Ночная Гвардия.

Тёплые лучи послеобеденного солнца лениво ползли по массивным панелям дубовой обшивки. Кабинет наполнялся золотистым светом, пробивавшимся сквозь стекла нового витража. Последнюю неделю жизнь шла своим чередом, и всё, казалось бы, вернулось на круги своя... Отчёты, собрания, линчевание врагов — всё как велит устав Малфоев, конечно же. А вот представитель полностью не изученного доселе рода Забини сокрушался совершенно не подходящей под устав тирадой о несправедливости жизни и том неприятном месте, котором та соизволила повернуться к нему с недавних пор. Драко наблюдал за вздутой венкой на его шее и слышал, как периодически скрипели его зубы, сам при этом вертя в руках нож для писем. — Нет, ну она чёртова сука! Искусно вырезанная из дерева рукоять и короткое блестящее лезвие — гоблинская работа. — Я, блядь, никогда бы не подумал... Он пытался вспомнить, кто именно подарил ему этот нож, но на память ничего не шло. — Эта ублюдская Шляпа всю свою грёбаную вечность делала одну-единственную работу… и умудрилась проебаться, отправив её на Гриффиндор! Воцарилась тишина. Только тогда Драко аккуратно отложил нож на край стола и взглянул на друга. — Полагаю, ты закончил, и мы можем перейти к конструктивному диалогу? — спокойно спросил он, наблюдая, как мулат наливает себе выпить. — Когда я сказал Грейнджер, что мы справимся без её помощи, — начал он, плюхаясь в кресло, — я имел в виду, что она должна забыть обо всём и продолжать с умным видом заполнять свои долбаные формуляры в кабинете в Мунго. Но уж точно не то, что она побежит в Аврорат и станет курировать расследование убийства ебучего Балтера. Он залпом опустошил гранёный стакан, со стуком роняя его на стол. — Она решила перепроверить отчёты по делу о краже в Аукционном доме и сопоставить списки пропавших артефактов с теми, которые поставлял убитый... И одному Салазару известно, в каком направлении она решит их всех завести, заметив практически идентичные наименования. — Почему член Визенгамота курирует дела Аврората? — серьёзным тоном спросил он. — Потому что она была в первоначальной группе расследования. Слава грёбаному Тео — именно он настоял, чтобы эта гарпия вошла в состав. Теперь она глубоко внутри. И я уверен, она будет ковыряться в этом дерьме до тех пор, пока я не приползу к ней на коленях с извинениями, мольбами и признанием, что мы нуждаемся в её помощи. Это было странно — то, как Гермиона вмешивалась во всё. Она не просто встраивалась в процессы — она превращалась в центр. Делала так, чтобы без неё они не могли двигаться ни на шаг. Грейнджер делала всё, чтобы они оказались перед ней в долгу. — Она не может угрожать нам раскрытием деталей твоего недуга, — продолжал Блейз, — потому что сама окажется под ударом. Но она чёртовски хорошо знает, что мы так же не можем использовать этот факт против неё, не подставив тебя. Она в безопасности. А мы, дружище, по уши в дерьме. И если уж на то пошло — она может притянуть нас за убийство. Он наклонился вперёд. — Ты слишком спокоен. — Я поговорю с ней, — спокойно ответил Малфой.

***

Гермиона Грейнджер была выдающейся ведьмой, чьё имя золотыми буквами было высечено на памятном камне в холле Министерства Магии. История её жизни казалась идеальной — словно кто-то заранее составил подробный список достижений, и юная, кудрявая ведьма с топографической точностью шаг за шагом шла по уже протоптанной тропе. Ни два тупоголовых идиота, регулярно пытавшиеся угробить себя на каждом курсе Хогвартса, ни война, ни жертвы, ни общественное давление — ничто не смогло пошатнуть её безупречную репутацию. Гермиона была совершенна до мозга костей. И, видит Мерлин, будь она не Грязнокровкой — вся чёртова элита Священных Двадцати Восьми вылизывала бы ей пятки ради её благосклонности. Она спасла мир, сдала все экзамены ЖАБА на высшие баллы, стала лучшим целителем Святого Мунго, а потом — Магистром Визенгамота. И это при её происхождении и полном отсутствии хоть какой-то родословной! По вероятности, это граничило с шансами на возрождение Мерлина — причём уступая ему в процентном соотношении. И вот тут напрашивался главный вопрос: Что заставило мисс Грейнджер поставить под угрозу 24 года безупречной репутации, влезая в дела бывших Пожирателей Смерти? Намереваясь получить, если и не полный ответ, то хотя бы какие-то разъяснения, Драко Малфой постучал в дверь её квартиры. Ещё в свой прошлый визит он задумался о том, что у такой ведьмы, как Грейнджер, денег должно быть достаточно, чтобы позволить себе жить куда лучше. Квартира, хоть и была ухоженной и обставленной со вкусом, всё же казалась невероятно тесной с учётом масштабных интересов своей хозяйки… Быть может, ей оказалась бы мала даже библиотека Мэнора. За дверью было тихо. Застать ведьму дома было той ещё задачкой, но он знал, что она дома… точно знал. Повторный стук вызвал копошение по ту сторону, и наконец дверь распахнулась, являя миру растрёпанную гриффиндорку. Её волосы были собраны в высокий небрежный пучок, из которого хаотично выбивалось несколько прядей, и в них, кажется, был воткнут маггловский карандаш? Она нервно скрестила руки на груди, а полы её кроваво-красного шёлкового халата, который был явно короче, чем предполагалось для комфортной одежды, чуть разошлись, оголяя влажные ключицы. Она только что из душа… — Грейнджер.— поприветствовал он. — Малфой. — бесцветно ответила она. Она отошла, освобождая ему проход, чем продемонстрировала, что ждала его визита, пусть и не в конкретное время. Он вошёл почти лениво, с тем самым надменным изяществом, будто входил к себе домой. Неторопливо снял длинную чёрную мантию, повесив её на крючок. Проследив за её суровым, карим взглядом, он опустил глаза на свои лакированные туфли, и тут же — чуть левее — заметил те самые пушистые оскорбительные недоразумения, в которых в прошлый раз щеголял Блейз. Ухмыльнувшись, Драко извлёк из внутреннего кармана мантии уменьшенную копию мужских тапочек чёрного цвета, ловко вернул им нужный размер, надел и, довольно прошёл на кухню. За спиной раздалось её раздражённое фырканье. — Я не буду предлагать тебе выпить, потому что тебе нельзя. Драко лишь закатил глаза, садясь на высокий барный стул. — Даже если ты игнорируешь эту рекомендацию в моём доме тебе не нальют ничего крепче тыквенного сока.— с нажимом добавила она, наливая стакан воды, после чего громко уронила его на стол перед ним. — Я тебя слушаю. — Я тут на днях, сидя за чашкой чая в обед, задумался о том, что совершенно запамятовал принести тебе свою благодарность... за то, что я всё ещё имею возможность пить свой чай. Она молча вскинула брови. — Я понимаю, это звучит немного наигранно, но, честно, я действительно благодарен.— добавил он уже более серьёзно. — Но это ведь не единственная причина, по которой ты пришёл. — Верно. Я также намерен обсудить с тобой некоторые разногласия, возникшие между тобой и моим подчинённым. — Ах, ты о той «любезной просьбе» Забини не совать свой нос в ваши грязные делишки? Его губы вытярулись в тонкую линию, а брови слегка опустились. — Можешь называть это как угодно. До этого момента мы никогда не обсуждали последние события напрямую, без посредника. Я понимаю, что ты преследуешь определённые цели... и потому готов сесть за стол переговоров. Она наконец перестала подпирать собой столешницу и села напротив, уперевшись локтями в блестящий стол. — Я хочу услышать предложения... — Сегодня я получил сову из Министерства. Поттер зовёт на аудиенцию. Полагаю, за это стоит благодарить тебя. Гермиона недобро улыбнулась, откинулась на спинку стула и закинула ногу на ногу. — Может быть... в какой-то мере. — И, насколько я понимаю, ты оставляешь мне выбор из серии: с вами или против вас? — Третьего не дано. — Вот тут у меня и появляются вопросы. — Почему не существует третьего варианта? — Почему вообще рассматривается первый? Он успел уловить тень нечитаемой эмоции на её лице, прежде чем она снова приняла прежний непринуждённый вид. — Я... Вариант "у меня скучная жизнь" подойдёт? — Нет. Раз уж я рассматриваю твою кандидатуру, хочу быть уверен, что ты не планируешь задушить меня во сне. — Если бы я планировала тебя убить, ты был бы уже десять раз мертв. — Полагаю, ты права, — хмыкнул он. — Но я всё ещё жду ответ на свой вопрос. — Понимаешь, Драко, жизнь слишком коротка, чтобы прожить её скучно... — протянула она театрально. Он равнодушно фыркнул. — Я просто хочу дружить. — Брось, Грейнджер, — он начал раздражаться. — Кто вообще добивается дружбы через судебный иск? — Магистр Визенгамота? — она захлопала глазами с показной невинностью. — Чокнутые. —поправил он.—И, знаешь, мне почему-то кажется, что ты и впрямь понемногу сходишь с ума. — Моя цель — Гарри Поттер.—Неожиданно выпалила она. — Что, прости? — Мальчик, который выжил… дважды.— пожала плечами девушка. — Что он тебе сделал? — Ничего. В этом-то и проблема. Никто из них ничего не сделал. Им не нужна Гермиона Грейнджер, если она не прикрывает им задницы. — Поэтому ты решила привлечь к себе внимание, якшаясь с осуждённым Пожирателем Смерти? — Нет. Мне вовсе не нужно, чтобы все об этом знали. Я просто хочу вставлять ему палки в колёса. А когда твоё тело оказалось в моём отделении, меня посетила гениальная мысль.-Она постукивала по столу аккуратным маникюром молочного оттенка.-Я не прошу доступа ко всем вашим делишкам, но я хочу знать когда аврорат роет под вас и за что, дабы мешать их в работе. -Меня настораживает, что в твоём предложении я улавливаю некую выгоду для себя, но не совсем понимаю, что это даст тебе, Поттер и так справляется с проваливанием дел. Ему совсем не хотелось терять расположение Гермионы Грейнджер. Нужно быть полным дураком, чтобы отказаться от такой женщины. Но его инстинкты — выработанные годами жизни под началом психопата убийцы — сейчас звенели тревогой. Внутри него что-то дрожало, узнавая в происходящем опасно знакомое ощущение. Он не нуждался в ничьей помощи. Его дела шли отлично, у него были люди везде. Но лучше уж держать эту неугомонную ведьму ближе — Мерлин знает, что ей ещё придёт в голову в следующий раз. — Что бы я ни пыталась получить — разве не важно, что путь к этому лежит через процветание твоего бизнеса? — спокойно произнесла она, изучая его взглядом. — Ты себя переоцениваешь, Грейнджер. — Возможно. Но, поверь, тебе невыгодно это проверять. Идеальная Гермиона Грейнджер была сукой. В её присутствии у него начинали зудеть рёбра — будто тело само чувствовало угрозу. Такая стерва, что ему хотелось разложить её на этом столе и вытрахать из неё всю стервозность, до последней капли. — Хорошо, — наконец сдался он, хотя в глубине души решил: с этой минуты он не спустит с неё глаз. — Будешь моим личным целителем. Вместо Блейза — он по уши завален делами и, как мы уже выяснили, его квалификация явно уступает твоей. Губы Гермионы растянулись в довольную ухмылку. Она протянула ему руку. Малфой вскинул брови и с лёгким недоверием уставился на её изящную ладонь. Потом всё-таки сжал её — неохотно, сдержанно. Кожа оказалась тёплой и бархатистой. Нежной. Абсурдно маленькая ладонь терялась в его руке, и на мгновение ему показалось, что он мог бы сломать ей пальцы, стоит лишь сжать сильнее. — Аукционный дом зарегистрирован как собственность твоей компании? — вдруг спросила она уже совсем другим тоном — деловым, собранным. — Доминиан не имеет юридической связи с Домом. — отозвался он, наблюдая за ней из-под ресниц. — Это хорошо. Иначе они могли бы начать копаться в самой фирме… Но тогда возникает вопрос — кто застройщик? — Кхм... Послышался какой-то шум — сдавленный грохот и быстрые шаги. Гермиона резко выпрямилась. Кровь мгновенно отхлынула от лица, и она начала судорожно оглядываться. — Драккл, Гермиона, я опять споткнулась о эту чёртову перегородку в твоём камине! — протараторила вбежавшая в комнату брюнетка. Голос её был до боли знаком. Она нервно отряхивала тёмно-синюю блузку, от которой струился запах магических духов, и, подняв глаза, застыла. Чо Чанг. Личный секретарь Министра. И именно её голос он слышал тогда, когда валялся без сознания, не в силах пошевелиться. — Милый Мерлин... что здесь происходит? — О, Чо... — Гермиона тут же встрепенулась, — это Драко Малфой. Помнишь его? Мы вместе учились в Хогвартсе... Малфой вскинул бровь, уставившись на Грейнджер, как на сумасшедшую. Она, похоже, на полном серьёзе считала, что хоть кто-то во всей магической Англии может не знать, кто он такой. Чанг смотрела на неё точно так же — в немом недоумении. — Я знаю Малфоя, Гермиона. Я буквально вчера ехала с ним в одном лифте в Министерстве. С тобой всё в порядке, дорогая? Ты не заболела? — Она дотронулась до лба Грейнджер с явным беспокойством. — Я просто забыла, что ты должна была зайти... — Привет, Чанг, — отозвался Драко с лёгким кивком. — Как Министр? — В добром здравии, спасибо, Малфой. — ответила азиатка, уже цокая каблуками по полу и доставая бокал из верхнего шкафчика. — Так… а что вы тут делаете? — вдруг запела она с заговорщической улыбкой, доставая из ниоткуда бутылку вина. Чанг выглядела хорошо. Даже слишком. Она была из тех ведьм, чьё очарование проявлялось не сразу — тихое, выверенное, сдержанное. Он помнил её по Хогвартсу лишь как невнятную интрижку Поттера и трагично известного Диггори. Сейчас же она стала одной из тех, кто вечно маячил в кулуарах власти — в приёмной Министра, на высоких собраниях. И при этом оставалась тенью. Красивой тенью. Чо налила вино, небрежно склонив голову к плечу, наблюдая за ними поверх бокала. В её глазах плясало любопытство, а в уголках губ застыли тени насмешки. Гермиона же выглядела напряжённой, словно вся сцена сейчас развалится, стоит только кто-то вздохнуть слишком громко. — Значит, вы тут вдвоём... — протянула Чо, делая глоток. — И....? —Не беспокойся Чанг, мы не трахались...-С ухмылкой вставил Драко. —По крайней мере не сейчас. Он услышал как Грейнджер подавилась воздухом уставившись на него во все глаза. —О, тогда ты тут по делу?-Невозмутимо продолжила азиатка. — Да. — отрезала Грейнджер слишком резко. — Очень... интересно, — протянула та, отставляя бокал и поднимая одну бровь. — Малфой, не думала, что тебя интересуют целительские услуги. Особенно от рук бывшего председателя магического отдела по реформе травматологии. — Мне не чужда роскошь. — лениво отозвался он, скрестив руки на груди. — Особенно если она... строптивая. Гермиона смерила его холодным взглядом, но ничего не сказала. — Вы такие странные, — прокомментировала Чо, уже не скрывая насмешки. — Как будто собрались сыграть в партию покера, где ставки — нервные срывы. Она подошла ближе, достала ещё один бокал из шкафа и плеснула в него вина, не спрашивая. Гермиона взяла бокал, не глядя, и почти сразу же осушила его, будто пытаясь смыть неловкость не вином, а действием. — Рабочий день уже закончился? — наконец спросила она, делая вид, что устало потирает висок. — Кажется, я потерялась во времени. — Нет, мне просто нужно было забрать те бумаги по реконструкции. Они остались у тебя после совета. — спокойно ответила Чо. Она поставила свой бокал на стол, извлекла из сумки тонкую папку и положила её рядом. — Я нашла её на полке в гостиной. Но если вы... заняты — могу заглянуть позже. — Не беспокойся об этом.—отозвалась Гермиона, чуть быстрее, чем следовало бы. Драко наблюдал за сценой с ленивой ухмылкой. В этом разговоре было что-то завораживающее: как в шахматной партии, где фигуры говорят намёками, а каждый жест имеет вес. Лёгкая бытовая сцена внезапно приобрела налёт политической интриги — и он находил в этом удовольствие. — Ну что ж, не буду мешать. — сказала Чо с полуулыбкой. — Но, Грейнджер, если в следующий раз решишь лечить кого-то вроде Малфоя, возможно, стоит подумать о свидетелях. Вдруг он не переживёт? В истории уже были прецеденты… Она бросила на него игривый взгляд, подмигнула Гермионе и, легко скользнув к камину, исчезла в зелёном вихре Порошка Флу, оставив после себя лёгкий аромат жасмина и перца. В комнате повисло молчание, густое и слегка тягучее. — Прекрасный выбор подруг, — наконец пробормотал Малфой, отхлебнув из бокала, который каким-то образом оказался у него в руке. — У неё язвительность почти на моём уровне. — Привыкай. В моём окружении таких много, — ответила Гермиона, чуть расслабившись. Уголки её губ дрогнули. — Хочешь выжить — держи язык остро заточенным. Он фыркнул, не без одобрения. — Почему она ходит по твоему дому на каблуках, а нам с Блейзом ты подсовываешь этих… раздавленных карликовых пушистиков? — Она отвоевала эту возможность потом и кровью.— сжавшись, тихо ответила Гермиона. И он не захотел знать, как именно. —У тебя есть требования к зарплате? - спросил Малфой, вставая со своего места. —Пока нет. — хмыкнула она, направляясь к выходу. —Я разберусь с Авроратом, чтобы они не связали убийство с вами, по крайней мере, чтобы убийцу не искали среди вас. Но тебе придётся зайти завтра к Гарри и не забудь прихватить с собой Нотта. —Не беспокойся, Грейнджер, ты чуть ли не единственный работник Министерства, с которым я общаюсь не через своего адвоката. —Он взял свою мантию, выходя из квартиры. —До встречи, Грейнджер. —Не болей Малфой. —Улыбнулась она закрывая перед ним дверь.