Маска смерти

      Как раз вовремя.       Как только появились первые слухи о том, что джедай убивал джедаев для Империи, мастер Лу Т’у приготовился. Он потерял контакты с несколькими союзниками, не способный дотянуться до них через Силу, и не способный понять, мертвы ли они или живы. Осталось немного пользователей Силы, которые когда-либо смели называть себя джедаями. Падаваны, рыцари, мастера… Все словно испарились.       Сила была пугающе тихой с момента падения Республики, без проблеска света или понимания. Жизнь стала пустой, а Сила кричала об одиночестве. Особенно после того, как его бывший падаван — Беда Вонг исчезла. И если он все еще и лелеял надежду, в глубине души он знал — ее уже нет.       На данный момент оставшимся и прячущимся джедаям было известно, что Империя использовала приспешников Темной Стороны для исполнения своих приказов. Т’у лично уничтожил трех инквизиторов за последние несколько лет. Прошло восемь лет с атаки на Храм джедаев, восемь лет в подполье. Его волосы с тех пор стали седыми, а тело дряхлым, ведь ему было почти семьдесят. Он знал, что стал медленнее, понимал, что становится все труднее сбегать из лап Седьмой сестры. Он, конечно, выживал, но и она тоже.       И все-таки, загадочный мастер инквизиторов оставался неуловимым. Он оставался в тени, вне досягаемости. До этого момента.       Т’у понимал, что он стал слишком большой угрозой, ускользая от них слишком много раз. И теперь он забыл замести свои следы. Сейчас, он просто прикрыл глаза. Остался в позе для медитации: ноги скрещены, старые руки ладонями вверх отдыхают на коленях. Он чувствовал его присутствие, как он подбирался все ближе, словно хищник, выслеживающий свою добычу.       Прошло много времени с тех пор, как T’у чувствовал пользователя Силы такого масштаба. Нет, конечно, инквизиторы тоже были по-своему умелы и обучены. Но этот был другой. Энергетика исходила от угрожающей фигуры волнами, плотными, удушающими и очень холодными. Руки T’у замерзли, по пальцам поползло онемение. Его кожа покрылась мурашками, а волосы на затылке встали дыбом, несмотря на жар солнца, расположившегося над джунглями, несмотря на теплый приветливый бриз. Не осталось и следов от пресного, сгустившегося воздуха леса. Темная сторона.       Инквизиторы приносили с собой такой же неприятный холод. Но никогда — такой мощный, такой сокрушающий. За все свои годы, будучи полноправным джедаем, T’у никогда не ощущал так глубоко укоренившихся ненависти, страха и злобы. Это была агония, нависшая на его плечах, словно тонна камней. Тяжесть всей вселенной. И он услышал ритмичное дыхание.       Вдох, выдох. Ритмичное и приближающееся. В сопровождении тяжелых шагов. Быстрый шаг, уверенный и спокойный. К своему удивлению, T’у почувствовал трепет узнавания, словно он уже находился ранее рядом именно с этим пользователем Силы. Ему была знакома эта подпись в Силе, щекотало на задворках его чувств. И она была практически скрыта холодом Темной Стороны.       Медленно T’у открыл свои усталые серые глаза. Перед ним возвышалось воплощение самого ужаса. Завернутый в черное с головы до ног, с прикрепленным позади царственным темным плащом. Широкоплечий, он был до невозможности высок, стоя словно тень в свете оранжевого заката, с зеленой растительностью над головой. Лицо было полностью прикрыто бесстрастной маской, жестоко напоминающей человеческий череп. А зияющие глазные отверстия — окрашены красными линзами. Одна из его больших, обтянутых перчаткой ладоней лежала на рукоятке меча. Он стоял с прямой спиной, широко расставив ноги, а его ужасающий шлем на голове был высоко поднят. Поток злого, темного восторга проник сквозь ледяную тьму. T’у насторожился. — Наконец-то я выследил тебя, Мастер T’у, — заговорил убийца низким, гулким голосом. — Я должен быть польщен?       T’у скривился, желая оставаться непокорным до самого конца, и заметил, что кулак мужчины сжался вокруг рукоятки меча.       Ситх. Вот кто он был. Он не мог объяснить иначе ярость, истинное презрение и ненависть, разлившиеся в Силе, окружавшей их. Запятнав ее своей пустотой, своими жестокими желаниями. Осквернив ее.       Сжав губы, T’у спокойно поднялся на ноги, наблюдая за каждым движением ситха, и все-таки задрожал, когда темная фигура сделала к нему шаг. Было ощущение, словно кто-то опустил его голову в чан с ледяной водой, энергия Темной Стороны ударила по нему, словно пощечиной по лицу. Ему почти захотелось отойти назад и прикрыться. — Побереги силы, джедай. Ты и тебе подобные слишком долго были занозой. Ты стоил Империи денег и времени, как и нескольких достаточно компетентных инквизиторов. — Если они и в самом деле были так компетентны, почему вышло так, что никто из них не убил меня?       T’у не смог сдержать насмешки в голосе, хотя и почувствовал, как гнев Ситха возрос. Еще один шаг к нему, но он так и не двинулся с места. — Скорее всего. Однако, ты все еще старый дурак. Их силы ничто по сравнению с моими. И твои тоже. Ты можешь считать, что у тебя есть шанс, но ты должен понимать, что ты мне не противник.       И вот оно, снова — ощущение странной узнаваемости. Что-то в манере ситха держать себя, что-то в том, как он говорил и как преподносил себя. Драматично, словно ожидая какого-то уважения и почтения, которого он пока не заслужил. T’у позволил рукам повиснуть по бокам, его мечи-близнецы все еще прикреплены к поясу. Он смотрел прямо на черные углубления, где предположительно должны были быть глаза ситха, и позволял ему напасть. А ситх все еще продолжал подходить к нему, словно удивленный сложившейся ситуацией. — Это намек на то, что ты можешь победить меня? — Я не делаю намеков. Я здесь, чтобы преуспеть в том, в чем не преуспели паразиты. — Ты лишь один из них, такой же паразит, бездумно подчиняющийся Императору. Как раб — невидимому хлысту.       Это вызвало моментальную реакцию.       Используя Силу, ситх активировал свой меч, но T’у все же успел достать свои прежде, чем ситх напал на него. Всего лишь одной рукой высокая фигура поймала скрещенные зеленые лезвия оружия джедая красным своим. И держала их твердо заблокированными на месте, используя свой вес, как рычаг. T’у почувствовал, как мышцы его плеч и груди запротестовали от напряжения. Неужели он настолько стар? Или же ситх был настолько силен? — Я получу огромное удовольствие, уничтожая тебя, — коварным голосом произнес ситх с тонко завуалированным презрением, его механическое дыхание звучало в ушах T’у.       Но T’у, как бы невозможно это ни было, был убежден, что все-таки знает этого человека. Сжав зубы, он дотянулся до Силы, и постарался выпрямиться. Он ужасно постарел, ему не с кем было тренироваться с тех пор, как пропала его ученица, а ни один инквизитор не мог посоперничать с мастерством ситха по части Темной Стороны. Они были лишь мечтательными юнлингами по сравнению с этим человеком. По сравнению с черной дырой, излучающей истинную злобу и поглощающей любой свет. А под всем этим скрывалось непрочное, отстраненное высокомерие. Оно было едва уловимо, но все-таки присутствовало.       T’у приоткрыл рот, в шоке разглядывая своего врага. Он знал этот образ мышления, знал эту подпись в Силе, безрассудство и уязвимость. Кровь заледенела в его венах, и T’у мгновенно оступился, его глаза округлились, но этого было достаточно, чтобы он упал на больные колени. Опустил защиту. Колени оцарапались о грязную и сырую землю под ними, но он продолжал держать руки высоко над головой, твердо удерживая позу. Он понимал, что проигрывал.       Такого не могло случиться. Он усердно изучил маску в поисках ответов, взгляд прошелся по ее острым углам, по каждой ужасающей дюрастиловой детали. И все-таки, он почувствовал это внутри себя, как это пронеслось по его нервной системе, словно пожар, как желудок перевернулся. Это была подпись в Силе, она не могла соврать. Она не способна на это.       Аура была отдаленной, замаскирована и заглушена Темной Стороной. Погребена под землей, словно наполовину разложившийся труп. Как грязный маленький секрет.       Руки T’у теперь задрожали, запястья запротестовали острыми уколами боли, когда ситх насел на него сильнее. Он подумал, что ситх, скорее всего, усмехается под своей маской самоуверенной улыбкой, которую T’у мог легко представить. Как его губы сжались в грубую, издевательскую ухмылку. Он видел ее слишком часто раньше, на войне, в последние дни Войн Клонов. — Мне казалось, ты умрешь, как мужчина, старик, — издевался ситх, почти усмехнувшись сквозь вокодер, ну или издав ближайший к усмешке звук, который модулятор мог изобразить. — Ты жалок.       Чувствуя себя слабым и потеряв надежду, T’у понял, что он умрет. Он даже не успел вступить в драку или бросить какой-либо вызов. Никакой угрозы. Даже не сумел встать и защитить свою собственную честь. Он проиграл. Даже не видя их, он почувствовал мрачные алые глаза Лорда ситхов на себе, однако интенсивность этого взгляда прожигала. Ненависть в них была остра, как бритва, и протыкала его, как нож. — Этого не может быть. Он не мог, — сумел выдохнуть T’у, его лицо вдруг стало мертвецки бледным, а дрожащие руки угрожали сдаться в любой момент. Он был готов встретиться с Создателем и стать единым с Силой. — Кто ты? — Смерть, — произнес ситх чересчур уверенно.       В это самое мгновение, T’у смог поверить в это. И, не успел он моргнуть и глазом, оба его меча оказались вырваны из его хватки, а он увидел воспоминание, вспыхнувшее и проскользнувшее перед его глазами. Гордый молодой мужчина, его золотые волосы развеваются по ветру. Голубые глаза угрожающе сужены, а лицо покрыто пеплом и пылью. В руке голубой меч. Мужчина пропал, как туман, исчез в бездне зла перед ним.       В искреннем неверии покачав головой, T’у прошептал одно последнее пугающее слово перед тем, как его голова была отрублена одним ударом. — Скайуокер.