Твои булочки

Вечерело, когда Матвей плюнул на учебники с тетрадками и вышел из библиотеки университета, в котором учился. Он был на последнем курсе, писал дипломную работу, оставалось немного, но сегодня определенно слова не желали складываться в предложения и стройными рядами ложиться на виртуальном листе в Word. Время еще есть, подумал он, займусь ею позже. Предстояла дорога до дома. - Лизка, купить домой надо что-то? – позвонил он своему соулмейту. - О, привет, тоже собиралась тебе позвонить, - ответили на той стороне провода. – Да, купи молока, пожалуйста. Остальное завтра купим. - Хорошо, минут через сорок буду, голодный как зверь! - Ты же целый день грыз гранит науки, с чего голод? – Матвей улыбнулся ее шутке. - То гранит, а я хочу нормальной еды. - Тогда иди домой, будет тебе еда. - Лечу! Той весной у него болела голова от всей бумажной волокиты, которую пришлось пережить, начиная от ЕГЭ, заканчивая бумажками о приглашении на суд. Владимир Сергеевич, казалось, даже рад был избавиться от дочери, чем вывел ее из себя прямо в зале суда. Казалось, все те эмоции, которые она так долго сдерживала в себе, прорвались наружу. Она ругала его, спрашивала, что за цирк он устроил зимой, проклинала на чем свет стоит, и если бы не сорвала голос, то ее пришлось бы уводить из помещения. Не обошлось и без взяток, которые заплатили его родители в решающий момент, чтобы попечительство над Лизой отдали именно им. Немалую роль сыграла их связь соулмейтов. Некоторое время, по настоянию юристов, Лиза посещала психолога. И хотя сам Матвей скептически относился к этому мероприятию, со временем согласился, что это принесло свои плоды: Лиза стала более открытой, спокойной и уверенной в себе. Матвей, как и планировал, поступил в университет на инженера-строителя, не самый престижный, но который смогли потянуть его родители по деньгам. Мама, будучи бухгалтером, умело вела семейный бюджет, накопив определенную сумму на обучение одного единственного сына, и пусть этих денег не хватило бы на все года обучения, Матвей, как только втянулся в студенческую жизнь, устроился на работу, тоже по связям, на стройку, тем самым облегчив финансовые растраты родителей. Когда пришло время, Лиза поступила в тот же город в университет на технолога пищевой промышленности, но, в противовес Матвея, на бюджет. Занятия были не слишком насыщенными, поэтому девушка также устроилась на работу помощником повара в небольшой кафешке недалеко от университета. Совместив свои зарплаты, ребята решили снимать студию, где и обустроились сейчас. В планах было взять квартиру в ипотеку, как только Матвей выпустится из университета и найдет стабильную работу. Они почти каждый вечер, лежа в кровати, делились, как прошел их день, и планами на будущее. Заливаясь краской, Лиза сказала, что хотела бы маленького, чуть-чуть попозже, может быть, когда они купят квартиру, или, когда будут твердо стоять на ногах. Матвею эта идея пришлась по вкусу, пусть он и испугался сначала. Сейчас это было полнейшим безумием, ведь, случалось так, что они еле концы с концами сводили. К тому же, он думал, что им стоило хотя бы расписаться, перед тем, как заводить детей. Заходя в дом с пакетом молока, Матвей с удовольствием втянул в себя запах свежеиспеченных булочек. Лиза радостно улыбнулась ему, быстро поставив на стол блюдо с румяными пирожками, аккурат к сахарным плюшкам, и поспешила к нему навстречу. - С возвращением, как позанимался? – спросила она, вытирая руки о полотенце, свисающее из кармана фартука. - Не так продуктивно, как хотелось бы, но точно лучше некоторых, - он поцеловал ее в щеку и с восторгом уставился на стол. – Твои булочки! Боже, ты так давно ничего не пекла. - Я тоже об этом подумала, к тому же, у меня сегодня весь день был свободным, вот я и подумала, почему бы не порадовать тебя. У меня получилось? - Еще как! – стремительно помыв руки, парень уселся за стол. – Какие с чем? - Обычные - с картошкой, защипанные - с капустой и яйцом, а в той желтой тарелке с корицей, - Лиза открыла молоко и налила его в кружку. – Приятного аппетита. - Спасибо! Матвей поедал выпечку с завидным удовольствием, бросая на Лизу обожающие взгляды. Пока он был на учебе в другом городе, она прибавила в весе, а его мама подобрала ей гардероб и сводила к одной своей подружке-парикмахеру, которая посоветовала несколько масок и шампуней для волос его соулмейта. Благодаря ли этому, или же возраст взял свое, но Лиза преобразилась, и теперь никто не мог назвать ее посредственной девушкой. Острый носик и общая простота черт никуда не делись, но она научилась их подчеркивать и преподносить как достоинства. Глядя на нее сейчас, он обзывал себя последним дураком, вспоминая, что когда-то был ею, как своим соулмейтом, недоволен. - Обожаю тебя, - прошептал он, обняв ее со спины. – Тебя и твои булочки. - Сдается мне, что булочки ты все же обожаешь больше, - хохотнула Лиза, когда ее куснули в шею. - Ты самая главная булочка в моей жизни! С трудом сдерживаюсь, чтобы не съесть тебя. - Вот и сдерживайся дальше, потому что я тебе еще пригожусь. Матвей согласно кивнул и довольно улыбнулся.