Лю(боль)

С трудом открываю глаза и поначалу не могу понять, где нахожусь. Незнакомая комната пугает, и я нервно оборачиваюсь, неожиданно натыкаясь взглядом на мирно сопящего за моей спиной Тёрнера. Его рука покоится на моей талии. Стоп, стоп… Что вчера было? — …Сара, ты теперь свободна, понимаешь? Сглатываю, покручивая в ладонях пустой бокал. В голове густой туман, и слова Майкла едва достигают центра мозга. Кажется, я пьяна. Улыбаюсь совершенно идиотской улыбкой. Надо же было так перенервничать! — По-моему, кому-то хватит, — мужчина забирает из моих рук стакан и помогает подняться. — У-у, малышка, тебе нужно прилечь. — Не… н-нужно, — бормочу, опираясь на крепкую руку Майкла, и понимаю, что он прав: ноги совсем не держат. Он прижимает меня к себе, а я поднимаю взгляд, останавливаясь на невероятно-зеленых глазах, и тону в них окончательно и бесповоротно. Всматриваюсь, пытаясь найти где-то глубоко внутри того самого Майкла, который обнимал меня крепко и признавался в любви прямо на школьном крыльце, и вдруг осознаю, что он никуда не делся. Он все ещё здесь, просто стал взрослее и опытнее. Закидываю руки на шею, одновременно с этим приподнимаясь на носочках, чтобы коснуться губами. Он отвечает мгновенно, втягивая в головокружительный поцелуй, и я уже не знаю, виноват ли алкоголь или это его близость так пьянит. — Я люблю тебя, — шепчет мне в губы. Задыхаюсь. Каждое его прикосновение отзывается сладостной дрожью во всем теле. Запускаю пальцы в каштановые волосы, перебираю, пока его губы скользят по моей шее. Щетина покалывает кожу, отчего я стону. Мужские ладони опускаются на мой голый зад, сминая, и я снова забываю, как дышать. — Маленькая моя… — Я люблю тебя, — шепчу, касаясь губами волевого подбородка. Кусаю в шею, без капли стеснения пробираясь ладонями под рубашку. Притрагиваюсь к крепким мышцам груди, животу. Дрожащими пальцами цепляюсь за пряжку ремня. — Я хочу тебя… хочу… Майкл, боже! Одним рывком он снимает с меня одежду, оставляя полностью обнаженной, и усаживает на стол. Становится между ног, опуская руку к промежности. Касается клитора, и я выгибаюсь, простанывая в раскаленный воздух его имя. Впервые за долгое время мне так хорошо, что хочется плакать и смеяться одновременно. Пока он властно, жадно поглаживает меня, расправляюсь, наконец, с ремнем, торопливо стягивая по бедрам брюки вместе с бельем. Боже, как я скучала по нему. По его рукам, губам, его дыханию и запаху, по его загорелой коже и мягким каштановым волосам. — Люблю, люблю, — повторяю, как заведенная, нетерпеливо ерзая по столешнице. — Пожалуйста, сделай меня своей… — Ты моя, — рычит Майкл, дергая меня ближе к краю, и входит одним резким толчком, выбившим остатки кислорода из легких. Вцепляется в бедра, а я обвиваю его плечи руками и прижимаюсь грудью к торсу. Внутри разливается жар. Кричу, через раз называя его имя, и дрожу, как припадочная. Плевать! На все плевать, ведь он снова со мной. Он мой. Весь, без остатка. — Сара, — громко выдыхает Тёрнер, рвано целует в губы, глотает мои стоны, — ты такая узкая… — Я… Ах, — хочу сказать, что давно не была с Хиллом, что не подпускала близко, словно знала, что скоро снова вернусь к любимому. Но слова застревают в глотке. Незачем портить момент разговорами о другом мужчине. — М-м, да! Стол шатается, на пол падает один из стаканов, разбиваясь. Окна запотевают. Кухня наполняется звучными шлепками плоти о плоть, громкими стонами и запахом секса. Нет ничего и никого в этом мире, кроме нас двоих… — Проснулась, маленькая, — лёгкий поцелуй касается плеча. — Доброе утро. — Доброе, Майкл, — говорю, улыбаясь. Поворачиваюсь к мужчине лицом. — Я так рада тебя видеть. — Звучит наверняка глупо, но не могу удержаться. Обхватываю его щеки, притягивая ближе к себе. Целую бесконечно долго, упиваясь вкусом любимых губ. Он отвечает с не меньшим рвением, кусает нетерпеливо, и через мгновение я оказываюсь прижата к простыням сильным мужским телом. Первый стон слетает с губ, пока Майкл нежно проводит ладонью по моему телу, спускаясь все ниже. Разводит колени в стороны, и я выгибаюсь навстречу, желая ощутить его в себе… ...Но громкий звонок телефона раздаётся так не вовремя. — Черт! Прости, маленькая, мы продолжим чуть позже, — нехотя Майкл поднимается, и я вижу, что он безумно возбужден. Коварная мысль закрадывается в голову. На цыпочках иду за мужчиной, обнаруживая его на диване в гостиной. Он говорит по телефону, с тоской посматривая на свой стояк. Появляюсь в дверях абсолютно голая. Медленно подхожу ближе. Майкл что-то объясняет собеседнику, а я опускаюсь на колени и беру его член в руку. — Что ты делаешь? — спрашивает изумленно одними губами, когда мои опускаются на головку, посасывая, и он не может сдержать стона. — Мистер Харрис, я перезвоню позже, — телефон падает на диван. В мои волосы врезается мужская ладонь, стягивая, а я с упоением насаживаюсь ртом на его член и блаженно причмокиваю. — Сумасшедшая… Хмыкаю, не отвлекаясь, но Майкл тянет меня наверх. Заползаю на его бедра, сама опускаясь на возбужденный орган. Наши стоны сливаются в один полный страсти и нежности. — Ты бы знала, сколько раз я мечтал снова увидеть тебя на своих коленях, — с придыханием произносит любимый, а я, впившись ногтями в его плечи, прыгаю, как на скачках, все быстрее приближая нас к разрядке. — Шикарный вид, малышка... Он перехватывает меня поудобнее и начинает раскачивать тазом навстречу, вонзаясь все глубже и сильнее. Задевает невидимые точки моего тела, отчего уже через минуту начинаю трястись, а затем громко кричу: — М-м… Ма-а-айкл! Волна удовольствия проносится по телу, концентрируясь в особенно чувствительном месте, и я с протяжным финальным стоном падаю Тёрнеру на грудь. Он ещё пару минут движется во мне, а потом вздрагивает. Больно прижимает меня к себе и шумно выдыхает прямо в ухо: — Я люблю тебя, Сара. — И я люблю тебя, — улыбаюсь, с нежностью заглядывая в зелёные глаза. Касаюсь его подбородка пальцами, желая снова почувствовать щекочущее покалывание. Он не сводит с меня взгляда, едва не мурлыча, как вдруг... — Ты выйдешь за меня? — спрашивает неожиданно. — Прости, кольцо осталось в кармане пиджака. Я, конечно, хотел сделать все правильно, но, кажется, лучше момента не найти, поэтому... — Да, — закрываю его рот ладонью, а по щекам уже катятся крупные слезы, но я не спешу их вытирать. Потому что счастлива, как никогда. И пусть он сделал предложение в тот момент, когда я потная и раскрасневшаяся сижу на нем абсолютно голая, Майкл прав. Этот момент просто идеален. — Да…