда возвращается к утру, заставая обнимающего подушку Тэхёна спящим на диване.