Игра со смертью.

POV, Бэлла. Могла ли я мечтать о том, что стану невестой чемпиона по Квиддичу? Самого Крама. Могло ли присниться, что сказка, в которую поверила, обернётся кошмаром? Что моим женихом станет пожиратель смерти? Тот, кто ненавидеть и презирать должен таких, как я? Тот, для которого магглорождённые волшебники - грязь под ногами, которую нужно растоптать, точно надоедливого жука, навсегда опечатав в сырой земле прежде, чем продолжить путь? И путь этот будет лежать через долину трупов, и Крам пойдёт по головам, лишь бы добиться своего? Столь обходительный, степенный, немного мрачноватый, он походил на кого угодно - на паренька с проблемами в семье, на уставшего от славы, юного спортсмена, на человека, который привык идти к цели, не обращая внимания на преграды, выбирая свой, понятный лишь ему одному, путь, но Виктор не походил на пожирателя смерти, не походил на убийцу, каким бы порой мрачным ни казался. А сейчас, он стал убийцей. Он стал тем, кого я боялась все эти годы как огня. Победитель, радующий глаз многочисленных поклонниц, стал несущим смерть, хаос, ненависть во благо амбициям, навязанных им обществом...Стал несущим смерть. И я не знаю, что мне делать. Как быть. Куда бежать, имеет ли это хоть какой-то смысл теперь, когда я в шаге от того, что бы связать свою жизнь с ним, забыв об отчем доме, о друзьях, подругах, о Хогвартсе...Мне некуда идти. Не к кому. Грядут неспокойные времена. Я чувствую запах смерти и тревоги, застывший в воздухе, и он не сулит ничего хорошего. Чуть солоноватый, с привкусом крови, этот запах преследует меня с первого дня, как я нахожусь здесь. И я ощущаю, что вот-вот случится страшное. Поправив подол белоснежного платья, я смотрюсь в зеркало, поправляя макияж. Сегодня, день моей свадьбы. Знала ли я, могла ли подумать, что всё произойдёт именно так? Расшитое бисером, пышное, длинное. Оно подчёркивало мою талию, но в отражении я сливалась с ним, казавшись себе столь бледной, болезненной. Накрасив губы перламутровым блеском, я подвела глаза, и прокрасила пышные ресницы тушью. Друзья и родня Крама уже собирались у нас во дворе, слышалось их пение, бесконечные тосты, смех, столь забвенный, задорный. Все поздравляли его, поднимая бокалы тёрпкой ракии за меня, за него, за нас, желая долгих лет жизни и много детей. Обув босоножки на высокой шпильке, я вышла из спальни, стараясь не выдать своего волнения. - Какая ты красивая! - Восхищённо произнесла его сестрёнка. С улыбкой, я потрепала по густым, заплетённым волосам Иванку, слегка испортив её причёску. Но, кажется, её это ни сколько не смутило. - А вы подарите мне племянника или племяшку? - Спросила она. - Я устала сидеть в одиночестве! Я хочу, что бы детский смех наполнил этот дом! - Обязательно. Если будешь хорошо учиться. - Отшутилась я, хотя было совсем не до шуток. Выйдя во двор, я заметила Виктора...Как же он был наряден, как же красив! Как же шёл ему чёрный костюм, подчёркивавший его широкие плечи, как же шла атласная рубашка, которая закрывала от чужих взоров татуировку. - Будьте благословенны! - Произнёс Игорь. - В этот день и всегда! Пусть от тебя родятся семь, а от них - семнадцать! Виктор подошёл ко мне, осторожно и неторопливо, приподнимая белоснежную фату. И неспешно поцеловал меня в губы, любуясь, желая подольше продлить эти мгновения. - Отныне ты моя. Сегодня и навсегда. - Едва слышно произнёс он, приобнимая за талию. Играла музыка, пели песни. Ребята пошли в пляс, приглашая на танец девушек, осмелев от ракии. Но я же пила и не пьянела. Сидя рядом с Виктором, поотдаль. - Что тебя печалит? - Тихо и вкрадчиво спросил он. Я промолчала, отпив еще. Мне хотелось опьянеть. Хотелось забыть о том, что узнала. Если раньше мне казалось, мы проживём эту жизнь вместе, рука об руку, пройдём через многое, сейчас я понимала, что этому не быть. Я не смогу закрывать глаза на смерти магглов. Я не смогу жить в страхе, зная, что с моими друзьями в любой момент может что-то произойти. - С ума сводишь. Никого я не любил и не желал так сильно прежде, как тебя, Бэлла. Твой запах опьяняет. Твоя боль - моя боль. Скажи, чего хочешь. Чего не хватает. Брошу к твоим ногам... - Пообещай, что с моими друзьями ничего не случится. - Потребовала я. - Виктор...Пообещай, что всё будет, как прежде. - Всё тоскуешь по своему Гарри? - Холодно спросил он. В голосе прозвучала угроза. - Не переживай. Если он не будет лезть нарожон, я не трону его и пальцем. - Гарри ни при чём. Ты слеп от своей ревности. Не ведаешь, что творишь... - Я пытаюсь восстановить справедливость. Только и всего, Бэлла. - Ответил он, отпивая еще ракии. - Пойдём, потанцуем. На нас уже косо поглядывают. Будут говорить, что я за волосы тебя притащил, настолько хмурой и грустной кажешься. От чего-то я улыбнулась, сквозь боль. Быть может, однажды мне удастся до него достучаться? Ведь Виктора я знала совсем другим. Он был молчаливым, но полным огня. Всегда знал что делает и делал по-своему. Но он был так предан своим друзьям...Что никто не посмел бы назвать его "чёрствым" или "несправедливым". И пусть у нас было не всё гладко, он любил меня. Искренне, по-настоящему. Настолько, что пошёл против всех ради меня. Обняв меня за талию, он с лёгкостью поднял на руки и закружил, после улыбнулся. Я опустила руки на его плечи, глядя в глаза. - Всё у нас будет хорошо. Ты же мне веришь? - Верю. - Внезапно ответила я. - Ты был единственным, кто поверил мне. Кто не стал осуждать. - Я бы никогда не стал тебя осуждать, даже если бы все эти сплетни оказались правдой. - Однако ты был первым, кто показал мне, как выглядят отношения. Где тебя любят и заботятся. Он бережно убрал волосы с моего лица. - Нам пора. Я знала, чего ждали его друзья. Подтверждения, что я досталась ему невинной. И мне это казалось столь унизительным, но Виктор, заведя меня в спальню, припал к губам. В этот раз всё было по-другому. Он целовал меня, разжигая в жилах огонь. Мягко, нежно, опускаясь всё ниже, раздвинул мои ноги, припадая губами к самому чувствительному участку моего тела. Невольно, я издала стон. Прижала его голову еще ближе, моля о том, что бы не останавливался. Я так хотела его. Хотела насладиться его телом. Каждой секундой, проведённой с ним, что закусила губу. - Возьми меня. Виктор, прошу. И он, поддразнивая меня, опустился к груди, лаская языком, медленно входя в меня. - Я так хочу тебя...Хочу, что бы ты всецело принадлежала мне. Всё, что угодно прощу тебе. Только будь верна, Бэлла. И я буду верен тебе, как себе самому. - Произнёс он, ускоряясь. - Пока смерть не разлучит нас. - Пока смерть не разлучит нас. - Пообещала ему, выгибаясь навстречу. Он покусывал мои губы, оттянув волосы назад, ломая причёску, он играл со мной, заставляя желать его с каждой секундой сильнее, молить, что бы остановился и молить, что бы не останавливался. Наконец, мы были вместе. И ничего не могло нас разлучить. Может, глупо...Я не могу сказать, что любила его. Порой казалось, что ненавидела. Но и без него не могла представить себе свою жизнь, в которую он ворвался бесцеремонно, добившись всего, чего хотел. Я задрожала, а он опустился рядом, учащённо дыша. И, достав ружьё, выстрелил три раза. Это означало одно. Ритуал состоялся. Теперь, я считалась его женой. Проведя по бедру лезвием, Виктор испачкал кровью белоснежную простынь, и, усмехнувшись, посмотрел мне в глаза. - Никому не позволю порочить твоё имя. Пойдём. И мы вышли вместе во двор, где друзья подбрасывали его в воздух и поздравляли. Лишь Каркаров выглядел хмурым на этом празднике жизни. Он холодно смотрел то на Виктора, то на меня. Вероятно, думая о том, не совершил ли ошибку, позволив нам вступить в брак. Внезапно, послышался детский крик. Затем - стрельба. Все гости стали переглядываться, не понимая, что случилось. А затем, нас окружили люди. Жители этой деревни. И стали стрелять точно по живым мишеням, заставляя разбегаться кто куда. Каркаров грязно выругался. - Хватай девчонку и беги, слышишь?! - Схватив Виктора за руку, прошипел он. - Я справлюсь! - Я не уйду без Иванки! Это и мой дом! Я должен её найти! Магглы...Сукины дети. Ненавижу! - Прохрипел он. Некоторые его друзья лежали в кровавых лужах. Всё торжество превратилось в хаос, в кровавую баню. Всё еще были слышны крики, и стоны. Испуганная, я пошатнулась, не понимая, что происходит. На щеках застыли слёзы. - Авада Кедавра! - Заслонив своим телом, прокричал Крам, убивая нацелившегося на меня человека. - Круцио! - Продолжил он, заставляя завыть от боли другого. Ошарашенная, я стояла, не зная, что мне делать. - Беги в погреб. Оттуда есть выход. - Произнёс Виктор. - Я должен остаться. Им нужна не ты. - Но... - Делай, что говорю! Слышишь, Бэлла?! - С застывшими на глазах слезами, спросил он. - Беги! Приподнимая испачканное в грязи и крови платье, я побежала в дом, не зная, увижусь ли с ним снова. Всё еще слышалась стрельба. Скинув туфли, что бы не терять времени, я открыла дверь в подвал, слыша шаги за спиной и поспешила захлопнуть. Куда дальше? Я бежала наугад, так быстро, что, подскользнувшись, упала, ударяясь о ступень головой. В следующую секунду почувствовала привкус солёной крови. Кто-то резко схватил меня за волосы, заставляя посмотреть на себя. Это была Албена. Мужчина, находившийся с ней, направил палочку на связанную в подвале, Иванку. И прошипел "Круцио", заставляя девочку завыть от боли. - Ненавижу детский плач. - Произнёс он. - И детей. Вечно путаются под ногами. Мерлин! Девка-то хороша...Даже жаль портить такое личико. - Не трогайте её. - Глядя на Иванку, взмолилась я. - Она ни в чём не виновата! - Заткнись! Жалкая шлюха! - Ударяя по лицу наотмашь, прошипел он. - Подстилка. Я испуганно на него посмотрела, инстинктивно пытаясь закрыть руками лицо. - Пришлось помешать вашему веселью. Эффектно получилось, да? В самый разгар... - Что вам нужно от нас?... - Истребить выродков, вроде твоего новоиспечённого муженька. Слишком много их в последнее время развелось. Он и ему подобные...Держат народ в страхе. Пожиратели смерти...Когда-то, они забирали дома у людей и заставляли на себя работать. Но время шло и многое изменилось. - Виктор не успел никому причинить боли! Его сестра - тем более! - Не открывай без надобности свой поганый род, шлюха. Мерзкая грязнокровка. С тобой будет отдельный разговор. Тогда и расскажешь, что знаешь. Кстати, я уже упоминал о том, что терпеть не могу детей? - Он усмехнулся, направляя палочку на Иванку. В глазах девочки заблестели слёзы. - Авада-Кедавра! - Нет!!! - Закричала я, но уже в следующую секунду, в меня прилетело проклятие. И боль сковала меня, парализовала, настолько, что закружилась голова. Болело всё тело. Каждая его частичка. Болела голова, кости...Тошнота стала комом в горле. - Сукин ты сын. - Ворвавшийся в подвал Виктор, ударил с кулака в челюсть мужчину, заставляя согнуться. И, отобрав палочку, ударил с ноги в живот. - Албена? Что здесь делаешь ты?! - Забыл, как твой отец убил моего брата? - Произнесла она. - Эти горы и море не прощают ошибок. За всё приходится платить. - Я убью тебя. Дрянь. - Процедил сквозь зубы Виктор, подлетая ко мне. - Игорь! Не дай ей уйти! Я лично перережу ей глотку и повешу её голову как трофей на главной площади...Боги! Бэлла! Моя Иванка! - Наконец, осознав, что случилось, Виктор прижался к её бездыханному телу. В его глазах застыли слёзы. - Ненавижу! Я ненавижу вас всех, всех и каждого! Вы заплатите! Все до единого! Моя невинная, чистая Иванка! Сукины дети, что вы с ней сотворили?! Чудовища...Сколько еще хвалённое Министерство будет закрывать на это глаза?! - Виктор...Сынок. - Игорь опустил руку на его плечи. - Я найду. И отомщу каждому. - Поклялся он, опустившись на корточки. И, неспешно подняв мою голову, посмотрел в глаза. - Что они сделали с тобой, Бэлла?! Как поднялась рука?! Я уничтожу...Уничтожу их всех, слышишь?! - Я пыталась помешать... - Обессиленно произнесла я, глотая слёзы и собственную кровь. - Прости меня, Виктор. - Бэлла! Бэлла, ты слышишь меня?! Не смей закрывать глаза, Бэлла! Игорь, сделай хоть что-то! - Боюсь, ей ничем не поможешь. - Тихо ответил наставник. - Её пытали. Применили "Круцио". Только посмотри...На ней нет живого места. От подобной боли человек можешь обезуметь. - Бэлла...Милая...Прошу тебя, не закрывай глаза! Слышишь?! Ты нужна мне, Бэлла. Они забрали у меня сестру. Но я не позволю забрать им тебя, Бэлла! Я люблю тебя... Но мой мир погас. И я провалилась в сон.