День за днем

      Чимин медленно открыл глаза и посмотрел на потолок. Тело налилось свинцом, от простого движения глаз в голове будто начали перекатываться огромные валуны.       Стараясь двигаться как можно медленнее, младший приподнялся на локтях и со стоном опустился обратно. Тело не просто было неимоверно тяжелым, что за столь короткое движение руки начали трястись, но и еще горело, обильно потея.       – Чимин, встаешь? Опоздаешь, – обыденно проговорил Юнги, проходя в комнату к шкафу.       – Юнги, – попытался ответить младший, выдав свое состояние.       Мин повернулся на страдальческий шепот и подошел к Чимину. Присев у кровати, старший приложил руку ко лбу любимого и тяжело вздохнул.       – Лежи, – проговорил он, выходя из комнаты.       – Мин, доброе! – раздалось в трубке.       – Доброе, Джун-сомбэ, обещанный отгул помните? – сразу перешел к делу Юнги.       – Да. Сегодня?       – Чимин заболел.       – Бери два, – вздохнув, послышалось по ту сторону телефона. – Пока все спокойно, если что, наберу.       – Спасибо.       Юнги аккуратно зашел в комнату, неся перед собой поднос.       Чимин лежал еле дыша, чтобы не потревожить изможденное тело, и полуприкрытыми глазами наблюдая за движениями любимого.       – Давай поешь, а потом лекарства выпей.       – Надо… – начал тихо Чимин.       – Позвонил я Тэ, он прикроет, – немного сердито проговорил Юнги. – О себе подумай хоть раз…       Младший еле улыбнулся, принимая такую любимую заботу.       – А сам?..       – Отгул взял на пару дней.       Проведя все необходимые замеры и внимательно прочитав инструкции, Мин укрыл Чимина дополнительным одеялом и устроился на другой стороне кровати с ноутбуком, под мерное стуканье клавиш которого младший вскоре погрузился в беспокойный сон.       Открыв глаза, Пак понял, что уже поздний вечер. Вместо Юнги на кровати рядом лежал открытый ноутбук, а из кухни доносились звуки тихой возни.       Медленно поднявшись на локтях, Чимин понял, что какая-то часть навалившейся с утра тяжести отступила, шум в голове поутих. Он спустил ноги с кровати и тихонько потянулся, разминая привыкшее к постоянному движению тело.       – Получше? – раздалось от проема двери, и в комнату вошел Юнги с очередным подносом с едой и лекарствами.       – Да, – выдохнул Чимин и потянулся к старшему.       Тот, поставив поднос на тумбочку рядом, подошел ближе, позволяя младшему обнять его за талию и уткнуться лицом в живот. Легкими массирующими движениями Мин начал перебирать волосы на макушке любимого, шутливо шепча будто заклинание:       – Беречь себя надо, дурачок, случись что с тобой, как мне без тебя быть… Отпуск еще свой не отходил ведь, я прав?       – Мм, – промычал Пак, продолжая обнимать Юнги.       – Мм, – передразнил его старший. – Когда у вас проект закончится этот?       – На следующей неделе сдаем.       – Вот и бери отпуск, съездим куда-нибудь, проветримся.       – Как скажешь, – с довольной улыбкой выдохнул Пак, пристраиваясь на кровати для трапезы.       Ночь была длинной и беспокойной. Чимин возился во сне и часто просыпался, жалуясь на ломоту по всему телу и звон в ушах. Юнги в эти моменты как дисциплинированный солдат по первым звукам сигнала подъема проверял температуру младшего, подавал лекарства и легонько поглаживал, боясь своими более крепкими, хоть и привычными объятиями ненароком причинить Паку неудобство.       Когда Чимину удавалось снова провалиться в сон, Мин почти переставал дышать, чтобы не побеспокоить его. В сумраке комнаты старший наблюдал за младшим, еле сдерживая себя, чтобы не заснуть самому. Он знал, что скоро это закончится и все опять вернется в привычный режим. Он знал, что Чимин сильнее и выносливее, чем кажется на первый взгляд.       Но где-то в глубине души все равно роились странные мысли, которые Юнги гнал как можно дальше от себя. Он запрещал себе даже признаваться в том, что ему страшно, потому что жизнь такая непредсказуемая, а Мин так невероятно счастлив вместе с Чимином, и еще, что все когда-то заканчивается и плохое, и хорошее…       – Юнги-я, – позвал голос из-под трех одеял.       – Я здесь, Чимин, – также тихо ответил Мин.       – Я тоже здесь, любимый, так что не бойся.       Юнги проснулся в полусидячем положении на кровати, вторая половина которой была уже пуста.       – Чимин? – позвал он, потирая глаза.       В комнату зашел младший с подносом и, аккуратно пристроившись сам, устроил импровизированный стол в центре кровати.       – Завтрак в постель, – добродушно выпалил Пак.       Мин протянул руку и еле коснулся лба любимого. Температура явно спала, да и по цвету лица можно было понять, что Чимину уже лучше. Лениво потянувшись и зевнув, Юнги пристроился поближе к младшему и потянулся за лежащим на тарелке тостом.