Фальшивые зеркала

Сегодняшний день не должен был отличаться от остальных, однако к сожалению мечтателя, он ещё с утра понял, что спокойствия ему и его команде не видать. Конечно, не стоило ожидать чего-то хорошего, особенно после долгого затишья со стороны бэд гаев. Именно по этой причине стары были наготове и вовремя прибыли, вовлекая противников в битву и тем самым предотвращая и так достаточный ущерб. Хотелось бы Дриму, чтобы эти вечные столкновения прекратились, чтобы больше не было надобности сражаться, защищая остальных от своего собственного брата и его группировки. Скелет всё так же любил его, как и раньше, несмотря на море причиненной за эти годы боли. С каждой такой битвой его надежды получить прощение за детские ошибки или хотя бы установить нейтральные отношения угасали. Тем не менее, в этот раз удача явно была на их стороне, несмотря на то, что остальные члены команды скелета уже успели выбыть из «игры». Он едва ли стоял на ногах, смотря на прибитого стрелами Найтмера. Сил едва хватало, чтобы стоять, не говоря уже о том, чтобы попытаться добить своего противника. Какая… забавная ситуация. — …Сегодня ты проиграл, Найтмер. — на лице парня промелькнула слабая усмешка вкупе с сильной усталостью. Кошмар отлично понимал, что на этот раз может по-настоящему проиграть своему заклятому врагу — «брату», ведь на этот раз его не смогут вытащить из этой «передряги» его подчиненные которые на данный момент были полностью выбиты из «их совместной игры». Все они находились в разных местах, что некоторые были в отключке и где-то валялись в или на снегу. Негативный скелет вовсе не думал, что сможет попасть в такой «плен» с позитивными стрелами с такой тактикой которая была у него и которая прорабатывалась несколько раз дабы добиться своего идеального результата, но… Кажется этого было мало. Даже слишком раз сейчас он находился в таком нелепом, стыдном положении, а его векторы. Он толком не мог нормально управлять ими, оставшиесями, чтобы наконец закончить долгую «игру» которая длилась слишком долго за последнее позитивное яблоко. Видя в каком положении был тот, Король кошмаров поглядывал за своими векторами которые еле могли двигаться, которые почти бездвижно лежали на темной траве. Она пропитана негативом. После слов ненавистного брата он сардонически усмехнулся через силу и через всю испытывающую физическую, моральную боль не долго злостно посмеявшись глядя на физиономию своего противника и данного «собеседника», оставляя на лице нервную и сардоническую ухмылку. — Ну так убей раз так уверен в своих словах. «Убей меня» так же как в «тот раз» или не уж-то ты все такой же слабак раз продолжаешь держаться за столь никчемные надежды и мечты дабы вернуть его? — Ядовитые, протянутые слова из которых так и веяло негативной энергией. Самому Кошмару не составляло особого труда говорить столь острые слова, в столь невыгодном положении даже если и чувствовалась сильная боль в его костях от стрел проткнутых насквозь в его тело, что другой кто-либо бы давно ныл от такого, но не он, он не такой как те жалкие монстры которые ему встречались, он не такой как раньше. Смотреть на полностью ослабевшего противника, может и было отдаленно приятно, однако сейчас мечтатель чувствовал скорее досаду и очередное разочарование, спрятанное за маской спокойствия и усталости. Слова Кошмара были как всегда колкими, касаясь болезненных воспоминаний и причиняя душевную боль, но Дрима это не останавливало. Сколько раз они это проходили? Десятки? Сотни? Тысячи? Он и забыл. Тяжело вздохнув и спрятав оружие, которое скелет всё ещё держал в руках, несмотря на явное чувство неприязни к негативу, которым пропиталось всё вокруг около его дорогого брата и которым сочился и он сам, мечтатель подошёл практически впритык, устало беря Найтмера за подбородок. — Ты опять за своё, Найт. — хотел бы Дрим убить его, то действительно давно бы убил. Их силы были примерно равны, чтобы иметь такую возможность, но у него не было желания. Да, он всё также держался за свои «тупые и бессмысленные» надежды и мечты, которые придавали больший смысл его существованию. Он не убьет его и Кошмар это знает. Когда сам он с хитрым интересом наблюдал за действиями, и как только спрятали оружие и без того понял, что не собираются убивать если и могли это сделать из всех собранных сил, чтобы наконец прекратить эти побои из в раза в раз в разное время, в разные часы, прекратить эти атаки на вселенные уничтожая их изнутри, прекратить проклятие. Кошмар не прекратит, не отступит от желаемой цели — заполучить последнее золотое яблоко, заполучить контроль над всеми эмоциями дабы превратить всю мультивселенную подобию изящного ада. Она мотивирует его продолжать свою «работу» со своими подчиненными; биться из в раза в раз, по несколько раз в день, по несколько часов в день и по каждую прошедшую минуту, если оставят в живых точно при первой возможности сам негативный скелет убьет позитивного без колебаний. Пока живет тот, будет жить его цель, пока живет другой, будет «охотиться» на того. Кошмар знал; Мечтатель никогда его не убьет из-за «любви» к прошлому невинному «Найтмеру», что нынешнему хочется от такого «блевать» негативом как только об этом задумывается, — в плохом естественно смысле, но очень по нраву ему смотреть на то как тот скрывает негативные мысли, негативные чувства, негативные эмоции от других, — это придает «десерту вишенку». Выслушав очередное «опять», «за свое» то показал взглядом, что это не волнует, что «опять» острит — медленно закатив зрачок и возвращая обратно прямо на зрачки ненавистного братца монотонно спросил у него, видя в них истинные эмоции, которые так знал без глупой маски. — Ты только сейчас понял или это одна из твоих бесполезных надежд подсказала? И зачем звать того кого и так нет? Не находишь это глупым, безрассудным действием? Его нет, смирись. Сардонически Кошмар усмехнулся с заметными нотками ехидства, глядя прямо в зрачки Дрима пытаясь незаметно убрать его пальцы со своего подбородка. Ему никогда не нравились прикосновения от того, кого ненавидит больше своего проклятия, распускать руки уж тем более никто не разрешал. Все его слова в данном случае окажутся бесполезны, что все его позитивные намерения, вся его любовь к брату будет обесценена. И Дрим понимал, что это уже не его дорогой брат, но так и не принял это, лелея надежды на то, что всё изменится. И каждый раз Найтмер лишь убивал их, заставляя принять до того болезненную правду, после которой мечтатель не сможет оправиться. Однако нельзя. Он всё равно должен верить, что бы не случилось. Конечно, скелет знал, что как только настанет подходящий момент, Кошмар его убьёт, наконец завершив свою цель и поглотив золотое яблоко. И как хранитель позитивных эмоций, как друг многих существ в этом мире, как… Брат, который не хочет, чтобы его брат совершил ужасную ошибку, пускай тому плевать и он этого добивается, он обязан верить. Иначе дело действительно закончится убийством. Терпеть насмешку со стороны брата было привычно, даже в такой ситуации, когда он явно был в незавидном для себя положении. От этого лишь хотелось ещё раз глубоко вздохнуть, как и прежде скрывая своё недовольство и разочарование. Тем не менее, Дрим заметил, пускай и едва привлекающие внимание, попытки убрать руку с подбородка, отчего лишь крепче сжал, добавив вторую руку. Вглядываясь в такое злобно-насмешливое и одновременно несколько недовольное лицо, мечтатель пытался вспомнить лицо своего брата. С каждым годом это было сделать всё сложнее, из-за осознания чего парень вздрогнул. В любом случае, нет смысла больше здесь оставаться, раз он не собирается его убивать. Влияние позитивных стрел не бесконечно, вскоре Найтмер начнёт восстанавливаться и тогда уже Дрим окажется в незавидном положении. — Я л… Нет, неважно. — проглотив в горле слова о любви к своему собственному брату, осознавая, что это не стоит того, скелет опустил руки. Когда-то чистые золотые перчатки были запачканы чёрной слизью. Нужно забрать Блу и уходить как Инк… Инку придется перерождаться вновь, будет плохо если кто-то очнется. Ещё немного, и мечтатель сам окажется без сознания. Кошмар же, сразу почувствовал как крепче сжали его подбородок и добавили еще одну руку для удержания из-за чего ухмылка немного скривилась в недовольную, но она продолжала быть на лице видя как стали вглядываться в него, что-то пытались особенного найти в нем раз так начали внимательно смотреть? Тем не менее, если бы Король кошмаров не был приколочен к стволу дерева множеством позитивных стрел, что ослабляли его, он бы точно убил от таких наглых действий со стороны одного из звездных. Но видимо не судьба, пока, даже если заметил «тихое» восстановление своих векторов. Медленно. Слишком медленно… И вот слыша как на пол-слове запнулись «глотая» его «под себя» придумывая очередную отмазку и говоря ее Кошмару. Сколько много раз он это слышал. И, ему не понравилось когда это повторилось. Было только интересней узнать, что именно хотели сказать и это сподвигло его пойти на грязную ложь, где слова начал подбирать в зависимости от своих мыслей добавляя в них капельку острой, жесткой правды, в и так довольно ядовитые слова. — Ну и ну, я был другого о тебе мнения, «Дрими», а ты так легко его разбил. Точно так же как и мое доверие к тебе при нашей «первой встречи». Вновь послышался ехидный звук усмешки, видя как те золотистые перчатки испачкались в негативной его слизи. Ухмылка стала шире переставая быть недовольной от двух прикосновений ненавистного ему «брата», видя как собирались уходить. И эти лживые, пропитанные ядом слова заставили Дрима обернуться, посмотреть на того словно на призрака. По лицу скелета прокатилась капля пота. Как давно он называл его так? Пускай в пренебрежительной манере, пускай лишь для привлечения его внимания и желания лишь сделать больнее. Нет, это лишь манипуляция. Очередная манипуляция. Мечтатель был теперь не настолько наивным, чтобы верить словам своего брата словно в первый раз, а затем огребать из-за этого. Даже если эта фраза давила на самое больное — на чувство вины и беспомощности, которое он нёс в себе с того разрушительного момента. Тем более эта усмешка… Сейчас что-то говорить бесполезно. Да, Дрим мог бы рассказать речь, просить прощения, затеять ссору, но зачем? Зачем давать то, что лишь поможет твоему противнику? Именно по этой причине при встречах с Найтмером мечтатель всегда старался оставаться спокойным. Нужно идти. Бросив последний взгляд на Кошмара, который всё также сидел на темной траве, проткнутый стрелами, скелет поднял Блу, открывая портал. Только сейчас он заметил, насколько сильно дрожит. Вскоре он со своим другом исчезли. Эта реакция хранителя позитива по себе была идеальной. Сколько можно было сосчитать негативных эмоций в одном лишь в его взгляде, особенно страх, где было сожаление, вина, боль. А после и эта дрожь которая незаметно на том появилась. Это то, что он хотел увидеть в ответ. Без слов, без движений, лишь только по всей видимости впал в свои мысли. На это можно было смотреть долго. Но конец ожидаем. Выдохнув негативный воздух после ухода мечтателя стал смотреть на позитивные стрелы. Регенерация «шла», но медленно. Это он мог еще заметить на своих векторах, только он хотел удостовериться, а вглядываться на самого себя присутствие ненавистного братца — звучит глупо. «Пролетел» незаметный час, и уже был в своем привычном состоянии, но без той самой ухмылки начиная вытаскивать одним из векторов те стрелы из негативной слизи, из себя, ламая их и выкидывая куда подальше. Пошатавшись на ногах, устоявшись на месте подошел к одному из подчиненных который все так же находился в отключке. Все же придется его взять. Открыв портал в темный замок резко схватывая того вектором и скрываясь, он увидел на месте спящего Хоррора на диване, которого решил оставить без задания. Еще двоих не хватало. Тяжело вздохнув положил монохромного на свободное место на диване открывая из последних почти сил портал, который вел к Киллеру и к Дасту. Сразу увидев портал бездумно они забегают в него, они находились в таком себе месте из-за бездушного идиота. Вход после закрылся. Сам владелец замка не смотря на то, как те теперь его благодарили за «спасение» скрылся в своей комнате, будто обиженный ребенок что ничего в ответ не сказал. Он не издал своего приказа, не издал ни звука. Просто… Нужен ему отдых. Прежде чем заботиться о себе, Дриму стоило проверить уровень повреждений Блу и помочь, чем получится. Пускай его друг и крепкий монстр, но такие битвы всегда оставляют глубокие раны. Что уж говорить, если желанием другой стороны была их смерть. Его смерть. Тем не менее, на удивление и огромное облегчение, Голубика был в порядке. Настолько, насколько может быть в порядке монстр, которого всеми силами пытались убить подчиненные его брата. Ничего, с чем бы не справилась регенерация. Конечно, не помешало бы ещё всё обработать, да как можно скорее, но Дрим не был уверен, что сейчас способен хоть на что-то из этого. Что касалось Инка, о нём не стоило беспокоиться раньше времени. Когда будет в порядке, пришлёт весточку или он сам его найдёт. Неважно. Вскоре после того, как его друг очнулся и более-менее пришёл в себя, мечтатель отправился в ванную. Сил было чертовски мало, даже слишком. Скелет был ранен, частично отравлен негативом, а его руки дрожали то ли от слабости, то ли из-за вороха переживаемых эмоций. Эта слизь… Резко сняв перчатки, мечтатель откинул их в сторону со всей злостью и отчаянием, которые у него были. Наконец он мог дать волю эмоциям, не думая о том, что все его чувства будут обесценены и перевернуты с ног на голову. Тело скелета упало на колени, а сам он задрожал, зарыдав словно маленький ребенок. Будь он человеком, то его колени точно были бы разбиты в кровь. — П-почему всегда так? К-как бы я не старался… Почему?.. Почему?! — его прискорбные стоны и вскрики были заглушены холодными стенами ванной комнаты. Ему нужно лишь всё выплеснуть и отдохнуть. Потом он снова будет улыбаться, всеми силами добиваясь, чтобы все вокруг него были счастливы и не волновались о грядущих днях. Его счастье не имело значения. Просто не имело. Прошли две благополучных недели. Не было ни единого чужого негатива в других альтернативных вселенных, что означало все шло своим правильным чередом, плохая концовка, нейтральная, хорошая, не было ни единой разрушенной вселенной со стороны разрушителя, — Эррора, или даже его вмешательство кода. Слишком подозрительно. Была только тишина со стороны команды бед гаев с того дня как был «разгром» почти двух команд. Видимо есть дела поважней, чем делать «набеги», «нападения» с разрушением, а может что-то у них и важное случилось, раз долгое время не появлялись, не замечались, или они придумывают очередной план незаметного нападения на позитивные, нейтральные вселенные как в прошлый раз. Никто не знал кроме их самих, что у них там именно стряслось. Прошла еще одна неделя, такая же неделя как и две прошлых. Без происшествий. Никто не объявился. Никто не показался. Никто не пришел. Но, почему тогда все же появился какой-то слабый негатив в одной из позитивных вселенных от чего можно было сразу догадаться кто это был, только. Почему так мало его существовало? Может это не они? Может идет геноцидная концовка? А может это обман для привлечения внимания, чтобы звездные повелись на «такое», а те оставшиеся, что выжидали этого события немедленно пошли разрушать и наполнять негативом более «крупных» и «насыщенных» вселенных? Нужно быть бдительными в этот момент. Не зря три недели не объявлялись и не показывались, но вдруг тогда и вправду было что-то серьезное?.. Много вопросов, слишком мало ответов. За прошедшие три недели обстановка была на удивление очень мирной и стабильной, что только радовало команду звездных и, конечно, самого Дрима тоже. После их последнего столкновения с командой Найтмера всем нужно было время на восстановление, да и просто отдохнуть хотелось. Блу давно не видался со своим братом и друзьями, Инк долгое время не мог отвлечься на своё любимое хобби — рисование, из-за чего осознание спокойствия обстановки у всех троих вызвало вздох облегчения. Конечно, расслабляться не стоило, такой долгий перерыв вызывал также и различные подозрения, касаемо деятельности бэд гаев. Пожалуй, именно поэтому последние дни Дрим проводил за тренировками. Да. Только по этой причине. В очередной раз отпуская тетиву лука и наблюдая за тем, как стрела спокойно и стремительно попадает в цель, скелет не чувствовал ничего кроме сосредоточенности и желания отвлечься от всех остальных мыслей. От занятия отвлекли слова Голубики, который собирался домой и советовал ему отдохнуть. Нет, он ещё может продолжать. По крайней мере, ему хотелось так думать, пока стрела вдруг не полетела совсем в другую сторону. — Чёрт… — Кажется, он действительно перенапрягся. Руки дрожали и даже слегка стерлись, несмотря на наличие удобных перчаток. Ему действительно… Стоит закончить на сегодня, если он не хочет довести себя до изнеможения.