Меланхолия

День, на удивление, начался спокойно, пусть и начался в полдень. Первой проснулась девушка, и оставив парня спать тихо ушла на кухню. В доме царила тишина и спокойствие. Легкая прохлада заставила девушку поежиться от соприкосновения холодного воздуха и горячей кожи. Было ли что-то прекраснее этого момента? Тишина в доме и спокойствие на душе. Почему она так переживала за этого парня. Не так уж много она о нем знает. Они учились в одной школе, и девушка лишь мельком видела его в коридорах, потом парня забрали в колонию. По школе не утихали разговоры о нем и ползли различные слухи. Парень всегда казался очень преданным и верным другом, девушка жалела его. После он вышел и прогремел как участник Вальхаллы, много событий произошло с тех пор. Репутацию парня уже не очистит ничего. Но хоть друзья его простили, и он вернулся в Свастонов. Ему многие не доверяли, но он вновь доказал свою преданность. После этого все стало тише. Хотя были и те, кто пытались настроить против это парня всех. Сколько же проблем было в голове этого несчастного парня? Сколько всего он пережил уже в детстве? Да…он убил…но раз даже Майки его простил, то могли ли злиться те, кто в глаза Шиничиро никогда не видели? В данный момент, когда все эмоции поутихли, ему можно было лишь сопереживать. Он был словно котенок, загнанный в угол, хотелось прижать его к себе и оберегать от всех. Это не простое чувство жалости и привязанности, его очарование было огромным, да и как бы ни хотелось защищать его, он мог постоять за себя и дорого человека сам. Девушка начала готовить завтрак, продолжая размышлять о Казу и его нелегкой судьбе. Ее тонкие пальчики филигранно нарезали овощи в большую миску. Она прекрасно работала ножом, и даже раздумья не мешали ей аккуратно и точно резать. Закончив с приготовлением еды, она взглянула на эту миску и убрала ее в холодильник. Аппетита не было, девушка смотрела в окно и думала, что же произойдет дальше, как оградить Свастонов от Поднебесья. И что вообще можно предпринять. Поднебесьем она не дорожила. Но братья…Не то чтобы она сомневалась в их силах, но она видела драки Свастонов с другими группировками и ей становилось страшно, страшно за обе стороны этого конфликта. Почему-то она переживала за Токийскую Свастику, хотя не знакома лично ни с кем кроме Казуторы. Мысли роились у нее в голове. Пытаясь отвлечься, она поставила чайник, сама же смотрела в стену пустым взглядом. На сердце было тяжело, в горле стоял ком. Все ее тело словно окоченело, налилось свинцом. Любое движение было невыносимо тяжелым. Почему-то именно сейчас вспомнилось ее детство. Школа. Казутора был старше на год, а какая девочка не влюбится в парня старше, еще и такого симпатичного. Он был таким крутым, не глупый в учебе, но не заучка, и спокойно прогуливал. Образование Токийской Свастики принесло ему некоторый авторитет в глазах, а после смерти Шиничиро, все боялись его. Было ли ему это на руку? Возможно, но он был уж очень одинок. Приятная ностальгия наполняла душу девушки. Ее детство было довольно неплохим. Братья, которые оберегали ее от всего и научили постоять за себя, а потом…какое-то чувство справедливости переполнило девушку, и она ввязывалась в любую драку, чтобы защитить слабых и невиновных. А ведь, можно сказать, что именно Казутора вдохновил ее на это. Он долгое время был ее кумиром. Но неужели детская влюбленность, подражание и уважение переросли во что-то большее? Чайник засвистел и вывел девушку из забытья. Она сняла его с плиты. Конфорки нагревали воздух, возле себя. Руки девушки застыли над плитой, пытаясь согреться. Она потирала их и растирала пальчиками нежную кожу. Приятное жжение распространялось по ее коже, оно не давало ей провалиться в сон вновь и держало в реальности, хотя мысли ее все равно были где-то далеко. Все же она плохо отражала реальность, плохое предчувствие когтями терзало ее изнутри. За этими раздумьями ее и застал парень.