Therefore I am

Когда мне исполнилось одиннадцать, жизнь изменилась. В то лето я, как и все одиннадцатилетние волшебники, получил свое долгожданное письмо. Помню, я дремал на диване в гостиной, когда меня разбудил стук клюва о стекло. Мама тогда была рядом, читала в кресле у камина. Она быстро встала и, забрав конверт у совы, с таинственной улыбкой повернулась ко мне. Я приподнялся, потирая сонные глаза. — Ну вот и настал этот день, — подошла она и присела на край дивана, — какой ты у меня уже взрослый… — задумчиво протянула Нарцисса, перебирая прядь белых волос на моей голове. — Мама, — позвал я ее, не в силах больше ждать. Словно очнувшись, она протянула мне конверт: — Да, держи, открывай скорее! На секунду задержав дыхание, я разорвал бумагу и достал письмо: «Дорогой мистер Малфой! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждём Вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне Ваша, Минерва Макгонагалл, заместитель директора!»

Помнится, я был очень рад, кинулся обнимать маму, потом прочитал еще раз и побежал искать отца. Влетел в его кабинет с криками: — Папа, папа! Оно пришло, мое письмо пришло! — Перестань кричать, ты разве не видишь, что я сейчас занят? — Люциус Малфой сидел в своем просторном кабинете за широким столом из темного дерева и, видимо, был увлечён очень важными бумагами, потому что так и не поднял на своего сына взгляд. — Прости, — я смущенно кивнул и уже спокойно, но гордо произнес, — мне пришло письмо из Хогвартса. — Я и не сомневался, что придет, — не поднимая головы, ответил отец, — ты ведь Малфой. И раз уж об этом зашла речь, веди себя подобающе. Ты должен научиться сдерживать свои эмоции. На Слизерине будет много учеников из уважаемых семей. Постарайся не опозорить нашу. Пока он говорил, моя улыбка медленно сползала. Стало обидно, но я не подал виду. — Да, отец… Конечно, я не подведу тебя, я буду самым лучшим! — Прекрасно. Он дал понять, что разговор окончен, но я продолжил стоять. Наверное, мне хотелось получить хоть каплю внимания от своего отца. — Что-то еще? — Можешь рассказать о моем факультете? Еще раз.

***

В Косом переулке мне купили необходимые вещи для учебы. Все самое лучшее: изысканные черные мантии и плащ, новейшие издания учебников в кожаных переплетах, самые дорогие перья, чернила и, конечно же, волшебную палочку из магазина Олливандера (сделанную из боярышника и волоса единорога). Во всех вещах преобладал изумрудный оттенок, ведь было и так понятно, что попаду я исключительно в Слизерин. В списке разрешенных животных были совы, и Люциус решил взять для меня самую огромную, дорогую и грациозную птицу — филина. Я очень гордился этим тогда. В Хогвартс я ехал очень воодушевленным, сидя в купе со своими друзьями детства — Ноттом и Крэббом. Мы ели шоколадные лягушки, рассказывали друг другу о покупках из Косого переулка и безуспешно пытались что-нибудь наколдовать. — Сейчас видел девчонку, она удивлялась живым сладостям! — громко воскликнул я. — Неужели и правда маглорожденные могут здесь учиться? — Это отвратительно, — ответил Тео, — как мы должны находиться рядом с ними? Они даже о Хогвартсе не слышали, что они смогут понять? — Надеюсь, в Слизерине таких не будет, иначе родители точно переведут меня в Дурмстранг… Замок был еще красивее, чем я видел на колдографиях. Маленькому мне он казался невероятно огромным, и я не мог оторвать взгляда от его светящихся башен, пока мы плыли через озеро на лодках. Я, как и все, был в жутком предвкушении и не мог дождаться церемонии, о которой рассказывали взрослые. До того дня я мало знал о Гарри Поттере, но слышал, что о нем говорили знакомые моих родителей, часто посещающие Малфой Мэнор. Мне запрещали разговаривать об этом с чужими людьми, но некоторые считали, что Мальчик-Который-Выжил был великим Тёмным волшебником и мог стать новым лидером среди темных магов. Поэтому, услышав столь знаменитое имя, я не медлил ни минуты и первым протянул ему руку. Отец был бы доволен таким полезным знакомством. «Надеюсь, ты выберешь правильных друзей…» — сейчас я понимаю, как глупо звучала эта фраза. «Не знаю, о чем ты», — пожал плечами мальчик со шрамом и ушел с Роном Уизли. А у меня, начиная с этого момента, перевернулся мир. Ведь дурацкая глупая шляпа, спев не менее глупую песню, сказала: — Вижу амбициозность, тягу к знаниям, а также… На этих словах меня охватило волнение. –… смелость… Что? — И благородство… Нет, не может быть. — Да, это очевидно… Гриффиндор!