День за днем

      – Хён...       – М?       – Почему именно эта фотография?       – М?       Юнги отвлекся от своих мыслей и с вопросом посмотрел на младшего. Тот сидел на диване спиной к нему, что не давало возможности увидеть его лица, да и вообще, чем он был занят, и к чему этот вопрос.       – Не понял, – честно признался Юнги и, встав с насиженного места у горячей чашки кофе, направился к дивану.       – Почему именно эта фотография? – спокойно повторил вопрос Чимин, явно поняв, что вопрос без визуального сопровождения действительно мог прозвучать странно, и поднял экран телефона на уровень глаз подошедшего старшего.       Телефон в руках Чимина оказался телефоном Юнги, который последний постоянно норовил оставить, где не попадя. Старший присмотрелся и обнаружил, что открыто приложение контактов, а фотография, о которой собственно и шла речь, это фотография, поставленная Юнги на звонок Чимина.       – А, это... – протянул он, стараясь как можно тише переминаться на ногах все ещё стоя за спинкой дивана и, следовательно, за спиной у младшего.       Юнги улыбнулся своим мыслям и, обойдя диван, приземлился рядом с Чимином.       – А ты не помнишь? – спросил Мин, положив голову на плече Пака, все еще с любопытством рассматривающего «странную» фотографию.       Младший, насколько это было возможно, заглянул в лицо любимого и с вопросом выгнул бровь.       – Я похож на человека, который что-то «помнит»? – усмехнувшись прокомментировал он в ответ.       Старший хмыкнул и забрал свой телефон у Чимина.       – Это, да будет Вам известно, Пак Чимин, наше первое совместное фото! – с наигранным пафосом провозгласил Юнги.       Пак что-то было хотел ответить, но задумавшись, лишь в порыве открыл и с таким же успехом закрыл рот.       – Да ладно, – все-таки отреагировал младший на полученную информацию через какое-то время.       – Вот-вот.       Чимин попытался воспроизвести фотографию у себя в голове, но уставший мозг отказывался ему помогать, поэтому забрав обратно телефон, он снова вперился в него взглядом.       Фотография была в небольшом расфокусе, лица двух молодых парней узнавались с трудом, но все-таки узнать их было возможно. Лицо молодого человека на переднем плане, явно делающего селфи, расслаблено и расплылось будто в пьяной улыбке. Ярко красная копна растопыренных во все стороны волос, глаза прищурены, на макушке ярким пятном красуется праздничная шапочка. На заднем плане за столом явно в каком-то ресторанчике сидит другой молодой человек, скорчив недовольную моську, но при этом в руке у него кружка пива, которой он будто салютует в камеру. Его праздничный колпачок съехал на бок, на шее висит что-то похожее то ли на мишуру, то ли на ожерелье из цветов.       Юнги наблюдал, как Пак, мило хмуря лоб, разглядывает экран телефона, а затем, будто догадка всплывает у последнего в голове, и тот, расширив глаза до формы блюдец, с легким смешком поворачивается к Мину:       – Это же… – и заливается смехом.       – Да, он самый, – подхватывает старший.       Под «он самый» подразумевался день рождения Чон Хосока, общего друга Чимина и Юнги, который ознаменовался не только первой совместной фотографией этих двоих, но и днем их официального очного знакомства.       – Юнги, наконец-то, – радостно выпалил друг, подбежав к открывшейся двери ресторана с распростертыми объятиями. – Думал, что совсем забыл со своей учебой про меня, хаха.       – Тебя разве забудешь, – усмехнулся Мин, пытаясь выпутаться из длинных загребущих, но сильных и цепких рук Хосока. – Отпускай давай, подарок помнешь.       – Давай проходи, садись. Вот все и в сборе, – подытожил Чон, садясь и обведя взглядом двух собравшихся за столом молодых людей.       Пока Хосок продолжал перечислять прерванный появлением Мина заказ, последний с интересом посмотрел, с кем рядом его усадил друг, и, предположив навскидку, что старший все-таки он, первым протянул руку:       – Мин Юнги, по совместительству друг именинника.       – Пак Чимин, по совместительству тоже друг именинника, – усмехнувшись, ответил ему будто миниатюрный паренек с ярко красными волосами, аккуратно разделенными ровным пробором.       Кожа Чимина казалась еще белее на фоне вызывающего цвета копны волос. Сидел он с ровной спиной, как отличник за первой партой, и с легкой улыбкой на пухловатых губах и интересом в глазах, которые из-за улыбки казались светящимися щелочками, смотрел на уставившегося на него Юнги.       Гляделки длились недолго, так как, покончив наконец с заказом, состоящим из большого количества алкоголя и любимых закусок всех собравшихся, Хосок подал голос:       – Наконец-то я вас познакомил, Чимин – Юнги, Юнги – Чимин. А теперь – налетай! – и с громким «Ура!» друзья накатили по первой…       – Я и не знал, что с того дня у нас есть такая замечательная фотка, – чуть не плача от продолжительного смеха, выдавил младший.       – Я сам ее пару месяцев назад только увидел, – уже успокоившись, ответил Мин.       – Что? – будто протрезвев, выпалил Чимин. – Как это?       – Когда чистил телефон, – пояснил старший. – Просматривал галерею, чтобы удалить лишнее и вот. Чего только не найдешь, да?       – Да, например пьяное фото со дня знакомства, – протянул Пак и добавил, – после почти… скольких лет вместе?..