Неизбежное

Ужаснее кошмара может быть только действительность.

Александр Галаганов

      — Мисс Грейнджер, вам необходимо пройти полное обследование. Тянуть время в нашем случае — плохая идея.       Одним из главных минусов работы целителем Говард Пирс выделил, лично для себя, сообщать плохие новости. Мужчине понадобилось достаточно много времени, чтобы научиться контролировать себя и свои эмоции. Если он будет каждый раз принимать близко к сердцу такую информацию, то из врача довольно быстро превратится в постоянного гостя психиатрического отделения.       Но в случае с Героиней Войны его программа дала сбой — видеть, как эта сильная молодая женщина кричала, не веря в собственный диагноз, было выше его собственных сил. Неужели кто-то свыше считал, что она недостаточно настрадалась? Начиная от позорного клейма «грязнокровка» на предплечье и заканчивая тяжёлым заболеванием.       — Мисс Грейнджер… — Пирс приобнял девушку за плечо, пытаясь хоть как-то помочь ей успокоиться. — Я не говорил, что у вас нет шанса, но я прошу вас как можно быстрее лечь в стационар, чтобы мы смогли начать лечение.       Громкие истерические рыдания сменились тихими всхлипами. В этот момент перед ним была не сильная ведьма, которая смогла свергнуть тёмного волшебника, а девушка, которой просто не повезло.       — Вас может кто-то забрать?       — Нет… Точнее есть… Точнее… — Гермиона громко выдохнула, призывая на помощь всё имеющееся терпение. — Я поняла вас, целитель Пирс. Мне нужно несколько дней, чтобы я завершила свои дела.       — Не затягивайте. Чем раньше мы начнём…       — Я. Вас. Услышала, — довольно грубо оборвав врача, девушка схватила сумочку и словно фурия вылетела из кабинета, напоследок хлопнув дверью.       Говард давно привык к подобному поведению пациентов, которым довелось услышать плохие новости. Это нормально, когда злость будто цунами обрушивается на человека. Гораздо страшнее, когда люди не испытывают никаких эмоций, словно они уже смирились, что их организм включил режим самоуничтожения.

***

      Если бы кто-нибудь несколько лет назад сказал Драко, что он будет не просто спать с магглорождённой ведьмой, а искренне её полюбит, он бы рассмеялся в лицо этому волшебнику и посоветовал бы ему обратиться к психиатру.       Сегодня же он искренне не представлял свою жизнь без девушки, которая была не только магглорождённой, а самой Гермионой Грейнджер. Кто знает, если бы отец не отравил его разум своими предрассудками о чистоте крови, может, их история началась бы ещё в Хогвартсе. Но, как известно, прошлое не имеет сослагательного наклонения, поэтому в случае Малфоя ему оставалось лишь раз за разом показывать свою любовь к этой львице, в глубине души надеясь, что в один прекрасный день она не оставит его.       Тихо насвистывая мелодию, мужчина ступил через камин их гостиной. И вместо привычной картины, когда его женщина после рабочего дня сидела в кресле, укутавшись в плед и зачитываясь очередным романом, его встретила темнота.       — Гермиона? — но ответом была тишина.       Быстрым шагом обойдя всю квартиру и не найдя следов пребывания девушки, он впервые забеспокоился по-настоящему. Ещё на этапе зарождения их отношений они договорились сообщать друг другу о своих перемещениях. Это не было попыткой контроля — всего лишь страх, который появился во время войны и плотно пустил свои корни. Казалось, что этот ужас потери дорогого тебе человека не вытравить ничем. И вот теперь самый страшный кошмар мужчины начал сбываться: он не знал, где была его ведьма.       Щелчок аппарации, прозвучавший в спальне, заставил вздрогнуть от неожиданности. Крепко сжимая палочку, Драко, будто хищник, готовившийся к нападению, приблизился к комнате. Резким движением распахнув дверь, он хотел выкрикнуть заклинание, но так и застыл на входе, сжимая в руке древко.       Посреди комнаты стояла Гермиона. Во взгляде девушки плескался коктейль из разочарования и злости — последний раз он видел её в таком состоянии сразу после битвы за Хогвартс. Точно таким же был её взгляд, когда она переступила порог большого зала — казалось, что печаль всего магического мира была сконцентрирована в этой хрупкой фигуре. Боль, витавшую в воздухе, можно было ощутить на языке. И вот, уже спустя несколько лет, Драко вновь увидел её такой сломленной.       — Гермиона? — сделав навстречу маленький шаг, мужчина внезапно ощутил искры стихийной магии, исходившие от девушки.       — Уйди.       — Герм, что произошло?       — Я тебе сказала. Уйди… — тихий шёпот стремительно набирал обороты. — Уйди! Уйди! Уйди! — резко выкинув палочку вперёд, Гермиона махнула рукой, и в ту же секунду порыв ветра выкинул Драко из спальни, захлопнув за ним дверь.       На какой-то момент в квартире наступила пугающая тишина, но тот дикий, отчаянный крик, разразившийся за закрытой дверью, был подобен рёву раненого зверя, который сопровождался множественными взрывами светильников.       Ни на секунду не замешкавшись, блондин одним мощным ударом ноги выбил дверь. Посреди комнаты на коленях стояла Гермиона и тихо плакала. Драко неслышно опустился рядом с ней и крепко прижал девушку к себе, укачивая как маленького ребёнка.       — Я… Я не хотела…       — Тихо, — ласковый шёпот любимого человека был сродни вспышке света в тёмном тоннеле, и только он мог помочь не потерять себя окончательно. — Всё хорошо, милая, я рядом с тобой.       — Драко…       — Тише, тебе нужно отдохнуть, поговорим завтра.       Гермиона схватила его ладонь неожиданно твёрдой хваткой, тогда как в светло-карих глазах плескалось безумие — новая волна истерики грозилась вновь обрушиться:       — Чтобы со мной ни случилось, ты помни, что я люблю тебя.       Страх за любимую женщину, который он так старательно прятал в своей душе, всё-таки вырвался наружу и распахнул свои объятия, погружая мужчину в очередную пучину тьмы.