double game: after the end

Maneskin — Coraline       Хоуп быстро шла на поправку, Эмма все ещё не появлялась, а у Кэсси и Дома, кажется, что-то начало зарождаться. Коннор наблюдал за всем этим со стороны и был доволен практически каждым перечисленным, кроме, пожалуй, ситуации с Эммой. Он вообще-то был аромантиком, человеком, который не испытывал романтических чувств к другим людям, а предпочитал лишь сексуальные отношения. Он понял это не сразу, помогла ему с этим, кстати, Элизабет. Парень долгое время не мог понять, что с ним не так: никакого желания ходить на свидания, брать кого-то замуж или выходить за кого-то, никаких чувств любовного характера к кому-либо за всю его жизнь. Лиззи сразу дала понять, что такое тоже бывает и в этом нет ничего страшного. Лучше разобравшись в теме, Коннор понял, что она права: он не был каким-то никаким или бракованным, он был просто другим, не таким, как все. А разве не в этом суть? Все мы разные, разные по цвету кожи, по характеру, по телосложению, по ориентации и другим различным предпочтениям, по истории и детству, по эмоциональному диапазону (Рон Уизли, например, в этом плане на одном уровне с зубочисткой), по ещё куче критериев. Проще говоря, Лиззи помогла мальчишке принять себя, за что он был очень сильно благодарен. Лиз до их откровенного разговора считала, что парень гей, и в чем-то была права: в плане секса мужчины его привлекали больше, чем женщины. Разница между ними двоими только помогла им сблизиться и быстро найти общий язык, а вот Хоуп и Кэсси все никак не могли стать хорошими друзьями, хотя очень даже старались. Доминик, Лиз и Коннор все вместе склонялись к версии, что девушки одновременно слишком разные и чересчур похожи друг на друга: обе не очень эмоциональные, закрытые и говорящие по делу, но при этом Кассандра ко всему относилась проще и легко могла расслабиться, а Хоуп долго могла зацикливаться на работе. И это только одно из их многочисленных отличий. — Знаете, нам стоит сходить в клуб. — Вдруг подал голос Коннор, и все сразу посмотрели на него. — Что? Надо развеяться, нужен свежий взгляд на все происходящее, все равно зацепок больше нет, надо хорошенько отдохнуть и с новыми силами взяться за расследование. В чем-то он был прав: со всей этой непрерывной работой одна лишь, опять-таки, Кассандра успевала расслабиться и отдохнуть. Однако, Лиззи не стала соглашаться с предложением Коннора: она чувствовала, что что-то упускает, но не могла понять, что именно, это ощущение не оставляло ее уже долгое время, именно потому ей требовалось время наедине с самой собой. Как ни странно, но ей удалось отправить всех отдыхать: сама она осталась в участке. Даже Хоуп с все еще немного побаливающим плечом поехала со всеми в клуб, хотя у нее не было ни малейшего желания оставлять Лиз одну на работе: ребята ее уговорили.

***

Хоуп не знала, как реагировать на повышенную заботу со стороны Элизабет: девушка к таким вещам не привыкла. Она вообще не привыкла к отношениям, да и с Лиззи изначально она ничего не планировала, но иногда судьба может сыграть с нами злую шутку. Почему злую? Все зависит от того, под каким углом на эту ситуацию посмотреть. Как только Лиззи уложила Хоуп, решила немного отвлечься: налила себе вина и закурила сигарету на кухне. Да, Кассандра всё-таки оказала на нее плохое влияние. Элизабет улыбнулась этой мысли, но ее размышления вдруг были прерваны звуком уведомления от телефона. Взяв его в руки, Лиз посмотрела на пришедшую смс на экране блокировки. «Я видела, на вас напали. Все в порядке? Э.Х.» Зальцман замерла на месте, не веря своим глазам. Эмма. Эмма вышла с ней на связь. Эмма была там, но увы, их враги прибыли туда раньше нее. Немного странно было то, что она объявилась спустя долгое время, но Лиззи понимала, почему: она сейчас была в огромной опасности, рисковать ей совсем не желательно. «Да, мы справились. Вы там были?» — Написала Элизабет слегка дрожащими пальцами, до сих пор не в силах осознать то, что прямо сейчас она может узнать что-то важное, что-то, что в корне изменит дело и прольет свет на события, произошедшие с братьями и Маркусом. «Да, я все видела, но мне пришлось уйти. Извините, но думаю, вы сами понимаете, что я не могла подвергать себя опасности. Меня убьют при первой возможности. Я слишком много знаю.» — Пришел ответ через пару минут. «Мы как-то можем с вами встретиться и поговорить?» — Конечно, Лиззи могла бы задать все свои вопросы сразу, но она решила поступить разумно: дождаться возможности лично всё услышать, так как общаться через смс-ки было опять-таки чересчур рискованно. «Я думаю, да. Приходите одна на ***, через час. У вас есть возможность это сделать?» «Без проблем, я скоро буду.» Конечно, Лиззи сильно переживала: это снова могла быть ловушка. Однако, выбора у нее не было. Зато был бронежилет. Какое-то время она потратила на то, что рассматривала спящую Хоуп. Во сне ее лицо было совершенно спокойным, настолько спокойным, что Лиз решила ее не будить. Оставила небольшую записку и покинула дом, собравшись. Настало время самостоятельно сделать вклад в дело и доказать Хоуп, что она тоже чего-то стоит. Главное не поплатиться за это жизнью.

***

Однако, решив рискнуть, Лиззи ни о чем не пожалела. Встретила она действительно с Эммой. — Элизабет Зальцман, детектив, который занимается расследованием смертей братьев Андресон и их друга, Маркуса. — Эмма Хейл, как вы уже знаете. Было в Эмме что-то странное, будто смутно знакомое, но это «что-то» от Лиззи как назло ускользало. Девушки сели в скромной комнатушке в мотеле, в котором обычно такие, как Эмма, прячутся. Ничего особенного, простая кровать, небольшая тумбочка, шкаф, ванная, правда, вызывающая сомнения о использовании воды в ней, и окна, которые были занавешены. Видимо, на всякий случай. — Я так понимаю, смысла спрашивать ваше настоящее имя нет? — С лёгкой улыбкой поинтересовалась Лиззи. — Да, увы. Я не могу ответить на этот вопрос. Зато могу ответить на множество других. Что вы хотите узнать сначала? — Кто убил этих трёх мальчиков? — Люди банды Робеспьер. Но вы, я думаю, итак успели догадаться. — Что вы успели выяснить до того, как начались убийства? — Много чего. Я нашла планы поставок наркотических веществ, оружия и так далее и тому подобное. А главное, выяснила, что Хэнк действительно был убит, а не совершил самоубийство. Когда я это узнала, решила оборвать связь с Робертом: очень переживала за него и не могла больше подвергать такой опасности. Он пытался со мной связаться, но я не могла больше втягивать его в это. Хотя, по сути, это братья меня туда и втянули. Эмма замолчала, вспоминая события прошлого. — Я не думала, что их обоих уберут. Когда Роберт погиб, я решила связаться с Маркусом. Он был близок с ними, мог что-то знать и быть следующим. Я настаивала на его отъезде, и все было нормально, но банда Робеспьера была на два шага впереди. Они избавились от него, как и от братьев. В итоге, я оказалась права. Эти люди ни перед чем не остановятся, лишь бы добиться своего. Убрать всех свидетелей. Поэтому я могу быть следующей. Но когда увидела объявление, решила рискнуть. Я понимала, что вам нужна помощь, чтобы во всем разобраться. Однако, Робеспьер снова обошел меня. Увидел объявление раньше, отправил своих людей и чуть не убил всех вас. — Эмма… Кто такой Робеспьер? Эмма Хейл подняла на нее взгляд. — Мне кажется, вы сами знаете ответ. Разве нет? Что-то в голове Зальцман щёлкнуло. Загадочный Робеспьер. Человек, контролирующий целую банду, но при этом остающийся для всех незаметным и непримечательным. Человек с хорошей репутацией. Тот, кто знал, что Эмма может прийти на ту встречу. Тот, кто все это время был рядом и знал все ближайшие планы их небольшой команды. «Да и чересчур трудно им до меня добраться.» Доминик. Доминик был Робеспьером. Это было понятно сразу, как только начинаешь обдумывать все, что с ним связано. Журналист, раскрывающий крупные преступления, но до сих пор не словивший ни одну пулю. Избавляющийся от конкурентов. Кто подумает на человека, занимающегося разоблачением плохих парней? Теперь в голове Лиззи все сложилось в один паззл. — Доминик. — Верно, мисс Зальцман. — Он… Господи, секунду. Элизабет быстро достала телефон и набрала Кассандру. Та ответила не сразу: — Алло? Лиззи? Ты чего так поздно? Что-то случилось? — Где ты, Кэсси? — У себя, а что? — Где Доминик? — Он поехал домой, а что? — Кэсси, Доминик… Эмма закрыла Элизабет рот и кивнула на телефон с намеком на то, что его легко могут прослушивать. Зальцман мысленно выругалась и лихорадочно пыталась придумать, что делать дальше. — Нам надо поговорить. — Хорошо. Мне приехать? — Нет, я сама приеду. Никуда не уходи, ладно? — Ладно, буду тебя ждать. — До встречи. — Угу. Лиззи сбросила и начала собираться. — Мне жаль, что вы оказались в такой ситуации. — Призналась Эмма. — Лучше присматривайтесь к своему окружению. — Уж придется последовать этому совету. Спасибо за информацию. Есть ещё что-то, что я должна знать? — Зависит от того, остались ли у вас вопросы. Зальцман покачала головой уже собралась уходить, но вдруг остановилась. Один вопрос крутился у нее в голове. И она не могла его не задать. — Хоуп. Она с этим связана? Эмма отрицательно покачала головой, и Лиззи облегчённо выдохнула. — Спасибо, Эмма. — Вам спасибо. Я постараюсь ещё что-нибудь найти, свяжусь с вами, если узнаю что-то важное. Элизабет кивнула и покинула номер. Она отправилась к Кассандре. И спешила она, как никогда.

***

Позвонив в дверь, Лиззи нетерпеливо осмотрелась. У нее было плохое предчувствие. Очень плохое. Но уже через несколько секунд Кассандра открыла дверь: — Хэй, привет. Ты чего такая нагруженная? Подруги обнялись, и Лиззи зашла внутрь: — Нужно срочно кое-что обсудить. — Похоже, не зря я решил заехать? — Раздался голос Доминика откуда-то со стороны, и Зальцман посмотрела на него. Он снова это сделал. Оказался на два шага впереди. Лиззи была в своеобразной ловушке. Прямо с тем человеком, которого она пыталась все это время найти и посадить. — Что-то серьезное? — Спросил Доминик, не сводя с Лиз внимательного взгляда. — Да я не думаю, что это так, просто… — Элизабет медленно выдохнула, успокаиваясь. — Я очень сильно переживаю, стресс, видимо, сказывается. Меня вдруг осенила идея. — Пойдем. — Приобняв подругу, Кэсси повела ее на кухню. — Успокойся пока, сейчас мы все обсудим. Доминик отступил в сторону, пропуская девушек на кухню, а затем последовал за ними. На кухне Кассандра усадила ее за стол и налила ей вина. — Спасибо. — Поблагодарила Элизабет и выпила все залпом. Выдохнув, она посмотрела на подругу, а затем на Доминика. Вот черт.