Ай-нэ-нэ!

      Лилия лошадь чрезвычайно стрессоустойчивая. Её сызмальства приучают к съёмкам: взрывы, погони, дождь, купаться, белая противная летучая пакость, которая вроде бы снег, но тёплый, тренера в странных нарядах и вообще вот это вот всё. У неё даже пара любимых наездников есть, один так вообще красавчик, кормит самыми вкусными сортами морковки и гладит правильно.       Но в стойло к ней зайти без вкусняшек, и тащить куда-то за шею? Это что-то новенькое. Она не против пообниматься, но идти-то при этом зачем? Она так-то девочка не маленькая, не дай Пегас, копытом этому человеку на его тимбэрлэнды наступит, крику ж будет! Вот же олух, думает Лилия, стараясь ступать чрезвычайно осторожно и потому медленно, отчего хватка на шее только усиливается, а человек начинает презабавно пыхтеть. Сзади её тоже вроде как подталкивают. И вот это они зря, потому что хвост дёргается совсем непроизвольно на прикосновение к драгоценной лошадиной заднице, охаживая второго человека.       А на «даблять!» Лилия уже давно не реагирует. С детства вообще-то.       Другое дело, что Лилия — лошадь очень охочая до развлечений, и ей уже полночи любопытно, что там за стенкой снимают и её не зовут. Так что она вроде как послушно следует за рукой и привлекательными, но очень недееспособными зубами на лице у не-тренера, польщённо думая, что в этот раз за ней прислали самого красивого человека.       Хорошо, далеко идти не надо — знакомый прицеп стоит в одном шаге от загона. Прицеп да, прицеп она знает, её именно в нём привозят и увозят. Кажется, в съёмках сегодня поучаствовать не удастся. Грустно, конечно, но может, хоть полюбуется, что там творится?       Так что Лилия, резко дёрнув головой и хвостом одновременно, и ожидаемо услышав ещё раз «даблять!», сама привычно заходит в повозку на колёсах. Это немножечко странно, грузиться прямо в стойле, потому что по правилам повозка должна быть на улице и прицеплена к ещё одной повозке, той, которая для людей. Но люди — существа о-очень загадочные, и кстати — может, её тут скрытой камерой снимают? Надо вести себя прилично.       Лилия замирает, утвердившись в повозке и красиво задрав голову, изображая из себя эталон гордой лошадиной стати.

*****

      — Давай микроавтобус подгоним?       — Да ни в жисть! Ты гля на этих долбоёбов — там, кроме смартфонов, ещё и гоу-про почти на каждом! Даже если номера на бусе совсем заляпаем, его всё равно потом опознают!       — То есть, двух чуваков с повозкой не опознают?       — Это после той чувихи на воздушном шаре? Я тебя умоляю!       — Хён, ну это же целая лошадь! Да ещё с седлом и в повозке!       — Тут дорога под уклон, совсем немного, но тащить будет легко, она практически сама поедет. Не дрейфь и вообще, с чего это я тебя уговариваю? Это ты у нас спец по безумным планам!       Две головы, стратегически оценив дорогу, пустой манеж и адовый пиздец на соседнем поле, втягиваются обратно в стойло, вполголоса продолжая спорить. Впрочем, им это не мешает открыть ворота, дружно ухватиться за крепления повозки и сдвинуть с места после некоторого пыхтения и усилий       А дальше… ну, дорога и правда под уклон.       Немного, правда.

*****

      Любопытство у Лилии вызывает странная съёмка, мимо которой они едут. Но вообще-то ничего страшного или необычного, она на такое даже ушами не прядает уже.       Капельку грусти вызывает маленький воздушный шарик, потому что теперь-то понятно, что именно этой штуковиной её и заменили.       Недоумение вызывают два человека, которые зачем-то впряглись в повозку и тянут её вперёд. Нет, в повозке она кататься привыкла, но обычно впереди ещё одна здоровая повозка с людьми. Повозка без людей тоже иногда бывает, правда, тогда они никуда не едут, а просто ждут. Но чтоб впереди люди, без повозки, и едут…       Лилия начинает немножко нервничать. Ей срочно нужна морковка.