радуга над пеплом

Темнеть начало задолго до того, как у Легасова закончились пары. Осень, мать ее. Солнечный тёплый сентябрь пролетел мимо со скоростью света, относительно терпимый в своём червонном золоте октябрь прополз уже медленнее, и вот уже близится промежуток года, который профессор ненавидит более остальных за нескончаемые дожди (иногда снег) и безысходный мрак большую часть суток. Проведя две лекции и позанимавшись со дипломниками сверх прочей организационной работы, Валерий устало потер виски и взглянул на календарь. Ну надо же, последний день месяца. Промежуточная аттестация подписана и сдана в деканат, большая часть должников отчиталась, можно и честь знать. Университет был практически пуст. Попрощавшись с вахтерами, Легасов прошёл через вертушку к выходу и выдохнул с облегчением. Рабочая неделя относительно закончена, если не считать двух заказов от агрегатного завода, которые надо доделать к середине ноября. Теперь домой, да поскорее. В городе царило привычное для пятницы оживление, вот только сегодня народ выглядел гораздо более неординарно: будто в центре собрались персонажи всех возможных фильмов ужасов. Жуткие маски, цветастые костюмы, группки издающих зловещий смех подростков… Как в Штаты попал, подумал про себя Валерий. И до России тренды дошли. Удивительно. Глядя на беспечно веселящихся людей, профессор испытывал некое подобие зависти, потому что он давно разучился отметать ежедневные задачи и проблемы ради мимолетного развлечения. Трудоголизм и перфекционизм не отпускают ни на минуту. Внезапно толпа стала плотнее и повлекла его куда-то в сторону, в противоположном от дома направлении. Легасов сначала пытался сопротивляться, потом бросил это бесполезное занятие и поддался течению. Может же он расслабиться хоть иногда, в конце-то концов? «Надеюсь, я не встречу своих студентов» — единственная мысль, мелькнувшая в голове Валерия перед тем, как он наткнулся на особенно дружелюбную компанию, с позволения раскрасившую его под Джека Повелителя тыкв и на несколько часов утянувшую в сладковато-душную атмосферу клуба, где играли песни Мэрилина Мэнсона и неоновый свет слепил глаза. Уходить не хотелось, чувство причастности и пустота в голове были приятны. Каким-то чудом вырвавшись наружу, Легасов с удивлением обнаружил, что ему в руку вложили початую бутылку абсента в виде черепа. Вспомнилась улыбчивая девушка в драном подвенечном платье, уговаривающая не отказываться и принять как подарок. Вытащив пробку и отметя всё традиции, профессор сделал пару глотков прямо из горла. Порыв ледяного ветра сдул обманчиво устойчивое хорошее настроение. Снова возвращаться в привычный тоскливый мир не очень-то хотелось, и Легасов, дойдя до небольшого сквера, сел на скамейку. По асфальту шуршали опавшие листья, небо затянули розовато-серые тучи, так не похожие на летние. Обнаружив первую снежинку на плече, Валерий отхлебнул ещё один щедрый глоток. Быть предоставленным самому себе не так уж весело, как казалось в детстве и юности. Даже интровертам иногда не хватает какого-то постоянства в общении, этакой константы, без которой уравнение жизни будет неполным. — Легасов? — удивлённый оклик выдернул профессора из пучины меланхоличных размышлений. — Нет, это не я, — покачал головой он, вспомнив, что у него на лице грим. — Вот уж кого-кого, а вас я точно не ожидал встретить ночью в этом районе, — хмыкнул Щербина, разглядывая собеседника в тусклом свете фонаря. — Да ещё в таком непривычном для вас амплуа. — Если я профессор, то я всегда обязан быть строгим и правильным? — фыркнул Легасов, потянувшись за сигаретой. — Черт, кажется, портсигар потерял в клубе. — С каждым вашим словом я все больше заинтригован, — Борис достал пачку Мальборо и протянул ему одну. — Благодарю, — Валерий блаженно затянулся. — Абсент будете? — Отчего ж нет, — Щербина сёл рядом и приложился к бутылке, поморщившись от крепкости напитка. — Ну и выбор у вас. — Что предложили, то и пью, — пожал плечами Легасов. — Ночь сегодня такая. Необычная. — Вне всяких сомнений, — нефтяник хитро прищурился. — Не холодно в таком тонком пальто? Минус два на улице. — Терпимо, — Валерий заглянул в опустевшую бутылку. — Впрочем, вы правы, для долгих прогулок температура низковата. Он с трудом поднялся на ноги и понял, что явно переоценил свои силы: удержаться в вертикальном положении было практически невозможно. — Надо вызывать такси, — пробормотал Легасов, пытаясь сфокусировать взгляд на экране смартфона. Получалось плохо. — Давайте я, — Щербина, придерживая его под руку, зашёл в приложение. — Жаль, сегодня я безлошадный, а то подвёз бы. — Допустим, я поверил, — у Валерия всё плыло перед глазами, сливаясь в разноцветную круговерть. Иногда вычерчивались отдельные лица, различались обрывки фраз… Больше Легасов не помнил ничего. Разве что железную хватку на плечах, терпкий запах чужого парфюма и насмешливое «больше столько не пейте». Впрочем, он не особенно беспокоился за свою судьбу, откуда-то зная, что она в надёжных руках. Константа не так сложно ищется, как кажется на первый взгляд. Или же это иллюзия затуманенного алкоголем разума? Утро добрым не было. Только пачка Мальборо и бутылка минералки, заботливо оставленные на столе, давали надежду.